Осколки прошлого

Наталья Брониславовна Медведская, 2017

Ольга смутно помнила своё детство в деревне, всё затмили воспоминания из жизни в детдоме. Она всегда считала, что на всём белом свете кроме мужа и сына у неё больше никого нет из родни. Поэтому очень удивилась, когда нотариус передал ей письмо от тёти. По приезде в деревню, Ольге начали открываться довольно страшные семейные секреты. Сможет ли она выяснить всё до конца и разобраться в тайнах прошлого?

Оглавление

  • ***

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Осколки прошлого предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Старушки, сидящие на лавочке возле дома, проводили неодобрительными взглядами изящную женщину среднего роста в футболке и белых джинсах.

— Иш, вырядилась, будто девочка, а самой уже лет тридцать, не меньше, — пробурчала полная, рыхлая старуха, поправляя на голове белый платок в мелкий цветочек.

Она ошибалась: Ольге Снежок уже исполнилось тридцать шесть. Ольга выглядела моложе из-за стройной фигуры и короткой стрижки, которая рваными прядями обрамляла её нежное лицо с гладкой кожей.

— Интересно. Зачем ей понадобилась хата Должихи? Нешто кто-то её продает? — заинтересованно протянула вторая бабулька. Крохотный рост, куча одежек: из-под байкового халата, выглядывал ситцевый, а из-под него в свою очередь виднелся краешек ночной бязевой рубашки — делали женщину похожей на луковицу.

— Маш, может у Марины кто из наследников сыскался? Пока болела, помочь было некому, а как померла, сразу нашлись. — Выцветшие когда-то карие, а сейчас почти жёлтые глаза толстой старухи загорелись любопытством.

— Не, Катя, не думаю. Можа сельсовет хату продает? — Луковица почесала спину. — Вот заразы комары скрозь три одежи кусают.

На давно некрашеный почерневший штакетник взлетел трехцветный красавец-петух и громко закукарекал. От неожиданности обе собеседницы подскочили на лавочке и стали на два голоса ругать голосистую птицу. По всей деревне на призыв собрата началась перекличка пернатых. Толстуха, названная Катериной, достала из кармана объемистого халата телефон, подслеповато прищурилась:

— Ого! Десять часов. Заболталась я с тобой, а куры ещё не кормлены. — Она трудом встала и, переваливаясь, как утка, направилась к покосившейся калитке.

— Да и мне пора. — Луковица бодро посеменила к соседнему дому.

Узкая улица, разделенная грунтовой дорогой на две равные половинки, опустела. Старый кот, лежащий на примятых листьях ириса, лениво приоткрыл один глаз и проводил старушек взглядом. Солнце уже успело высушить росу на траве, но свежесть июньского утра ещё ощущалась в сладком запахе душистого табака и маттиолы, растущих в ухоженном палисаднике бабы Кати. Ольга остановилась возле дома, на который ей указали неприветливые бабушки. Дом, как и почти все строения в этой деревне, был беленый, с небольшими оконцами. Шифер на крыше позеленел от времени и кое-где лопнул. Двор захватила крапива и спорыш, даже на дорожке росла вездесущая трава, пробиваясь сквозь трещины в цементе. Ольга толкнула деревянную калитку. Та заскрипела и, нехотя отворилась.

***

Пять дней назад на работу к Ольге пришел адвокат. Щуплый подвижный мужчина лет сорока. Протянул письмо, папку с документами и ключ.

— Здравствуйте, Ольга. Найти вас мне помогла директор детского дома. Хорошо, что вы не теряете с ней связи. Это документы на дом, оставленные вашей тётей Долговой Мариной Петровной в деревне Антеевка. Вы должны подписать пару бумаг. Марина Петровна переоформила дом на ваше имя ещё при жизни. — Адвокат замолчал, увидев, как побледнела и рухнула на стул его собеседница. — Извините, что ошарашил вас. Не думал, что будете так переживать. Директор дома сказала: в вашей карточке не указаны родственники. Она не знала, что у вас есть тётя.

— Вот именно, — прошептала Ольга. Её щеки чуть порозовели. — Я тоже думала, что у меня никого нет.

В заторможенном состоянии она подписала бумаги, выслушала поздравления адвоката.

— Марина Петровна скончалась два месяца назад. Дом, конечно, доброго слова не стоит, но если его продать… — мужчина запнулся, — на ремонт в вашей квартире хватит. В деревне остались одни старики — это бывшее отделение рисоводческого хозяйства. Далековато от города, нет газа, плохая дорога. Я специально говорю вам правду, чтобы вы не питали надежд и не разочаровались потом.

Ольга выдавила из себя слова благодарности, с облегчением выдохнула, когда шумный громкоголосый адвокат ушёл. Положив документы в сумочку, постаралась выбросить из головы посторонние мысли: нужно доработать смену. Но непрошеные воспоминания и картинки прошлого мелькали перед глазами. Она привычно принимала заказы от официанток, резала овощи, жарила стейки, картошку-фри, отбивала жесткую мякоть Рапана, крутила украшения из свежих помидор и огурцов. Руки трудились, выполняя привычную работу, пока их хозяйка боролась с демонами прошлого. Бесконечная смена в кафе закончилась с последним клиентом в половине второго ночи. Хозяйка кафе весь вечер находилась в баре, без конца забегала на кухню, лезла под руку, тормошила и без того замотанную Ольгу. Закончив рассчитываться с официантками, хозяйка протянула деньги ей.

