Глава 8. Ковент-Гарден другими глазами
На улице уже стало холодать. А после помещения, пусть даже и не самого теплого, прохладный воздух стал казаться еще прохладнее, и Энди как можно сильнее укутался в шарф, готовясь к долгой прогулке по Лондону. Вокруг все было тихо и спокойно. Но вместо того, чтобы выйти на обычную людную улицу, мистер О’Брайен указал ему на какую-то дверь, ведущую в подвал дома.
— Пойдем здесь, — сказал он. — Так будет быстрее.
Энди, конечно, удивился такому неожиданному повороту событий, но спрашивать ничего не стал. И просто подумал, что историк, наверное, лучше знает дорогу и ходит здесь не в первый раз. И наверное, в этом вопросе на него можно полностью положиться.
Так и случилось. Они прошли по какому-то короткому подземному тоннелю и вышли совсем в другом месте, до которого пешком им было бы еще идти и идти.
— Вау, — сказал Энди. — Мы и вправду быстро прошли.
— Да, короткие дороги — это настоящая находка, — согласился с ним мистер О’Брайен. — Особенно для такого большого города, как Лондон. К тому же если мы будем продвигаться через дворы, то это запутает след и нас будет найти гораздо сложнее.
И в следующий час они так и петляли из стороны в сторону по всяким заковыристым местам, трущобам и подворотням, о которых Энди даже и не подозревал, что такие вообще существуют: то в стене какая-нибудь лазейка, то узкая щель между домами, в которую с трудом можно было протиснуться, то маленькая арка, спрятанная где-нибудь за мусорными баками. И складывалось такое впечатление, что мистер О’Брайен специально отыскивал такие места, чтобы пробираться через них враскорячку. Хотя, наверное, если бы он был своего обычного «гномьего» размера, то проходил бы здесь без особых проблем.
И вскоре Энди уже совсем потерял ориентир и просто начал слепо следовать за историком, стараясь от него не отставать. А потом они завернули в очередной узкий проход, уводящий куда-то вглубь, и теперь оказались в небольшом дворике — в каком-то спокойном, тихом месте, где уже никого не было.
Это был небольшой квадратный дворик (совершенно безлюдный и одинокий, но зато с хорошо украшенной елкой посередине — как и во многих дворах в этот период). И здесь были только обычные жилые дома, прижатые друг к другу вплотную, среди которых затесалась лишь какая-то одна невзрачная закрытая кафешка. И, судя по запорошенным снегом дорожкам, ведущим к этой кафешке, и таким же запорошенным одиноко стоящим пустым бочонкам, примостившимся рядом с ней, было понятно, что туда уже давно никто не заходил. А также было понятно и то, что это тупиковый дворик и что дороги там дальше нет.
— Мы что, заблудились? — спросил Энди.
— Почему заблудились? Мы как раз вышли туда, куда нужно, — и мистер О’Брайен кивнул на закрытую кафешку, давая понять, что идти нужно к ней. И, дойдя до нее, он достал ключ, лежащий в одном из пустых бочонков, и спокойно открыл дверь.
— А нам сюда можно? — осторожно спросил Энди.
— У них это вроде подсобки — для пустых бочек, — пояснил мистер О’Брайен. — Иногда ее даже не запирают. И она выводит прямо на ту сторону улицы. — И с этими словами он прошел внутрь. — Жильцы этим пользуются иногда, так что воспользуемся и мы.
И выйдя из подсобки с другой стороны, они оказались прямо через дорогу от Ковент-Гардена.
— Ух ты! — удивился Энди. — Так вот мы где!
После этих долгих заковыристых прогулок он наконец-то увидел что-то знакомое и наконец-то понял, где он находится.
— И мы уже на месте, — сказал мистер О’Брайен улыбнувшись.
— Так Ковент-Гарден — это и есть ваш рынок? — спросил Энди, пока они переходили дорогу.
— Скажем так: это рынок, который спрятан внутри рынка.
— Опять в какой-нибудь подворотне?
— Скорее, наоборот. Он находится в гуще толпы. В общем, сейчас ты и сам все увидишь.
И перейдя дорогу, они оказались в Ковент-Гардене. А Энди уже не терпелось узнать, что же там было такого необычного, чего он раньше не видел.
