Птицами

Анастасия Владимировна Казакова

Здравствуй, душа! У тебя в руках книга бесконечных полетов-поисков себя от компаса к компасу, от сердца к сердцу.Первая глава «Путеводная» напомнит о важности твоего пути и любого выбора.Вторая глава «Ласточкам» даст ключи к женскому сердцу и птичьей чувственности.Глава «Дорога домой» приведет тебя к истокам своих корней и земного начала.В минуты больших перемен, пусть моё слово будет с тобой. Чувствуй себя.

Оглавление

  • Глава «Путеводная»

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Птицами предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Дизайнер обложки Олеся Северина

© Анастасия Владимировна Казакова, 2021

© Олеся Северина, дизайн обложки, 2021

ISBN 978-5-0051-4611-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава «Путеводная»

Это не я пишу, это он говорит

Тот, кто создал вселенную светом твоих орбит,

Тот, кто не слышал, — знает, как твоя жизнь тонка.

Ты слышишь голос сейчас, — голос проводника.

Это не я пишу, это он он мне велит писать,

Тем, кто не знает — он позволяет знать.

Тем, кто в сомненьях — он замыкает круг.

Это не я говорю, — твой внутренний друг.

Это не я пишу, это он говорит тебе:

«тот, кто измерил боль,

пойдет трещиной на судьбе,

кто не измерил стыд,

будет тот жить у скал»

Это не я говорю, это он

сейчас рассказал.

Это не я пишу, это он говорит:

«Тот, кто не начал жить сердцем,

Смелость не сохранит.

Тот, кто отчаялся — он и отчалит вспять.

Тот кто не начал сейчас — так не начнет желать»

Это не он за тебя,

Это ты за себя живёшь.

Дышишь и плачешься..

Сам себя узнаешь?

Слышишь свой голос, что за сомненьем спит?

Это не я говорю, это он тебе говорит.

Счастлив лишь тот, кто сумеет себя принять

я говорю это и замирает кожа.

если ты сможешь сгорать или согревать —

значит твой голос пронзит чью-то суть до дрожи.

счастлив ли тот, кто сумел позабыть дела

и улететь к семье, отложив заботу.

если ты сможешь найти для себя слова —

значит и ты свою разглядишь природу.

счастливо будешь идти из последних сил

в гору лишь с теми, с кем точно вместе..

счастлив лишь тот, кто вновь себя полюбил

счастлив лишь тот, кто звучит аж до дрожи сердце.

Поговори сердцем

Если звучишь устало

и не находишь места,

Поговори сердцем,

Поговори сердцем.

Душит молчание, тушит

всё, чем ты мог согреться.

Поговори сердцем,

Поговори сердцем.

Ночью подкралось утро,

Птицы запели в терцию.

Поговори сердцем,

Поговори сердцем.

Молча твой сон ворочит

Голос из-под земли.

Поговори сердцем,

Просто поговори…

Я подарю тебе компас

И, перевязанный фетром,

Ты будешь слышать свой голос

Внутри, простуженный ветром.

Идя по скользким равнинам,

Ища уверенность в слабом,

Убереги в себе силы забыть

И помнить о главном.

На перепутьях расколов

Свою найди половину,

Ключи от сердца засовов

Бери, утрачивай мнимых.

В словах теряется смысл,

А в этих — главное — вера.

Ты сквозь песочные цифры

Узнай родное без меры.

Ты — заблудившийся странник,

В пустыне выживший колос.

И что ни страшно, то странно…

Я подарю тебе компас…

Великий творец путь прошел осторожно

Другой же великий всегда говорит:

«я знаю одно — ошибаться несложно,

Сложнее принять все ошибки внутри»

Так первый шагал по красивым равнинам

И жуткие ямы, летя, огибал.

Второй наступал на все камни и мины,

Ругая себя за страшнейший провал…

Один уклонялся от ветра и града,

Купил себе зонт от ночного дождя.

Второму же только бы это и надо:

Под бури нырять и в глубины себя.

Так первый прожил весь свой путь осторожно:

Послушней деревьев и тише полей.

Под штилем в ненастье легко ли быть? Сложно!

и этому учит мудрец тот людей.

Второй с осторожностью не нашел сходства,

Но понял однажды мудрейшую мысль:

В принятии жизни его превосходство!

