Первоапрельским днём эсэсовцы и штурмовики заполнили берлинские улицы, возбуждая толпу против евреев, громя еврейские магазинчики и калеча находившихся там владельцев и продавцов.
Там достаточно телеграммы или письма какого-нибудь полицейского комиссара, или агента парижской, берлинской или миланской полиции к префекту или управлению другой иностранной полиции, в Брюсселе, Женеве или Вене, чтобы вся эта брюссельская, женевская и венская полиция была тотчас же поставлена на ноги по иностранному делу, как бы по своему собственному и заподозренные лица разысканы и арестованы до выяснения дела и присылки всей подробной о них переписки.
Если б прикинуть Дерптский университет к германским, он, конечно, оказался бы ниже таких, как Берлинский, Гейдельбергский или Боннский. Но в пределах России он давал все существенное из того, что немецкая нация вырабатывала на Западе. Самый немецкий язык вел к расширению умственных горизонтов, позволял знакомиться со множеством научных сочинений, неизвестных тогдашним студентам в России и по заглавиям.
Я – корреспондент берлинской газеты… – молодой человек назвал одну из крупных газет.
Любопытно отметить, что немцы записали начало артподготовки в 3.05 берлинского времени, т. е. 4.05 московского времени.
Первоапрельским днём эсэсовцы и штурмовики заполнили берлинские улицы, возбуждая толпу против евреев, громя еврейские магазинчики и калеча находившихся там владельцев и продавцов.