Глава 24
Эврисфей встретил Геракла настороженно и недружелюбно. Увидев в его руке крыло железной птицы, он побледнел, попятился и проговорил:
— Хорошо, Геракл! Выполнил ты третий мой приказ! Иди пока. Я подумаю, что тебе ещё поручить!
Геракл, воспользовавшись передышкой, отправился вместе с Антошкой и Никосом в гости к Иолаю. Тот очень обрадовался своему другу и ребятам, с которыми уже успел подружиться. Тем более что начинался Великий праздник в честь бога вина Диониса.
В этот день никто не работал, а только веселился. Иолай дал Антошке и Никосу чистые хитоны и нарядные плащи. Антошка и не заметил, что их одежда стала грязной, а в некоторых местах образовались прорехи. Когда ребята переоделись, они всей толпой отправились на площадь.
Там полным ходом шло веселье. Юноши в нарядных одеждах ходили среди толпы и угощали всех разбавленным вином. Поднесли чашу с вином и Антошке. Он опешил:
— Детям нельзя пить вино! Спиртные напитки можно пить только с двадцати одного года!
— Антоний, молчи и пей! — шепнул ему Никос, ткнув в бок. — Рассердишь бога Диониса!
— За что?!
— Дионис — бог плодородия и виноделия. Это он научил греков выращивать виноград и делать вкусное вино!
— Узнала бы мама…
— У нас юноши в двадцать один год уже не раз ходили сражаться с монстрами, чудищами, а ты говоришь…
Антошка поднёс чашу к губам, сделав вид, что пьёт.
«Может, здесь всё по-другому, и дети тоже пьют вино, ‒ подумал Антошка, с тоской вспомнив маму, — но у нас подросткам даже пиво нельзя пить, не то, что вино!»
И если честно, он боялся, что напиток ему может понравиться. И всерьёз испугался своих желаний.
Конечно, Никос заметил манипуляции друга, но настаивать не стал. Лишь прошептал:
‒ Нет — так нет… Не знаю, что у вас «там» за вино такое неправильное, но у нас вино очень слабое — как вода! Это оттого, что его сильно разбавляют водой.
Но Антошка был непреклонен. И он очень гордился этим своим выбором!
…Празднество продолжалось до поздней ночи. Актёры ходили среди разряженной публики на ходулях — котурнах и прославляли Великого Диониса. А народ вовсю веселился! Особенно выделялись из толпы несколько женщин. Они были украшены виноградными листьями и плющом. Каждая из них держала в руке увитую плющом палку, увенчанную шишкой.
Женщины так неистово отплясывали, что Антошке стало не по себе, и он тихо спросил Никоса:
— А что это они такие дикие? Они нормальные?
— Да они просто радуются! — удивился вопросу Ник. — Это менады. А ещё их называют «безумствующими».
— Это точно! — воскликнул Антошка, вспомнив, что когда однажды он стал так прыгать и дурачиться дома, то схлопотал от отца подзатыльник. Было не больно, но очень обидно! А здесь это оказалось в порядке вещей! Чудеса! Но, с другой стороны, это веселье смахивало на маскарад, на котором допускалось и не такое!
Много нового узнал бы ещё Антошка, но прибежал слуга от царя Эврисфея, принёс приказ Гераклу явиться во дворец. Друзья сразу поняли, что царь придумал для того новое задание.
