Глава 3: В заключении
…Я свято верил в истину одну:
Лучше быть дважды мёртвым,
Чем истлеть в плену…
День в ПЦУ (Правительственном Центре Управления) начался совершенно обыденно. Звуковой сигнал поднял служащих в семь утра, и все они, после короткого завтрака, отправились на места своих работ. Лишь охранники, дежурившие ночью, когда к ним подоспела смена, пошли отдыхать — остальные же были поглощены трудом.
Сам Центр представлял из себя огромную хорошо укреплённую базу-бункер, оставшуюся ещё со времён Великой Войны. Здесь одновременно пытались ужиться сотни техников, людей из персонала обслуги, военных и сторожей, а так же учёных, которым постоянно что-то не нравилось, — что было довольно-таки нелегко. Конечно, перебоев в питании не было — еду сюда возили с не столь отдалённых витооранжерей, обустроенных по последнему слову техники, — но всё-таки напряжение от постоянного нахождения в тесном пространстве и вечная угроза нападения делали своё чёрное дело. Люди, хотя и не были на пределе, всё же порой сильно нервничали, вымещая всю свою злость на других, что собственно и испытал на себе этим утром Эдвард Хромов.
На самом деле, день у Хрома не задался ещё с самого начала. Сперва он проворочался полночи, думая о недавних событиях. С каждым разом всё больше людей не возвращаются с заданий, и если так пойдёт и дальше, то вскоре просто некого будет на них отправлять. И мало того, что на бойцов сопротивления (как их неофициально прозвали) нападают монстры, — чаще всего солдаты становятся жертвами местных жителей тех территорий, которые они пытаются освободить, потому что те, не понимая значения этой войны и всем сердцем ненавидя Правительство, делают всё возможное, чтобы ему помешать. Самому же Хрому лишь чудом удалось вернуться со своего последнего задания, хоть многие и говорят, что здесь дело не в удаче, а в мастерстве бойца, а Хром, как ни крути, хороший боец. Но кто знает, может тут причастно и то, и другое?
Наконец, отогнав от себя скорбные мысли, Эдвард попытался уснуть. Но тут на него неожиданно напала бессонница, и он, провалявшись в состоянии некой полудрёмы до самого «Подъёмного сигнала», встал совершенно разбитым.
Завтрак выдался никак не лучше ночи. В столовке давали макароны, которые Хром просто терпеть не мог, а когда же он подошёл к раздатчику — молодому, ещё зелёному парню, за всю жизнь не державшему в руках никакого оружия, кроме своего половника, — с просьбой заменить его порцию на что-нибудь другое, тот огрызнулся, сказав, что солдаты должны довольствоваться тем, что им положено. Этого Эдвард уже был не в состоянии вытерпеть…
К счастью, его удержали несколько вовремя подоспевших знакомых, и обошлось без драки, которая, впрочем, в любом случае завершилась бы одним единственным ударом — пареньку бы хватило, причём сполна… Но зачем Хрому, на счету которого и так немало жизней, брать на себя ещё и какого-то сопляка с кухни? Пускай лучше живёт и влечёт своё «общественно полезное» и до боли скучное существование. У Эдварда же были дела поважнее. Так что, успокоившись в крепких объятиях товарищей, Хром отбросил идею проучить обнаглевшего раздатчика и вернулся за стол, доедать свои макароны.
Но и это не было последней каплей.
Ещё до окончания завтрака Эдвард получил известие о том, что Шеф ждёт его к себе. Если бы это произошло в середине дня, то тут не было бы ничего странного. Но поскольку всё случилось утром, Хрому было о чём задуматься.
На самом деле Шеф в такой ранний час мог вызывать к себе сотрудника по двум причинам: либо, чтобы поручить какое-то срочное задание, либо, чтобы дать ему немалый разнос. И поскольку Эдвард только-только вернулся из предыдущей миссии, а ничего нового на ближайшее время не намечалось, то темой для их разговора с начальником оставалось лишь одно. А этого-то он и опасался.
Но всё же, не подавая и вида беспокойства, Хром, давясь, доел свой завтрак и отправился в нужный кабинет.
Шеф — тощий, но крепкий мужчина среднего роста с небольшой залысиной на голове — был как всегда в своём репертуаре: строг, но тактичен. Вначале он, как бы невзначай, поведал Эдварду о том, что семеро из десяти агентов правительства в крупных городах в данный момент находятся в чрезвычайно опасном положении, а с тремя из них связь и вовсе потеряна, что означает: либо они мертвы, либо близки к этому. Затем Шеф принялся отчитывать Хрома за его грандиозный провал в прошлом задании, тщательно разжёвывая каждую допущенную им ошибку. При этом Эдвард даже не мог возразить, что операция с самого начала пошла не так, а так называемый «крах», в связи с минимальными потерями при сложившихся обстоятельствах, можно с уверенностью назвать победой, — начальник просто не слушал его.
Наконец, оказавшись за дверью кабинета Шефа, Хром смог вздохнуть спокойно, что в данной ситуации было непросто. Получить такой нагоняй! И за что? За прекрасно выполненную работу! Нет, это уже чересчур.
