Сегодня я не вернусь с Марса

Юлия Миланес, 2012

Перед вами сборник фантастических рассказов, где перемешались наша социальная реальность и космический антураж. Автор ставит перед читателем вопрос: успевает ли расти наша мораль так же быстро, как технический прогресс?

Оглавление

  • ***

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Сегодня я не вернусь с Марса предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Бывает…

Миша Кристмас повернулся в кресле оператора, встал, потянулся и закурил всем начальникам назло.

Привычка курить досталась ему от дедушки. Тот, в далекой украинской деревушке, куда в детстве мама отвозила Мишу на лето, баловался выращиванием самосада и искренне недоумевал: «Почему запретили табак? Да еще и законодательно? Да еще и статью прописали в Уголовном кодексе за его выращивание?».

Собственно, многие считали, что курит Миша не из-за табачной зависимости. Нет, табачную зависимость лечили, и он уж точно не прошел бы медицинскую комиссию на оператора наземной станции. Процедура у нарколога известная: «Откройте рот! Покажите язык! А что это он у вас такой желтый, а зубы с коричневым налетом?». Курит Миша как раз назло этому самому начальству, а именно — начальнику смены Сергею Владимировичу. Нашел-таки лазейку в правилах: там не прописано, что курить на станции нельзя, потому что по результатам медкомиссии однозначно предполагается, что в войска допускают только некурящих.

Сергея Владимировича раздражало в Мише все: казалось бы, бритая голова на военном объекте должна означать предел аккуратности, но Миша носил на ней тюбетейку; серая форма международных космических войск не предполагала какой-либо фривольности, но когда юнцу должны были врастить чип экстренного вызова в скулу, он попросил военного врача вставить его в дырку в мочке уха, где он в настоящее время уже и прирос. Так и ходил сержант по станции с «серьгой» в ухе. Сергей Владимирович клял военного врача, но тот разводил руками и говорил: «Международным Уставом не запрещено».

Мишу прозвали Кристмасом в прошлом году, через два месяца после его зачисления, как раз накануне Сочельника. Наземная станция Плесецк-13 находилась за полярным кругом, поэтому вырастить что-либо на станции не представлялось возможным, тем более в разгар полярной ночи. Посылки же от родственников доходили промороженными, так как их доставляли с почтовой станции Плесецк-5 простым крытым вездеходом. Тем не менее, в канун Рождества Миша пришел на смену, сел в свое кресло и смачно захрустел свежим огурцом.

— Откуда огурец? — загалдели другие сержанты.

— Дед Мороз принес, — ухмылялся Миша.

Сергей Владимирович, конечно, сразу попытался пресечь поедание свежих огурцов за пультом оператора, но в Уставе сказано, что космические войска наземной дислокации во время смены принимают пищу прямо в рабочем отсеке. Правда, там не оговорено, что эту пищу они получают из базовой столовой, потому что по международным меркам это само собой разумеется.

Сам Миша считал себя неудачником. Еще год тому назад он был студентом физико-математического факультета Санкт-Петербургского государственного университета, у него была девушка и даже кот. Но из-за пропусков занятий и веселых пирушек Мишу отчислили, а отец (профессор физики, между прочим) не стал терпеть такого разгильдяйства. Произошла безобразная семейная ссора со всеми этими «Ты сидишь на моей шее» и «Сколько можно кормить дармоеда». И юноша отправился служить по контракту в наземные космические войска, лишившись пирушек, девушки, которая вскоре нашла себе другого, и, разумеется, кота. Экзамены по физике и высшей математике он сдал легко, что позволило ему занять должность оператора по расшифровке полей на наземной станции Плесецк-13.

Сергей Владимирович сразу почуял в нем нерадивого сержанта, едва прочитав его биографию. Поэтому приучал Мишу к дисциплине, стоя с секундомером в начале смены и приговаривая: «Парамонов, вы опоздали на две секунды». За что и был наказан демонстративным курением табака в конце смены. Причем Миша не торопился покидать помещение операторской, выпуская дым и приговаривая: «Смотрите, Сергей Владимирович, я на пять секунд задержался».

Сейчас Миша позволил себе задержаться на три минуты и выпустил струю едкого дыма в крутящуюся в воздухе видеокамеру. Его приятель, тоже второгодок (а по стандартному контракту служили пять лет), Микко Пакконен шутливо зажал ему нос и рот своей большой ладонью, приговаривая: «Пустть тым пойтет из ушей».

