Властелин времени. Том 1
Сергей Коц

Что бы вы сделали, попади в ваши руки невероятные часы, с помощью которых можно возвращаться в прошлое? Быть может, изменили бы некоторые события в своей жизни или не допустили определенного? Подобным образом действует и Майк, который обязался отправиться назад и не допустить смерти близких. Однако часами обладает не только он: у других есть контроль над будущим и настоящим. Баталия между владельцами гаджетов продлится до тех пор, пока один из них не заполучит контроль над всеми временами.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Властелин времени. Том 1 предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Г Л А В А 2

Находка.

2021. Апрель, 16

20:56

Майк и Миа не отрывая глаз смотрели в сторону исчезнувших грабителей. Они еще долго не могли поверить в произошедшее, но задумываться сейчас над этим было глупо, так как проблемы куда серьезнее. Мама с папой обездвиженные лежат на полу в растекающейся по кухне красной луже, и было не известно, в каком состоянии сейчас находятся.

Миа незамедлительно рванула к Харни, а Майк — к маме. Юноша сел возле нее на колени и облокотился на кровяную массу своими руками. Кайла выглядела холодной, бесчувственной, глаза ее были твердо закрыты и уже никогда не откроются. Теперь никто не увидит ее прекраснейшие голубые глаза, напоминающие морские волны. В них крылась вся душа, любовь и забота, по ним можно было разглядеть все чувства и эмоции, переняв себе.

Майк взял ее слегка испачканную ладонь и прижал к своей груди. Не мог сдерживать свои навернутые слезы и, крепко сжав мокрые очи, заплакал. Губы слегка дрожали, а слезы капали с ресниц и не спеша стекали по щекам.

— Мама… мамочка… — с тяжестью в груди медленно произносил он тихим голоском. — Не оставляй нас. Я не хочу… быть один, без вас…

Юноша понимал, что Кайла мертва. Несмотря на это, он наклонил голову и туловищем оперся на нее в кровоточивое от ножа место. Майк старался остановить плачь и встать, но глаза его слезились словно сами по себе, не давая четко смотреть по сторонам. Спустя минуту, казалось бы, не прекращаемый поток слез остановился, а сам юноша привстал, не поднимаясь с колен.

В это время Миа стояла возле Харни — он был мертв так же, как и мама: глубокие раны от тяжелых пуль оказались смертельными. Подростки перекинулись взглядами и, смотря на мрачное лицо испуганной девушки, Майк без единого ее слова понял, что ничего хорошего это не могло означать.

Стоило бы вызвать помощь, но… теперь уже зачем? Разве кто-то сможет помочь родителям? С того света никого невозможно вернуть на родную землю. Вернуть те времена, когда ждешь маму и папу с работы ради того, чтобы просто провести с ними остаток дня. Каждый занят своим делом, но уделить немного времени на досуг с семьей может позволить себе каждый. Печально, что осознается это только после потери.

Родители — опора, на которой держатся дети. Без них будет по-другому все. Жизненная цепочка каждого, кто был хоть чем-то связан с покойным человек, будь он родственником, другом или даже знакомым, может существенно измениться. Каждый час, возможно, минута или секунда обретут новую последовательность.

Если б можно было вернуть их, как угодно, любой ценой. Возвратиться в прошлое и не допустить этого пагубного случая. Быть готовым и знать, что произойдет. Но, к сожалению, в нашей реальности это невозможно.

Если бы люди ведали, когда пробьет их смертельный час, они б уже не делали те самые привычные для них вещи, а занялись бы воплощением в действительность того, чего хотели исполнить когда-то в будущем; теперь же — за отведенный срок. Кроме этого, они могли бы сотворить ужасные поступки, зная, что теоретически за это наказания не понесут. Поэтому все-таки лучше не знать заветную дату своей гибели.

Подростки продолжали скорбеть по отцу и матери. Майк успокаивал плачущую сестру, а сам больше не пролил ни одной капли — плакать ему больше напрочь не хотелось. Стиснувшись друг с другом, юноша мягко прижал голову Мии к своей груди, поглаживая ее длинные темные волосы, чернота которых уступала бездне.

Впервые он наблюдал ее в таком состоянии. Позитивная девочка, дарующая свою улыбку каждому и любящая всех окружающих, предстала перед ним в иной форме. Можно даже сказать, Майк беспокоился за нее больше всего: все что произошло могло сильно отразиться на ее психологическом и душевном состоянии.

Спустя час после погрома в дом вошел дедушка. Перед его глазами встала вся эта ужасная картина. Дети тут же повернулись к нему лицом. Майк встал и принялся подбежать к нему, но… Дед грубо схватился за грудную клетку, а его зрачки ушли за веки. Выдохнув из легких оставшийся воздух с неким бормотанием, упал и скончался на месте. Будучи пожилым и крайне чувствительным человеком, он не смог перенести до такой степени большой нагрузки на свое больное сердце. Этот удар охватил дедушку с ног до головы.

