Бист Вилах. История одного Историка. Книга вторая (Алексей Мерцалов)

20-е годы XX века. Поиски маньяка заносят главного героя из заснеженной Москвы в Средневековую Францию времен Столетней войны. Сквозь время ему открываются великие загадки истории. Одной из них станет одна из самых зловещих тайн российской истории начала ХХ века, которая неожиданно переплетется с жизнью главного героя.

Оглавление

Глава 6,

в которой наместник начинает ориентироваться во времени

Ночью, после позорного избиения пленника (о чём Дариор вспоминал со стыдом), он долго не мог заснуть. Его распирала жажда деятельности. Его очень раздражало, что в этом мире он совершенно не контролировал время. В шато де Рено не было часов, и вообще в Вильфранше не было часов ни в одном доме. Не было часов на ратуше, на башнях и церквях. В то же время жители прекрасно ориентировались. И в любой момент знали, сколько сейчас времени. С точностью до минуты. Назначали время встреч, важных дел и обедов. На званый ужин к наместнику никто не опоздал! Видимо, в каждом жителе средневековья тикал внутренний хронометр – такое шестое чувство, выработанное веками и передающееся с молоком матери. Но Дариор был испорчен цивилизацией. И он решил соорудить хотя бы примитивные песочные часы, благо песка в погребах шато де Рено хватало. Вместо стекла Дариор попытался соединить между собой два кувшина. Сначала вроде всё шло как по маслу, но Дариор Рено не был механиком, он был историком. Провозившись около часа, он расколотил чёртовы кувшины о стену и, чтобы успокоиться, вышел пройтись.

Ночная прохлада и тишина приняли его в свои объятия, темнота вокруг была кромешная, в домах не было ни огонька. Тем более он был удивлён, когда, дойдя до площади Трёх Пилигримов, в одном из домов он увидел светящееся окошко. «Кому это не спится?» – заинтересовался Дариор и заглянул в открытое окно. За столом, уставленным разными склянками и заваленным свитками пергамента, при свете свечи сидел Деметрий.

– Доброй ночи, – тихо сказал Дариор.

Деметрий вздрогнул и уставился на историка

– Сир? Что случилось?

– Не спится. Разрешите войти?

– Почту за честь! – и Деметрий бросился открывать…


…На столе лежали сыр и кабаний окорок. В чаши лилось рубиновое вино, и умиротворённый наместник тихо беседовал с умным иоаннитом Деметрием.

– Как много у вас здесь книг и пергаментов! – с завистью историка констатировал Дариор

– Я привёз их с Родоса. Многое из того, что вы видите, вывезено из Константинополя. А это, – Деметрий указал на стеллаж у стены, – реликвии нашего рода.

– Разрешите взглянуть?

– Сделайте одолжение, сир.

Дариор подошёл к стеллажу, битком набитому древними манускриптами, и на минуту задумался: с чего начать? Его внимание привлекла большая старинная шкатулка, скорее даже ларец, искусно сделанный из какого-то тёмного дерева. Он осторожно поднял крышку и увидел внутри странный предмет. Видно было, что он намного древнее самой шкатулки. Сверху была квадратная бронзовая пластина, вся изъеденная временем и покрытая коррозией так, что самой бронзы было почти не видно. Историк аккуратно вытащил диковинный предмет и положил его на стол.

– Что это, Деметрий?

При свете свечи было видно, что между двух толстых бронзовых пластин находится ещё что-то, точнее много чего, но всё было настолько забито окислами и ещё чем-то, что определить, что там внутри, было невозможно.

– Никто не знает, что это, – задумчиво произнёс Деметрий. – Этот артефакт передаётся в нашем роду из поколения в поколение. Говорят, ему тысячи лет. Но что это и откуда – неразрешимая загадка.

Дариор внимательно рассматривал диковину, перевернул её и увидел, что из второй пластины в центре торчит корродированный гранёный штырь. Что-то начало шевелиться в историке, что-то заскребло, заскрежетало в памяти. Ну да, он же читал в журнале! В Париже! Как же это называлось?.. Нашли водолазы… На античном судне. Он видел фотографии… «Антиките́рский механи́зм»11 – вот как!

«А что это такое, никто и в наше время не догадался!» – подумал Дариор.

Но это был другой механизм – похожий, но другой. Историк повертел в руках загадочный предмет ещё немного, и тут его осенило!

– Деметрий, а как зовут этого вашего кузнеца?

