2 глава
Два часа спустя Лула сообщила:
— Сержант Лайл, используя остаточные ресурсы корабля, я обнаружила объект «заключённый». Он находится в трёхстах шагах на юг от нашего лагеря и быстро удаляется.
Капитан Лекс выпрямился, его лицо покрылось испариной:
— Заключённый уходит. Значит, и нам пора двигаться по его следу. Собирайте припасы, выступаем немедленно.
Рент, тяжело дыша от жары, ответил:
— Капитан, после крушения ничего не осталось. Почти ничего.
Несмотря на усталость и боль от ран, Рент и Зорн начали собирать остатки пайков с тел погибших гвардейцев. Их движения были медленными, каждое усилие давалось с трудом.
— Лула, — обратился Рент к своей системе, — где мы, черт возьми, находимся?
— Сержант, эта планета отсутствует на картах. Согласно боевому листку, ваш звездолёт вышел из гиперускорения в неизвестных координатах. Вас атаковали неизвестные силы, но их следов также не обнаружено. Возможно, пираты.
— Выдай мне полную статистику по планете, — приказал Рент, вытирая пот с лица.
Лула начала рапортовать:
— Атмосфера планеты разрежена. При физических нагрузках возможны потери сознания. Текущая температура — сорок семь градусов.
Зорн, услышав это, выругался:
— Твою мать! Тут жарко, как в заднице у вулкана!
Лула продолжила:
— Мой текущий заряд — 40 процентов. Возможно этого хватит на сто часов, до прилёта беспилотного спасательного корабля. День на этой планете длится 40 часов, ночь — 6 часов.
Зорн снова выругался, его голос звучал устало и раздражённо:
— Лучше, чем в казарме. Может, я сюда перееду.
Капитан Лекс, несмотря на изнуряющую жару, попытался пошутить:
— Это можно устроить, рядовой.
— Не сомневаемся в ваших возможностях и желаниях, капитан, — сухо добавил Рент.
Лекс, отирая пот со лба, подвёл итог:
— Если верить боевым системам, у нас осталось менее трёх местных дней, чтобы поймать эту тварь. Выступаем немедленно.
Однако Рент отошёл от группы и начал возиться с сварочным аппаратом ремонтников, который они подобрали с места крушения. Он принялся выжигать из двери звездолёта прямоугольный кусок со скобами в центре.
Капитан, наблюдая за действиями сержанта, спросил с явным раздражением:
— Лайл, что вы, черт возьми, делаете?
Рент, не отрываясь от работы, саркастически ответил:
— Делаю себе дверь, капитан. Хочу открыть её, чтобы стало немного прохладнее.
Зорн, пытаясь подавить приступ тошноты от жары, поинтересовался:
— Может, ты ещё и корабль починишь, умник?
Жара становилась невыносимой. Пот струился по телам гвардейцев, пропитывая одежду под бронёй. Раны пульсировали болью, а усталость накатывала волнами, грозя в любой момент сбить с ног. Каждое движение, каждый вздох давались с трудом в этом раскалённом аду.
Рент продолжал работать с металлом, игнорируя недоумевающие взгляды товарищей. Его руки двигались методично, несмотря на усталость и боль. Наконец, он закончил вырезать прямоугольный кусок из двери звездолёта.
— Вот, — сказал он, поднимая импровизированный щит. — Теперь у меня есть хоть какая-то защита.
Щит был достаточно большим, чтобы прикрыть грудь и живот Рента. Сержант прикрепил его к левой руке, проверяя баланс и подвижность.
— Одной раны мне на сегодня хватит, — пробормотал он, вспоминая жгучую боль в спине от выстрела заключённого.
Капитан Лекс окинул взглядом своих людей:
— Все готовы? Выдвигаемся.
Три гвардейца начали свой путь через бескрайнюю пустыню. Их шаги были тяжелыми, ноги утопали в раскалённом песке. За ними оставалась цепочка следов, но жаркий ветер быстро стирал все признаки их присутствия.
Часы тянулись мучительно медленно. Солнце безжалостно палило, превращая каждый шаг в испытание силы воли. Пот струился по их телам, пропитывая одежду под бронёй. Дышать становилось всё труднее — разреженный воздух планеты не давал достаточно кислорода.
В небе висели огромные планеты. Их присутствие придавало пейзажу сюрреалистический вид, напоминая гвардейцам, насколько они далеки от казарм.
Конец ознакомительного фрагмента.