Если про мать и отца можно с уверенностью сказать, что они мертвы, то про деда так утверждать было нельзя. Подростки точно не знали, что с ним произошло: инсульт или, в лучшем случае, простой обморок…

Заигравшись с грустью, они совсем забыли вызвать врача. Может быть, помощь подоспеет и будет хоть малейший шанс спасти родителей и деда. Надежда никогда не должна пропадать, нужно верить во все, даже в самое несбыточное желание.

Вместе с медицинской помощью в дом также прибыли полицейские.

Прошло немного времени. Деда увезли — он умер… сразу, как повалился на пол; помочь ему не удалось. Погибших родителей же унесли на носилках в кабину машины — дальнейшие действия неизвестны.

Полицейских было двое. Сначала они самостоятельно бродили по дому, а когда люди скорой помощи уехали, подошли к

подросткам, сидящим на полу на потертых коленках.

Один из сотрудников подошел к Майку и, подражая его позе, сел в такую же. Они смотрели друг другу в глаза — это выглядело некогда странно. Бессмысленный взгляд продолжался недолго, пока сам полицейский мягким голосом не спросил:

— Тебя ведь Майком зовут?

— Да, — кивнул тот, непроизвольно шмыгнув носом.

В это же время позади них, буквально в двух шагах, раздался твердый голос второго мужчины:

— Что ты делаешь, Дан?

— Все хорошо, — серьезным, но не грубым голосом ответил он. — Не вмешивайся. Это приказ.

На что последовали нелепые реакции наподобие: «Но… как же…»

— С чего это ты меня выгоняешь?

— Тогда не мешай мне проводить следствие. Если понадобишься, я дам знать, — спокойно ответил тот. Такой ответ, безусловно, не понравился его товарищу, на что последний нерадиво повернулся боком и положил руки на пояс.

— Теперь, когда нас никто не отвлекает, позволь мне задать тебе несколько вопросов, — обратился Дан к Майку. Его речь была настолько мягкой и понятной, что казалось, будто он разговаривал с маленьким ребенком лет десяти. Он же продолжил. — Расскажи мне, что здесь произошло. Можешь не торопиться, я буду внимательно тебя слушать.

Майк вкратце и четко описал случившуюся ситуацию. Вспоминал весь этот ужас, не спеша проговаривая слова и делая паузы в речи. Сотрудник же в это время был похож на «летающего в облаках» человека. Слушал, смотря в глаза рассказчику, сосредоточенно, но, казалось бы, без всяких эмоций и влечений.

Ключевыми моментами этой истории несомненно были имена убийц, запомнившихся Майку в минуты их диалога, и, бесспорно, их таинственное исчезновение. Однако юноша ничего не упомянул о своем «дежавю» и о наручных часах, которым оба преступника уделяли особое внимание.

— Получается, это были те, кого мы так долго ищем, — вставил полицейский, которого Дан просил помалкивать.

— Да, — ответил тот и, обернувшись в сторону голоса, встал

на ноги и продолжил. — Из чего я могу сделать вывод, что эти подонки в очередной раз решили обчистить чей-то дом… в данном случае — этот. А чтоб никто не мешал исполнению их плана, они решили избавиться от каждого поочередно. Но…

После этих слов он приложил указательный палец к кончику рта, тем самым запачкав его слюной, и добавил:

— Что-то помешало им справиться с ребятами. Точнее будет сказать, что Майк, выстреливший в одного из них, помешал им. Теперь вопрос в том, как они выбрались из дома.

Напарник Дана грозно сделал два шага вперед и задал Майку вопрос, когда тот только поднялся на ноги:

— Не знаешь, чего хотели те мужики? И из дома они что-нибудь взяли? Свои вопросы он задавал серьезным тоном, сильно отличавшимся от другого полицейского.

Майк сглотнул слюну, ставшую у него поперек горла, и готов был ответь на поставленный вопрос.

— Эти двое спрашивали про ценности. Они хотели деньги и украшения… — задумчиво воссоздавал события он, при этом размышляя над каждым произнесенным словом. — Что касается денег, то они их не нашли… можно даже сказать, что не искали… они просто не могли, потому что все мы тогда были внизу, на кухне. Видимо, они сначала хотели избавиться от нас, но… с шеи моей матери они сорвали цепочку, которую ей подарил мой отец.

— Да, мы заметили на ее шее красный след.

Сейчас его тон сменился на более приятный. Он сделал небольшой вздох и положил левую руку на плечо юноши.

— Теперь ты должен вспомнить и сообщить нам одну деталь. Я знаю, тебе неприятно вспоминать об этом…

По его реплике казалось, будто он из плохого полицейского обратился в хорошего. Все рядом стоящие были завлечены его словами и ожидали продолжения. Убрав руку с плеча Майка и на мгновение незаметно улыбнувшись, он спросил то, что хотел знать:

— Для нас очень важно понимать, как те двое покинули дом. Ты нам уже сказал, что они попросту пропали, но… может, ты что-то упускаешь?

