Всемирная литература. Искусство слова в Средневековье и эпохи Возрождения. Начало Нового времени (Б. Р. Мандель)

Данный учебник представляет собой один из вариантов учебного курса «История зарубежной литературы», изучаемого в высших учебных заведениях гуманитарного направления согласно Федеральным образовательным стандартам и образовательным программам. Кроме того, в большей части, материал учебника соответствует также стандартизированным принципам курса «Литература». Учебник освещает основные исторические этапы развития мировой литературы в средние века и эпоху Возрождения, делая упор на художественные особенности, мастерство создателей и краткое описание исторической и общественно-политической обстановки. В учебнике сделана попытка охватить наиболее яркие литературные явления эпохи. Учебник написан доступным языком. Материал расположен в связи с логикой развития исторических событий. Одной из важнейших частей книги является список литературы, вопросы для самостоятельной подготовки к экзаменам и зачетам. «Всемирная литература: искусство слова в Средневековье и титаны эпохи Возрождения. Начало Нового времени. Иллюстрированный учебник для студентов высших учебных заведений гуманитарного направления (бакалавриат, магистратура)» представляется полезным не только для студентов и преподавателей высших учебных заведений, но и для всех, интересующихся историей мировой литературы.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Всемирная литература. Искусство слова в Средневековье и эпохи Возрождения. Начало Нового времени (Б. Р. Мандель) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава I

Начало великой европейской литературы. Италия XIII-XIV. Данте. Петрарка. Боккаччо

Италия – родина Возрождения, страна, чье литературное Средневековье дало миру образцы классической модели Возрождения, родина нового искусства и новой литературы. Родина Данте.

§ 1. Данте

Данте Алигьери


Данте Алигьери (1265-1321)… Май или июнь 1265 года. Флоренция. Так когда же появился на свет будущий гений? Нотариус утверждает, что в мае. Итак, 14 мая 1265 – вот дата рождения Дуранте(так звучит полное имя деда по матери, в честь которого и был назван будущий поэт) Алигьери. Удивительно, как мало в мире людей, которых мы зовем по именам! Петр, Лука, Иоанн, Августин, Данте (да еще и уменьшительным именем человечество называет его)…


Далекая Флоренция. Площадь Синьории


Вероятно, отец Данте был юристом. В семье, ведущей свое начало от рыцарского рода, феодальные настроения были чрезвычайно сильны, хотя долгое пребывание в городе купцов и политиков, художников и поэтов заставляло эти традиции тускнеть. Понятно, что могла дать Данте школа этой эпохи – схоластика царила еще долго… Университета во Флоренции не было, и по всей вероятности, юноша учился в Болонье, университет которой славился медицинским и юридическим факультетами. Самообразование – он читал все, что попадает в поле зрения, ища свой путь, путь ученого, мыслителя и поэта. Великий римлянин Вергилий станет его «вождем, господином и учителем». Данте, овладевший французским и провансальским языками, стал поглощать поэмы о Трое и Фивах, об Александре Македонском и Цезаре, о Карле Великом и его паладинах, а в рифмованных французских энциклопедиях и дидактических поэмах он находит все новые и новые знания. Видимо, в Болонье Данте знакомится с Гвидо Гвиницелли,1 поэтом, считавшимся родоначальником «нового сладостного стиля» (позже, в своей «Комедии» Данте назовет его отцом).

Вероятно, в 1283 году на улицах Флоренции Данте снова увидел дочь Фолько Портинари Беатриче, которую впервые встретил семилетней девочкой.

С тех пор, как я впервые увидал

Ее лицо здесь на земле, всечасно

За ней я в песнях следом поспевал…

Тогда же и появляются первые строки, посвященные далекой и недоступной красавице, вскоре, в 1290 году умершей. Любовь и скорбь пронизывает стихи Данте, созданные в период с 1283 по 1292 год. Восхваление возлюбленной, стремление к божеству, мистическое толкование любви – вся эта сложнейшая символика вызовет целый поток исследований, в которых часть ученых увидит в Беатриче лишь поэтическую фикцию – аллегорическое выражение политических и философских идеалов автора. Однако существование Беатриче подтверждено – в архивах Флоренции было обнаружено завещание Фолько, в котором упоминается имя его дочери Беатриче.