Тем временем на улице уже потихоньку начинало темнеть, и на рынке ощущалась особая атмосфера, которую нельзя было почувствовать днем. Площадь оживала. Везде загорались вечерние огоньки, и витрины начинали манить к себе особым мерцающим светом. Шумные толпы людей не спеша проходили мимо различных лавочек и рядов с палатками, и везде, где можно было купить сувениры или что-то съестное, они непременно останавливались и скапливались там с особым энтузиазмом, выстраиваясь в длинные очереди. И в довершение ко всей этой неспешной процессии где-то вдалеке раздавались приглушенные звуки скрипки, убаюкивающие своим спокойным лейтмотивом.
Оказавшись в толпе, мистер О’Брайен ненадолго остановился и начал выискивать кого-то взглядом.
— Ну вот смотри, — наконец сказал он, указывая на одного из торговцев. — Это, например, мистер Ллойд, наш местный старьевщик. И если нужно достать что-то необычное из наших дорожных вещей (по типу дорожных сумок, сундучков, фонарей и прочее), то первым делом мы идем к нему. Ну а для прикрытия он торгует обычными людскими вещами — вроде старинных часов или шкатулок, и люди у него даже что-то покупают.
И Энди увидел, как за небольшим столиком примостился какой-то старичок и торговал там разными старинными вещами, как это обычно бывает на блошиных рынках.
— А вон там, — продолжил мистер О’Брайен, указывая уже на другого человека, который стоял за стойкой бара и пил там кружку пива, — это еще один гном. И можно подумать, что он один из посетителей, и, в общем-то, он неплохо вписывается в общий антураж, но… нет, это гном. И в основном он помогает новым приезжим с обустройством: в общем, знает все лучшие места для заселения в Лондоне… И Патрик, скорее всего, нашел ваш дом именно через него, — сделал мистер О’Брайен небольшое отступление. И затем продолжил: — И вон ту парочку я тоже постоянно здесь вижу уже многие годы подряд, — и он кивнул в сторону пары торговцев (по всей видимости, мужа и жены), которые торговали чем-то вроде кроличьих шкурок.
— Ага, — сказал Энди, находясь теперь под некоторым впечатлением, — теперь я, кажется, понимаю, как тут все устроено…
И мистер О’Брайен улыбнулся.
— Как видишь, — сказал он, — наш рынок разбросан по укромным местам, и все зависит от того, что ты хочешь достать. И кстати, с Патриком я тоже познакомился здесь. Раньше он часто приезжал на рынок и торговал здесь чем-нибудь необычным. Но в основном это тоже было всякое старье.
— Оу, понятно… — кивнул Энди, и теперь для него прояснился еще один момент, связанный с Патриком: почему он, собственно говоря, приехал с тележкой и постоянно ходил с ней на рынок.
А еще Энди захотелось понаблюдать теперь и за другими торговцами и вычислить среди них тех, кто потенциально мог быть похож на гнома. И пока они шли, он пристально вглядывался в каждого, кто появлялся на его пути.
— А вон тот? — спросил он, указывая на еще одного «подозрительного» торговца.
Он увидел впереди них невысокого старичка с трубкой во рту, на котором была треуголка старых времен и белый фартук поверх пальто. Энди как-то уже видел его до этого и запомнил как раз по этой необычной треуголке и решил сделать ставку именно на него, потому что обычные люди так точно бы не одевались. И, как и в случае с тем посетителем из бара, он скорее был похож не на торговца, а просто на счастливого обывателя рынка, который всем все время улыбался и покуривал трубку и лишь изредка вылавливал из толпы прохожих прищуренным взглядом.
— Хе, — усмехнулся мистер О’Брайен. — Вот тут ты угадал. Это тоже гном. — И проходя мимо него, он незаметно поздоровался с ним легким кивком головы.
— Вау, вот это круто! — восхитился Энди своему удачно сделанному выбору.
— Да, его лавка находится чуть дальше, — пояснил мистер О’Брайен. — Но она почти всегда закрыта, и его нужно искать по всему рынку. В общем, необычный товарищ. И у него мы обычно берем табак. — И потом он добавил: — В основном здесь, конечно, торгуют старички, но могут попасться и более молодые гномы, так что, как я и говорил, угадать наверняка, кто есть кто, бывает достаточно трудно.