— Я помню, как направил пистолет на одного из них. Я был напуган и хотел помочь своим родным, но стрелять не был готов. Тогда я подумал, что если не сделаю этого, то кроме моих родителей могла пострадать и сестра… поэтому и выстрелил. Помню еще, что его напарник вдали от нас яростно стучал по своей руке. А после этого они оба исчезли в ярком свете.

— Но выстрелом его ты не убил, так?

— Да. Я ранил только его руку.

Он повернулся к Дану, который молчал на протяжении всего их диалога и заявил:

— Его слова ведь обретают смысл. Пусть это и глупо, но что если на их руках были надеты приборы, которые могли бы их перенести в другое место?

— Ха! Это действительно глупо, — усмехнулся Дан. — Сколько времени их уже пытаются поймать, о стабильных «уходах» с места преступления говорили многое, но про перемещение — впервые. Они ни разу не исчезали у людей на глазах, а отступали как-то иначе.

Буквально еще минуту продолжался их спор по этому поводу, после чего они решили не конфликтовать, но каждый остался при своем мнении.

В тот момент, когда полицейские смолкли, Майк все же решил добавить информацию и часах и подтвердить догадки одного из сотрудников.

— Помню еще, что на нем были часы, которые… — речь юноши в эту же секунду оборвалась пронзительным голосом Дана, который словно не хотел, чтобы она была произнесена вслух.

— Так! Все, мы пойдем, — перебил он. Впрочем, информации стало больше и это радует. Волей-неволей мы обязательно раскроем дело.

Находившись здесь еще минут пять и собрав достаточное количество информации, полицейские покинули дом.

— У вас были замечательные родители. Помни это, Майк, — напоследок негромко произнес Дан и, закрыв за собой входную дверь, вышел на улицу вместе с напарником и сел в машину.

2021. Апрель, 17

12:14

Миновала ночь. На улице стояла ясная погода: по небу массово плыли белые облака, а лучи солнца ярко освещали землю, однако дул тихий ветер, слабо колыхающий ветки деревьев.

Вчерашний вечерний дождь, который так яро лил в течение пары часов, практически не оставил и следа. Небольшие лужицы быстро испарились, а вот дождевая радуга, пришедшая будто сама по себе, ярко возвышалась над горизонтом. Невероятно красивая разноцветная дуга, созданная из цветов спектра. Это явление кажется чем-то магическим, и его нет редко связывают с чем-то мифическим, дополняя сказочными фантазиями.

Многие цветы уже успели раскрыться, остальные же еще в процессе цветения. Трава буйно росла практически возле каждого дома, поэтому ее нередко следовало косить до минимального размера.

Сегодня Майк проснулся позже обычного в растрепанных чувствах. Все его утро было проведено в глубоком сне. Лицо было бледнее обычного, а кисти рук не хотели сжиматься в кулак. Потянулся и встал с кровати. Ноги неохотно держали его тело: оно хотело лечь и вовсе не вставать. Однако, быть может, он сам этого хотел?

«Все в порядке. Нужно идти» — подумал юноша и, надев на себя одежду, в которой он ходил дома вчера, поспешил вниз, где его, скорее всего, должна была ждать Миа.

На его удивление, на кухне не было никого. Тогда Майк снова поднялся на второй этаж и хотел было уже постучать в комнату сестры, но заметил, что дверь приоткрыта. Заглянув, искомую он там не застал.

Юноша не смутился и продолжил вести себя как ни в чем не бывало, потому что знал, что Миа никуда не могла подеваться и, должно быть, вышла в магазин или захотела пройтись по улице в такую неплохую погоду, от чего он и сам бы не отказался.

На кухонном столе было немного продуктов и готовой еды: яичница, овощной салат и кувшин с соком, остального же по мелочи. Сразу бросался в глаза чистый пол, который блестел под лучами солнца. Миа явно провела свое утро с пользой, потратив его на уборку и готовку. Не взяв в рот ни крошки, Майк решил дождаться сестру и отметить ее старания.

Чтобы не сидеть без дела и не думать о грустном, он поднялся на несколько ступенек вверх до платформы, где стояла тумба, за телефоном, которым не пользовался со вчерашнего вечера. Часто именно на нее все члены семьи кладут свои гаджеты, а потом забирают при подъеме наверх или же наоборот.

Данная деревянная тумба была небольших размеров и не состояла из каких-либо ящиков или дверец. Использовалась исключительно как поверхность с огороженными по бокам стенками. Тем не менее, ее можно с легкостью передвигать благодаря четырем колесикам, прикрепленным снизу.

Там лежал один телефон, но не Майка, а его сестры; однако юноша никогда не бросал свой гаджет где попало и не терял, несмотря на то, что он в некоторой степени рассеянный человек. Тогда, вероятнее всего, гаджет лежит в комнате, но для того, чтобы напрочь удостовериться, что телефона здесь нет, и он не упал, юноша несколько отодвинул тумбочку.

Пол под ней был пыльным — ее точно давно не передвигали. Оттуда резко бросился в глаза сперва непонятный Майку серебристый предмет. С изумлением его подняв, юноша обнаружил в своей руке часы, которые стали изливаться слепящим цветом ярких оттенков. Лучи ослепляли глаза, и Майк прикрыл веки, поднеся ко лбу левую руку. Спустя три секунды свет сгинул, и часы приняли стандартный цвет серебра. Однако они не были покрыты пылью, и это значит, что очутились там не так давно. Но как?

