Дамские штучки
Марина Серова, 2001

Оглавление

Из серии: Частный детектив Татьяна Иванова

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Дамские штучки предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава 2

В семь утра я уже открыла глаза и поняла, что проснулась окончательно. Сказалась привычка последних дней вставать ни свет ни заря. Хотя в принципе я очень даже люблю поспать утром подольше. Решив, что потягиваться в постели бесполезно, я отправилась умываться, мимоходом заглянув на кухню и стащив из холодильника бутерброд. Почему-то за ночь мой желудок сильно проголодался, а я привыкла во всем ему потакать, благо фигура от этого пока не страдает.

Сегодня я предполагала поближе познакомиться с приятелями Андрея, а заодно и наведаться в небезызвестный музей, в стенах которого реликвию из Дании едва не похитили. Так что программа намечалась весьма обширная. Тем не менее я не стала отказываться от ежедневного ритуала и занялась обычным тренингом, заменявшим мне утреннюю гимнастику. Я предпочитала всегда быть в форме и заранее готовиться ко всяким неприятным сюрпризам. Мое главное жизненное правило — полагаться во всем исключительно на себя. Кстати, оно меня еще ни разу не подводило, раз я все еще жива и вполне довольна собой. Летние тренировочные сборы я выдержала отлично и собиралась продолжить в том же духе. Но приходилось думать и о хлебе насущном, — к примеру, осваивать геральдические символы, вместо того чтобы практиковаться в боевых искусствах.

Я растерла ладони и почувствовала, как живительное тепло разлилось в каждой клеточке моих рук. То же самое я проделала с лицом и шеей, а затем перешла к пояснице и животу. В последнюю очередь занялась массажем икр и ступней, в частности, потопталась несколько минут на деревянном массажере. После всех этих упражнений я ощутила себя готовой к абсолютно любым физическим нагрузкам.

В моей квартире был оборудован спортивный мини-зал с тренажерами, которые легко извлекались на время занятий и вновь водворялись на место в случае необходимости. Например, с помощью развешанных на лесках картонных коробок, размещенных треугольником, я отрабатывала нанесение ударов. Причем отрабатывала до автоматизма, который не раз выручал меня из беды. Поэтому я всегда старалась в меру возможностей, конечно, методично оттачивать свое мастерство.

Выполнив все манипуляции, я снова нанесла визит в ванную комнату, где взбодрилась контрастным душем, после чего наградила себя кофе и… сигаретой с ментолом. Здоровый образ жизни — это прекрасно, но от удовольствий отказываться тоже не хочется. Живем-то один раз! К двум названным удовольствиям я присовокупила третье и перенеслась в мир нормальных женских переживаний: уткнулась в журналы мод, позволив себе на несколько минут расслабиться. Но в голове у меня по-прежнему витали мысли о древнем гербе, и цветные иллюстрации с моделями заслонял образ голубого леопарда с варяжского щита. Я с шумом захлопнула журнал, извлекла из шкафа первый попавшийся костюм, наспех нарисовала лицо и выскользнула из квартиры, захватив с собой ключи от машины, справедливо полагая, что Марусич уже заждался.

Подойдя к автостоянке, я подумала о том, что к выбору одежды стоило подойти более критично. Несмотря на свое материальное благосостояние, мой заказчик совсем не был похож на представителя «новых русских«, способных нацепить на себя малиновый пиджак. Значит, и знакомых оценивал, грубо говоря, со своей колокольни.

«Ладно, переживет», — решила я, усаживаясь за руль, но, глянув в зеркало, вынуждена была признать, что вчера выглядела значительно лучше. Сегодня я даже и не напоминала ту шикарную даму со светской выставки. Пришлось напомнить себе, что я — частный детектив, а не супермодель, и еду не на свидание, а по делу. Немного все же недовольная собой, тронулась с места резковато и, не заметив лужу, окатила чью-то иномарку грязью. Хорошо еще, водитель отсутствовал, а то пришлось бы отношения выяснять с утра пораньше. Успокоиться потом не помог бы никакой аутотренинг.