– Хенрик из Бремена, сир, – в недоумении ответил лекарь.

– Пошли!

– Куда?! Зачем? – Деметрий ничего не понимал

– Отведите меня к кузнецу, – сказал Дариор, взял под мышку реликвию и выскочил на улицу.

Пройдя вниз по улице шагов триста, они свернули в переулок и вскоре остановились у окованной железом двери добротного дома. Кругом стояла гробовая тишина, тьма была кромешная. Деметрий сначала робко, а потом настойчивей постучал. Вскоре за дверью раздались шаги, и послышался сварливый женский голос:

– Убирайтесь, бездельники, а то я вас угощу хорошей стрелой! – и в открывшееся дверное оконце показался арбалет.

– Я Дариор де Рено, наместник Вильфранша. Я…

– А я тогда – королева Испанская! Убирайтесь!

– Прошу прощения, Марта! Это я, Деметрий. – залепетал грек. – Это действительно де Рено наш наместник. – Мы по делу к твоему мужу.

– Наместник? Де Рено? Ох, Матерь Божья, не признала! – и за дверью послышался лязг засова. – Проходите, сир! И вы, Деметрий.

– Извините за ночной визит, мадам, – виновато молвил Дариор. – Но нам нужен почтенный Хенрик. Нам надо поговорить.

– Почтенный? Поговорить? – закатила глаза Марта. – Его почтенство валяется у себя в мастерской. Попробуйте поговорите, если сможете. Проходите. – И она, указав на боковую дверь, сама поспешила вверх по лестнице. – Не буду мешать!

Дариор и Деметрий вошли в мастерскую. Это была большая комната, слабо освещённая масляным светильником. Вдоль стен располагались верстаки, заставленные всяческим оружием в разной степени готовности. У дальней стены был виден в полумраке потухший горн, а посреди комнаты стоял громадный массивный стол, заваленный инструментами и кусками пергамента. Под столом, раскинув руки и сжимая в одной кувшин, а в другой кружку, раскатисто храпел кузнец Хенрик из Бремена.

– Хенрик, вставай, это я, Деметрий, – добродушно воззвал лекарь.

Хенрик не пошевелился, но захрапел ещё громче. Дариор поставил механизм на стол. Взял с верстака шлем, зачерпнул им воды из стоящей у горна бочки и вылил на голову кузнеца. Хенрик подскочил, как будто его ударило током, и, выпучив глаза, уставился на историка.

– Здравствуй, Хенрик, – сказал Деметрий. – К тебе пришёл наместник Вильфранша, Дариор де Рено.

– Сир… – кузнец почтительно поклонился, отступил назад и, упав навзничь, снова захрапел.

Тогда Дариор, взяв Хенрика за шиворот и за ремень, подтащил его к бочке и окунул головой в воду. Хенрик мычал, пускал пузыри, но наместник крепко держал его под водой. Потом рывком вытащил его. Кузнец таращил обезумевшие глаза и, как рыба, хватал ртом воздух. Дариор снова сунул его под воду. Так продолжалось несколько раз, пока в глазах Хенрика не промелькнуло сознание и взгляд не стал осмысленным.

Хенрика посадили за стол, а сами уселись напротив.

– Вам лучше, почтенный Хенрик? – участливо спросил историк. – Я Дариор де Рено.

– Рад вас видеть, сир, – промычал кузнец.

– Видите, Деметрий, нам рады, – обратился Дариор к сконфуженному греку.

– Значит, так. Время позднее, а дело у нас важное. Так что хватит валять дурака. – Де Рено указал на механизм, лежащий на столе. – Взгляните. Как думаете: что это?

Хенрик зажёг все светильники в мастерской, взял в руки артефакт, долго крутил его, рассматривал и, наконец, сказал:

– Понятия не имею!

– Тогда скажу я, – начал Дариор. – Я как-то читал в… древнем манускрипте, что египетские, а потом и античные учёные много чего умели! Попробуем разобраться, что это? Неужто вы, Хенрик, такой искусный мастер, не утрёте нос каким-то древним грекам?!

– Но… – начал лекарь

– Подождите, Деметрий! – оборвал историк.

В глазах кузнеца загорелся огонёк. Дариор правильно надавил на профессиональную гордость.

– Сейчас! – сказал Хенрик. – Сейчас. – И отправился к бочке.