Беатриче Портинари. Д.Г.Росетти (1863-1864)


Первый сонет, связанный с обликом возлюбленной Беатриче, «A ciascun alma presa», Данте, по обычаям поэтов своего времени, послал другим поэтам, и, видимо, с этого момента завязывается его дружба с Гвидо Кавальканти,2 вождем флорентийских поэтов. Хотя нельзя отрицать и тот факт, что оба они принимали участие в многочисленных войнах, вспыхивавших между Флоренцией и ее соседями в бурных 1287-1290 годах.

Стиль молодого Данте совершенствуется:

Любимой очи излучают свет

Живого благородства, и повсюду

Что ни возьми – при них подобно чуду,

Которому других названий нет.

Увижу их – и трепещу в ответ,

И зарекаюсь: "Больше я не буду

Смотреть на них", но вскоре позабуду

И свой сердечный страх, и тот обет.

В 1290 году умирает совсем юная Беатриче… Данте собирает свои творения в книгу «Новая жизнь» (Vita Nuova). 24 сонета, 5 канцон и одна баллада – перед нами самая настоящая и самая поэтичная история люб-ви – автобиография страдающей души. Аллегоричность и таинственность, сны и потустороннее – лучшие традиции нового сладостного стиля пронизывают книгу Данте.

Смерть возлюбленной заставляет его обратить внимание не только на бренность существования – Данте обращается к философии, ища в ней спасения, и судьба преподносит ему трактат Боэция «Об утешении в философии». Данте посещает ряд своеобразных клубов, философских факультетов в монастырях Флоренции.


Уникальное издание книги Данте


Исследователям известны его взаимоотношения с доминиканцами монастыря Santa Maria Novella. От Блаженного Августина до схоластической философии, от Овидия к Горацию, от Лукиана к Сенеке… Философия и классическая литература, физика и астрономия…Однако политическая борьба во Флоренции не может оставить равнодушным и его – Данте становится членом цеха врачей и аптекарей, к которым принадлежали еще и книгопродавцы, и художники.

Данте становится членом городских советов, хотя и не проявлял ни особенного интереса к политической жизни, ни особенного усердия в исполнении своих политических обязанностей. Но если он не искал политических лавров, то его «нашли политические тернии». Сложнейшие отношения гвельфов 3 и гибеллинов4, раскол гвельфов на Белых и Черных (вся семья Алигьери примыкала к Белым).


Бой между гвельфами и гибеллинами


Данте исполняет важные политические обязанности в коллегии приоров. Победа над Черными! Однако под защитой французов Черные гвельфы возвращаются во Флоренцию… Месть! Началась жизнь скитальца, с ее лишениями и тайными надеждами на возвращение. Данте едет то в Падую, то в Мантую, то в Верону. Творческих замыслов много, но когда же взять в руки перо? Работа – только урывками. Трактат «Пир», труд об итальянском языке…

«Пир» – видимо, создан в 1307-1308 годах. Данте хотел дать нечто вроде средневековой энциклопедии в виде комментария к своим философским канцонам. Но трактат остался неоконченным. В четырех написанных главах перед нами введение и объяснение к трем канцонам. По форме «Пир» – схоластическое произведение, тесно связанное с углубленными философскими занятиями Данте до изгнания. В трактате говорится о богословии, о морали, об астрономии, и многое в нем уже предвещает если не образы, то концепции «Божественной комедии». «Пир», как затем и «Божественная комедия», написан по-итальянски. В то время как шла работа над трактатом и зарождалась поэма, для Данте был уже решен вопрос о том, на каком языке ему нужно обращаться к читателям. Он был горячим защитником итальянского языка, и в этом одна из величайших его заслуг перед итальянской культурой. Данте сумел понять, что появился новый человек, способный читать и учиться, что если писатель хочет говорить для своего времени и влиять на сограждан, он должен отбросить язык школы и ученых схоластов, заговорить на языке, который понятен и доступен всем. Защите итальянского языка и посвящен его неоконченный латинский трактат «De vulgari eloquentia», относящийся к тем же годам, что и «Пир».


Титульный лист «Комедии» Данте. Венеция, 1529


…Надежды на Генриха VII, избранного Императором Германии, заявившего, что он положит конец междоусобицам в Италии, рушатся – Генрих умирает, так и не покорив Флоренцию. На родине Данте вычеркивают его имя из списка амнистированных (позднее дают разрешение вернуться на условиях унизительного покаяния). Странствия продолжаются – до конца жизни он теперь в Равенне, в доме внука воспетой им Франчески де Римини Гвидо Полента. Здесь он умер и здесь он похоронен (во Флоренции тоже есть гробница Данте – пустая…).

