Инкуб

Василий Горъ, 2009

После загадочной гибели родителей наследница многомиллиардного состояния Элли Беолли становится конгрессменом Лиги Обитаемых Миров. Но ни миллиарды, ни высокое положение в обществе не могут избавить ее от тоски по близким. Выход есть: корпорация «Удовольствие» предлагает баснословно дорогой, но уникальный товар – искусственно созданных мужчин-инкубов, способных не только скрасить одиночество женщины, но и, если потребуется, защитить ее от любых опасностей. Решившись на покупку, Элли и не подозревала, что защита инкуба Рейга ей очень пригодится: гибель ее родителей не случайна, и неведомый враг не оставит попыток уничтожить саму Элли.

Оглавление

Глава 15

Бренда Джоуи

— Ну, что ты мне скажешь на этот раз? — мрачно глядя в окно, трясущимся от сдерживаемого гнева голосом поинтересовалась женщина.

— Я не понимаю, что там могло произойти… — Николя Остин, правая рука Бренды Джоуи, стоя в дверях кабинета, нервно мял в руках обшлаг дорогого костюма.

— Если первую неудачу еще можно было списать на сбой компьютерной программы, то эта — не более чем признание вашей некомпетентности, дорогой мой Николя! — язвительно подчеркнув слово «дорогой», Бренда окинула подчиненного таким взглядом, что мужчина побледнел как полотно и был вынужден вытереть со лба мгновенно выступившие на нем капельки пота.

— Позвольте вас процитировать! Как вы там говорили? «Одинокая, сломленная смертью отца соплюшка вряд ли станет для нас сколько-нибудь значимым препятствием»… Я не ошиблась? Это ваши слова?

— Угу… Кто же знал, что так повернется?

— Позволю себе еще одну цитату: «На нас работает группа блестящих аналитиков, противостоять объединенным возможностям которой практически бесполезно»… Ну, и где эта группа сейчас? Почивает на лаврах проведенных когда-то операций? Или утирает сопли от результатов своей недавней работы? Остин! Я вас не узнаю!!! — повысила голос хозяйка кабинета. — Сколько времени осталось до начала сессии Конгресса?

— Двадцать три дня, Бренда… Но мы уже сделали практически все! Еще четыре шага, и мы — у цели! Правда, что делать с господином Свордманом, мы пока не придумали… — сокрушенно вздохнув, признался Остин. — Пока он стоит во главе Комитета, шансов на пересмотр интересующего нас вопроса до истечения положенного срока, то есть в течение еще семи лет, практически нет… И я плохо представляю себе, на что вы надеялись, начиная эту операцию сегодня…

— Я тебе говорила, что Свордман не проблема? — победно усмехнулась Джоуи.

— Да, Бренда. И не раз…

— Так вот! Этот вопрос я УЖЕ решила. И он, и господин Смирнов, «убрать которого не представляется возможным», через десять дней уйдут с политической арены как минимум лет на пятьдесят… Этого нам хватит?

— Как? — вытаращив глаза, вскрикнул Остин.

— Николя! Ну, не обязательно же убивать… — стряхнув с блузки невидимую соринку, пробормотала Бренда. — Иногда достаточно подумать и найти способ поэлегантнее… Нет, не надо смотреть на меня умоляющим взглядом. Ничего я рассказывать не буду. Вы все услышите сами… Надо только немного потерпеть… Решите вопрос с Беолли и оставшимися конгрессменами, Николя, иначе я решу вопрос с вами… И гораздо менее элегантно, чем решила со Свордманом. Вам понятно? — внимательно рассматривая ногти на правой руке, нейтральным голосом пробормотала Джоуи и, вздохнув, посмотрела на перепуганного помощника: — Через двадцать минут подайте мне машину. Кстати, завтра утром наше пребывание на этой вшивой планетке заканчивается. Мы вылетаем в двенадцать. Постарайтесь не забыть…

…Ресторан «Звездный ветер» выглядел как заштатная забегаловка в какой-нибудь дыре на окраине деревеньки в три дома: дешевые пластиковые столы и сиденья, не обладающие возможностями к трансформации, исцарапанные и заляпанные чем-то непонятным терминалы выбора блюд, устаревший интерфейс связи с коммом и жуткая, вызывающая приступы тошноты вонь. Брезгливо присев на краешек затертой до ржавых пятен когда-то никелированной табуретки, претендующей на гордое звание кресла, Бренда мысленно порадовалась сделанному ею выбору: будь на ней любимая короткая юбка, сесть на него она бы не смогла. А широкие брюки от ремонтного комбинезона, находящиеся приблизительно в таком же состоянии, как и поверхность «чистого» стола, позволяли садиться на что угодно. Кроме разве что кровати в ее доме. Заткнув надоедливое меню, в пятый раз заладившее: «Что будет заказывать, уважаемый господин?» — Бренда ткнула в картинку первого попавшегося алкогольного коктейля два раза и, стараясь не морщиться, заставила себя прислониться к спинке кресла и развалиться в позе, приличествующей образу портового работяги, который изображала надетая ею голограмма. Сидеть, расставив в сторону ноги и ковыряться в зубах, было непривычно, но стоило вспомнить те дивиденды, которые должно было принести задуманное, как всякое неудобство как рукой сняло…

Дешевые, отдающие сивушными маслами коктейли возникли на столе буквально через минуту. А мгновением позже в зал заглянула высокая, хорошо сложенная женщина в «неприметном» красном костюме и, задержавшись у терминала на входе, чтобы считать информацию о заказанных столиках, быстрым шагом направилась к Бренде.

