Глава 2
Очнулась от какого-то бормотания, то набирающего обороты, то становящегося медленным и заунывным.
"Нет, ну что за тоска смертная?! — подумала раздражённо. — От подобных причитаний самой удавиться хочется… Ох, или я уже? В смысле того… И это кто-то над моим телом убивается? Пашка?! Только не он…"
Представив себя голой, в морге, на столе, перед бывшим, ощутила жуткую неловкость. Блин, хотела ведь вчера ноги побрить, да некогда было… А теперь лежи тут, позорься… Ох, и лак на мизинце облупился, а ещё прыщ на левой груди выскочил не вовремя, прямо возле соска. Вот стыдобища, что он обо мне подумает?! Скажет, совсем себя забросила после расставания с ним!
Эх, что называется, не везёт, так не везёт! Ну почему я не умерла, допустим, перед свиданием и во всеоружии: с причёской, макияжем, маникюром? Чтобы он смотрел и сам себе завидовал, что когда-то обладал таким совершенством… И ведь нет же, я скончалась после забега по общежитию, ночи в морге, экзамена, растрёпанная, с облупившимся лаком и волосатыми ногами… Вот уж дудки, несогласная я так!!!
Меня накрыло такое сильное возмущение, что я дёрнулась и открыла глаза… И тут же встретилась взглядом с перепуганной Зинкой:
— Тише ты, не шевелись! — еле слышно прошептала она. — Лучше продолжай притворяться мёртвой. Кажется, мы угодили к сектантам.
К сектантам? Притворяться??? Ох, я прямо физически почувствовала облегчение от данной новости. Значит, смерть отменяется?!
— Чудесное известие! — сообщила подруге, радостно улыбаясь.
Но она почему-то не оценила моё хорошее настроение.
— Ты что?! Головой ударилась?! — разозлилась девушка. — Что тут чудесного?! Я говорю, что мы не понятно где и непонятно зачем. Возможно, нас скоро принесут в жертву, а она радуется!
— Ну, пока же не принесли! Мы живы! Разве это не здорово?!
— Н-да, меня всегда поражал твой неискоренимый оптимизм! — закатила глаза Зинка и резко замолчала, прислушиваясь.
Я тоже притихла. Бормотания прекратились. Послышался шорох, шаги, а потом тот же мужской голос сообщил:
— Ритуал закончен. Принимайте нового лекаря. Я удаляюсь.
— Но, ваше Темнейшество, их же двое! — нерешительно возразил другой мужчина.
— И-и-и? Вы считаете это должно меня волновать?! Не устраивает, избавьтесь от одного. Уж решите как-нибудь сами данную проблему! А мне некогда. Я и так на ваш призыв целых два часа своего бесценного времени потратил!
И столько холодного высокомерия, раздражения, недовольства и брезгливости было в этом голосе, что я невольно поёжилась, как от чего-то липкого и мерзкого, а потом испугалась, догадавшись, что речь, скорей всего, о нас. Судя по расширенным от страха зрачкам и вытянувшемуся лицу подруги, она тоже это поняла.
— Ваше Темнейшество, но… кажется… они — женщины!!! — воскликнул кто-то третий совсем рядом.
В смысле — "кажется"??? Нет, ну это уже ни в какие ворота! Хотите избавляться — избавляйтесь, зачем же оскорблять?!
— Ну так исправьте этот недостаток! Магистры вы или кто?! — посоветовал всё тот же высокомерный гад. — Должна же и от вас быть хоть какая-то польза. Всё! Не утомляйте меня вашими мелкими, ничтожными проблемками. Надоело…
Дальше послышался звук удаляющихся шагов, хлопок двери и… Словно по команде включился шум десятка голосов, громко о чём-то спорящих. А мы с Зинкой ошарашенно вылупились друг на друга и попытались осмыслить услышанное.
— Мил, а Мил… это они про нас, да? — побелевшими губами тихо спросила подруга.
— Похоже на то, — вынуждена была признать я.
— Ясно. Я только не поняла, про какой такой недостаток они говорят? — облизнув пересохшие губы, уточнила Зинка.
Я сглотнула образовавшийся в горле ком. Моё медицинское воображение услужливо подкинуло сразу несколько способов избавления нас от вторичных половых признаков… и ни один из них не был гуманным! И вот тут меня накрыла самая настоящая паника:
— Бежим?!
— Бежим! — согласилась Зинка.
Мы схватились за руки, подобрались и как рванули в разные стороны…
Понятно, что, учитывая наши сцепленные руки, ничего хорошего из этого не вышло, никуда мы не добежали — только столкнулись друг с другом и бухнулись на пятые точки, зато внимание к себе привлекли.
— Они очнулись! — вскрикнул мужик в чёрной хламиде, находящийся ближе всех к нам.
Другие хламиды тут же замолкли и повернулись в нашу сторону.
— О, лаиры! — воскликнул один из них, скидывая с себя капюшон и открывая приятное лицо пожилого господина с добрыми голубыми глазами, седыми волосами и радушной улыбкой. — Наконец-то! Как же сильно мы вас ждали!!!
Он говорил с такой искренностью и воодушевлением, что я даже усомнилась в своих прежних выводах. Ну не может же человек так радоваться перед убийством другого человека. Если, конечно, он не больной маньяк… Но данный дедушка не производил впечатления психа.
Мы с Зинкой растерянно переглянулись и с настороженностью стали ждать, что же будет дальше.
А дальше свои лица открыли остальные хламиды, и мы увидели, что все они являлись мужчинами разного возраста, но никто не смотрел на нас с кровожадностью, наоборот, с такой теплотой, будто давно потерянных и разыскиваемых родственников нашли. Как-то это не вязалось с услышанным ранее. Ничего не понимаю, но знаю одно, что бы ни случилось, живой не дамся и Зинку тоже не отдам…
