Изгнанники

Василий Горъ, 2011

Людям несвойственна благодарность. А политикам она несвойственна вдвойне. Поэтому иногда спасителям приходится остерегаться спасенных. Только Демоны, пилоты-модификанты космических истребителей, были способны отразить агрессию враждебной расы Циклопов. Но кто-то сделал все, чтобы очернить Демонов в глазах человечества. Спасители превратились в изгоев. Только жители планеты Лагос не поверили клевете и предложили Демонам свое покровительство. Однако их гостеприимство грозит развалом Земной Конфедерации и чуть ли не гражданской войной. Удастся ли ее избежать и направить объединенные усилия на отпор вторжения Циклопов? Смогут ли люди отличить правду от лжи? Хватит ли на это времени?

Оглавление

Глава 13

Ирина Орлова

После гибели Ульяны Беловой и ее ребят Вик словно обезумел: уже через минуту наша «Елочка» ворвалась в ряды Циклопов, атакующих Ключ-три, и устроила там сущий ад. Мы сбивали все, до чего дотягивались наши «Москиты». Озверевшие от такой наглости Циклопы тут же забыли про орбитальную крепость и перенесли огонь на нас. Вспышки от сходящих с их оружейных пилонов торпед вдруг напомнили мне голографическое изображение новогодней елки из учебника по истории Старой Земли. Поэтому первую секунду я ими даже залюбовалась. А потом отключила мозги — плотность огня была такой высокой, что на посторонние мысли просто не оставалось времени. И не на посторонние — тоже: работали одни рефлексы, так как количество задач, которые приходилось решать параллельно, было нереально большим. БКашка пахала почти на пределе: мне надо было отслеживать каждую торпеду, запущенную в любой из восемнадцати «Кречетов»; успевать реагировать на ее деление на боевые части; выбирать момент для того, чтобы резать щитами вышедшие на дистанцию поражения БЧ; успевать убирать защитные поля в момент пуска наших «Москитов» и «Мурен»; закрывать корабли от летящих в нас обломков. Поэтому момент, когда Циклопы бросили против нас еще и корветы, я не просекла: по большому счету, после начала их атаки практически ничего не изменилось. Наши истребители двигались по таким же безумным траекториям, что и до того, как нас атаковали вражеские асы. Количество подлетающих к нам торпед стало ненамного больше. А секторов ТВФ в программе визуализации не появилось. Да и для того, чтобы понять, кто именно нас атакует, надо было отвлечься, проанализировать разницу в выхлопе ближайших к нам вражеских кораблей, и уже потом радоваться или печалиться оказанной нам чести. А времени еще и на это у меня как-то не нашлось. Поэтому, услышав восторженный рев кого-то из ребят Шипиловой, я мгновенно начала злиться: на мой взгляд, радоваться чему-то после гибели шести сослуживцев было свинством. Однако воспитывать молодежь в бою мне было некогда, поэтому я, скрипнув зубами, постаралась об этом не думать.

Как бы не так: секунд через двадцать ребята заорали снова. А потом — еще и еще… Резанув штук двадцать БЧ и высвободив себе почти две секунды для процесса вправления мозгов, я набрала в грудь воздуха, подключилась к общему каналу мыслесвязи и, случайно бросив взгляд на тактический экран, онемела. Из восьми меток кораблей вражеских асов на нем отображалось только три! И те почему-то улепетывали по направлению к группировке, висящей в секторе подхода Ключа-четыре!

— Ты что, успел сбить пять корветов? — обалдело поинтересовалась я у Вика.

— Угу, — злобно буркнул он. — Не отвлекайся: видишь, в нас стреляют.

— Вижу. Плевать. Ты монстр!

— Сама такая, — вздохнул Вик. — Я, например, не понимаю, как в нас до сих пор не попали. О, черт!!! Ира!!!

Как мы пережили одновременную атаку двух с лишним сотен торпед, я так и не поняла. Ведь порезать все боевые части я просто не успевала, и в какой-то момент даже решила, что Басов — все. Отлетался. И выставила около его машины три свободных щита. Автоматически. Однако продавить их боевым частям, прорвавшимся сквозь остальные, не удалось. Не хватило каких-то семи с половиной процентов мощности. Счастливый всхлип Михаила показался мне райской музыкой. Только вот насладиться ею я не смогла: уже через секунду очередная партия торпед атаковала машину Линды, и я снова отключила соображалку.

Как потом оказалось, мы не вылезали из атакующего ордера Циклопов тридцать две минуты. И за это время умудрились сбить восемьдесят один корабль. Еще девятнадцать достали комендоры орбитальной крепости, а два нарвались на взрывы БЧ собственных торпед. Благодаря тому, что основная масса Циклопов атаковала нас, Ключ-три потерял всего около двадцати процентов эмиттеров защитных полей, порядка трети оружейных башен и четверть эффекторов ГПИ. Поэтому, как только здорово поредевшая группировка Циклопов развернулась к нему дюзами и дала тягу на маршевые движки, в эфире раздался многоголосый вопль:

— Отступают!!! Демонам — ура!!!