Выехала на улицу и почувствовала — с моей «девяткой» что-то происходит, и это «что-то» мне совсем не понравилось. Терпеть не могу авторемонтные мастерские. И с их персоналом общаться тоже. Ну есть у меня такая маленькая женская слабость!

Я притормозила у обочины, злющая-презлющая. Целое воскресенье потратила на ремонт этой колымаги, а она вздумала брыкаться в середине пути. Но тут же я мысленно извинилась перед машиной за столь грубое определение, так как обычно иначе как «ласточкой» ее не звала. Что и говорить? Лучшая подруга, сколько раз меня выручала. В общем, не ругаться надо, а разбираться, в чем дело.

Оказалось — ничего страшного, просто спустило одно колесо. Пришлось снимать его и ставить другое, благо запаска у меня в порядке. Нелегкое это дело, конечно. Не женское. Но что делать, любишь, как говорится, кататься… Ну вот, кажется, теперь все нормально. Только вымазалась вся… Я сполоснула руки водой из канистры и захлопнула багажник. Кто-то просигналил мне из проносившегося мимо автомобиля. Вот она, романтика дальних дорог!

Я вырулила к большому дому из красного кирпича. Оставила «девятку» на стоянке и направилась прямо к подъезду, где была остановлена бдительной вахтершей. Пришлось довольно долго растолковывать ей, что меня ждут в четырнадцатой квартире. Она недоверчиво буравила меня взглядом сквозь толстые линзы в недорогой светло-коричневой оправе. Наконец подняла трубку внутреннего телефона:

— Как о вас доложить?

Меня прямо-таки поразило сходство с бразильским телесериалом. На душе стало от этого неприятно, и я пришла к выводу, что страдаю постсоветским синдромом всеобщей уравниловки.

— Скажите, что пришла Иванова, — буркнула я, изучая белоснежные стены, недавно подвергшиеся капитальному ремонту, который, должно быть, влетел жильцам в копеечку. Впрочем, о чем это я беспокоюсь?

Вахтерша получила от Марусича «добро» на мой визит и нехотя позволила пройти к лифту.

«Неужели я так похожа на злоумышленницу?» — мысленно изумилась я. Правда, помнится, Шерлока Холмса доктор Ватсон тоже поначалу принял за преступника. Так что нечего удивляться, человеческие эмоции — штука сложная.

«До чего же ты, Танечка, умная! — издевательски проявил себя внутренний голос, — прямо-таки мастер психоанализа». Но я не стала вступать в перепалку со своим вторым «я», а нажала на кнопку, где значилась цифра «три», и лифт стремительно доставил меня по месту назначения. Через пару минут я уже беседовала с Андреем.

Его квартира оказалась уютной и светлой, обстановка не грешила излишествами. Интерьер был выполнен в черно-белых тонах, а на стене висела картина в том же самом стиле, в котором творил Тадеуш Бартвелл. Одним словом, максимум комфорта и минимум той самой показной роскоши, которая так раздражает российского обывателя, привыкшего к более чем скромному существованию.

Марусич предложил мне располагаться поудобнее и сам отправился за вином, вкус которого я оценила чуть позже, а пока рассматривала книжный стеллаж, заполненный трудами по философии и в основном литературной классикой. На одной полке стояли Гумилев, Шпенглер, Тойнби и Платон, на другой блестели обложками Хемингуэй, Ремарк, Шекспир и Гомер. С ними соседствовали несколько томиков беллетристики. Меня всегда интересовали домашние библиотеки, по набору имеющихся книг иногда можно довольно точно судить о личности их хозяина. Хотя, конечно, первое впечатление бывает и ошибочным, но и оно позволяет делать кое-какие наметки. В данном случае вырисовывался довольно милый образ.

Андрей вернулся с бутылкой бордо, парой непрозрачных белых бокалов и огромным блюдом зефира. Я осторожно положила на место сборник стихов Цветаевой, который вертела в руках, и уселась за стол в предвкушении десерта, продолжая в недоумении озираться по сторонам. И тут натолкнулась на взгляд хозяина поразившей меня квартиры. Его теплые серые глаза с золотыми искорками как будто говорили: «А что вы, мадам, ожидали увидеть? Позолоченную сантехнику и неотесанного дикаря с повадками неандертальца?»