Но всё же вырваться наружу своему гневу Эдвард не мог позволить, и поэтому, чтобы хоть немного развеяться, он решил сходить на «Линию обзора». Там работали довольно-таки неплохие ребята, и у них, на охраняемой территории, постоянно что-то случалось. Так что у Хрома был шанс повеселиться.
Войдя в небольшую коморку с бронированными стёклами и со всякого рода аппаратурой, Эдвард огляделся по сторонам и спросил:
— Ну, парни, как обстановка?
— Всё в порядке, сэр, — тут же отрапортовал один из смотровых, — За день «Линия обзора» ни разу не была нарушена; ничего подозрительного так же не наблюдалось.
Это был тощий светловолосый парень в небольшой солдатской кепке и круглых очках. Хром с некоторым сожалением посмотрел на него, а потом, вздохнув, добавил:
— Что? Неужто даже ни одного диклозера не забегало?
— Нет, сэр, — отозвался второй — сидящий за компьютером. Он был слегка поплечистее первого, его русые волосы были растрёпаны, а правое плечо украшала татуировка в виде изящного ножа. Весь вид этого парня говорил о том, что тот как можно скорей рвался в бой. Но, даже несмотря на это, оба смотрителя представлялись Эдварду ещё совсем салагами, и ему было искренне жаль их за то, что им ещё придётся пройти в жизни.
— Что ж, значит не судьба.
И тут один из приборов медленно — примерно раз в секунду — запищал: «Пи-пи-пи»… Все трое людей тут же уставились на монитор. На самом крайчике зелёного круга, расположенного в нём, появилась какая-то светлая точка. Она равномерно мигала и постепенно приближалась к центру.
— Что это? — осведомился Хром.
— Какой-то объект пересёк охраняемую территорию.
— Отлично, — потёр руки бывалый боец.
Внезапно писк участился. Из-за края окружности вынырнули ещё две точки, следовавшие за первой.
— А как это понимать — массированная атака?
— Сейчас глянем, — сказал второй парень и набрал какую-то комбинацию клавиш.
Тут же один из боковых мониторов вспыхнул, и на нём появилась картинка: пыльная правительственная машина на огромной скорости неслась к ПЦУ. Больше никого видно не было — она была единственным объектом.
— Что за чёрт? — удивился Хром.
— Сейчас подкорректирую.
Диспетчер щёлкнул кнопками, и изображение сместилось резко вверх. Теперь на экране отчётливо виднелись две огромные летящие по небу твари, с виду напоминающие помесь стрекоз и летучих мышей.
— А ты толковый парень, — похвалил Эдвард, — Хм, Флаеры… Так, да они ж преследуют машину! Надо выручать наших. Открывай ворота.
— Что?
— Делай что говорю — открывай! — рявкнул Хром и тут же исчез за дверью коморки, на ходу проверяя своё оружие.
Озадаченный парень пожал плечами и щёлкнул парой клавиш. Огромная бронированная створка выгнуто-округлой формы главных ворот ПЦУ медленно откатилась вверх, открывая проход. Эдвард, бывший уже на месте, торопливо вышел на улицу и осмотрелся, чтобы оценить ситуацию.
То, что он увидел, привело его в некое замешательство. Поначалу всё было так же, как и пару минут назад на мониторе: по земле (а точнее, над землёй) неслась машина, а за ней по небу гнались два флаера. Но затем, казалось бы, монотонно развивающаяся сцена неожиданно пришла в движение. Сидящий сбоку от водителя человек, высунув руку в окно, резко взмахнул ею. В воздухе что-то блеснуло, после чего раздался взрыв, и одна из летающих тварей с оглушительным грохотом повалилась вниз.
На то, чтоб выйти из оцепенения, Эдварду потребовалась всего пара секунд, так как машина уже подъехала к самым воротам ПЦУ, а над ней всё ещё нависал второй флаер. Выхватив пистолет, Хром мгновенно прицелился и выстрелил, попав разрывной пулей монстру прямо в место крепления крыльев, и тот, на миг зависнув, рухнул где-то у него за спиной. Эдвард же, сдув с дула лёгкий дымок, сунул своё оружие в кобуру и уверенным шагом направился к остановившейся тачке.
Тут из машины вылез крепкий человек в сильно потрёпанной одежде и, вытащив из-за пазухи острый метательный нож, резко им замахнулся.
— Эй, погоди! Я свой! — попытался разъяснить ситуацию Хром, но лезвие уже взметнулось в воздух… и, пройдя от головы правительственного бойца всего в нескольких сантиметрах, воткнулось прямо в глаз подползшему к тому сзади чудовищу — раненому, но не убитому выстрелом из пистолета, — которое уже было готово полакомиться человеченкой.
— Вот чёрт! — воскликнул Эдвард, взглянув на убитого монстра.
В это время из тачки вылез второй человек — женщина.
— Привет, Эд! — дружелюбным тоном сказала она, помахав рукой.
— Боже мой, Эмми! Кого ты с собой привезла?
— О! Познакомьтесь. Эд, это Рик. Рик Баярд, — представила Эммилия.