— Мы тоже. Уходим на перезарядку и ремонт, — вышел в эфир Вик. — Рано радуетесь: сейчас они перегруппируются и продолжат.

За одиннадцать минут, потребовавшихся для того, чтобы пополнить запасы торпед и МОВов, я успела стянуть с себя скафандр, принять душ и натянуть его обратно: ощущение, что я мокрая как мышь, здорово действовало на нервы. И хотя разумом я понимала, что при исправной системе жизнеобеспечения «Стража» капельки пота на спине — это глюк, но из душевой кабинки выходила, как заново родившаяся.

Три МЗшки, посланные генералом Роммелем к сектору подхода Ключа-три, вывесив весь боекомплект, восстановили только семь процентов от прежних минных полей. И на крейсерской скорости ушли к транспортнику, висящему на низкой орбите. Проводив взглядом уродливые, похожие на каракатиц, корабли, я тяжело вздохнула: сделать второй рейс они все равно не успевали. Значит, МОВы должны были задержать возвращающуюся к сектору подхода вражескую группировку от силы минут на двадцать пять. А этого было слишком мало для того, чтобы ремроботы поврежденной орбитальной крепости успели починить хотя бы эмиттеры защитных полей.

— Большой Демон! Я — Лидер-Один. Работаем вариант семнадцать.

«Ротация», — обрадовалась я: Роммель решил прикрыть порядком потрепанный Ключ-три кораблями Шестого флота. Перекинув их от какого-то другого Ключа. Чтобы заставить Циклопов атаковать неповрежденную крепость через не протраленное минное поле в другом секторе подхода.

— Лидер-Один! Я — Большой Демон! Вас понял, — отозвался Вик. И тут же устроил ротацию и среди наших «шестерок»: — Константинос! Вместе с ребятами Ридли идешь к Ключу-три. Вирр, Лю, Коррадо — к Ключу-два. Я возьму на себя пятый. Остальные — на месте.

Следующие сутки прошли, как в тумане. Вернее, именно в «Тумане»: после нескольких неудачных попыток поработать в атакующих ордерах Циклопы встали в «защитку» и тралили сектора подхода, закрываясь ТВФ. Поэтому около Ключа-пять постоянно висела одна из рембаз флота и транспортник с боеприпасами: экипажи этих кораблей обеспечивали работу нашего звена, практически непрерывно терзающего защитный ордер врага.

Иногда я ловила себя на мысли, что не понимаю, как Вик так быстро адаптируется к чудовищным условиям полета в «Тумане». И как умудряется экономить эмиттеры защитных полей даже тогда, когда это кажется невозможным. Мало того, что он постоянно вгонял наши машины в мерцание, работая его генераторами намного четче, чем пилоты корветов. Так, кроме этого, в ситуациях, когда увести машины из-под импульса казалось невозможным, он успевал развернуть их дюзами маршевых двигателей вперед и подставлял под импульсы кормовые эмиттеры! Поэтому время нашего пребывания в секторах ТВФ каждый раз измерялось минутами. И этого вполне хватало для того, чтобы сбивать вражеские корабли торпедами и успевать вывешивать МОВы между недобитыми бортами. Поэтому каждый раз, возвращаясь к рембазе, я со злобной радостью смотрела, как мечутся Циклопы, перепуганные перспективой их взрывов. Или считала очередные жертвы пары Волков — Горобец.

Через сутки с гаком стало ясно, что вражескому флоту надо либо уходить, либо менять тактику ведения боевых действий. Выбранный ими вариант атаки не оправдал возложенных на него надежд: МЗшки, работающие под нашим прикрытием, разворачивали новые МОВы практически с той же скоростью, с какой их уничтожали Циклопы. За какие-то тридцать часов потери атакующей стороны превысили четыре сотни вымпелов, а Шестой флот стал меньше всего на двадцать три. Повреждения конструкций орбитальных крепостей редко зашкаливали за десять-двенадцать процентов, а Ключ-три, здорово потрепанный в первую атаку, практически успели отремонтировать. Да и запас ракет на вражеских кораблях вряд ли был бесконечным. Будь я на месте командующего вражескими кораблями, я бы выбрала вариант с прорывом — собрала бы все свои корабли в один ударный кулак и, не считаясь с потерями, рванула бы напрямую к Лагосу. Если верить расчетам, проведенным мною во время одной из дозаправок, шансов сбить все их корабли у нас практически не было — назвать вероятность в ноль целых четыре десятых процента «шансом» у меня не поворачивался язык. Поэтому, ужаснувшись такой перспективе, я постаралась об этом не думать. Точно так же, как не думала о погибшем звене и о том, что творится в других системах Окраины, где нет ни Шестого флота, ни Железного Джо, ни Вика. И с головой ушла в работу со своими щитами. Благо возможностей ими попользоваться у меня было предостаточно.