Примерно с 1307 года Данте начинает работать над своей «священной поэмой». Вероятно, большая часть ее была создана в монастыре Санта-Кроче-ди-Фонте Авеллано. Закончил поэму он в Равенне.

Итак, «Комедия». Комедия? Да, ведь в те далекие времена так можно было назвать произведение со счастливым концом. «Комедией» Данте назвал свое творение потому, что, скорбное и страшное вначале, оно завершается радостным концом («божественной ее назвал Боккаччо, один из первых комментаторов поэмы Данте) В этом произведении с наибольшей полнотой отразилось мировоззрение поэта, последнего великого поэта средних веков, поэта, продолжающего феодальную литературу, впитавшего, однако, в себя уже и некоторые черты, типичные для новой буржуазной культуры раннего Ренессанса.


Из иллюстраций Г.Доре к «Божественной комедии»


По форме поэма являет собой загробное видение, что было достаточно популярным в средневековой светской и клерикальной литературе. Как и у многих средневековых поэтов, она держится на аллегорическом стержне. Так, дремучий лес, в котором поэт заблудился на полпути земного бытия, – символ жизненных осложнений. Три зверя, которые нападают на поэта: пантера, лев и волчица – три самые сильные страсти: чувственность, властолюбие, жадность. Этим аллегориям дается еще и политическое истолкование: пантера – родина гения, Флоренция, пятна на шкуре ее должны обозначать вражду партий гвельфов и гибеллинов. Лев – символ грубой физической силы – Франция; волчица, алчная и похотливая – папская курия. Звери угрожают национальному единству Италии, о котором мечтал Данте, единству, скрепленному господством феодальной монархии. Но, пожалуй, стоит уберечь себя от лишней политизации поэмы Данте.

Автора спасает поэта Вергилий – символ разума, посланец Беатриче (веры). Вергилий ведет Данте через ад в чистилище и на пороге рая уступает место Беатриче. Смысл этой аллегории тот, что человека от страстей спасает разум, а знание божественной науки доставляет вечное блаженство.

Конечно, «Божественная комедия» насквозь проникнута политическими тенденциями автора, ибо Данте никогда не упускал случая посчитаться со своими идейными, и даже личными врагами – он ненавидит ростовщиков, осуждает кредит как «лихву», осуждает свой век как век наживы и сребролюбия. Деньги для поэта – источник всяческих зол.


С.Боттичелли. Ад


Темному настоящему великий Данте противопоставляет светлое прошлое, Флоренции буржуазной Флоренцию феодальную, город, где царили, правили простота нравов, умеренность, рыцарское «вежество». Следует иметь в виду, что к папству как к принципу Данте относится с величайшим почтением, хотя отдельных представителей его, особенно тех, которые способствовали упрочению в Италии буржуазного строя, ненавидит – отсюда и поразительные встречи с ними в аду… Религия Данте имеет сильнейший личный элемент, чуждый старой ортодоксии, хотя мистика и францисканская пантеистическая религия любви, которые принимаются им со всей страстью, все же являются резким отклонением от классического католицизма. Его философия – богословие, его наука – схоластика, его поэзия – аллегория.

Тяжким грехом называет Данте свободную любовь («Ад», 2-й круг, знаменитый эпизод с Франческой да Римини и Паоло). Но любовь, которая влечет к предмету поклонения чистым платоническим порывом – великая мировая сила, которая «движет солнце и другие светила». А дух пытливости, стремление раздвинуть круг знаний и знакомство с миром, соединяемое с «добродетелью» и побуждающее к героическим дерзаниям – провозглашается идеалом.

Данте конструирует видение из эпизодов настоящей жизни. Загробный мир заставляет вспомнить отдельные уголки Италии, а живые человеческие образы типичные фигуры, психологические ситуации всем живо знакомы и известны. Люди, которые мучаются в аду, несут покаяние в чистилище (причем, объему и характеру греха соответствует объем и характер наказания), пребывают в блаженстве в раю, – это живые люди. Среди них нет и двух одинаковых. В этой огромной галерее исторических деятелей нет ни одного образа, который не был бы оформлен безошибочной интуицией поэта и мыслителя.