От этого немого укора мне стало не по себе. Я пригубила вино, стараясь скрыть за легкой улыбкой свое нечаянное смущение. Вообще-то оно мне несвойственно, я — особа практичная и даже, можно сказать, если быть совсем откровенной — циничная.

— Вы не передумали? — осведомился Андрей, протягивая мне кусочек зефира. — Дело ведь может быть опасным!

— Это моя специальность! — усмехнулась я. Заботы о моей персоне я с его стороны никак не ожидала. Марусич не переставал меня озадачивать. — Надо же как-то на хлеб зарабатывать! К тому же это так интересно! — призналась я, воодушевившись.

Очевидно, чудесное французское вино слегка вскружило мне голову, потому что я вдруг пустилась оживленно расхваливать свой образ жизни. Но спохватилась и пришла в себя — снова взглянув ему в лицо и увидев на нем откровенное разочарование. Гордый варяжский потомок, кажется, уже пожалел, что со мной связался. Это меня так поразило, что я едва не подавилась.

— Поговорим о деле, — сказала я, отрываясь от зефира и совершенно меняя тон.

— Конечно, — ответил клиент сдержанно. Андрей Марусич являл собой саму выдержку. А я предположила, что он будет вести себя подобным образом до тех пор, пока речь не зайдет о гербе.

— В каком музее вы выставляли свой щит? — задала я первый вопрос, полностью полагаясь на свою профессиональную память, так как не захватила с собой записной книжки.

— В краеведческом, там проходила геральдическая выставка. И меня уговорили предоставить для нее герб.

— Кто уговорил? — я уцепилась за информацию с азартом охотника, почувствовавшего добычу.

— Директор, — пожал плечами Андрей, ему мой вопрос интересным не показался. — Он через кого-то узнал… Вы что, полагаете, что директор мог быть наводчиком? Помилуйте…

— Имя назовите, пожалуйста, — попросила я.

Андрей недовольно поджал губы и как бы нехотя проговорил:

— Аскольдов Сергей Владимирович, если вы настаиваете.

— Когда состоялась попытка кражи?

— Ровно три недели назад, пятнадцатого октября, — сообщил Марусич и откинулся на спинку кресла. Но тут же ему, видимо, стало душно. Он встал для того, чтобы приоткрыть форточку. Или, как я и предполагала, разговор о гербе сильно волновал его.

— Вы забрали экспонат, а выставка все еще работала? — попробовала я уточнить.

— Да, с неделю…

— То есть выставка закрылась двадцать второго?

— Наверное, — согласился Андрей.

«Значит, он передал щит в музей числа девятого, — подсчитала я в уме, — у преступников было время хорошо подготовиться».

— Ладно, с данным вопросом мы немного разобрались, — произнесла я удовлетворенно. — А когда герб исчез из вашей квартиры?

— Два дня назад, — грустно сообщил Андрей. С него разом слетел весь лоск, и он стал смахивать на обманутого ребенка..

— Вы говорили о сейфе… — начала было я.

Андрей оборвал мою фразу едва не на полуслове:

— Да, его вытащили из сейфа! Мерзавцы! — Он опять бухнулся в кресло и нервно затянулся дорогой сигаретой.

— Вы бы не могли его показать?

— Конечно, — согласился Марусич, — что за вопрос…

Он провел меня в свой кабинет, в котором был идеальный порядок. На первый взгляд сейф казался довольно прочным — несгораемый металлический ящик с секретным замком. Но мне понадобилось всего несколько мгновений, чтобы увидеть все его недостатки: модель явно не новая, код к цифровому замку подобрать легко. Если, конечно, действовать умеючи. Но дилетанты в такие истории чаще всего не ввязываются.

Андрей заметил мое недоумение:

— Я сам себя проклинаю за свою неосмотрительность! — воскликнул он. — Хотел ведь и сейф поменять, и сигнализацию поставить. Так нет, на авось понадеялся!

Мне нечем было его утешить. В данном случае Андрей мог пенять только на себя. Хотя… Существовал, конечно, и другой возможный вариант: тот, кто пришел за реликвией, знал код замка. Ладно, разберемся. Дальше видно будет, какой из вариантов «сработал».

