Версальская история (Эмилия Остен)

Юный виконт Дориан де Бланко оказался в непростом положении: семейные дела полностью расстроены, поместье обложено долгами, и ему волей-неволей приходится подчиниться требованию богатого дядюшки и отправиться с ним в Версаль. Здесь, при пышном дворе короля-солнца Людовика XIV, юноша встречает прекрасную Лоретту. По досадной прихоти судьбы семьи Дориана и Лоретты разделены давней враждой, и теперь юноше предстоит нелегкий выбор между долгом и любовью. Говорят, что препятствия и расстояния губят ложную любовь, зато помогают расцвести пышным цветом истинной, настоящей. Пришло время проверить это. Литературная обработка Екатерины Полянской. Книга также выходила под названием «Дворцовые страсти».

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Версальская история (Эмилия Остен) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава 2

У маркиза де Франсиллона, приходившегося Дориану дядей по материнской линии, было премилое владение на полпути из Парижа в Версаль. На взгляд виконта де Бланко, дядюшка недурно устроился: и в столицу можно добраться без лишних хлопот, и в версальские сады – благо его величество Людовик XIV уже давно всерьез озабочен тем, чтобы сделать из бывших охотничьих угодий себе резиденцию.

Дориан заночевал в паре часов езды до дядиного дома и потому прибыл в замок маркиза полный сил и выспавшийся. Стоял июль, и вдоль дорог россыпью цвели ромашки и еще какие-то цветы, названий которых Дориан не знал. Вот матушка – та в растениях разбиралась. Наверное, хорошо, если бы у нее была дочь: той можно рассказать все, что сыновьям не передашь. Сыновья матушку разочаровали, каждый по-своему.

Въезд на территорию замка был обозначен двумя скособочившимися столбами. На одном из них красовалась дощечка, и надпись на ней предупреждала, что здесь начинаются владения маркиза де Франсиллона. Дорога оказалась хорошая, накатанная, без колдобин и кочек. Дориан пустил коня легкой рысью, обогнал пару телег – одну груженную брюквой, вторую – сеном. Крестьяне везли подати сеньору.

Вскоре за холмами открылся вид на дядюшкин замок. Он был небольшим, но очень милым, с множеством острых башенок, как привыкли строить на Луаре. Над главными воротами висел герб де Франсиллонов – красный щит с внутренней каймой и со скворцом в центре. Дориан помнил, что это именно скворец, хотя птичка на щите ничем на него не походила.

В переходе, ведущем от главных ворот во внутренний замковый двор, шаг коня отдавался звучным эхом. Дориан проехал под прохладными сводами и снова окунулся в июльскую жару – во дворе было сухо, солнечно и пахло сеном. Шла обыденная хозяйственная жизнь: из конюшен доносилось негромкое лошадиное ржание, а два крепких молодых парня разгружали телегу с бревнами. Они покосились на Дориана и, прервавшись на мгновение, поклонились. Виконт де Бланко спешился и увидел, что к нему уже бежит вихрастый мальчишка лет десяти – скорее всего, помощник конюха. Юный пейзанин был облачен в измятую сизую рубаху с широким воротом и закатанные до колен широкие штаны. Мальчик остановился и заулыбался; он казался очень славным, с подвижным беззаботным лицом и встрепанными темными волосами.

– Позвольте забрать у вас коня, шевалье, – тоном завсегдатая светских салонов сказал мальчишка. Надо же!

Дориан улыбнулся в ответ, отдал мальчику поводья, и тот повел лошадь со двора.

Виконт осмотрелся. В дядином замке он побывал всего раз, когда маркиз де Франсиллон пригласил сестру и ее детей погостить у него несколько дней. Отец Дориана находился тогда в отъезде, а матушка с удовольствием приняла приглашение. В то время Дориану было восемь лет, а Жан-Люку – двенадцать. У виконта сохранились весьма смутные воспоминания о днях, проведенных в замке маркиза. Помнились кабаньи головы на стенах обеденного зала и высокие узкие окна в башенке, где располагалась спальня, отведенная братьям.

– Господин, мы рады приветствовать вас в замке Франсиллон!

Дориан повернулся и увидел седоголового мужчину – видимо, дворецкого. Интересно, куда подевался предыдущий, полный и лысоватый?

– Я виконт де Бланко, – произнес Дориан. – Дядя должен ожидать меня.

Дворецкий отвесил ему поклон, предусмотренный этикетом. Восхитительно. Лысый, как помнил Дориан, правильно кланяться не умел.

– Мое имя Жерар Бадре, сударь, – отрекомендовался дворецкий. – Я управитель дома маркиза де Франсиллона. Маркиз изволит почивать в столь ранний час. Полагаю, вам лучше подождать и освежиться с дороги. Могу я препроводить вас в отведенные вам комнаты и выслушать указания?

– Препроводите, – разрешил Дориан. Надо же – ранний час! Кажется, когда он проезжал ближайший к поместью городок, часы на башне ратуши пробили десять.

