Не умирать в Венеции

Таня Буланова, 2019

Двое влюбленных после долгой разлуки оказываются в Венеции. Но только одному из них удастся покинуть ее. В блужданиях по лабиринтам улиц героям дважды встретится двойник Иосифа Бродского, в свое время воспевшего город на воде. Они успеют согрешить и покаяться, увидеть изнанку роскошных палаццо и испытать свою связь на прочность… Этот автофикшен – уникальный путеводитель не только по карте Венеции, но и по terra incognita чувств.

Оглавление

  • 1
  • 2

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Не умирать в Венеции предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

2

Здесь, где столько

пролито семени, слез восторга

и вина, в переулке земного рая

вечером я стою, вбирая

сильно скукожившейся резиной

легких чистый осеннее-зимний,

розовый от черепичных кровель

местный воздух, которым вдоволь

не надышишься, особенно напоследок!

пахнущий освобождением клеток

от времени.

1

Когда она рядом со мной, ничто не имеет значения. Наш рейс задержали на полчаса, но опоздание мало тяготит меня. Сейчас она сидит, в полуобороте отвернувшись к зрачку иллюминатора, и я могу исподволь любоваться ее коротко стриженным затылком (грубый вельвет) и ушком (бархат). Вообще-то сиденье у окна — мое любимое. Только ей позволяю занять его вместо меня. Так я получаю возможность наблюдать сразу и за пролетающей мимо сахарной ватой облаков, и за малейшими движениями девочки. Она чувствует мой взгляд и поворачивается ко мне. На губах — хитрая улыбка, которую я не могу не поцеловать.

Лететь совсем близко — и пары часов не пройдет, как мы окажемся в Венеции.

Турбины утробно заурчали, и где-то в позвоночнике отозвалось движение складывающихся шасси — она крепче вцепляется в мою руку. Чтобы через две минуты ослабить хватку и перейти к нежностям, которые — ей это слишком хорошо известно — имеют на меня особое воздействие. Ее рука накрывает мою, а один особо дерзкий пальчик игриво скользит между между моими указательным и средним. Вся надежда на то, что сосед справа достаточно увлечен своим чтивом (то ли о достижении просветления, то ли о том, как стать миллионером за сто дней), чтобы замечать наш недвусмысленный флирт.

И без того каждый раз, когда мы оказываемся с ней на людях, меня не покидает параноидальное ощущение, будто все пристально изучают нас. «Конечно, — подкалывает она, — мы же так классно смотримся вместе!» Не поспоришь. Пусть моя внешность далека от конвенциональных стандартов красоты: чего стоит один конопатый нос картошкой… А она, самая прекрасная на свете девочка моя, страдает от чужой критики: мол, при таких ногах стоило бы носить юбки в пол и не отсвечивать, да и пора бы соответствовать возрасту, быть (цитируя вполне конкретный источник претензий) «ухоженней» — и порой начинает верить в эти бредни… Всё равно вместе мы излучаем безусловное счастье, которое перерождается в красоту в глазах смотрящего, а красоту отрицать невозможно. «Ты красивая», — эти слова мне не лень повторять пятьдесят раз на дню и видеть, как расцветает любимая. Я шепчу ей их на ушко и сейчас.

В полете не кормят — такова цена авиалоукостера. Впрочем, в ее присутствии голод почти не беспокоит меня. Терзает другая жажда — ее тепла, ее тела, ее улыбки. «Я маньяк, да?» — псевдозастенчиво спрашивает она, продолжая ласкать ложбинку между моими пальцами. «Еще какой», — заверяю я, усмиряя ее ладонь своей. «Так здорово, что мы наконец вырвались вдвоем куда-то! Ты же знаешь, как я хочу быть твоим гидом, показать тебе все-все уголки города!» «Хи-хи, ну ты же понимаешь, чьи уголки я с особым удовольствием исследую…» — дразнит она, высунув на секунду язык и совершив им пару изобретательных кругов. Делаю круглые глаза и аккуратно киваю на соседа, опасаясь повышенного интереса со стороны. Она снова хихикает и тянется к своему рюкзачку за питательным бананом. Теперь-то — пока мы по очереди откусываем от спелого фрукта — постороннее внимание нам точно обеспечено.