— Когда похитили герб, дома никого не было? — предположила я.

— Разумеется, — усмехнулся Марусич. — Иначе грабителю надо было бы превратиться в привидение.

— В жизни всякое случается, — глубокомысленно заключила я, вспомнив случай из своей практики, когда шкатулку с бриллиантами увели прямо из-под носа владельца.

— Я в тот день ночевал у Марины, — объяснил бизнесмен.

— Кто такая? — тут же спросила я.

Андрей замялся, а потом сказал:

— Жена.

«Странно», — подумала я и поинтересовалась:

— Вы живете отдельно?

— О господи! — взмолился Андрей. — Ну при чем здесь моя личная жизнь?

— Давайте условимся, — сказала я строго. — Или вы отвечаете предельно честно на все мои вопросы, какими бы нелепыми или неприятными они ни казались, или я отказываюсь от этого дела!

— О'кей, — недовольно согласился Андрей. — Просто это моя больная тема. Официально мы не расписаны, а Марина настаивает. Я так от этого устал! Всю жизнь придерживался принципа, вычитанного мной в каком-то журнале: «Не стоит сближаться настолько, чтобы заслонять друг от друга перспективы». Но однажды отступил и жалею до сих пор, — он тяжко вздохнул. — Понимаете? Горький опыт! Стараюсь не повторять прежних ошибок…

— Вы были женаты? — догадалась я.

— Разумеется.

— Кстати, а вы заявили в милицию о пропаже? — опомнилась я.

— Нет, ну что вы! — Андрей замахал руками. — Я все еще надеюсь уладить дело мирным путем! И считаю, что не стоит действовать грубо. По-моему, так можно только все испортить. К тому же не следует недооценивать противника, — высказал он умную мысль.

— А о попытке ограбления в музее? — продолжала допытываться я.

— Там и без меня заявили, — ответил бизнесмен, подливая бордо в бокалы. — Дело открыто, но, как я слышал, пока никаких зацепок…

— Скверно, — поделилась я по этому поводу собственной точкой зрения.

— Еще бы! — согласился со мной Марусич.

— Вы приготовили список, о котором я вас просила?

— Конечно, — он протянул мне листок, исписанный мелким почерком.

— Вот это да! — всплеснула я руками, пораженная количеством осведомленных лиц, и попросила у Андрея сигарету — мои, как назло, закончились. Он поднес мне пачку, чиркнул зажигалкой и выставил на столик пепельницу молочного цвета, под стать бокалам. Я с наслаждением сделала несколько затяжек, просматривая глазами перечень его близких знакомых и выискивая, кого из них можно исключить немедленно. Но в принципе все они представляли собой потенциальных подозреваемых, как это ни прискорбно.

— Скушайте конфетку, — неожиданно Андрей предложил и улыбнулся. — Лично я всегда так спасаюсь от депрессии.

Я даже оторвалась от чтения и внимательно посмотрела на клиента. Внешне он являл собой мужской тип, а вел себя, как мне показалось, чисто по-женски. Хотя я допускала, что могу ошибаться. Просто Марусич, наверное, обладал мягким характером, что не было обычным явлением в среде крупных предпринимателей. Он вообще представлялся мне личностью неординарной.

От размышлений меня отвлек мелодичный звонок. Кто-то пришел, и Андрей отправился открывать дверь. Минуту спустя я услышала, как он обрадованно воскликнул:

— Марина!

Было очень интересно собственными глазами увидеть его спутницу жизни, и я с нетерпением ожидала ее появления. И вот в комнату легкими шагами вошла… нет, впорхнула прелестная златокудрая нимфа с невинными ярко-голубыми глазами. Одета она была в узкое черное платье, откровенно облегающее фигуру.

— Здравствуйте, — приветствовала меня Марина звонким красивым голосом. — Я полагаю, это и есть наш знаменитый детектив? — предположила она, сделав шаг в мою сторону. Я кивнула ей в ответ. От меня не ускользнуло, что женщина явно нервничает.

— Я думаю, вы — Марина?

— Да, — согласилась блондинка, распустив свои русалочьи волосы и тряхнув головой. Ее пальцы сжимали несколько шпилек. — Что вам Андрей уже успел обо мне наболтать? — довольно недружелюбно осведомилась она.