Сергей Владимирович театрально возвел глаза к круглому потолку и сказал: «Еще три с половиной года это терпеть!».

***

Отсек Микко и Миши был аккуратно убран на всякий пожарный случай: вдруг начальник смены соблаговолит заглянуть в общежитие и проверить, откуда берутся огурцы и табак? Брались они вот откуда: под Мишиной кроватью была самодельно и самовольно выстроена маленькая, полтора на метр, тепличка с подсветкой, где ранее выращивались огурцы, а теперь — самосад.

Микко вытащил из рукава небольшую карту памяти и вставил в разъем ноутбука. Немного поколдовав, включил запись встроенной видеокамеры. На экране появилась поверхность планеты, отражающая свет красной звезды. Запись фиксировала изменения поверхности, высоты и впадины, и вдруг красная поверхность покрылась всполохами белого, желтого и зеленого цвета.

— Ничего себе добыча! Сейчас выложим в Интернет! — воскликнул Миша.

— Музыкки еще нетт! — возразил Микко.

— Да к черту музыку, выложим сам ролик! Это же отражение полюсного сияния на поверхности планеты в созвездии Центавра! Такое раз в сто лет встречается.

— Этто помехи. Я взял ролик в архиве «Помехи», он тридцатилетней давности.

— Стоп. А куда делся твой акцент? — вдруг насторожился Миша.

— Да какой к черту акцент? — рассмеялся рыжий долговязый Микко. — Я же русский, у меня мать русская, а отец финн. Надо же чем-то выделяться, не все носят тюбетейки с формой.

По экрану ноутбука пробежала полоска загрузки.

— Ну вот! Все чики-брики.

— Чтто ттакое «чики-брики»? — пошутил Микко.

— Загрузилось. А ты уверен, что это помехи? — Миша покрутил карту памяти. — Да, помехи. Это вторая или третья запись станции. Еще из созвездия Центавра.

— Ты бы черкнул письмецо твоей бывшей девушке, — усмехнулся финн. — Напиши, что только что из открытого космоса наблюдал полярное сияние в другой солнечной системе.

— Нет, — посерьезнел Миша. — Сейчас отправлю записку отцу, пусть посмотрит на наши помехи. Люблю отсылать ему всякую ерунду. Недавно отправил фото на фоне «трубы» и написал: «Я стою во дворе нашего крематория».

— Ты помирился со стариком? — поинтересовался Микко.

— И да, и нет. Просто старик всегда хотел мною гордиться, а мне-то достаточно, чтобы меня просто любили.

— Смотри-ка, тут уже и первые комментарии есть. Пришельцев нашли на нашей записи, — финн расхохотался.

***

По службе, как и говорилось выше, сержанты занимались расшифровкой полей. Тут нужен экскурс в историю наземных космических войск. В 2050 году физика продвинулась настолько, что сделала фундаментальное открытие. До этого считалось, что фотон — элементарная частица, имеющая нулевую массу покоя, является основой электромагнитного светового излучения. Таким образом, предполагалось, что максимальная скорость движения во Вселенной — скорость света. Уже тогда появились две старейшие наземные станции, Плесецк-13 и Байконур-15, которые предприняли опыты по созданию волны, способной долететь до созвездия Центавра со скоростью света. Эти эксперименты финансировала Российская Федерация, в пику Соединенным Штатам Америки, добившимся больших успехов в освоении Марса управляемыми роботами.

Отправленная со станции Плесецк-13 световая волна долетела до ближайшей планеты созвездия Центавра за четыре года, частично отразилась и была отсеяна земными спутниками. Данные имели большие помехи и не подлежали расшифровке, но первый эксперимент по изучению Вселенной с помощью полей сочли успешным.

Как принято считать в математике, абсолютного нуля не существует. В 2050 году физиком Андреем Масловым была найдена элементарная частица с массой менее фотона, и ее условно признали частицей с отрицательной массой. Фундаментальное открытие теоретически предполагало, что во Вселенной возможно движение со скоростью выше скорости света. Но человеческий организм, хоть и с частично замененными на искусственные, органами, пока не мог передвигаться в космосе с такой высокой скоростью. Поэтому новое излучение снова испытали на станции Плесецк-13.