Идти по ошибкам и есть сама жизнь!

И если равнина покажется ложной

Тропой на извилистом ярком пути,

я знаю одно — ошибаться несложно —

готовься принять все ошибки внутри!

Слышу вместо «Cпасибо» — «Cпасите»

Кто-то протягивал карту.

— Тяните

За ваши последние шансы, надежды

Тяните, всё будет, как прежде!

— Тяните, я вам погадаю немного!

Ну дайте порадовать дедушку Бога,

Ну дайте ему насладиться на завтрак

Словами о вашем «завтра»!

— Тяните, ну что же вы медлите, люди!

все ждете, когда вас другие разбудят?

Когда не дотяните в яркий финал?

Берите колоду — бог сам отбирал:

Красивая, тонкая, словно ладонь,

Тяните скорее, раз нужен огонь,

Тяните, а то разгорится сначала

Конец, который вам все обещали.

Там всё, что вам нужно, а может и больше!

Там всё, что останется множить и множить,

Вся сказка о том, как спастись от тоски —

От жизни унылой реки.

Дотяните, будете возгласом вод

Слагать обещания вечностью нот,

О том, кем не стали… и стало б хотеть,

Когда не учили уметь.

— Я вам говорю, поскорее тяните!..

Но гневом и смутой был пойман спаситель

— Тяните, дотяните…!

Вместо «спасибо», толпа выбирала «спасите».

В мире этом, где нам так легко

ад и рай поменять местами,

я прошу тебя об одном:

искуси меня чудесами.

я прошу, как уже не придут

поезда для вновь отстающих,

я прошу, как просили хлеб

не публичный, а хлеб насущный.

у вселенной не в долг, а в жизнь

новым пульсом цвету при этом-

я себе говорю: «держись

за крутящую ту планету»

я себе говорю «иди,

хоть лесами…»

хоть знали б сами,

что весь путь, что у нас из-под ног дрожит

пахнет весь насквозь чудесами.

Соединяет время, соединяют страны…

нам бы лететь с теми…

нам бы любить странность.

нам бы собрать город

в пробок одних букеты,

нам бы найти повод

не раздавать лето.

нам бы стихи под сердцем,

а на фасаде буквы…

будет ли кто-то греться

под рифмоногим стуком?

будет ли кто-то помнить

соединенность эту?

нам бы лететь с теми.

нам бы крутить планету.

Москве

Этот город цветет пестровато синим,

Мои смелые сны розовеют закатом.

Я люблю этот город упрямо, сильно,

Я люблю, как сестра не полюбит брата.

Я люблю возвращаться в пустые стены

И смотреть, как земля каменеет новым.

Я вдыхаю так жадно твои перемены!

Я люблю тебя жестом, движеньем, словом.

Этот город столичней из всех историй,

Этот город публичней, чем люди в черном,

Да, я знаю, свобода немало стоит,

Но я верю твоим и моим расчетам.

Это город мой мир замыкает в выстрел,

Эта вспышка во мне прокричит салютом.

Я люблю этот город за веру в числа,

Я люблю, даже если наступит утро.

Ты меня полюбил, я узнала это,

Когда кинулась в небо твоих объятий,

Я вдохнула тебя позапрошлым летом

И теперь надышаться тобою не хватит.

Это чувство въедается в самое сердце,

Словно площадь твоих нерастущих сосен.

Я люблю тебя, будто последнее место,

О котором меня никогда не спросят.

Бабочки иногда умирают в коконах

Бабочкам тем не хотелось летать.

бабочки верили, бабочки поняли,

что тишина их научит мечтать.

Спрятавшись в прошлое, кутаясь в ясное,

Выпив снотворное, тянутся в тень.

Бабочки видели где-то прекрасное,

Бабочкам снится тот день.

Кажется, вот они — бабочки! — вот они!

Снова закроют глаза и — на свет…

Бабочки иногда умирают в коконах.

Там, где нас нет. Там, где нас нет.

Счастье ведь в этом есть

Чтобы за ним идти.

Веруй, пока ты здесь,

В силу себя спасти.

Лишний сыграет в смех,

Лучший — под сердца стук.

Ложно решить за тех,

Кто тебе вправду друг.

Выбитый решкой путь,

Станет ребром души.

Если познаешь суть —

Не говори — дыши.