— Эти часы были на одном из тех грабителей, — с ужасом вспомнил Майк. — Они, по-моему, упали с его руки, когда я выстрелил.

Юноша с отвращением отбросил устройство на пол и яростно стукнул по ним ногой. Эта вещь вызвала у него ненависть, и он возжелал разбить ее на считанные осколки. Со всех сил бил по ним ногами, но они даже не показали трещины. После этого Майк схватил их, открыл окно и с визгом перпендикулярно швырнул на улицу на лежащий твердый асфальт.

Тут же от часов донесся тусклый звук наподобие хруста. Поняв, что они разбиты, тот на секунду обрадовался.

Эта находка сбила его с толку. Поиск телефона уже не казался такой важной задачей. Теперь хотелось, если не лежать, так посидеть и немного подумать, оставшись наедине с самим собой.

Остановившись возле стола с едой, Майк услышал топот неподалеку — пришлось прислушаться. У входа с внешней стороны дома явно стоял человек. Замочная скважина зашевелилась, а ручка повернулась вместе с медленно открывающейся дверью. Последняя отворилась, и из-за нее выглянуло сначала милое личико, скрывающееся под темными волосами, а после — и все тело.

— Доброе утро, — ласково поздоровался юноша.

Миа держала в руках два пакета, по всей видимости, с продуктами. В ее глазах наблюдалась легкая усталость, а по выражению лица можно было прочувствовать физическую и моральную тяжесть, которую она испытывала.

— Ты все утро проспал, — несколько расстроилась она и с облегчением поставила пакеты на пол. В скором времени они вдвоем сели за стол.

— Ты сегодня, наверное, рано проснулась? Приготовила завтрак, прибралась, в магазин сходила…

— Ну… я ведь не могла без дела сидеть, — фальшиво улыбнувшись, ответила она, вспомнив с какой отвратностью отмывала лужи крови, которые принадлежали самым близким ее людям. — Поедим, наберемся сил.

Миа вела себя так, словно все хорошо. Продолжала радостно смотреть на мир, любоваться природой и отличным деньком. Но все это было ненастоящим, эти эмоции такие же выдуманные, как и мир, в котором она сейчас живет. Ее тревожное состояние души читалось невооруженным глазом.

— Все хорошо? — с беспокойством спросил юноша, отодвинув вилку ото рта.

— Да… — качнула головой она и, дабы не вуалировать, продолжила — П-просто я не хочу и тебя потерять, — слабым голоском произнесла она.

Миа пустила крохотную слезу и прекратила есть. Майк же, не произнеся больше ни слова, наклонился и приподнял брови, принявшись слушать сестру.

Она принялась рассказывать о своем нелегком детстве, где росла только с матерью. Своего отца ни разу не видела, но мама иногда показывала его фотографии.

— В тот момент я была самой счастливой девочкой… Мне казалось, что мы живем все вместе и у меня была полноценная семья, — вспоминала она.

Миа носила фотографию отца все время в своем кармане, а когда ложилась спать, засовывала ее под подушку. Если становилось грустно, она смотрела на эту цветную карточку и ее настроение каким-то неведанным образом мгновенно поднималось.

Как-то раз Миа спросила маму о том, кто такой папа, где он сейчас и когда придет к нам… на что та искаженно ответила, дав понять, что он не вернется.

— Но я не расстроилась, наоборот. Я точно знала, что он бросит свои дела и вернется к нам. Мне оставалось лишь ждать.

Проходили дни, месяца, а за ними — года. Мии на тот момент было уже восемь лет. Она спокойно жила с мамой и стала забывать об отце: это стало не более чем несбывшимся желанием.

Совершенно негаданно в один вечер, когда Миа уже готовилась ко сну, раздался стук в дверь. Жили в бедном районе города, в небольшом, но просторном для них двоих доме. К ним редко кто заходил, но, если такое и случалось, мать или ее дочь тут же открывали. Так Миа и сделала. Далее перед нею открылось знакомое лицо. Прищурившись, она разглядела в нем собственного отца. Ее глаза в тот момент блистали, что хотелось прыгать и бегать по кругу. Тогда она радостно закричала: «Мама, смотри! Папа вернулся!». Мама насторожено подошла и попросила оставить их наедине.

Миа прервала свою речь и наклонила голову.

«Что же случилось потом?» — собирался спросить Майк, но получит ответ раньше, чем ожидал.

— Когда я вернулась туда, мама была мертва.

После этих слов по щекам тоскливой девочки побежали слезы и, спускаясь с ресниц и доходя до подбородка, падали и разбивались о пол. Раз шмыгнув носом, она продолжила:

— Он убил ее… этот ужасный человек, который приходился мне родным отцом! Я любила его всем сердцем все свое детство, даже не ведая вживую, а он… Я даже не знаю, как это описать. Это вероломство отвергло все мои стереотипы об этом человеке. После этого я его больше никогда не видела. Он ушел, оставив после себя труп мамы…

— Мне очень жаль, что тебе пришлось это пережить, — с состраданием произнес юноша.