— Баярд? — переспросил Хром, — Ты случаем не родственник того самого Баярда?
— Я его сын.
— Даже так? — удивился Хром и с профессиональным интересом стал осматривать своего нового знакомого.
Рик занялся тем же: он понимал, что сейчас перед ним стоит настоящий боец, а это качество он очень уважал в людях.
С виду Эдвард был старше его, но не на много: от силы ему можно было дать лет тридцать — тридцать пять. Не очень высокого роста, но весьма крепкого телосложения с сильно развитой мускулатурой на руках и ногах, он больше походил на героя старинных русских былин — на великого богатыря, не знающего поражений. Его коричнево-русые волосы средней длины были зачёсаны назад, открывая широкий лоб, заканчивающийся прямым носом, уходящим вниз, с двумя карими стёклышками глаз по бокам. Одет Хром был в стандартную правительственную одежду: камуфляжный костюм и тяжёлые ботинки, дополняемые кожаным поясом с кобурой, из которой торчала пушка.
Оба мужчины с четверть минуты стояли молча, пока их взгляды не столкнулись, и они отвели глаза, разом посмотрев на Эмми.
— Что ж, — нарушил тишину Хром, — Я рад, что вы добрались сюда целыми и невредимыми. На самом деле, когда связь с тобой, Эмми, оборвалась, мы уж и не думали… Ну да ладно. Заходите в здание, пока ещё каких-либо тварей не налетело.
— А… — начала, было, Эмми, но Эдвард прервал её:
— Не беспокойся, твою тачку отгонят — я скажу кому-нибудь.
— Э… Ну хорошо.
Когда они через главные ворота вошли в ПЦУ, Эммилия, оглядевшись по сторонам, воскликнула:
— Как здорово вновь оказаться дома!
Рик не разделял её чувств. Он явно ощущал это место чужим для себя: ему больше нравилась свобода, воля, нежели пустые холодные стены какого-то бункера.
— А у вас тут неплохо, — соврал Зверь, чтобы не обижать вояк.
— Да, живём потихоньку… Что ж, вы пока постойте здесь, а я пойду свяжусь с Шефом и заодно распоряжусь насчёт машины.
— Отлично, — согласилась Эммилия, и Хром быстро удалился. Вернувшись через пару минут, он сообщил:
— Эмми, Шеф хочет тебя видеть.
— Хорошо, пойдём к нему прямо сейчас.
— Постой. Я думаю, будет лучше, если Рик подождёт в Комнате Ожидания.
— Что? Нет. Ты не можешь…
— Не беспокойся, Эмми. Всё в порядке, я подожду, — заверил её Зверь.
— Нет, ты не понимаешь. Комната Ожидания — это ведь настоящий карцер!
— Всё в порядке, — повторил Рик и переключил своё внимание на Хрома, — Куда идти?
— Я покажу. А ты, Эмми, пока что оставайся тут, — и они вдвоём побрели по коридору, свернули пару раз и оказались прямо перед железной дверью с небольшим бронированным окошечком в виде прямоугольника.
Эдвард открыл её, набрав какую-то комбинацию на соседней панели, и сказал:
— Проходи. Можешь располагаться.
— Спасибо, — улыбнулся Рик, — Извини, можно задать вопрос?
— Задавай.
— Эд — это от Эдуард?
— Вообще-то от Эдвард — так правильней будет, — но друзья зовут меня Хром.
— Что ж, Хром, сообщи мне, если вы надумаете меня расстрелять — хочу заранее быть готовым.
Эдвард тоже улыбнулся.
— Обязательно, но, надеюсь, до этого не дойдёт, — пообещал он, а затем вышел и, заперев за собой дверь, спокойно зашагал по коридору, так и не уловив тайный смысл этого диалога.
А Зверь знал его, и беспокойство в его душе нарастало, хотя внешне он оставался спокоен.
Оглядев так называемый изолятор, Рик решил, что здесь довольно-таки уютно. Возле правой стены стояла небольшая кушетка-одноместка, застеленная покрывалом. Напротив неё, в углу, располагалась тумбочка для белья. Рядом с ней — белый журнальный столик и стулья ему под стать.
— Ну, прям королевские апартаменты! — воскликнул Зверь и завалился на свою «роскошную кровать».
Заснуть он, к сожалению, не успел, так как практически сразу его полудрёму прервал скрип открывающихся дверей. Рик надеялся увидеть в них Эмми, или хотя бы Хрома, но на их месте оказались несколько мужчин в белых халатах.
Вошедшие учёные объяснили, что желают взять образцы крови, слюны и некоторых других выделений Баярда для анализа. Тот возражать не стал. И только когда острая игла, пронзив его вену, наполнила шприц густой алой жидкостью, в Рике вновь зашевелилось беспокойство. Но он не дал ему вырваться наружу, натянув на лицо маску серьёзности.
«Всё будет хорошо», — уверял Зверь себя.
* * *
— Не хочешь перекусить перед беседой с Шефом? — предложил Хром, когда они с Эммилией шли по коридору, — После такого долгого пути ты, должно быть, голодна.
Конец ознакомительного фрагмента.