Уникальная разработка конструкторов в лабораториях военного объекта позволила произвести на свет то, что Миша и Микко называли просто «трубой».

«Труба» представляла собой гигантский соленоид, выпускающий направленное высокочастотное поле элементарных частиц дельта с отрицательной массой.

***

— Что надо? — сонный начальник смены уставился на сержантов, которые в кои-то веки звонили ему как полагается — через чип экстренного вызова.

— Сергей Владимирович! У нас тут открытие, — сдержанно отозвался Миша.

— Вы открыли как курить через нос, Парамонов?

— Нет, мы, кажется, нашли инопланетян.

— Во-первых, Миша, вы на нашей базе и так как пришелец. Во-вторых, в каждом приеме по контракту у меня такие обязательно находятся.

— Сергей Владимирович, нужно очень срочно встретиться в общей комнате, — сработал чип Микко Пакконена.

Через десять минут в общей комнате собрались оба сержанта и начальник смены.

— Вот, посмотрите, — показывал финн, — вот идет наше излучение. Видите точки на поверхности планеты? Сейчас они отбрасывают прямую тень, как от столба. Вот наше излучение накрывает их, их проекции становятся правильными крестами и сразу появляются бело-красно-зеленые блики на поверхности планеты.

— Да это помехи первых излучений, — неуверенно сказал Сергей Владимирович. — Прокрути-ка еще раз.

Через час в общую комнату подошел начальник станции и два его заместителя и процедура повторилась.

— Что это может быть? — спокойно спросил начальник базы.

— Может быть, все-таки помехи? — протянул начальник смены.

— Если это форма жизни или какие-то сооружения, то тут у меня есть два варианта, — спокойно сказал Миша. — Первый: это устройства сигнализации, и сигнализируют они о радиоактивном излучении гамма или дельта. Устройства могут сообщать населению об эвакуации; тогда, извините, возможно, мы напали на чужую цивилизацию. Второй вариант: это устройства связи. Причем, связи с нами. Эта планета, возможно, общается с помощью цветовых импульсов.

— Ерунда! — отрубил начальник базы. — Непонятно сказано? Это помехи. Удалите отсюда младших сотрудников.

— За дверь, — тихо шепнул Сергей Владимирович, и сержанты неохотно послушались.

***

Вскоре Миша и Микко подписали документы о сохранении международной тайны. Запись была удалена из архива, а Микко Пакконен получил взыскание за вынос материалов из секретного отсека. Хорошо еще не узнали о наличии копии в Интернете.

А Сергей Владимирович горестно вздыхал:

— Я всегда знал, что с ними проблемы! Со всеми!

Время остановилось

Нет, он, конечно, понимал, что стал очень стар. Все эти новомодные штучки его совсем не прельщали. Но Алиса вывела его из себя.

— Послушай, что у тебя там внутри? — спросил он старческим, надтреснутым голосом.

— Внутри меня потоки света, — мелодично ответила Алиса и присела на маховик.

Как все изменилось за последние сто лет! Еще вчера, мальчишкой, он смазывал механизмы Больших башенных часов. Именно так — с большой буквы — Больших башенных часов меридиана, откуда начинаются все часовые пояса. Потом появились эти проклятые электронные часы. Они противно мигали, и Хранитель никогда не мог их правильно завести. В сложном часовом механизме отпала необходимость, но Хранитель всегда аккуратно смазывала все элементы — на всякий случай. Но эти электронные часы — мученье! Приходилось звать парнишку только закончившего Большой институт электроники, чтобы их правильно завести. В результате оказалось, что часы спешат на полсекунды, и старик получил выговор.

Ведь что такое время? Хранитель знал, что на каждой планете разное время, и оно зависит от скорости обращения вокруг солнца. Вот, скажем, один оборот на Земле назвали «сутки». На каждой планете разные сутки, а наше дело — их правильно вычислить, описать, подстроить под них ритм жизни цивилизации.

Да, цивилизация! Хранитель опомнился от своих размышлений и огляделся: вокруг мельтешили люди. Одни бежали, зажав портфель подмышкой, испуганные голуби взлетали у них из-под ног. Другие, наоборот, нежились на первом весеннем солнышке и никуда не спешили.

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

  • ***

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Сегодня я не вернусь с Марса предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я