— Что вы — его жена, — сказала я в ответ.

Марина взмахами руки разогнала висевший в воздухе дым от сигареты и сморщила свой тонкий носик. В каждом ее жесте чувствовалась неуверенность и едва скрываемая нервозность. Она кривовато усмехнулась и уточнила:

— Сожительница.

— Прекрати! — взорвался Марусич. Все его спокойствие как рукой сняло. — Абсолютно ни к чему при постороннем человеке выставлять напоказ изнанку наших отношений. И так проблем невпроворот. А тут еще ты! — вскрикнул он неестественно тонким голосом.

— Ну разумеется, — протянула Марина.

Она устроилась на диване, закинув ногу на ногу, и всем своим видом дала понять, что готова к обороне. Да, с разговорами к такой особе близко не подступишься, я таких людей встречала. Но ничего. Надо будет, найдем ключик и к ней. Еще раз пробежав глазами список, я обратилась к рассерженному Андрею:

— Расскажите о Диме Ростовцеве, пожалуйста. Что он собой представляет?

— Диман? — переспросил Марусич. — Свой парень. Мы с ним с института дружим. Он владеет сетью ювелирных магазинов в Тарасове, поэтому мы тесно сотрудничаем. Само собою, это не он… — уверенно заключил мой клиент, но тут же добавил: — У него есть единственный недостаток — может пообещать и не сделать, так что договора с ним лучше оформлять на бумаге и по всем правилам.

— Ага, — Марина по-кошачьи растянулась на диване вопреки неудовольствию мужа, которого ей откровенно нравилось злить. — Он просто человек слова, а дело — не его профиль, — сыронизировала она, процитировав знаменитого сатирика, и отправила в рот крупную бело-розовую зефирину.

— А Алексей Васильев? — спросила я, снова заглянув в список.

— Тоже отличный мужик, — сказал Марусич. — Но у него проблемы с деньгами. Тут крупная сделка намечается, а они оба, Дима и Алексей, — потенциальные партнеры фирмы. Я еще не решил, с кем контракт заключу. Думаю, что с ним. Надо человеку шанс дать… Может, выкрутится, — проговорил он с сомнением.

— Ясно, — сказала я, хотя на самом деле пока никаких конкретных мыслей у меня не было.

— Очень вам завидую, — хмыкнул он. У Марины комментариев по поводу Васильева не нашлось.

В этот момент зазвонил телефон, и Марина тут же подняла трубку, удивив меня своей молниеносной реакцией.

— Это тебя, — процедила она сквозь зубы. — Не хочу быть невежливой, но твоя Светка меня достала!

Марусич вдруг растерялся и метнулся к телефону, сделав вид, что не заметил моего заинтересованного взгляда.

— Света! — воскликнул он. — Что случилось на этот раз? Ну прими валерьянку или валидол, — твердил Андрей в трубку как заклинание. — Не помогает? Тебе же Лариса Петровна выписывала реланиум! Что? Ты рецепт потеряла? — он замолчал на долю секунды. — Светочка, ну я же не виноват, что так получилось, я придумаю что-нибудь, — продолжал он кого-то успокаивать.

— И так всегда, — заметила Марина, снова приняв на диване позу, которая явно была излюбленной. — Марусич! — крикнула она в сторону Андрея. — Ты не угадал своего призвания. Из тебя бы вышел классный психотерапевт!

— С кем это он разговаривает? — решила я спросить.

— С кем, с кем… — раздраженно заговорила Марина. — С бывшей женой, конечно! С кем же еще? Она такая беззащитная, робкая и несчастная… Эти душеспасительные беседы ведутся уже четыре года днем и ночью. В любое время! — негодовала она.

— Поищи в косметичке, — советовал в трубку Андрей. — Уже смотрела? Ладно, я сейчас приеду и вместе пойдем к Ларисе Петровне. Хорошо? А пока выпей воды и приляг, — наконец он повесил трубку.

— Это когда-нибудь закончится? — буквально взвыла Марина.

— Терпимее надо быть, — философски произнес Андрей. — У нее же неврастения. Она — больной человек. И с этим надо считаться. К тому же я перед ней виноват.