— Вчера я испытала те же чувства и эмоции, что и тогда. Это самое страшное. Повторился худший день в моей жизни, я и представить себе этого не могла.

— Ты теперь никогда не останешься одна. Я всегда буду рядом.

Спустя немного времени они продолжили довольствоваться завтраком, и вскоре их тарелки оказались полностью опустошенными.

— Спасибо за завтрак, — поблагодарил Майк, на что сестра мило улыбнулась, веками прикрыв глаза. Вообще говоря, сейчас должен был быть обед, так как времени больше полудня. Но если заостриться на том, что они оба ничего сегодня не ели, то их ланч действительно можно расценивать как завтрак — первый прием пищи.

Юноша поспешил наверх: хотел побыть немного один и, скажем так, разобраться в себе. Сестра все еще была на кухне, но не собиралась там задерживаться.

Майк открыл дверь и зашел в комнату. Сдернул штору и открыл окно, пустив в комнату дневной солнечный свет. Лежать он абсолютно не желал, поэтому сел за стол и включил лампу. На столе также пребывал беспорядок, а в нем и искомый ранее телефон.

— Я и подумать не мог, что у Мии такое нелегкое прошлое.

Горестно было слушать эту историю из уст сестры, но он рад, что она поделилась с ним чем-то сокровенным.

Юноша облокотил голову на согнутую в локте правую руку и прикрыл глаза.

«Теперь мы с тобой одни…», — эта мысль пронеслась в его голове.

— Мамы нет. Папы тоже. Я себя чувствую точно, как ты в детстве. Хотя нет, тебе было намного хуже, ведь тогда осталась совсем одна.

«Я хочу вернуть родителей. Это кажется безумием, но… сам не знаю», — произносил Майк в своей голове, но тут же понял абсурдность данной мысли.

«Где они сейчас? Куда они попали? Счастливы ли в том месте, где оказались? Или же они просто навсегда исчезли из этого мира и уже не существуют? Что если после смерти нет загробного мира, и человека попросту покидает душа, становясь заложницей непонятно чего?»

Майк отодвинул голову от руки, приподнял ее и выпрямился в спине. Взял листок бумаги небольшого размера, ориентировочно «А5», который выглядывал из ближайшей книги, и тонкий черный маркер, поместив его между большим и указательным пальцами правой кисти. Сжал и запальчиво начал водить им по всему листу, производя бессмысленные линии. Прекратилось это тут же, когда лист помялся, а следом и продырявился.

— Подонки, убившие родителей… остались безнаказанными, — неожиданно вырвалось из уст юноши. — Это мне и не дает покоя.

Казалось бы, как после двух минут молчания он вдруг столь резко меняет тему? Но он думал об этом и раньше. Держать в себе эту злость больше не было сил, а, с другой стороны, не было и смысла. Действительно есть темы, которые важны для обсуждения.

Можно ли так просто отнять у человека жизнь — подарок, который даровал Бог и мать? Очевидно, что нет. Распоряжаться ею может только сам человек, которому она принадлежит. Одни люди убивают других, зная, что их бытие будет прекращено, при всем этом сами не желают, чтобы с ними произошла та же учесть.

На протяжении всей жизни люди убивают множество Земных существ и, сами того не подозревая, медленно превращаются в убийц. Начиная с безобидных насекомых, не являющимися по сути важной составляющей, будь то муравьи, мухи или же животные, как коровы, свиньи, куры — люди безжалостно лишают их жизни в качестве своей выгоды. Это ведь то же самое, когда человек убивает подобного себе человека — на это есть определенная цель и ничего более. Все это проносилось в его мыслях.

— Если родителей не вернуть, то, как минимум, нужно… — Майк хотел произнести слово «убить», но заменил его на другое, — отомстить тем уродам. Пусть гниют в тюрьме до конца своих лет!

Эти слова определяли гнев, который он сейчас испытывал. В этот момент, хоть и в своих рассуждениях, Майк ненадолго превратился в жестокого человека.

После того, как он охладел, вспомнил одну важную деталь:

— Часы… которые принадлежали убийце. Я их разбил, но, вполне вероятно, эта вещица помогла бы отследить преступников. Версия интересная, но реальная ли?

Размышляя над этим вопросом, он ненадолго остолбенел.

«Неважно. Какая зацепка бы ни была, главное, что она есть».

Шло время. Юноша рассуждал о многих вещах, и этим можно было заниматься долго, но все прекратилось, когда после стука в комнату вошла Миа.

Юная девушка села на край кровати и, положив руки на юбку, направила взгляд на пол и слабо произнесла:

— Ч-что мы теперь будем делать?

Майк встал со стула и подсел к сестре. В этот момент она слегка подвинулась к нему, но это было ни к чему.

— Ты имеешь в виду сейчас?.. Ну, можем выйти на улицу, например, в парк сходить… Правда ты там уже была, но все же.