Смело бери своё,

В большее уходя.

Ты потеряешь всё,

Чтоб обрести себя.

По всем законам аэродинамики шмель не должен летать…

он и не думал, что затевает зря

первый свой подвиг,

первый полет шмеля…

он и не слышал, что

по законам земным

шмель должен думать

путем иным…

он не рассчитывал

скорость упрямых сил,

он не считал сколько съел

и сколько сегодня пил,

он полюбил себя

так, как создатель его.

он полюбил себя так,

как себя самого…

да, он не думал, что затевает зря

первый свой подвиг и первый полет шмеля.

и он взлетел. как сумел он? — спросили вы?

взмахи его были взмахам мечты равны.

Секреты природы всегда просты

(не каждый из нас видит в сложном простое)

попробуй заметить предел суеты —

она ничего не стоит.

попробуй замедлиться, выдохнуть суть

и шар заменить на плоскость,

попробуй так просто и плавно вдохнуть,

заметно вздымая легкость…

ведь, если работой ты выдавишь труд,

она ничего не стоит:

ни всех твоих сил, ни тончайших минут,

когда ты бывал в покое.

поэтому помни предел суеты,

теперь ты заметил и в сложном простое:

секреты природы всегда просты.

и не забывай, что ты многого стоишь.

Иногда ты позволишь себе не молчать

стать таким, как ты хочешь, стать тонким и голым.

и тогда ты почувствуешь силу кричать,

чтобы быть невесомым.

иногда ты безудержно падаешь в прах,

иногда возвращаешься к легким закатам,

и тогда ты уже приручаешь страх,

чтобы быть крылатым.

постучись в эту дверь и тебе отворят,

пусть немного, но в истине ты ставишь меру.

и тогда тебя силой потянет назад,

но ты станешь первым.

Он говорил: «Ты здесь не навсегда»

он говорил: «выдыхай, и тебе пора.

будет с тобою боль разжимать ладонь,

чтобы ты чувствовал, что живой.»

он говорил, что за парою мудрецов

спрятал твои сокровища и отцов.

но, чтобы их распознать в пути,

ты должен каждому верить и быть един.

он говорил: «это твоя печать-

выучить правду и помнить, как обучать.»

он говорил, что пример твой заглушит ложь,

сердце не сбережешь.

он говорил, что, когда придёшь отвечать,

станешь пустым и научишь других молчать,

так что запомни: ты здесь не навсегда.

выкрикни, выдыхай… и тебе пора.

Морячки в полоску…

а в их глазах,

будто в море брызжет густой бальзам,

будто им не снились такие сны,

где «красивые, пьяные и не мы».

на юга приходят забвенно спать,

чтобы и не вспомнить, как воевать:

так, как минус день по седой реке,

так, как глыбой в водном своём пике…

настоящий, гордый в себе моряк,

он прошьет свой парус под якоря,

и глаза раскосые бросит вверх

от войны до разных людских утех;

в полосатый берег, покинув кров,

он нырнет, не снимет своих оков,

чтобы морем сглаживать мёртвый ил,

чтобы помнить заживо тех, кто был

морячком, с раскосым потоком глаз…

они там, о жизни скорбят за нас.

Мальчик с глазами кота

Сколько нужно сменить масок

Чтоб сбежать от себя на раз так

И быть тихим на раз-два-три?

Сколько раз говорили «замри»?

Замирали мирами и, знаешь,

Ты, себя не познав, приземляешь.

ты один, научившийся ждать,

но не слышишь команды «взлетать»

сколько можно менять свои мысли?

Все они за пределом. И мы с ним

Запредельно меняем свой путь…

Не свернуть от мечты. Не свернуть.

Сколько нужно сменить масок,

Чтоб сбежать от себя на раз так?

Сколько ждать, когда кончится бой —

Бой с самим собой?

Просто будь собой.

Я из страны восходящего снега

Может, и в целом мире

Не слышал ты даже о северном лете,

О маленьком лете Сибири.

Я из страны восходящей равнины.

Соснами в травах объята,

Там, где Столбы размываются в льдины,

была рождена когда-то…

Я из страны восходящих великих.

Там, где как скалы люди,

древних пород и степей

многоликих

вечную жизнь пробудят.

Я из страны перемен восходящих,

Стойкости трав и побегов.