— Да… — согласился с ним Энди и еще раз обернулся назад. — Но вообще, это так странно… — сказал он подумав. — Я видел их уже столько раз, но никогда раньше не обращал на них особого внимания…
— И это не удивительно, — улыбнулся мистер О’Брайен. — Среди людей мы все-таки более сдержаны и многого себе не позволяем. Некоторые из нас, конечно, уже примелькались, поскольку работают тут постоянно, но все равно в основном это все очень неприметные слои вроде торговцев или разносчиков газет, которые вроде бы всегда на виду, но в то же время их почти никто не замечает.
И дальше Энди уже шел и думал о том, что если уж гномы могут так спокойно разгуливать среди людей, то, может быть, их можно встретить не только на рынке, но и вообще где угодно, например, у них в школе…
— А в нашей школе? — наконец спросил он. — Там есть еще гномы, кроме вас? Наш математик, например, — не мог успокоиться Энди. — Он вроде бы тоже немного того… странный…
— Хе, нет, — усмехнулся историк, — он сам по себе такой странный… А в школе я был единственным гномом. Да и в нашем районе их практически нет. И я пересекаюсь с ними в основном только на рынке.
— Тогда вам, наверное, скучно там одному? Я имею в виду, в школе. Все время приходится что-то скрывать или прятаться… и ни с кем не поговорить особо.
— Ну, как сказать, со временем уже привыкаешь… К тому же с людьми иногда тоже бывает о чем поговорить.
Но в то же время это прозвучало немного грустно. И Энди подумал о том, что, наверное, это все-таки неимоверно сложно — жить среди людей, притворяться и все время бояться, что тебя вот-вот раскусят. И наверное, хорошо, что есть такие места вроде рынка, куда они могут спокойно прийти и просто вдоволь наговориться друг с другом (сплетничая о каких-нибудь своих «гномовских делах»).
— Но по крайней мере, быть гномом — это как-то необычно, — решил поддержать его Энди. — Вы можете, например, делать всякие трюки с превращениями…
— Хех, — посмеялся историк, — это действительно многого стоит.
— Ну и пользоваться всякими интересными вещицами тоже можете.
— Это да…
И потом Энди осторожно спросил:
— А всякие магические штуки?.. Их здесь тоже можно купить?
— Ну… — мистер О’Брайен покачал головой из стороны в сторону. — Купить-то может быть и можно, но вот продадут их не каждому. Так же как и зелья.
— Хотите сказать, их могут купить только гномы?..
— Ну, людям-то их точно не продадут, но среди гномов тоже есть свои ограничения. У нас для этого есть, например, специальные карточки с рангами. Вот, — и он достал из кармана обычную пластиковую карту, на которой был изображен значок табачной трубки, а рядом с ним английская буква «V» (которая, видимо, и означала уровень ранга). — В общем, все наши «магические штуки», да и зелья тоже, продаются только в соответствии с этими рангами. И если ранг позволяет, то можно купить уже что-нибудь интересное. У меня вот, например, Высший ранг (из-за моей, так сказать, хорошей «кредитной истории»), и мне доступно здесь практически все. А есть еще Обычный ранг («О») и Низший ранг («N»). Но с ними, конечно, мало что можно купить, — и, показав карту Энди, он убрал ее обратно.
— Оу, понятно… — протянул Энди.
— А есть, например, предметы, — продолжал мистер О’Брайен, — доступные только для гномов самого высшего ранга (вроде нашей правящей Верхушки), и для всех остальных эти вещи запретные. Но на рынке их, конечно, не продают. Здесь продается только что-то попроще (вроде магических пряжек на туфли, которые не дают обуви промокнуть, ну и всего остального, что может пригодиться в быту). Хотя для кого-то и это под запретом… И самые низшие гномы, как ты понимаешь, могут купить только самое простое и необходимое. А таким гномам, как та банда, вход на рынок вообще закрыт. Ну, точнее, они могут прийти, конечно, но им здесь все равно ничего не продадут.
— А как же они тогда достают это все? Те же зелья, например?..