— Нет, ты не понял… Как нам теперь быть? Вдвоем.

Юноша озадачился ее вопросом. Сидя задумчиво несколько секунд, он так и не смог ответить, ведь сам этого точно не знал, а такие слова как «все будет хорошо» уже не вызывали нужного спокойствия и не казались на сто процентов истинными.

Миа перевела взор на брата, а тот на нее. Их глаза ярко горели, и в них выражалась глубокая привязанность друг к другу.

— Я давно хотела тебе сказать… — взяв брата за руку и слегка сжав его кисть, промолвила она. Майк в этот миг испытывал неловкое положение. Не зная, чего ожидать, он продолжал естественно себя вести.

— Л-ладно… Забудь… — подметив его смущение, выдавила она и отпустила руку брата, разом оперев ее на мягкую поверхность. — Я хотела тебя попросить купить молоко в ларьке напротив. Я физически не смогла туда зайти с двумя паке…

— Я понял, — перебил Майк, — я прямо сейчас пойду.

Миа признательно улыбнулась.

Юноша не стал спрашивать, единственный ли это был вопрос, который она хотела задать, так как не хотел лишний раз волновать ее тем, о чем она сама не хотела говорить.

— Ну, я пошел, — сказал Майк и, встав с кровати, направился к двери.

Миа последовала за ним, и они вместе покинули комнату. Легонько махнув рукой и что-то напоследок сказав, сестра перешла уже в свою комнату, оставив дверь приоткрытой.

Спустившись по лестнице и минуя кухню, юноша оказался на улице.

Под ногами находилась серая тротуарная плитка, вдоль которой вытягивались пышные темно-зеленые кусты. В метре от двери горизонтально простирался невысокий современный забор, в вырезе которого располагалась еще одна дверь, которую практически никогда не закрывали на ключ.

Юноша положил руку на ручку и наклонил вниз. Уже собрался выходить, как его слух поглотил приятный еле шипящий звук. Казалось, что кто-то нежно стучит палочкой по зеркальцу. Оглянувшись, Майк заметил вырывающийся свет из кустов. Подойдя ближе и прикрыв глаза, он просунул руку в зеленую растительность, уже подозревая, что могло его там ожидать.

Нащупав что-то маленькое, юноша достал оттуда твердую вещицу и сконцентрировал на ней все свое внимание.

Это были те самые часы, которые якобы разбились.

— Я, конечно, думал о том, что с дороги придется убирать обломки часов, но то, что они даже не поцарапаются… Вот как… Видимо, куст и смягчил удар, но… — начал он рыться в своем сознании, вспоминая моменты из сегодняшнего позднего утра. Следом его выражения лица наперечет изменилось, — я отчетливо слышал треск от броска. Ни за что не поверю, что он исходил не от часов.

Юноша поднес прибор ближе к глазам. Тот со всех сторон был покрыт непонятным металлом, издалека напоминающим серебро (на первый взгляд именно так и казалось) или его имитацией. На циферблате не было ни часовой стрелки, ни минутной, и ни секундной. Вместо этого посередине в бледно выделенном прямоугольнике размещались цифры. Эти часы были компьютеризированные — цифровые и из-за отсутствия видимых кнопок, скорее всего, с сенсорным экраном.

Майк мог еще долго всматриваться в гаджет, но его внимание привлекло кое-что другое.

— Они показывают неправильное время. Более того, они не идут. Может, от того удара и сбились?

Часы показывали: «20:51».

После того как Майк подобрал часы, они перестали сверкать и издавать странные звуки, но продолжали блестеть и переливаться благодаря своеобразному цвету.

Юноша решил ненадолго оставить их у себя и рассмотреть. В любом случае эта вещь могла, как считал он сам, помочь в находке убийц. Словно забыв, зачем вышел на улицу, Майк сделал пару шагов обратно к двери и вернулся в дом, сжав часы в левой руке.

В двух-трех метрах от порога, прямо напротив двери, стояла Миа.

— Ты как-то быстро, — произнесла она, приподняв брови, и перевела взгляд на руки парнишки; одна из них была стиснута в кулак. — Ты не купил молоко?

Юноша несколько растерялся и приподнял голову. В это время незаметным движением руки засунул часы в боковой карман.

— Меня кое-что отвлекло во дворе, — ответил он первое, что пришло на ум.

— И что же ты там увидел?

— Эм… ерунда. Ладно, сейчас схожу, за чем шел.

— Погоди уже. Мне только что подруга со школы звонила. Нужно ей тетрадь передать, так что я пойду. По пути назад зайду в ларек, так что можешь не идти, — выдала она и резко вышла из дома.

После этого стыдливого случая Майку стало неприятно по отношению к самому себе. Не выполнить единственную просьбу сестры, которая делает ради него все, казалось очень эгоистично.

«Может, она и не обиделась? Я ведь ясно дал знать, что готов прямо сейчас пойти».

— Я, наверное, ужасный брат! Но Миа все равно всегда со мной и даже не обижается на все то, что бы я не делал. Каждый свой день я как проводил раньше, так и продолжаю проводить впустую… отныне буду всегда с сестрой.

