II
Когда Андрей Владимирович Калачев вошел в кабинет майора Петренко на Лубянке, был уже поздний вечер. За окном стемнело и единственным прибором освещавшим большое помещение была лампа со светло-коричневым абажуром, горевшая на рабочем столе майора.
— Усталый ты, капитан, — густой бас был приятен на слух — Ну, как она?
— Вроде в порядке. — Андрей сел за длинный отполированный стол. — Доктор сказал, оклемается. Правда, ребенок погиб. Еще дней пять ее там продержат.
— Ну-ну, может оно к лучшему. Что дальше делать-то намерен, Андрюша?
— А что? — Андрей налил себе воды из пузатого графина, стоявшего посередине стола, — Как будто у меня есть выбор? Поправится, к себе возьму.
— Неужели?
— Не могу же я ее бросить снова на улицу, — в голосе Андрея прозвучало сильное раздражение, словно обсуждение этой темы было ему крайне неприятно. Да собственно говоря так оно и было! — Деваться-то ей некуда.
Майор Петренко встал и грузным шагом прошелся по кабинету вдоль стола.
— Слушай, Андрей. Ты в самом деле готов принять ее обратно?
— Василий Семеныч, я ведь сказал…
— Слышал, слышал, — майор отмахнулся — Я в смысле… ты ее только пожалел или…
Андрей сглотнул. — Все решено, товарищ майор. Жить она будет у меня. Как прежде.
— Ну, хорошо, — майор снова уселся в свое кожаное кресло с высоким верхом, которое при этом действии издало жалобный скрип, — Наверное, ты прав, сынок. Нельзя жену бросать.
Андрей снова налил себе воду. Слово «жена» прозвучала как скрытая насмешка. Жена, которая бросила его, чтобы убежать к врагу. Теперь вот объявилась как снег на голову. На секунду губы Андрея искривились в усмешке. «Так тебе и надо, — подумал он про Елену. — Романтики захотела. А герой-то оказался липовым». Внезапно у Андрея перехватило дыхание, он резко поставил стакан на стол.
— Товарищ майор! Разрешите мне уйти. Как вы и заметили, устал уж очень.
— Идите, капитан, идите. У вас нынче трудный день был.
«Трудный, это пожалуй слишком мягко сказано». Но капитан Калачев не стал выражать последнюю мысль вслух, вместо этого он вышел из его кабинета и по лифту спустился вниз, к автостоянке. За рулем своей машины, по дороге домой он сосредоточенно обдумывал то, что вдруг пришло ему в голову.
