Она смеялась надо мной
И называла лягушонком.
И говорила: Сладкий мой!
И обращалась, как с ребёнком.
А я всё злился, что она,
Во мне не видела мужчины,
И всё стремился отыскать,
Тому, какие-то причины.
Она со смехом отвечала,
Что я не в тонусе опять…
И что не секс, любви начало,
И выразительно молчала,
С улыбкой глядя на кровать.