Данте и Вергилий в ладье Харона. Н.де Улиссе, 1444-1450


В удивительно точной композиции «Божественной комедии» сказался рационализм нового творчества, развившегося в атмосфере зарождающейся буржуазной культуры.

«Божественная комедия» построена чрезвычайно симметрично: три части, каждая часть состоит из 33 песен, причем кончается словом Stelle – звезды. Всего 99 песен, которые вместе с вводной песней составляют число 100. Поэма написана терцинами, особыми строфами, состоящими из трех строк. Эта склонность к определенным числам объясняется тем, что Данте придавал им мистическое толкование – число 3 связано с христианской идеей о Троице, число 33 должно напоминать о годах земной жизни Иисуса Христа и т.д.

Согласно католическим верованиям загробный мир состоит из ада, куда попадают навеки осужденные грешники, чистилища – местопребывания искупающих свои грехи грешников, и рая – обители чистых и блаженных.

Данте с чрезвычайной точностью описывает устройство загробного мира, графически определенно выписывая детали его архитектоники: в вводной песне он рассказывает о том, как достигнув середины жизненного пути, заблудился в дремучем лесу, а великий римлянин, предтеча христианства, Вергилий, избавив его от трех диких зверей, загораживавших ему путь, предложил совершить странствие по загробному миру; узнав, что Вергилий послан Беатриче, поэт без трепета отдается руководству Вергилия. Пройдя преддверие ада, населенное душами ничтожных, нерешительных людей, они вступают в первый круг – лимб, где пребывают души не могших познать истинного бога. Здесь Данте видит выдающихся представителей античной культуры: Аристотеля, Еврипида и других. Следующий круг (ад имеет вид колоссальной воронки, состоящей из концентрических кругов, узкий конец которой упирается в центр земли) заполнен душами людей, некогда предававшихся необузданной страсти. Среди носимых диким вихрем Данте видит Франческу да Римини и ее возлюбленного Паоло, павших жертвой запретной любви друг к другу. По мере того как Данте сопровождаемый Вергилием, спускается все ниже и ниже, он становится свидетелем мучений чревоугодников, принужденных страдать от дождя и града, скупцов и расточителей, без устали катящих огромные камни, гневливых, увязающих в болоте. За ними следуют объятые вечным пламенем еретики и ересиархи (среди них император Фридрих II, папа Анастасий II), тираны и убийцы, плавающие в потоках кипящей крови, самоубийцы, превращенные в растения, богохульники и насильники, сжигаемые падающим пламенем, обманщики всех родов. Наконец, последний, девятый круг ада, предназначенный для самых ужасных преступников. Здесь обитают предатели и изменники, из них величайшие – Иуда, Брут и Кассий, их грызет своими тремя пастями Люцифер, восставший некогда на бога ангел, царь зла, обреченный на заключение в центре земли. Описанием страшного вида Люцифера заканчивается последняя песнь первой части поэмы.

Миновав узкий коридор, соединяющий центр земли со вторым полушарием, Данте и Вергилий выходят на поверхность земли.


Люцифер. Г.Доре


Там, на середине окруженного океаном острова, высится в виде усеченного конуса гора – это чистилище, также состоящее из ряда кругов, сужающихся по мере приближения к вершине горы. Охраняющий вход ангел впускает Данте в первый круг чистилища, начертав предварительно у него на лбу мечом семь P (Peccatum – грех) – символ семи смертных грехов. По мере того, как Данте поднимается выше, минуя один круг за другим, эти буквы исчезают, так что, когда он, достигнув вершины горы, вступает в расположенный на вершине последней земной рай, он уже свободен от знаков, начертанных стражем чистилища. Круги его населены душами грешников, искупающих свои прегрешения. Здесь очищаются гордецы, принужденные сгибаться под бременем давящих их спину тяжестей, завистники, гневливые, нерадивые, алчные… Вергилий доводит поэта до врат рая, куда ему, не знавшему крещения, нет доступа. Здесь вожатого Вергилия сменяет Беатриче, восседающая на влекомой грифом колеснице (аллегория торжествующей церкви), побуждающая Данте к покаянию и вознесшая его, просветленного, на небо.

