праздничный стол
Новый год подкрадывается, хватает за плечи, сует в мешок,
не обращая внимания на протесты и крики — волочет,
уходящий постарался на славу и стёр меня в порошок.
если у меня есть право желать, скажу короче:
оставь. оставь догорать. не пинай, не тыкай.
что-то живое бьется. боль разливается по суставам.
после двенадцати Золушка сама превратится в тыкву,
не мешай неизбежному. не видишь, как я устала?!
не видишь, как все устали?! брошенные сухими
ветками в костёр, подвешенные на вертел тушами
бессловесными, потрескивают агнцы. синее пламя. химия!
Новый год, дружочек, прошу, послушай:
завязывай с канителью, насилия через край,
обездоленных и бездомных плодят и множат.
у меня тут пластинок: любовь, надежда, радость. что нравится — выбирай.
это, кажется, на жизнь должно быть похоже?
это ни на что уже не похоже.
Новый год, твой предшественник — плут и хам,
бессердечная сволочь, если слов не жалеть.
Новый год, прошу тебя: будь милосердней к нам.
он стоит и скалится.
и я — смотрите! — растекаюсь в праздничное беспомощное желе.