Виконт последовал за дворецким. Тот проводил его высокой галереей, заканчивавшейся просторным залом, откуда на второй этаж вела лестница, устланная бордовым ковром. Звук шагов тонул в его густом ворсе, словно в осеннем тумане. Поднявшись по лестнице и оказавшись в коридоре восточного крыла, мужчины двинулись в самый его конец.

– Неужели! – Дориан огляделся и улыбнулся. – Неужели мы направляемся в ту самую башенку? – Виконт тут же спохватился, что дворецкий не понимает, о чем он говорит, однако тот оказался в курсе дела.

– Ваш дядя решил, что вы будете рады, если мы разместим вас в ваших прежних комнатах, – пояснил Бадре.

– Разумеется, – кивнул виконт.

«Как это предусмотрительно со стороны маркиза – сделать такой красивый жест в пользу совместных воспоминаний, – подумал он. – Матушка переписывалась с братом и в последние пару лет жизни утверждала, что двор его испортил. Видимо, она ошибалась. Разве можно судить о человеке только по письмам?»

Комната оказалась одновременно и больше, и меньше, чем помнил Дориан. Иная, чем прежде, кровать под пышным золотистым балдахином с тусклыми вышитыми цветами, ковер, привезенный из Персии, большой камин, в котором, несмотря на жару, горел огонь. На стенах – портреты людей, глядевших исподлобья, – представители какой-то ветви генеалогического древа, не иначе. Прямо напротив кровати висел колоссальный тканый гобелен с не опознаваемым на первый, косой взгляд библейским сюжетом. Дориан пригляделся – оказалось, все та же вечная тема, поклонение волхвов.

– Гобелена раньше не было, – пробормотал виконт де Бланко.

– Да, господин, – немедля откликнулся дворецкий. – Маркиз выиграл это произведение искусства в карты не далее как три месяца назад. Его противнику нечего было больше поставить. Гобелен соткан в тринадцатом веке и… хм… оказался изрядно побит молью, когда мы его получили. Пришлось потратить много денег на восстановление, но мой хозяин решил, что это дело принципа.

– Почему же тогда он не повесил этот гобелен над собственной кроватью? – осведомился Дориан. – Раз уж так старался, чтобы выигрыш выглядел достойно.

– Во-первых, маркиз хотел доставить радость вам, – слегка поклонился дворецкий. – Ведь не каждому дано испытывать такое удовольствие – просыпаясь, глядеть на тринадцатый век. – По лицу Бадре скользнула мимолетная улыбка. – А во-вторых, по правде говоря, опочивальня его светлости уже так завалена трофеями, иные из которых весьма и весьма ценны, что этому сюжету не нашлось бы там подобающего места. Видите ли, маркиз весьма удачлив в картах.

Дориан хмыкнул: Жерар Бадре начинал ему нравиться.

– Когда прибудут ваши вещи, я прикажу немедленно принести их сюда, – сказал дворецкий.

– Не доставлю вам такого беспокойства – мои вещи не прибудут, – Дориан махнул рукой. – Есть только то, что я привез с собой.

– Тогда я прикажу поднять сюда ваши сумки. – Если Бадре и удивился, то виду не подал.

– Идите. – Дориану неожиданно захотелось остаться в одиночестве.

Дворецкий снова поклонился и вышел, плотно закрыв за собой дверь.

Пожалуй, при всем желании Дориан не смог бы объяснить, почему привез с собой так мало багажа, когда некоторым людям, бывает, не хватает в поездках и пары карет для вещей. Виконт де Бланко никогда не воевал, не привык к походной жизни, где учишься обходиться малым, однако, несмотря на старания матушки, пытавшейся сделать из него записного франта, оставался почти равнодушен к одежде.

Дориан подошел к большому зеркалу в углу комнаты и в раздумьях уставился на свое отражение. Пожалуй, сейчас он все-таки дал маху. Неведомо, чем закончится сегодняшняя беседа с дядей, и если виконту де Бланко надолго предстоит поселиться в окрестностях Парижа, следовало бы подготовиться к этому тщательнее. Позаботиться о пристойном гардеробе, например. Дориан скривился, отвернулся от зеркала, снял камзол, бросил его на кресло и, подойдя к окну, распахнул створки.

Сразу потянуло знакомым запахом цветущих трав. Снизу доносилось бодрое цвирканье – видимо, под карнизом свили гнездо стрижи. Из башни открывался превосходный вид на окружающие поля, за деревьями неподалеку поблескивал синий глаз небольшого озера. Дориан облокотился о подоконник и снова глубоко вздохнул. Следовало хотя бы немного подумать перед встречей с дядей.

Хотя… Он ведь уже принял решение. И если намерение маркиза де Франсиллона не поменялось, остается плыть по течению и ждать. Ждать отвратительного. Однако иного выхода нет. «Если бы я отвечал только за себя… все было бы по-другому».