Заключительная часть поэмы посвящена странствованиям Данте по небесному раю, состоящему из семи сфер, опоясывающих землю и соответствующих семи планетам: сферы Луны, Меркурия, Венеры и т. д., за ними следуют сферы неподвижных звезд, сфера хрустальная, за хрустальной сферой расположен Эмпирей, бесконечная область, населенная блаженными, созерцающими бога, последняя сфера, дающая жизнь всему сущему. Пролетая здесь, Данте видит императора Юстиниана, знакомящего его с историей Римской империи, учителей веры, мучеников за веру, чьи сияющие души образуют сверкающий крест; возносясь все выше и выше, он видит Христа и деву Марию, ангелов и, наконец, перед ним раскрывается «небесная Роза» – местопребывание блаженных. Здесь Данте приобщается высшей благодати, достигая общения с Создателем.

«Комедия» Данте – его последнее и самое зрелое произведение, по сути, завершившая все развитие средневековой литературы.

Резюме: великая «Божественная комедия» Данте, уникальное и неповторимое произведение мировой литературы, написанная на итальянском языке и, по сути, давшая ему свое первое письменное воплощение, привлекает взоры читателей уже более шести столетий. Данте стал для миллионов читателей не просто поэтом, он стал носителем нового, высшего знания, проникшего в смысл человеческой жизни. Поэт, понявший Землю и предназначение живущих на ней. Наверное, потомкам не разгадать и не понять до конца всю грандиозность гениального творения, но его загадки и бьющаяся мысль будет волновать человечество, заставляя задумываться о правде и лжи, вере и безверии, пороке и чистоте, ненависти всепобеждающей любви.

§ 2. Франческо Петрарка

Вероятно, это имя должно стоять первым, когда мы начинаем разговор о новой эпохе – имя Франческо Петрарки (1304-1374). Франческо Петрарка (1304–1374) происходил из семьи потомственных тосканских нотариусов, которые на протяжении нескольких поколений занимались и вполне успешно юридической практикой, выступая ходатаями по гражданским и уголовным делам, скрепляя своей подписью и печатью акты о разделе и наследовании имущества, брачные контракты, договоры, заключаемые владельцами известных торговых домов. Кстати, настоящая фамилия отца Петрарки Петракко – позднее Франческо изменит, облагородит ее на латинский манер.


Ф.Петрарка


В доме деда, чрезвычайно набожного и весьма начитанного человека Петрарка получает нечто вроде начального образования. Дед сумел привить внуку не только уважение к знаниям, но и, по всей вероятности, любовь к великому наследию античной культуры, которую Петрарка пронес через всю свою жизнь.

Однако вскоре семья покидает Флоренцию и перебирается сначала в Пизу, а затем в Авиньон – резиденцию папы римского. В дальнейшем вся жизнь семьи и Петрарки-младшего будет связана с этим городом, где причудливо переплетались различные культуры Италии, Франции, Германии, Прованса, а вся жизнь шла по распорядку папского двора. Здесь Петрарка заканчивает школу, получив обычное, вполне традиционное для средневековой школы представление о началах грамматики, диалектики и риторики, и вскоре поступает на юридический факультет в Монпелье, но через некоторое время переводится в Болонский университет, считавшийся тогда одним из лучших европейских университетов, готовящим будущих юристов. Но Петрарка не заканчивает курс – он бросает университет, возвращается в Авиньон и подчиняет свою жизнь занятиям поэзией, к которым склонялся с юношеских лет. Как отмечают исследователи его творчества, в папской столице он вел жизнь этакого «средневекового денди», посещая празднества и увеселения, нанося визиты многочисленным знакомым, сочиняя канцоны, мадригалы, сонеты в честь прекрасных дам. Вскоре он становится известным как необычайно тонкий лирик и мастер изысканных стихотворных форм. Слава лучшего поэта Авиньона, а также Италии и Франции, где с ним никто не мог соперничать приходит достаточно скоро. Благодаря своей известности, он становится вхож в лучшие аристократические дома.


Одна из аудиторий Болонского университета


Весной 1327 года, в церкви Святой Клары Франческо Петрарка встречает донну Лауру (запись об этом оставляет нам на старинном свитке, содержащем поэмы Вергилия…). Тогда-то он и приступает к созданию книги всей своей жизни – «Книге песен» («Canzoniere»).