Выросла в храме людей настоящих,

чуть припорошенных снегом.

Поэтам

Прячутся камни — у них молчаливый век

время твои собирать страницы.

кто-то сказал, что поэт — он не человек

кто-то сказал, что поэт — это птица.

прятался камнем… И снова твоя тетрадь

в рифмах и ритмах плывущим карандашом…!

кто-то сказал, что поэту дано писать,

кто-то сказал, что поэт себя сам нашёл

сыпались камни и мялись границ листы,

и опускался поэт в бытующие просторы…

кто-то сказал, что поэт — это ты,

кто-то поверил и камнем бросился в море.

Я стояла одна где-то на маяке…

Ночь стонала,

Не знала что будет дальше.

Я спускалась со дна

Снова без, налегке…

Притворялась,

Что снова совсем не страшно.

Я стояла в своём самом первом году,

Как стоят молчаливые дети,

И смотрела в мою бездну и пустоту,

Над которой с рождения в ответе.

Позади был маяк — там горела душа.

Нас таких осветили. И, если

ты не служишь другим и совсем не нужна,

То уже никогда не воскреснешь.

И сейчас я стою всё на том маяке-

Отстояла кривые дороги.

Да, я знаю не выйти и дальше строке,

Если риск не оправдан итогом.

Пусть и этот маяк осветит в темноте

Наши самые верные страхи…

Мы стоим все давно на одном маяке…

Один шаг от паденья до взмаха…

И я спросила: «Как стать молодым поэтом»?

Стоит ли в это

прыгать и бросить однажды последние крики?

пусть они стынут.

зная, что сквозь тебя они точно выйдут.

Я говорила, со страхом влезая в бездну:

«лёд это треснет

и разорвётся внутри меня горьковато синим…

может, красиво

рифмы по полу в хрусталь собирать как память?»

Знала, что точно они меня будут плавить,

как эта боль внутри.

Хочешь — беги.

Пишешь — сгори с этим рифмами что у тебя в крови.

Или поверь, как не быть в бесконечной грусти,

загнанным вусмерть в уединение строк…

Ты же когда-то смог

так растерзать себя, чтобы врывалось Слово?

и не отдать другому

душу свою и крик одиноких стен.

Значит и сможешь себя полюбить,

Счастливо с этим плыть,

может, не по теченью, а против:

Ты же не против

быть и поэтом, и кем-то другим.

Будь молодым.

Но не пьянея от неразделенной.

Будешь влюблённым — вспомни таким себя.

Все это — я.

Я, как и ты, забывала это:

вдребезги светом

я возрождала тьму

или свою тюрьму,

и закрывала её на протяжный стих.

Ты говоришь, я готова,

взять и связать себя в Слово?

Стать навсегда «молодым поэтом»?

Многие так и остались в этом…

Я остаюсь собой.

Маленький принц

Среди разных планет и основы,

Среди тучных и радужных лиц

Я храню тебя силою слова,

Я пишу тебе, маленький принц.

Те мечты мои в розовом цвете

Под шипами реальности дней

Уже выросли, снова не дети,

Им, наверное, стало видней.

Подрастешь и увидишь глазами

Самых главных людей, их завет,

Растеряя секунды часами,

Не жалея потерянных лет.

Ты друзей не бросаешь в пустыне,

Ты — колодец бездонной души.

Я другим расскажу, ну а ты не

Прощайся со мною, пиши…

Ты учил меня разуму сердца,

Ты скрывался за лесом ресниц…

По дороге заблудших инерций

Я пришла к тебе, маленький принц

Моя смелость

идёт

и подводит к нулю

Равносильности и непокорности тел.

Никогда чтоб «не вынести», «не полюблю».

Раскрошили по контуру пропасти мел.

Моя смелость — дыр,

И парящие в ней,

Это полуфатальные, из тишины,

Говорящие правду

По звукам людей

Где-то недоуслышанных,

Загнанных в «мы».

Моя смелость — покой,

Ибо он и увлёк

Равновесие данности,

Суть тупика.

Моя смелость — последнему

В мире урок,

Моя сила — последняя эта строка.

Ты — это Мир

который ты воскресил.

Он это знал

и Он говорил: «Иди».

Ты — это знак,

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

  • Глава «Путеводная»

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Птицами предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я