2
ЛЕТО буйствовало, жарило и парило на улице, а Горелов вынужденно сидел в «машинном зале» сутки напролет — выдался трудный заказ. Интернет-магазин, предлагающий несколько брендов дешевой косметики, атаковали хакеры. Стоило покупателю чуть отвлечься, и деньги за выбранный товар уплывали на подставные счета. Взломщики действовали хитро, «наведывались» в систему не каждый день, организуют один такой «промах» и — «сбегают». Тим промучился месяц, но сумел вычислить жуликов и защитил магазин от нападений.
В гостиной парень появлялся редко, выбирался накоротке поесть и поспать. Поэтому, наконец, завершив работу, осознал, что давно не спорил с «лучшим другом программиста». Обычно, когда Тим покидал «темную комнату», Нестор не умолкал, пока не прокомментирует главные на его взгляд новости (разговаривать о чем-либо в «машинном зале», как и в ванной, Нестору запрещалось, динамик включался только в гостиной). Но последнее время реагировал лишь тогда, когда к нему обращался Тим. Если бы Нестор был человеком, то Горелов непременно поинтересовался бы — здоров ли тот? Неразговорчивый Нестор, отвечающий на вопросы однозначно «да» или «нет», разительно отличался от того цифрового помощника, которого знал Тим.
Горелов растянулся на диване, расслабляя спину и мышцы. Вспыхнул плоский экран на стене — Нестор подключил монитор. Появилось изображение шахматной доски.
— Сыграем? — предложил Нестор.
— Соревноваться с искусственным интеллектом бесполезно, — откликнулся Тим. — Ты знаешь исход всех сыгранных когда-либо партий.
— Выберу тактику игрока твоего уровня, — услужливо пообещал Нестор. — Плюс ты ходишь белыми. Вот какая фора!
Вообще-то парень мечтал о прохладном душе и долгом сне, а мозги собирался на ближайшую неделю отключить, но, поддавшись на уговоры Нестора, принялся сначала нехотя, но потом все больше втягиваясь, двигать фигуры по экрану. И в тот момент, когда Горелов нацелился на ладью противника, шахматная доска исчезла, на ее месте появились двое мужчин (один пожилой, с густой бородой, другой средних лет) в строгих черных костюмах на фоне белого полотна, перед ними стояли микрофоны. Камера сменила ракурс, чтобы показать общий план: гудящий от наплыва людей зал, сцена, вспышки фотокамер. Судя по всему, Нестор перескочил на прямую трансляцию какой-то пресс-конференции.
— Эй, — взмахнул пультом Тим, пытаясь вернуться к прежней картинке. — Мы играем или нет?
— Потом закончим, — отмахнулся Нестор. — Начинается самое интересное! Культурная сенсация недели. Ее нельзя пропустить!
— Хорошо, — не споря, согласился Горелов; его позиции в партии слабые, шансы на выигрыш мизерные, а так вроде и не проиграл.
Мужчина, что помоложе, откашлялся:
— Добрый день, дамы и господа! Разрешите представить вам Игната Крушевницкого, известного коллекционера и мецената, владельца самого большого собрания артефактов, связанных с историей немого кино.
В отдельном «окошке» на экране замелькали фотографии, которые в помощь Тиму вытащил из интернета Нестор. Стены дома Крушевницкого от пола до потолка сплошь увешаны киноафишами начала прошлого века, черно-белыми фотографиями актеров, в специальном хранилище на полках высились горы металлических коробок с пленкой.
Конец ознакомительного фрагмента.