Многие в свете, как знал и помнил виконт, меняли покровителей как перчатки. Благо, выбор был богат, его величество создал для того все условия. Но Дориан не относился к лизоблюдам. Ситуация, ставящая его в такое положение, заставляющая чувствовать себя стервятником, поджидающим, пока сдохнет загнанная лошадь, была ему глубоко отвратительна.


Маркиз де Франсиллон соизволил почивать почти до часу дня. Когда он появился, Дориан, сменивший дорожный костюм на непримечательный серый, сидел в одной из гостиных замка, читая книгу.

Годы не сделали маркиза величественным; наоборот, он обрюзг, расплылся, будто свечной огарок, и приобрел болезненно желтый оттенок лица. Даже пышный утренний камзол, расшитый невообразимыми янтарными птицами и цветами, дядюшку не красил, а скорее наоборот: золотая отделка подчеркивала нездоровый вид старика. Рядом с ним Дориан выглядел словно испанский клинок рядом с тыквой.

Виконт немедля поднялся и приветствовал дядю легким поклоном. Он был неприятно поражен тем, что вести о недомогании маркиза, вскользь упомянутые в письме, оказались правдой. Дядя выглядел из рук вон плохо, и можно было понять, почему он вдруг озаботился вопросами наследования.

– Приветствую вас, маркиз, – произнес Дориан, однако Франсиллон махнул рукой.

– Ты можешь называть меня просто Базиль, мой мальчик, – прогудел он, опускаясь в кресло и внимательно разглядывая племянника. – Однако ты сильно переменился с тех пор, как мы виделись в последний раз. Но все такой же рыжий.

Дориан позволил себе улыбку. Они с дядей встречались при дворе пять лет назад, и, несмотря на то что говорили всего ничего – маркиз де Франсиллон отдавал предпочтение обществу сестры, – произвели друг на друга благоприятное впечатление.

– Садись, – предложил хозяин дома. – Я рад, что ты счел возможным приехать к старому хворому родственнику. Безусловно, ты понял, зачем я позвал тебя?

– Разумеется. – Подобные вопросы следовало прояснять немедленно. – Вы достаточно подробно изложили это в письме.

– Ты всегда отличался редкой понятливостью, а я не стремился быть слишком уж таинственным, – кивнул маркиз. – Видишь ли, все шарлатаны, что слетелись ко мне, как мухи на мед, сходятся в одном: дольше года я точно не протяну. Какое счастье, что я хотя бы приблизительно знаю дату своей смерти, многим и этого не дано, – невесело усмехнулся он. – А у меня есть возможность устроить свои дела и привести в порядок бумаги, а также подумать о достойном наследнике. Именно поэтому ты здесь.

Дориан молчал.

– Не стану скрывать, – продолжил маркиз, – что ты был не единственным претендентом на наследство. У меня довольно родственников, которым только дай шанс – они подольют яду в суп и сведут меня в могилу, чтобы завладеть всем моим достоянием. И я пришел к выводу, что мало им всем доверяю.

– Занятно, – не сдержался Дориан, – а мне вы доверяете больше?

– Ты – сын своей матери, и это многое объясняет, – заявил дядюшка. – Как ты, должно быть, знаешь, мы с ней часто обменивались письмами, и она много рассказывала о тебе и о Жан-Люке. Вот твоему брату я никогда не доверил бы управление моими землями, – жестко заметил маркиз.

Дориан в упор смотрел на дядю. Говоря по правде, ему давно опротивело, что все кому не лень считают своим долгом напоминать ему, сколь непутев был Жан-Люк. Но, что бы ни болтали другие, Дориан любил брата, хотя тот принес семье немало горя. Отчасти из-за Жан-Люка он, виконт де Бланко, находится сейчас здесь.

– Жан-Люк умер, – ровно произнес Дориан. – Давайте не будем вспоминать его дела. Не зря говорили древние: о мертвых или ничего, или хорошо. Он не может ответить вам.

Маркиз смотрел на племянника с большим вниманием.

– Именно это я и имел в виду, – удовлетворенно констатировал он. – Благородство. Продолжать вступаться за брата, который… хм. Ладно, оставим эту тему. – Дядюшка побарабанил пальцами по резной ручке кресла. – Словом, не суть важно, какими именно причинами я руководствовался, отправляя тебе письмо. Главное, что ты прибыл в мой замок.

– И что дальше… Базиль? – тихо спросил Дориан.

– Для начала, если я верно понял моего дворецкого, нам следует позаботиться о твоем гардеробе. Прежде чем я буду готов представить тебя как официального наследника, я хотел бы удостовериться в том, что ты подходишь на эту роль. А так как я довольно часто выезжаю, ты будешь меня сопровождать и вести жизнь, достойную тебя. Не обессудьте, виконт де Бланко, – усмехнулся маркиз, – но когда речь идет о подобных вещах, я предпочитаю быть уверенным.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Версальская история (Эмилия Остен) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я