В тесной квартирке – двухкомнатной хрущобе, где в маленькую комнату надо идти через большую – на самом деле тоже маленькую! – низкий потолок чуть ли не на голове лежит, и всё время темно от растущих под окном кустов сирени, негромкий голос, льющийся из магнитофона, казался чем-то совершенно неуместным, инородным и иномирным!
Ну вот, подумала я удовлетворённо, зашла внутрь и почти добрела до верхнего этажа хрущобы.
В тесной квартирке – двухкомнатной хрущобе, где в маленькую комнату надо идти через большую – на самом деле тоже маленькую! – низкий потолок чуть ли не на голове лежит, и всё время темно от растущих под окном кустов сирени, негромкий голос, льющийся из магнитофона, казался чем-то совершенно неуместным, инородным и иномирным!
– Это так, к слову, на самом деле она перебралась в однокомнатную хрущобу, доставшуюся ей то ли от двоюродной тётки, то ли от бабки.