— Вы уверены, что сидите за своим столиком? — брезгливо поморщившись при виде голообраза, прошипела она, а потом потянулась к сумочке…

— Не надо, зайка… — синтезированным голосом произнесла Джоуи. — Этой модели плевать на твой блокиратор. Можешь, конечно, и попробовать, но толку от этого не будет никакого… Удостоверилась? Теперь садись, поговорим…

— А почище место найти было трудно? — Скривившись, госпожа Олинна опустилась на самый краешек сиденья, стараясь не касаться его поверхности голыми ногами, плохо прикрываемыми короткой юбкой.

— Увы, это самое безопасное место в плане конспирации… — стараясь не рассмеяться, ответила Бренда. — Ну, может, стоит перейти к делу?

— Я надеюсь, пить эту дрянь вы меня не заставите? — покосившись на одноразовые стаканы с мутной бурдой, стоящие на столе, пробормотала Зайко.

— Если у вас нет особого желания, то пить и правда не стоит… Хотя было бы весело…

— Увольте меня от такого веселья… Ладно, давайте к делу… — Вздрогнув от омерзения при мысли, что это можно пить, Зайко испытующе посмотрела в глаза своему собеседнику. — Итак, что вам от меня надо?

— Нам надо, чтобы ваш глубокоуважаемый супруг поимел бо-о-ольшие проблемы. И в самом ближайшем будущем… Надеюсь, статус единственной наследницы его состояния будет достаточной компенсацией за небольшое моральное неудобство, которые вы получите в процессе реализации нашего плана?

— Знаете, вам, наверное, будет трудно понять оскорбленную женщину, но после просмотра всех файлов, которые вы мне прислали, я не испытаю ни капли жалости к этой неблагодарной скотине, даже если его при мне окунут в ванну с серной кислотой…

— Ого… — ухмыльнулась Бренда, вспомнив досье на госпожу Зайко: отношение к понятию «супружеская верность» у госпожи Олинны мало отличалось от понятий ее незабвенного супруга. По крайней мере, в ее досье содержались записи ее интрижек с одиннадцатью любовниками, с каждым из которых «верная супруга» встречалась не по одному разу.

— Мы не собираемся топить его в кислоте… — «успокоила» женщину Джоуи. — Да и такая легкая смерть вряд ли будет достаточным наказанием за то, что совершил ваш муж, не правда ли? Как нам кажется, заключение под стражу лет эдак на десять будет чуточку справедливее: представьте себе, что весь этот срок лишенный женского общества кобель будет вспоминать о той, которая его туда препроводила, и… злиться!

Буря эмоций, промелькнувшая на лице Олинны, не требовала слов. Женщина прониклась

— Я сделаю все, чтобы он сел. Что от меня требуется? — мстительно улыбнувшись, спросила она через несколько секунд.

— Да не так уж и много. Через два дня вас вызовут в полицию для дачи свидетельских показаний и продемонстрируют запись беседы вашего мужа с одним из его коллег. Не буду отрицать — текст разговора слегка скорректирован. Но главное тут то, что он происходил практически в вашем присутствии. Надо, чтобы вы подтвердили, что слышали те реплики, которые на записи раздаются в вашем присутствии.

— А я не окажусь на скамье подсудимых рядом с ним? — нахмурилась Олинна.

— Нет. Даю слово. Текст меняли специалисты очень высокого класса. Минимум коррекции и потрясающий результат: разговор между сообщниками построен на иносказаниях, которые не могут быть понятны непосвященным. Тем более тем, кто девяносто процентов времени разговора танцует в двадцати метрах от столика…

— А кто этот сообщник? — успокоенно спросила женщина.

— Господин Смирнов. Егор Петрович, если я правильно помню…

— А, эта старая желчная гнусь! — расхохоталась Зайко. — Туда ему и дорога! Этот скот… впрочем, не важно…

«…Не ответил на мои домогательства…» — Бренда про себя закончила начатую собеседницей фразу.

— Я сделаю все, как вы говорите. А какая гарантия, что его имущество не будет конфисковано?

— Выгода, получение которой обсуждается в разговоре, еще не получена, а значит, нечего и конфисковывать… — улыбнулась Джоуи. — И потом, насколько я знаю, у вас великолепный адвокат. Кстати, попросите его не проявлять особого рвения на процессе. Сможете?

— Естественно… — подбоченилась Зайко. — Что-нибудь еще?

— Нет. Это все, что мы хотели от вас, уважаемая госпожа Зайко.

— Тогда вы не будете против, если я пойду? Тут, знаете ли, воняет…

— Конечно-конечно… — хохотнула Бренда. — Я и сам не собираюсь тут особенно задерживаться… Если что-то вас вдруг смутит — пишите. Координаты вы знаете…

— Договорились… — Госпожа Зайко, вскочив с сиденья, рванула прочь из ресторана с такой скоростью, что Джоуи еле сдержалась, чтобы не расхохотаться в голос… Потом активировала сферу и, дождавшись соединения с абонентом, поинтересовалась:

— Ну, как?

— Все чисто, босс… Можете быть уверены…

— Тогда я выхожу… Жди…

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я