1330 год становится для поэта годом поступления на службу к кардиналу Колоне и временем принятия духовного звания. Поэт получает достаточно средств для путешествий: Италия и Германия, Фландрия и Франция, Испания… Путь долог и увлекателен. Но творческие замыслы увлекают больше – Петрарка уединяется в местечке Воклюз, живописном, тихом, на берегу чудесной речушки Сорги…


Подлинная обложка одного из трактатов Петрарки


В начале 1341 г. Петрарка получает предложение от Парижского университета, позже от Неаполитанского короля и, наконец, от папской курии, которая сочла возможным короновать его лавровым венком. Событие, ставшее апофеозом всей жизни Петрарки, апофеозом и началом эпохи, ставшей в нашем сознании той самой эпохой Возрождения, состоялось 8 апреля 1341 г. Первый день Пасхи, когда празднуется воскресение Христа. По преданию, Петрарка сам назначил эту дату. Как утверждает Джованни Боккаччо, Петрарка видел особый смысл в том, чтобы его всемирное признание состоялось именно в день возрождения. Он верил, что акт увенчания его в качестве одного из основоположников гуманизма, создателя литературного итальянского языка, начинает новую эпоху в истории не только в его родной Италии, но и во всей Европе. Об этом дне Петрарка расскажет в письме своему покровителю – Неаполитанскому королю Роберту, одарившего его в знак признания выдающихся заслуг перед поэзией пурпурной мантией, подбитой горностаем, наподобие тех, что в торжественных случаях возлагались на плечи монархов… Боккаччо говорит, что именно с этого дня начался отсчет новой исторической эпохи. Достижение вершины славы не стало моментом последнего триумфа Петрарки – поэт продолжает работать, он создает не только сонеты, из-под его пера выходят научные, религиозно-богословские трактаты, заметки об истории Италии. Он пишет двенадцать эклог, известных под названием «Буколическая песнь», трактаты «Об уединенной жизни», «О монашеском досуге», «О достопамятных вещах и событиях», полемический труд в защиту поэзии – «Инвектива против врача в четырех книгах» и свою знаменитую исповедь, которую он назвал «Secretum», что в переводе означает «Моя тайна». Известность его выходит далеко за пределы Италии. Теперь никто не сомневается в том, что он действительно является подлинным королем «всех образованных людей, поэтов и историков», как было написано в тексте закона, торжественно принятого Сенатом Рима в год его коронации. Петрарка отныне – желанный гость во всех столицах тогдашней Европы. Государи и владетельные князья считают за честь провести в разговоре с ним не то, что час – минуты. Папа расточает ему милости и благодеяния. Однако в 1353 г., накануне пятидесятилетия, Петрарка покидает Авиньон и возвращается в Италию. За право считать знаменитого поэта, ученого членом своей общины спорили многие города, в том числе и родная Петрарке Флоренция, правительство которой даже пообещало вернуть ему имущество, конфискованное когда-то у его отца как участника заговора против республики. Но Петрарка выбирает Милан, где при дворе архиепископа сложился кружок образованных людей, разделяющих идеалы гуманизма и увлеченность Петрарки культурой античности. Но слишком быстро вновь приходит разочарование – частый спутник таланта, Петрарка уезжает в Венецию, которую тоже вскоре покидает после нанесенного ему оскорбления некими философами, поставившими под сомнение его ученость.

Последние годы жизни Петрарки прошли в Падуе и в Аркве, маленьком селении среди оливковых рощ, кипарисов и виноградников. Он продолжал работать до последних минут жизни. По преданию, гениальный поэт и выдающийся ученый завершил свой жизненный путь 19 июля 1374 г., работая над очередной рукописью.


Петрарка влюбляется в Лауру. Миниатюра эпохи Возрождения


Многочисленные сочинения Петрарки известны далеко не всем. Исключение составляет «Книга песен», включающая в себя сонеты, мадригалы, канцоны, секстины, баллады, созданные им в честь его возлюбленной Лауры. Научные работы и то, что сегодня мы назвали культурологическими исследованиями, изучаются специалистами. По сути, Петрарка открыл античность как новый тип культуры и обосновал отличие античности от культур иных эпох. Вероятно, он первым применил принцип историзма в понимании культуры. Кроме того, что очень важно для понимания общей демократической направленности творчества Петрарки-мыслителя, он выдвинул и обосновал тезис, согласно которому творцом культуры является свободная, раскрепощенная личность, не испытывающая духовного и экономического гнета, обладающая чуткой душой, разносторонне образованная и гармонично развитая.