— Сегодня мне снова снилось, будто я умею летать. Так невероятно легко это — отталкиваюсь от земли одной ногой — и парю, парю над головами людей, поднимаюсь где-то до уровня девятого этажа. Даже какая-то погоня, преследование — ну, знаешь, обычный параноидальный сюжет в моих снах — не затмевают этого счастья от полета.

— А мне всё бесконечные серые панельки снились, и будто плыву я мимо них по быстрой реке в какую-то глушь, и нет этой серости конца и края… Вот всегда такая ерунда!

— Ну, видишь, ты смогла-таки уплыть оттуда, детка.

Она достает потертый айпод и предлагает мне второй наушник — максимально доверительный, интимный жест. В наушнике, конечно же, он — ее кумир. Томно стонет нам в уши под аккомпанемент умирающего саксофона. Ее губы беззвучно воспроизводят в такт: «What's it like inside your tambourine?» — и растягиваются в ослепительной улыбке. Я целую ее, чувствуя прохладу чуть влажных губ и юркий язычок за рядом перламутра. Она поддается, но почти сразу застенчиво отстраняется. Слишком быстро — как кажется мне: может, те строки, что воспроизводили ее губы, были адресованы кому-то другому?

Мы почти пропускаем момент, когда за окном показываются Альпы. Мой любимый вид. «С этой минуты и мой любимый вид тоже!» Бело-песчаные складки с серебристыми нитями горных рек и тускло поблёскивающими под солнцем стразами отдаленных альпийских сёл калейдоскопом разворачиваются под крылом. Моя рука перебирается от чуть шершавого колена к ее зеленым шортам, туда, где складки плотной ткани, уже и уже сбираясь вместе, устремляются в одну точку. Мои пальцы скользят по краю, где обнажается кожа. Горячая и одновременно прохладно-шелковистая. Не отрывая взгляда от горной гряды, она цыкает в мою сторону и задерживает интервенцию своей ладошкой.

Подлокотник между нами убран, и я сижу, близко придвинувшись к ней, почти уткнувшись носом в ту сладкую точку, где мочка уха переходит в изгиб шеи, эпицентр ее терпкого, манящего запаха — полыни и джина. Я знаю, это — ее любимые духи, молекулы которых соединяются с молекулами тела и образуют неповторимую композицию. Сладострастно, но бегло вдыхая ее аромат в паузах между фразами, я вещаю о названиях озер и поселений, что мы пролетаем — сверяясь с картой, конечно. На мои робкие попытки расспросить о муже она жалобно отвечает: «Давай не сейчас». Сосед справа явственно тянет шею, чтобы тоже заглянуть в иллюминатор. Мне его даже немного жаль.

— Ой, а это не лохнесское чудовище там торчит из воды?

— Если только ихтиозавр, — смеюсь я.

— Ну правда! Смотри, что за странная ерундовина?

— Сойдемся на том, что это адриатическое чудовище. Вон, видишь, сама Венеция похожа на пару рыбин, обнявшихся, как инь и ян.

— Точно, — хихикает она, — или на нас, обнявшихся, как рыбки.

— Ты моя рыбка.

Я хочу рассказать ей, как было тяжело эти четыре месяца, три недели и два дня в разлуке, как мечта о ней затмевала передо мной весь белый свет, как Венеция стала моей путеводной звездой… Впрочем, девочка и так всё знает. Хотя те слова не произнесены вслух — они всегда будто парят в воздухе между нами, нависают над нашим безмятежным блаженством даже сейчас. Я безотчетно сжимаю ее бедро, и она чуть вскрикивает — самолет неожиданно теряет в высоте. «Мы уже садимся?» «Да, милая».

2

Оглавление

  • 1
  • 2

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Не умирать в Венеции предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я