«Кречет» Бехтерева врезался в посадочный стол рембазы через сутки и восемнадцать часов после появления Циклопов в системе. Лена Бардина, пристыковавшаяся к разбитому в хлам кораблю буквально через минуту, обнаружила, что лидер их «шестерки» спит беспробудным сном. И не слышит ни перепуганных воплей его напарников, ни рева аварийной сирены. Вслед за ним отрубился Фредерик Орли. Но уже на стапеле рембазы. Потом отключились и оружейник, и щитовик Константиноса. А их машины чуть не воткнулись в один из крейсеров Шестого флота. Поэтому Вик в приказном порядке отправил спать семь из одиннадцати «шестерок». Оставив без нашего присмотра один из Ключей, защищаемых ребятами Железного Джо. Два часа, выделенные на сон, тянулись, как резиновые. Видимо, потому, что работы было сравнительно немного. В «Туман» мы практически не лезли, так как вымотанный до предела Волков перестал реагировать на «коктейли». Между Ключами не метались — Циклопы старались взять каждую из орбитальных крепостей на измор и практически не вылезали из защитных ордеров. Но даже в таком слак-режиме[9] мы все равно умудрялись кого-то сбивать. В основном истребители, пытающиеся атаковать наши МЗшки. И делали это автоматически — спать хотелось так, что лично я была вынуждена принимать «коктейль» чуть ли не перед каждой атакой.

За две минуты до пробуждения отдыхающей смены Вик приказал бодрствующим Демонам оттягиваться к посадочным столам своих Ключей. И тут, заметив, что все «Кречеты» ушли на посадочные столы орбитальных крепостей, Циклопы развернулись дюзами к планете и одновременно дали тягу на маршевые движки!

— Все-таки уходят, — выдохнула я. И потеряла сознание.

— Ириш! Ты проснулась? — увидев лицо Вика на фоне белого потолка, я растерянно дернулась… и здорово треснулась лбом о его подбородок.

— Да, вроде. Больно? Прости, — пробормотала я, с трудом оторвав от кровати неподъемную руку и нежно прикоснувшись к его лицу. — А как я оказалась в «Посейдоне»?

— Я принес, — улыбнулся он. — Врачи утверждают, что у тебя сильное нервное истощение.

— А у тебя и остальных ребят его, конечно же, нет? — фыркнула я. — От таких доз «коктейля» даже кони сдохнут.

— Ну, если кони обычные, а не модификанты, то шансов у них нет, — потрепав меня по волосам, согласился он. — Ладно, Малыш, если ты уже оклемалась, то дуй в душ и давай одеваться. Я хочу слетать к Алтору.

— Зачем? — взвыла я, представив себе, что придется снова влезать в «Страж» и забираться в кресло «Кречета». — Лучше бы, вон, смотались к Дабогу, Арлину и Квидли — неужели тебе не интересно узнать, как там ребята?

— Я уже знаю: последний уиндер вернулся сорок минут назад. Просто ты дрыхла больше суток. Там все более-менее нормально. От Циклопов отбились все. Правда, не без потерь.

— Кто? — выдохнула я.

— Третья Очередь. У Кощеева — четверо. У Семенова — трое. У Вильямс — семеро. Итого за одно вшивое Вторжение мы потеряли двадцать человек. С ума сойти.

Представив, что больше никогда не увижу этих ребят, я с трудом удержала подступившие слезы. И для того, чтобы отвлечься от грустных мыслей, поинтересовалась:

— Что с потерями у их флотов?

— Ну, как тебе сказать? — вздохнул он. — Учитывая количество атаковавших их кораблей, они должны были быть меньше. В среднем каждая система потеряла бортов по сто — сто пятьдесят. Кстати, Циклопы атаковали их значительно меньшими силами: у Квидли всплыло шестьсот семьдесят два борта. У Арлина — семьсот шестнадцать. У Дабога — восемьсот шестьдесят.

— Ясно, — вздохнула я. — Как обычно, Лагос — главная кость в горле.

— Угу. Та, которая постоянно застревает. — Волков криво ухмыльнулся, поднял меня на руки и, не слушая возражений, поволок в душ: — Ириш! Я хочу вылететь уже через двадцать минут. Давай, приходи в себя и марш в машину. Нормально выспаться можно и в гипере. Пойми, если мы не заставим их оставить часть сил для охраны собственных планет, то в следующий раз они нас проглотят.

Примечания

9

Жаргон Линды — безделье (игр.).

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я