Петрарка нашел, описал и прокомментировал античных авторов, которые были неизвестны до него более десяти веков. Он первый проанализировал особенности языка Сократа, Аристотеля, Цицерона и Вергилия, Эпикура и Тацита, создал новую литературную латынь, переведя на нее, в числе прочего и дантовскую «Комедию»!Гениальный итальянский мыслитель и поэт становится предтечей Ж.Ж.Руссо, называя себя «гражданином рощ», Петрарка писал: «Города – враги моим мыслям, леса друзья… В городе я другой человек, чем в деревне. Тут я повинуюсь природе, там – примеру».

А обоснование идеи о культурном единстве Европы, которая сегодня определяет самосознание любого образованного европейца? Это Петрарка показал, что, несмотря на различие языков, исторических судеб, народы Европы могут рассматриваться как суперэтнос, как носители одного и того же цивилизационного начала, ориентирующиеся на схожую систему ценностей, в отличие от народов, принадлежащих другим цивилизационным системам, в частности, представителям исламского и славянского миров. И все же мировая слава Петрарки основана исключительно на его итальянских стихах, хотя сам он относился к ним с пренебрежением, как к «пустякам», «безделкам», которые писал не для публики, а для себя, стремясь «как-нибудь, не ради славы, облегчить скорбное сердце».

Чума уносит возлюбленную поэта, донну Лауру, и в 1372 году Петрарка завершает девятую и последнюю редакцию «Книги песен». Эта книга стала его поэтической исповедью. 29 канцон и 317 сонетов, 10 баллад и мадригалов. Две части – «На жизнь Мадонны Лауры» и «На смерть Мадонны Лауры»…

Подобно поэтам «dolce stil nuovo», Петрарка дает нам идеальный и идеализированный облик возлюбленной, облик-знак, символ, средоточие совершенств. Поэт говорит об очищающем и облагораживающем действии ее красоты на его психику. Но Лаура книги Петрарки не теряет и реальных очертаний, не становится аллегорической фигурой, бесплотным символом истины и добродетели. Она остается прекрасной, вечно молодой женщиной, которой поэт любуется, находя все новые словесные краски для описания ее красоты, находя и выделяя то своеобразное и неповторимое, что есть только в ней.

Кроме изображения любви к Лауре в «Книге песен» мы встретим и стихотворения политического и религиозного содержания, аллегорическую картина любви поэта, где победа любви над человеком, целомудрия над любовью, смерти над целомудрием, славы над смертью, времени над славой и вечности над временем предстает в виде великого Триумфа!

Резюме: влияние Петрарки огромно! Национальные школы поэзии практически всех европейских стран рождались их подражания – Петрарка же выступил первооткрывателем новой поэзии, новой науки, новой красоты, которую возвысил до небес. Новая культура и новая наука, литературная критика и языки – наследие Петрарки необъятно! А сила любви, открывшаяся человечеству со страниц его «Книги песен» стала символом чувств и разума нового человека Европы и мира!

§ 3. Джованни Боккаччо

Джованни Боккаччо


Еще один великий итальянский мастер раннего Возрождения – Джованни Боккаччо (1313-1375), друг Петрарки, автор знаменитого «Декамерона». Сведений о жизни его не так уж много – родился во Флоренции (или в тосканском городке Чертальдо близ Флоренции). Отец его – предприимчивый, энергичный купец, торговец. Поддерживая деловые связи с Неаполем, он отправляет подросшего Джованни на юг, в тот самый город, принадлежавший в то время к числу наиболее культурных и процветающих городов Италии. Здесь, в городе, находящемся под сильным влиянием французского аристократического духа, Джованни предстояло заниматься коммерческими делами, а также изучать юриспруденцию. Но ни к тому, ни к другому молодой Боккаччо склонности не имел. Очень быстро осознает Боккаччо, вращавшийся в утонченной среде неаполитанской молодежи, что купца из него не получится…