У меня мелькнула мысль, что Светлана и в самом деле заслонила ему все мыслимые и немыслимые перспективы. Происходящее на моих глазах напоминало не то мелодраматический, не то научно-фантастический спектакль.

Марусич спешно засобирался, вручая мне визитку, где значился номер его мобильника, и торопливо бросил на ходу:

— Вынужден с вами проститься. — И испарился.

Марина только качала головой, широко распахнув глаза.

— Может быть, вы что-нибудь объясните? — обратилась я к ней.

— По-моему, здесь нечего объяснять. Он мчится к ней по первому зову. Это какая-то патологическая зависимость, вроде наркоты, — глубокомысленно заключила она. — А я все никак не могу с этим смириться.

— Незавидное у вас положение, — признала я.

— Да уж…

— Кстати, а чем занимается Светлана Марусич?

— Математику в школе преподает, — обескуражила меня Марина.

Мне уже не терпелось поговорить с экс-супругой лично. Однако я сдержала порыв и предпочла для начала пообщаться с сотрудниками музея, поэтому распрощалась с Мариной. Но напоследок попросила поделиться соображениями о Светлане. Она охарактеризовала ее исключительно коротко:

— Стерва.

Впрочем, другого ответа я от нее и не ожидала, так что мой вопрос был совершенно излишним, хотя вызвало его вовсе не праздное любопытство. Просто мне хотелось убедиться, что Марина расценивает Светлану как соперницу, причем не в прошлом, а в настоящем. Сейчас меня больше всего волновала проблема, кто мог знать цифровую комбинацию сейфового замка, кроме Андрея. Я вполне допускала, что это могла быть, например, Марина. Почему бы и нет? Если ночь ограбления она провела вместе с мужем, это еще не говорило о том, что Марина не имела возможности поделиться секретом с кем-то другим, по глупости или за определенную сумму, либо нанять какого-нибудь «медвежатника». Впрочем, это выглядело совсем уж невероятно.

Минут через двадцать я уже находилась в музее, в компании Аскольдова, который расхаживал взад и вперед по кабинету.

— Такое у нас впервые, — уверял он меня, будто я выступала в качестве ревизора. — Я и представить себе не мог, что кто-то может попытаться…

— Да бросьте! — возмутилась я. — Вы же не ребенок, Сергей Владимирович! Если герб представляет собой истинную ценность, то… А у вас даже охраны толковой не нашлось.

— А где взять средства? — набросился на меня директор. — Вы что, не знаете, что у нас творится в стране?

«Понеслось», — обреченно подумала я.

— Хорошо хоть одного охранника сумели нанять, — продолжал он возмущаться. — А чем, скажите, я должен зарплату платить, а? — грозно вопрошал Сергей Владимирович.

— Ладно. Не будем об этом. А как вы о существовании герба узнали? — не унималась я.

— Вы словно из милиции. Допрашиваете меня… Я вовсе не обязан вам отвечать! — взвился Аскольдов. — Только из уважения к Андрею, — добавил он, вытирая пот со лба скомканным носовым платком. — Этого герба нет ни в одном из наших каталогов, несмотря на то что владелец трубит о нем на каждом углу, не в обиду ему будет сказано, — Сергей Владимирович спрятал платок в карман. — Мне Анечка рассказала, соседка. Она — референт на фирме Марусича.

Я вспомнила, что в списке упоминалась и некая Анна Круглова. Секретарь предприятия «Golden Market», которое возглавлял Андрей. И тогда я спросила, сменив тему разговора:

— Почему щит с гербом назвали варяжским и чем он отличается от других?

Аскольдов изумленно развел руками. Такого вопроса от нахальной сыщицы он явно не ожидал, потому что считал ее, по необъяснимой причине, непроходимо тупой и готовился исключительно к самообороне, а лучший метод защиты, как известно, нападение. Вот и распсиховался безденежный глава местного музея. Набросился на меня, явно не понимая, что подобное поведение так или иначе всегда наводит на размышления. Особенно частного детектива.

Оглавление

Из серии: Частный детектив Татьяна Иванова

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Дамские штучки предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я