Взявшись руками за края, он с размаху опустил голову в воду…

Когда иоанниты решили, что Хенрик уже утонул, кузнец вынырнул из бочки и азартно воскликнул:

– Ну, приступим! – и подошёл к столу, на котором лежал таинственный механизм. – Что же это такое? Всё в грязище и ржавчине. Так ничего не разглядишь!

Он поднял деревянный молоток и обрушил его на реликвию рода Деметрия.

– Господи! Хенрик!.. – возопил Деметрий

– А ты меня поучи! – огрызнулся кузнец. – Я же не учу тебя пиявки ставить!

Через час на столе лежал полностью разобранный и очищенный механизм. В углу, обиженный и испуганный, нервно грыз ногти Деметрий.

– Не переживай, друг Деметрий! – задушевным голосом пропел Хенрик. – Ведь говорили древние: Ipse dirutum se collecta!12 Я записал на пергаменте всю последовательность, на каждой детали стоит номер. Соберём! Вот только что это за хреновина?

Надо сказать, что Дариор сначала очень сомневался, осилит ли кузнец такое дело. Но по мере того, как он наблюдал за уверенными действиями Хенрика, у него не осталось сомнений. Подойдя к образовавшейся куче деталей, историк увидел множество колёсиков и шестерёнок разной толщины и диаметра, штифты, втулки, клёпки. Всё это хозяйство ранее располагалось между двумя квадратными бронзовыми пластинами, а теперь лежало грудой на столе.

– А всё сохранилось весьма неплохо! – изрёк кузнец. – Сейчас соберём! – И он принялся за работу.

Через некоторое время на столе стоял механизм, заключённый между пластинами. Из центра одной торчал гранёный шкив, а внизу другой было небольшое отверстие, через которое торчал шкив поменьше. Дариор уже давно всё понял. Он понял, что догадка его была верной. Главное, чтоб всё заработало!

– Хенрик, дайте мне клещи, – попросил историк.

– Да чего там, давайте я сам! – ревниво ответил кузнец. – Чего делать-то?

– Покрутите этот маленький штырь по… Ну, вправо! Сделайте несколько оборотов.

Хенрик пожал плечами и, раз десять повернув маленький шкив, отошёл в сторону. Но ничего не произошло. Механизм был мёртв. Дариор подошёл к столу и легонько стукнул сверху по механизму. В тот же момент послышалось лёгкое жужжание, колёсики и шестерёнки закрутились, и стало слышно размеренное щёлканье.

– Идите за своим вином, Хенрик, – улыбнулся Дариор.

– Да, что ж это, наконец?! – вскричал совершенно сбитый с толку кузнец.

– Придёте – я всё объясню!

Пока Хенрик ходил в погреб за вином, Дариор выбрал из груды инструментов подходящий циркуль и, вооружившись угольным грифелем, что-то начертал на пергаменте.

Пришёл кузнец с кувшином вина, огромным окороком и вопросительным взглядом.

– Терпение, Хенрик! Пока уважаемый Деметрий будет нарезать окорок и разливать вино, вырежьте на этой бронзовой пластине мой рисунок. И сделайте эту деталь. – И Дариор, весело подмигнув, протянул кузнецу пергамент.

Не успел Деметрий закончить своих приготовлений, как у кузнеца всё было готово.

– Я надеюсь, вы не будете колдовать? – шёпотом спросил он и протянул Дариору небольшой предмет. – Колдовать – грех!

Дариор подошёл к механизму и подозвал остальных. Когда Деметрий с Хенриком подошли, он надел последнюю деталь на центральный шкив и спросил:

– Сколько прошло после полуночи?

– Четыре часа, сир, – ответил Деметрий, ориентируясь на внутренний хронометр.

Дариор поправил деталь и торжественно произнёс:

– А теперь давайте выпьем за Новое Время! – Увидев абсолютно непонимающие взгляды, он продолжал: – Этот механизм называется часы. Он считает время и позволяет узнавать, который сейчас час. Правда, без минут – уж больно механизм древний! Это просто часы, а не таинственный артефакт!

Хенрик расстроился:

– Чего его считать, время-то? На механизм смотреть! Я его и так знаю. Хоть ночью разбуди! Я-то думал… И стоило столько возиться!

А Деметрий обиделся. Но Дариор был в восторге! А когда кончилось вино, в восторге были все, и никто не обижался.

Теперь Дариору не нужно было вечно смотреть на солнце – он и без него мог узнать время.

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я