— Ну, как и всегда, какими-нибудь окольными путями. Так что здесь им появляться смысла нет. И в этом плане рынки считаются самым безопасным местом. — И потом мистер О’Брайен на всякий случай добавил: — Но ты все равно далеко не отходи…
— Хорошо… — немного обеспокоено ответил Энди.
И хотя он столько раз уже был в Ковент-Гардене и никогда ни о чем не беспокоился. Но почему-то сейчас слова мистера О’Брайена заставили его слегка заволноваться.
А между тем они продолжали пробираться сквозь палаточные ряды, и мистер О’Брайен нет-нет да и здоровался с кем-нибудь, а Энди с любопытством смотрел по сторонам и все ждал, когда же они наконец остановятся и что-нибудь купят. И в какой-то момент Энди в очередной раз на что-то отвлекся, а потом вдруг понял, что потерял историка из виду… И было непонятно — то ли он ушел куда-то вперед, то ли отстал позади, то ли вообще зашел в какую-нибудь лавчонку. И Энди стало немного не по себе.
Ну вот почему, когда мистер О’Брайен сказал от него не отставать, так получилось, что он тут же отстал. Но паниковать было еще рано. Сначала он прошел быстрее вперед, извиняясь и обгоняя людей, а потом вернулся назад и блуждал уже там, заглядывая в различные лавки. И каким-то образом случайно забрел в мясницкий закуток, где в отличие от шумной улицы было довольно тихо. Там продавали различную птицу вроде гусей и уток, и их разделанные тушки висели на железных крюках и болтались там вверх ногами.
Энди всегда недолюбливал мясницкие закутки. А эта тишина только еще больше нагнетала какое-то нехорошее чувство, которое нарастало в нем все больше и больше. И он уже развернулся, чтобы уйти отсюда, как вдруг неожиданно наткнулся на продавца, который, как выяснилось, все это время стоял на входе у него за спиной и наблюдал за ним… И первым делом в глаза Энди бросился его рабочий запятнанный фартук, а также огромный нож, который он держал в руке…
— Потерялся, что ли? — с усмешкой спросил он, и нож в его руках зловеще блеснул.
У Энди в голове все смешалось, и на секунду он даже подумал о том, что вдруг это был кто-то наподобие той банды — такой же алчный и беспринципный, таящий в себе нечто опасное и с такой же кривой ухмылкой, как и у них… Однако развить эту мысль он не успел.
— Энди, вот ты где! — тут за спиной мясника раздался голос историка.
Энди тут же подскочил. И не раздумывая пронесся через дверь и с радостью выбежал к нему навстречу.
— Ну я же просил далеко не отходить, — немного сердито сказал мистер О’Брайен, но было видно, что он тоже слегка разволновался. И потом уже более мягко добавил: — Ну ладно, идем. Я, кажется, присмотрел тут одно местечко.
— Ага… — залепетал Энди, почему-то чувствуя себя виноватым.
И он послушно пошел за историком, стараясь не выпускать его больше из виду. Но напоследок он все-таки обернулся назад и увидел, как тот мясник тоже посмотрел ему вслед и встал на пороге своей лавки, довольно сложив на груди руки, и Энди сразу же поспешил отвернуться. Нет, все-таки на тех гномов из банды он не был похож, и, видимо, у него была просто такая мясницкая натура. И наверное, теперь Энди везде будут мерещиться эти ужасные типы.
— Нам сюда, — сказал мистер О’Брайен, и они зашли в крытый торговый центр. И остановились чуть в стороне от закусочных, где народ толпился больше всего.
— А я думал, мы идем покупать зелья… — удивленно сказал Энди, стоя посреди холла.
— Так и есть, — ответил мистер О’Брайен. — Но сперва нам надо будет достать немного деньжат. А то мои совсем уже на исходе. — И увидев непонимающий взгляд Энди, он пояснил: — Рынок — он на то и есть рынок, что на нем можно не только потратиться, но еще и заработать. — И затем он встал за углом, скрываясь от проходящей мимо толпы (совсем как настоящий преступник в ожидании своей жертвы). И Энди настороженно спрятался за его спиной.
— И что мы будем сейчас делать? — немного заволновался Энди, совсем не желая становиться уличным воришкой или вором-карманником.
