Сабина Шпильрейн: Между молотом и наковальней

Валерий Лейбин, 2008

Эта книга повествует об одном из наиболее интригующих и загадочных случаев любви между пациенткой и ее психотерапевтом в истории психоанализа. Рассказывается о судьбе Сабины Шпильрейн, прожившей жизнь, полную драматизма и творческих свершений, ее страстной любви к К.Г. Юнгу, дружеских отношениях с З. Фрейдом, а также мало известных широкому читателю подробностях личной жизни основоположников психоанализа. Проникшись идеями своих великих терапевтов, Сабина сама стала известным психоаналитиком. Совсем по-иному повернулась ее судьба после переезда в Советскую Россию.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Сабина Шпильрейн: Между молотом и наковальней предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

В психоаналитической Мекке

29 ноября 1911 года.

Молодая, полная энергии и сил, девять месяцев тому назад защитившая докторскую диссертацию, 26-летняя Сабина Шпильрейн бодро шагает по улочкам Вены. Ее милое личико, обрамленное черными густыми волосами, не может не вызывать интереса у прохожих. Некоторые из них замедляют шаг, увидев прелестную молодую девушку, приветливо улыбающуюся чему-то своему. Проходящие мимо женщины недоуменно пожимают плечами и, пытаясь защититься от порывов колючего ветра, прячут лица в воротники пальто. Восхищенные мужчины обращают внимание на стройный силуэт черноволосой девушки и украдкой бросают свой восторженный взгляд на это знойное чудо, каким-то ветром занесенное в осеннюю Вену.

В другое время сердце Сабины учащенно забилось бы под восторженными взглядами молодых людей. Она знала силу своего очарования и неоднократно замечала, что ее темные волосы и светящиеся каким-то непостижимым светом глаза сводят с ума не только молодых белокурых парней, но и зрелых мужчин.

Но в тот ноябрьский день она не обращала внимания на восторженные взгляды проходящих мимо нее мужчин. Улыбка на ее приветливом лице скрывала смешанную гамму противоречивых чувств. В душе одновременно соседствовали озорство молодости и сосредоточенность зрелости, страх ожидания и надежда на признание.

Оставалось совсем недалеко до того места, где, фактически, будет решена судьба Сабины. Разумеется, речь шла не о ее судьбе как таковой. Скорее Сабине предстоит выдержать нешуточное испытание. Но сегодня, как полагала она, многое будет зависеть от того, насколько удачно она выступит со своим докладом на заседании Венского психоаналитического общества и как воспримут ее идеи венские психоаналитики. Главное, что скажет по поводу ее идей профессор Фрейд.

Два с половиной года тому назад, в последних числах мая 1909 года, Сабина решилась на отчаянный шаг и впервые написала письмо профессору Фрейду. К тому времени отношения между нею и врачом, у которого она проходила лечение в Цюрихе, достигли критической фазы развития. Находясь в довольно щекотливом положении, она набралась смелости и, после мучительных раздумий, отправила письмо Фрейду, который, как она надеялась, сможет помочь ей выйти из той тупиковой жизненной ситуации, в которой она оказалась.

Сабина помнила каждое слово из своего письма к профессору Фрейду. Вот и сейчас, идя на заседание Венского психоаналитического общества, она мысленно воспроизвела текст, на который возлагала столько надежд.

«Дорогой профессор Фрейд!

Я была бы крайне благодарна Вам, если бы Вы согласились дать мне короткую аудиенцию. Речь идет о деле, крайне важном для меня и, вероятно, интересном для Вас.

Если это возможно, то прошу заранее проинформировать меня об удобном для Вас времени, так как я работаю интерном в больнице и мне нужно будет договориться о замене на время моего отсутствия.

Возможно, Вы подумали, что я навязчивая любительница знаменитостей, стремящаяся потрясти Вас каким-нибудь ничтожным школьным проектом в надежде «перевернуть мир» или что-то в этом роде.

Поверьте, не это является причиной моего обращения к Вам. Мое положение крайне щекотливо.

С глубоким уважением и в ожидании Вашего ответа, С. Шпильрейн».

Сабина до сих пор помнила, с каким нетерпением она ожидала ответа от профессора Фрейда. Помнила и то волнение, которое она испытала, когда наконец-то она получила письмо из Вены.

Согласился ли профессор Фрейд встретиться с ней? Когда он сможет принять ее? Как скоро она сможет его увидеть и рассказать знатоку человеческой психики о своем щекотливом положении?

Один Бог знает, что пережила Сабина в тот момент, когда читала письмо профессора Фрейда, которое оказалось, к ее огорчению, слишком сухим и лаконичным.

Фрейд в присущей ему прямой манере, не щадя самолюбия незнакомой ему женщины, отказал ей в аудиенции. В то же время он сообщил о своей готовности вернуться к рассмотрению ее просьбы, если она в письменном виде изложит содержательные мотивы этой просьбы.

Сабина была не только разочарована, но и подавлена ответом профессора Фрейда. Однако, неоднократно перечитав полученное из Вены письмо, она поняла, что, несмотря на отказ в аудиенции, ей предоставляется возможность продолжить переписку с основателем психоанализа. И Сабина не упустила представившейся ей шанс.

Она вновь написала профессору Фрейду, после чего между ними завязалась переписка. Во всяком случае, Сабина не только донесла до венского патриарха свои собственные переживания по поводу отношений с цюрихским врачом, но и назвала его имя. Этим врачом был Карл Густав Юнг, который использовал психоаналитические идеи в своей профессиональной деятельности и на которого Фрейд в то время возлагал большие надежды.

Да, профессор Фрейд оказался по-своему справедливым и участливым человеком, пытавшимся помочь Сабине своими советами. Она по достоинству оценила его благородство, хотя не всегда следовала его рекомендациям.

Впрочем, одно дело — личное сочувствие и стремление профессора каким-то образом, не будучи третейским судьей и оставаясь профессионалом, избежать вмешательства в деликатные отношения между русской девушкой и цюрихским врачом. Другое дело — новые идеи, которые Сабине предстояло изложить на заседании Венского психоаналитического общества.

Поэтому, вспомнив эпизод с первым письмом профессору Фрейду, Сабина с каким-то тревожным чувством подходила к зданию, в котором по средам собирались венские психоаналитики.

Как отреагирует профессор Фрейд на ее доклад? Примут ли венские психоаналитики ее идеи? Чего вообще можно ожидать от венцев, ревниво относящихся к цюрихской школе и к Юнгу как протеже Фрейда?

Знают ли венские психоаналитики об ее отношениях с Юнгом? Не стала ли поведанная ею Фрейду история личных переживаний достоянием других психоаналитиков? Смогут ли они провести надлежащую грань между личными пристрастиями и профессиональными интересами?

— Пошевеливайся, старая кляча!

Гортанный крик здоровенного немца, замахнувшегося прикладом на идущую впереди Сабины еврейку, тяжело переставляющую ноги, вырвал ее из воспоминаний о ноябрьской Вене.

Еще не вернувшись в реальность, Сабина машинально съежилась, как будто удар приклада предназначался ей, а не этой незнакомке. Ее старшая дочь Рената крепче сжала локоть матери, и они попытались ускорить шаг. Спотыкаясь на пыльной дороге, растянувшаяся на несколько метров колонна евреев продолжала свой нелегкий путь навстречу неизвестности.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Сабина Шпильрейн: Между молотом и наковальней предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я