— Твоя доля. Учти, за разбитую вазочку и задержанный заказ, я вычла четыреста рублей.

— Но вазочка стоит самое большее пятьдесят рублей, а заказ я задержала всего на пятнадцать минут. У меня все-таки не десять рук! Я вам говорила: необходим ещё один повар, — вспыхнула Ольга. За тяжелый семнадцатичасовой рабочий день она заработала крохи. Тело ныло от усталости, натруженные ступни горели огнем.

— Ты учить меня будешь! Радуйся, что я не высчитываю за бутерброды, которые вы себе делаете, — фыркнула хозяйка. — И кофеек, наверно, из бара тягаете.

Ольга промолчала. На кухне всё взвешивается до грамма — повар, две официантки и бармен покупали колбасу для горячих бутербродов в магазине.

— Я увольняюсь, — неожиданно даже для самой себя произнесла Ольга и уже решительнее добавила: — На следующую смену не выйду, ищите другого повара. У неё так бывало уже не раз и на других работах, она долго терпела, не скандалила и не ругалась. Но наступал момент, когда иссякало терпение или изменяла выдержка — она уходила спокойно, но безвозвратно.

— С дуба рухнула, где я найду повара за два дня. Да не обижайся ты, забери деньги, не буду я тебя штрафовать.

— Не надо. Я не обиделась. Просто надоело. — Ольга, не слушая возмущённых криков хозяйки, покинула кафе. Позвонила мужу.

Он не разрешал ей ходить поздно ночью одной. Через пять минут Максим подъехал на машине.

— Макс, спал бы, я спокойно и пешком дошла бы.

— В два часа ночи, одна. Ещё чего! Ты же знаешь, я упаду на кровать и мгновенно усну.

Через десять минут они уже прибыли домой. Ольга приняла душ и распечатала письмо.

Здравствуй, Оля, я попросила адвоката передать тебе письмо, когда покину этот мир навсегда. Дом, какой ни есть, оставляю тебе. Прости, если сможешь, за то, что отдала тебя в детдом, после смерти твоей мамы, а моей сестры Насти. Не было у меня ни сил, ни здоровья справиться с маленьким ребенком, а так тебя государство воспитало и выучило.

Твоя тетя Марина.

Ольга почувствовала, как сердце испуганно трепыхнулось в груди. Мама! Она давно не думала о ней. Много лет назад в детдоме восьмилетний мальчик вытирая ей слезы, сказал.

— Не плачь, я буду твоим братом.

Ольга вздохнула, положила листок в конверт и отправилась в постель.

Проснулась к обеду, отдохнувшая и выспавшаяся. Обработала изрезанные руки мазью, наклеила на ранки лейкопластырь. С удовольствием, не торопясь, выпила кофе. Утром муж и сын, стараясь не разбудить ее, тихо собирались — один на работу, другой в школу. Занимаясь привычными домашними делами, Ольга вспомнила сон, снившийся время от времени, но смысла которого она не понимала.

Вот она, маленькая девочка, открывает дверь в комнату. В руках у неё букет ромашек. Стоящая у стола женщина кричит на неё и что-то судорожно прячет в бумажный пакет. На столе лежат слепленные пирожки, чуть в стороне в солнечных лучах поблескивают кусочки стекла. Видимо, тётя снова что-то разбила, она такая неловкая.

После этого сна у Ольги всегда болела душа и тревожно ныло сердце. Она никогда не понимала отчего. Совершенно мирный сон: солнечный день, милые полевые цветы, женщина, собирающаяся печь пирожки. Что такого тревожного в этом сне? Тётя!? Ольга отключила пылесос и плюхнулась на диван. Сейчас она поняла, что во сне всегда видела тётю. Из глубины памяти выплыл образ матери. Во второй комнате, куда она собиралась бежать с ромашками, лежала на кровати мама. Прозрачная кожа, синяки под глазами, бледные губы делали её бестелесной и почти неосязаемой. Мама угасала на глазах и однажды просто не проснулась.

Ольга вытерла испарину на лбу, руки дрожали. Вспомнила лицо матери, тётю, старенький дом. Прошлое, словно киношная пленка, отмоталось назад, и на мгновение вернула ей кадры из детства.

***

За ужином Ольга рассказала мужу о свалившемся на них скромном наследстве и увольнении из кафе.

— Ну и правильно, — заявил Максим, уплетая омлет с отбивной. — Была бы шея, а ярмо на неё всегда найдется. Выкрутимся. Моя бригада ещё не закончила класть плитку в школе, а у нас уже есть новый заказ. Можешь отдохнуть сколько захочешь и, не торопясь поискать работу. — Он откинул смоляную чёлку, падающую на глаза, и ласково улыбнулся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

  • ***

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Осколки прошлого предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я