Та ушла, а Майк, дабы не терять времени, твердо решил разобраться в находке, причем самостоятельно — во всяком случае, сейчас.

Бегая, как могло показаться, туда-сюда, он в спешке снова отправился наверх. Зашел в свою комнату, оставив дверь широко открытой, и энергично сел за стол. Заглянул рукой в карман и вынул оттуда найденную вещь. Цвет часов радовал глаз, даже на вид выглядели они очень дорогостоящими.

Майк на несколько минут отбросил все свои мысли и проблемы, сконцентрировав внимание исключительно на гаджете. Крутил его в руках, тщательно разглядывая каждую сторону. На циферблате круглых часов посередине размещался небольшой экран, на котором в электронном виде отображались часы и минуты, а чуть выше — год, месяц и день.

Внизу конструкции на этом же экране в линию размещались три небольших круга, выпуклых, как могло показаться на первый взгляд, но это не более чем просто иллюзия. В центральном и правом круге не имелось никаких знаков или символов, что нельзя сказать про крайний левый. Он единственный, чей толстый абрис вырисовывался золотистым цветом, а в самой окружность был вписан перевернутый треугольник, вершина которого смотрела влево.

Ремешок же был обыкновенным — завораживал именно циферблат. Майк повадил пальцем по последнему и принялся рассматривать тыльную сторону. Поддел пальцем лицевую панель, и она мигом выдвинулась вверх. Ее можно было прокручивать вперед-назад и это производило сильное впечатление. Перевернув эту часть, юноша узрел три квадратные выемки небольшой глубины, в одной из которой что-то находилось. Похоже на компьютерный чип, только на нем был отображен тот же знак, что и на сенсорной кнопке циферблата часов. Все это было очень странно и в то же время непонятно.

— Что это вообще такое? — удивился юноша и продолжил обозревать устройство. Снова окунувшись в воспоминания, он попытался отнести находку вчерашнему событию.

Неясные на тот и на сегодняшний момент события сходились к чему-то общему, из чего можно было хотя бы предположить:

«Те двое куда-то исчезли именно благодаря этим часам. Не зря я обратил внимание на их руки…»

Произнося всю эту, казалось бы, фантастическую речь все чаще, Майк уже с меньшей уверенностью воспринимал ее всерьез, однако других рассуждений не существовало.

Необычный дизайн и цвет будто просились, чтобы на них обратили внимание.

— На вид кажутся тяжелыми… — взвешивая часы в ладони, рассуждал он, — но металлический ремешок довольно легок, как и вся конструкция в целом.

«Интересно, а на руке они также просто сидят?»

Естественно, Майк не хотел присвоить часы убийцы себе, ведь его задача состояла в первую очередь в том, чтобы понять: что это и чем является. Однако его действия больше походили на радость мальчишки, которому подарили новую игрушку. В любом случае данная находка — ценная улика, о существовании которой сейчас никому неизвестно.

Юноша подвинул левую руку, которая смирно лежала на его столе, чуть ближе к себе и стал напряженно всматриваться в гаджет, протирая большим пальцем экран с электронными цифрами.

Наконец он совершил задумку, которая не имела смысла: приложил гаджет к запястью. Вдруг прозвучал щелчок и…

«Застегнулись?»

…они невольно сомкнулись двумя концами браслета, словно капкан. В этот момент ремешок буквально на две секунды невероятно туго сжал часть кожи, находившуюся под ними.

Руку будто перетянули веревкой: кровь не могла пройти сквозь, тем самым образовывая сгустки, а зеленые вены начали выпирать одна за другой. Словно сотни тонких игл были вонзены в наружный покров, из-за чего микроскопические капли крови медленно подступили наружу.

Неожиданное неприятное ощущение, продолжавшееся одно мгновение, заставила юношу крикнуть на весь дом и стиснуть зубы.

В этот же момент часы ярко засияли, как в первый раз. Вместе с этим из них единоразово донеслось: «Тик».

Пытка прекратилась, и все вернулось в норму. Рука уже принимала прежний цвет, а кровь, точечно исходящая из кожи, лишь усиливалась.

— Какого черта? — возмутился Майк и кинулся расстегивать браслет, но, на его удивление, ничего не вышло. Он все еще был замкнут, как на замок. Так или иначе, уже радовало и то, что ремешок больше не давил.

— Я же их не скреплял. Что произошло?!

Неспокойно смотря на свою мокрую руку, Майк опасался, что мучительные ощущения вернутся.

— Думай, думай… — вскочив со стула, начал он рассуждать вслух и крутиться по комнате в одном направлении, щелкая пальцами.

Юноша перевернул кисть и попробовал просунуть указательный палец под ремешок, который сидел достаточно плотно, но не доставлял дискомфорта.

— Почему? — очередная неудача. Даже мизинец не пролез. Расцепить две части браслета самостоятельно тоже не получалось — они будто слились воедино.

Майк сел за стол. Желание избавиться от часов все возрастало.

