8
Мы побежали вверх по ступенькам, потому что лифт не особо жаловали. Там странно пахнет. Да и что такое три этажа? Пара пустяков. Для нас, я имею в виду. Для старого господина Мальштедта из квартиры напротив это всё равно что восхождение на Эверест. Господин Мальштедт останавливается через каждые две ступеньки, выпускает пар изо всех дыр, шаркает ногами, и только потом идет дальше. Катинка восхищается господином Мальштедтом, потому что тот не сдается. У него железная воля. Кроме того, господин Мальштедт всегда приветлив и улыбается нам при встрече. Хотя уже и стоит одной ногой в могиле.
Мама на кухне резала лук, поэтому у нее в глазах стояли слезы. В остальном она выглядела вполне себе счастливой.
— Ну, как прошел первый день? — спросила она.
Мы ответили, что хорошо. Рассказали о ледяной воде, продавце из киоска с картошкой фри и песне, которую Катинка спела в честь его дня рождения. О том, как она танцевала на крыше автомобиля мы, разумеется, умолчали.
— Как твои успехи? — спросила мама Робби.
Тот пожал плечами.
Она не спрашивала, хорошо ли мы заботились о Робби, потому что знала: в этом на нас можно положиться.
— Сейчас будет готово. — Мама высыпала лук на сковородку. — Накрывайте на стол. Скоро придет папа.
Как всегда, папа первым делом прошел в ванную, чтобы помыться. После заглянул на кухню, поцеловать маму. Сначала маму, потом нас.
— Боже, что за день, — простонал папа. — Представляете, один тип отказался платить. Он, видите ли, найдет деньгам лучшее применение.
Конец ознакомительного фрагмента.