— Сейчас все увидишь, — успокоил его мистер О’Брайен. Но потом решил немного прояснить ситуацию: — Самое главное из того, что могут делать гномы, — сказал он, — это исполнять желания. Но не просто так, а за монетку. И сейчас нужно хорошенько прислушаться к тому, чего хотят люди.
— Так, значит, это правда?! — воодушевился Энди. — Гномы и вправду могут исполнять желания??
— Хм, а ты, оказывается, что-то знаешь о гномах… — удивился мистер О’Брайен.
— Да!.. — чуть ли не выкрикнул он. — Мне об этом бабушка рассказывала!
— Тише-тише, — шикнул на него мистер О’Брайен и оглянулся по сторонам. — Не так громко. Не хочу, чтобы на нас сейчас обращали слишком много внимания. — И потом уже более спокойно добавил: — Но вообще, да… и, как видишь, люди придумали это не на пустом месте…
И пока Энди снова восхищался способностями мистера О’Брайена, тот внимательно начал осматривать толпу. Мимо проходили различные люди — кто-то не спеша, кто-то, наоборот, торопился, кто-то шел молча, а кто-то говорил по телефону. А не так далеко остановились две женщины, чтобы сделать фото у красивой витрины, и было слышно, как они обсуждают новую линейку какой-то парфюмерии, но что вроде как она уже вся распродана и как же это жаль, потому что так хотелось купить именно ее.
И в этот момент мистер О’Брайен сощурился и посмотрел прямо на эту женщину. А затем он вытянул руку наверх, и в ту же секунду в его пальцах заблестела монета. Со стороны же это выглядело так, будто он показывал сейчас какой-то необычный фокус и достал монетку откуда-то из рукава.
— Вау! — воскликнул Энди, радуясь этому как какому-то представлению.
— Ну вот, — сказал мистер О’Брайен, отдавая ему монетку. — Сейчас ей позвонят из магазина и скажут, что на складе остались еще одни последние духи… А эта монетка из ее кошелька: не так уж и много за такое желание.
— Да… — сказал Энди, разглядывая монетку в 50пенсов. — Но это и вправду круто!
И тут вдруг женщине действительно кто-то позвонил и что-то сказал про духи. Потому что в следующий миг она засияла (прям как монета в руках историка), и, сообщив подруге, что на складе осталась еще одна коробочка (как раз для нее), она поспешила попрощаться с подругой и поскорее ушла.
— Вау, — сказал Энди еще раз. — Ее желание и вправду сбылось!
— Ага, — кивнул историк. — И в ближайший час нам нужно будет заработать на этом столько, чтобы хватило на зелье.
— А вы что, — не унимался Энди, — можете прям любое желание исполнить?
— Думаю, что да. Но чем больше желание, тем больше различных нюансов. Да и деньги приходят не так быстро. Так что в это я не ввязываюсь. Ну и в какие-нибудь черные дела тоже. А вот такие простые и незамысловатые вещи — это по мне.
И вскоре они уже ходили по холлу и набирали монетки одну за другой. И Энди тоже помогал. Он отслеживал людей, которые говорили о том, чего бы они хотели, и сообщал об этом историку. И таких людей, как оказалось, было немало. В предрождественский период люди охотно делились своими желаниями и планами на будущее. После чего эти желания каким-то странным и непонятным для них образом исполнялись прямо у них на глазах.
И для Энди это тоже было настоящее рождественское чудо. И несмотря на то, что он вроде как уже знал, что мистер О’Брайен — гном (со всеми вытекающими отсюда последствиями), но он все еще не переставал удивляться той магии, которая исходила сейчас из его рук.
И за последующий час они успели исполнить довольно-таки много желаний: например, исполнили желание девочки, которая хотела собаку, помогли деловому сотруднику, который мечтал о повышении, привлекли небольшие инвестиции для какой-то компании, а также позаботились об одной старушке, чтобы ей было, с кем встретить Рождество, и еще много чего другого.
И вскоре у них было уже столько монет, что они даже не помещались у них в карманах.
— Ну да ладно, — сказал наконец историк. — Думаю, что нам этого хватит. Только обменяем их сначала на наши.
— Хорошо, — согласился Энди, как будто бы понимая, о чем идет речь (и на какие «наши» их нужно обменять).