«Скоро ведь Миа придет, и она точно заметит на мне эту штуковину» — переживал он.

— Кстати… а сколько вообще сейчас времени? — Он машинально посмотрел на устройство, будучи на его левой руке, которое показывало: «13:44».

— Серьезно? — юноша вылупил глаза и, чтобы удостовериться в точности, схватил телефон и посмотрел на разблокированный экран — время было одинаковым.

— Значит время сменилось, когда я их надел…

«Надо успокоиться. Слишком много вопросов. Зачем я разговариваю сам с собой?» — эти мысли торопливо мелькали в его голове.

Чтобы убедиться, настраиваются ли часы самостоятельно, либо же нет, Майк по своему желанию вынужден был их исследовать. Поднес палец к устройству и нажал на круг, сильно напоминающий кнопку. Экран тут же преобразовался: добавились ползунки рядом с цифрами, обозначающими год, месяц, текущий час и минуты. С этого момента циферблат начал мигать. Выполняя непрерывистое движение пальцем по тачскрину вниз, будучи при этом на минутах, данные цифры убывали. Прокручивая же в обратном направлении, они доходили лишь до 45 и не увеличивались.

Взявшись за область с часом и проворачивая те же действия, цифра «13» менялась на меньшую, но не становилась больше.

— Хмм…

Прекратив с этим играться и слегка изменив время на устройстве, Майк повторно нажал на круг.

Глухой свист поразил его уши. Яркий свет незамедлительно влился в глаза, а голова пошла кругом. Он будто на секунду уснул и тотчас очнулся.

13:14

— Что это было?

Ничего не изменилось. Майк также сидит за столом, находясь дома один. Светлое время суток за окном, но радости это не приносит. Пустой и бессмысленный во всех смыслах день. Наверное, такими же будут и последующие.

Хоть Майк и не похож на тунеядца, но безделье, проявляющееся в бессмысленных делах, плохо на нем отражалось. Однако, углубляясь в какое-либо занятие, ты, скорее всего, и не поймешь, серьезное оно и важное или же пустяковое и не стоящее внимания, пока не доведешь его до конца.

— Тук-тук! — послышался дверной стук.

— А? — Майк немедля повернулся в сторону неизвестного и бдительно уставил взгляд на поворачивающуюся ручку двери.

Открывшись, из-за нее медленно вышла Миа, которая сейчас не должна быть дома. Неужели Майк столь сильно увлекся новым гаджетом, что не услышал прихода сестры, притом, что его дверь все это время не была затворена?

«Дверь ведь была открыта» — вспомнил он.

Девочка без оглядки прошла метр и села на мягкую кровать брата.

— Ч-что мы теперь будем делать?

«Я это уже слышал. У меня дежавю? Снова?»

— Миа, ты давно пришла? — спросил он, оставаясь сидеть на месте.

— Не-ет… Я в магазин ходила, ты же меня встретил. Забыл что ли?

— У меня дверь заперта была? — вопрошающе, словно ведя допрос, остолбенел он.

— Да, она была закрыта, но не на защелку. Я ведь постучалась…

— Ясно. Может, ветер закрыл, — шепотом пробормотал он себе под нос.

— Что? — Миа с волнением кинула взгляд на брата. — Что-то не так?

«Я не понимаю, что происходит! Так-с. Сначала нужно во всем разобраться, а потом уже паниковать».

— Все хорошо, — притворно улыбнулся он. — Кстати… Ты молока не забыла купить?

— Я хотела, но не смогла зайти с тяжелыми пакетами.

— Понимаю… Тогда я схожу, — предложил Майк, на что сестра благодарно кивнул. В эту минуту ее внимание нечто поглотило:

— Часы? Откуда?

— А? — из-за всей этой непонятной ситуации юноша совсем забыл о них.

— Вот эти, — Миа привстала и ткнула в устройство.

— А-а, вот эти… Они у меня уже давно, просто я раньше их практически не надевал, — выложил он первое, что пришло на ум.

— И почему же мне не показывал? — приподняв брови, любопытствовала она.

Опомнившись, что на нем сейчас пристегнуты не снимающиеся часы, которые достались ему от убийцы, юноша пришел к выводу: «Это все из-за них» и срочно посмотрел на время. На экране было отображено: «13:18».

«Я вернулся в прошлое. На полчаса назад…» — это было его единственное предположение на то, что сейчас творится. Теперь это уже не дежавю, а перемещение во времени.

«… или я параноик?»

Майк молниеносно встал со стула и, словно не обращая внимания на сестру, со спешкой вышел из комнаты со словами:

— Я за молоком.

— Но… мы не договорили…

— Скоро буду. Я мигом.

Быстро спустившись вниз, он вышел из дома и с огромной скоростью помчался вперед.

— Я вернулся в прошлое. Точно, ничего другого и быть не может! — кричал он, будучи на приличном расстоянии от дома.

— Это плохо, очень плохо.

Задумавшись, резко посмотрел на ситуацию с другой стороны и прошептал:

— Хотя…

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Властелин времени. Том 1 предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я