Зато необыкновенный интерес к поэзии, литературе, поощряемый местными властями, заставляет его слушать лекции друга Петрарки и Данте поэта Чинно де Пистойи, одного из последних представителей уходящего в прошлое «нового сладостного стиля». Суета придворной жизни. Подобно Петрарке, он пишет любовные стихи, героиней которых становится красивая знатная дама Мария д'Аквино, воспетая Боккаччо под именем Фьяметта (огонек), которую молва делала побочной дочерью неаполитанского короля Роберта. Согласно исторической замечательной, в некотором смысле «исповедальной» книге Боккаччо, Фьяметта сначала отвечала на чувства поэта, а затем увлеклась другим. «Фьяметта» создавалась в 1343-1344 годах. Молодость, любовь… Книга эта стала, пожалуй, одним из первых в европейской литературе образцов психологической прозы, с ее попыткой на основе личных впечатлений глубоко проникнуть в души героев, вначале упоенных любовью, затем перенесших страшные удары судьбы – измены… Жизнь героини становится в конце книги тяжким испытанием. Страсть – вот что волнует автора, вот чему посвящено большинство страниц «Фьяметты». Счастье мировой литературы читать такие книги – образ женщины становится более сильным, чем образ героя-мужчины. Фьяметта становится символом сильной и непокорной личности.

Сороковые годы связаны в жизни Боккаччо с частыми переездами: Флоренция и Равенна, Неаполь и Рим. Перед его глазами проходят страшные эпизоды-чумы в Италии… После 1361 года Боккаччо возвращается на родину в Чертальдо, посвящает свои дни чтению священного писания и религиозных книг отцов церкви. Поклонение морали и знаниям – вот его интересы теперь…

Заброшены попытки закончить роман в стихах «Филострато», отложены в сторону «Филоколо» и «Тесеида». Забыты «Фьезоланские нимфы» и «Амето».

Творчество его утратило былую легкость, шутливость, озорство. Оно стало более серьезным и строгим. Муза поэзии уступает место Музе истории. К тому же Боккаччо часто занят другим – он выполняет ряд дипломатических и иных поручений республики. Одним из таких поручений явилось чтение публичных лекций о «Божественной комедии» Данте. Кроме того, вспоминая чудесное знакомство с Петраркой (видимо, впервые они встретились в 1350 году), он посвящает ему восторженный панегирик «О жизни и нравах господина Франческо Петрарки». Подобно Петрарке он пишет на латыни: один за другим выходят трактаты: «Генеалогия языческих богов» (1350-1363), «О злосчастной судьбе знаменитых людей» (1355-1360) и другие. Защита поэзии от невежд, право писателя на поэтический вымысел – это и многое другое составляют основу трактатов Боккаччо. Отдельная глава в «Генеалогии языческих богов посвящена древнегреческим поэтам.

В 1360 г. Боккаччо приглашает во Флоренцию ученого грека, который толковал студентам местного университета творения Гомера и других эллинских авторов. Боккаччо, прекрасно осознававший огромное значение эллинской традиции, с гордостью заявлял, что именно ему современники обязаны «возвращением» Гомера.

Но величайшим поэтом для него оставался Данте. Боккаччо не только публично комментировал «Божественную Комедию», но и написал на итальянском языке «Жизнь Данте» (1357-1362). Это первая биография великого итальянца, и написана с душевной теплотой и глубоким почтением. Но это все было после… После «Декамерона»…


Миниатюра, предваряющая первый день «Декамерона»


Одна из самых знаменитых книг в мире, «Декамерон», была создана, скорее всего, между 1349 и 1351 годами. За образец Боккаччо берет средневековые сборники так называемых примеров, новелл на латинском языке, создаваемых для проповедников, причем, источниками не гнушались брать не только эпизоды Священного писания, но и языческие басни, анекдоты, сказки и легенды Древней Греции и Рима Историкам литературы известны сборники «Римские деяния» и «Народные проповеди»).

«Декамерон» Боккаччо стал сам, в свою очередь», образцом для писателей-новеллистов на все последующие века. Однако давайте не забывать, что многие современники считали «Декамерон» произведением посредственным, а Петрарка, например, хоть и перевел книгу на латынь, признавался, что с трудом ее одолел – «слишком толстая…».


Еще одна чудесная средневековая иллюстрация к книге Боккаччо


«Декамерон» содержит десять тематических блоков – десять дней рассказов троих молодых людей и семи девушек, собравшихся в тосканском имении одного из героев, чтоб спастись от чумы – и лучшего развлечения, чем пение и танцы, любовь и игры, купание и прогулки, а, главное, увлекательные, поучительные, фривольные, таинственные истории, они не нашли! Время Боккаччо еще не знало сказок «Тысячи и одной ночи», но как похожи новеллы с обрамляющими конструкциями, новеллы, где внутри одной содержатся другие, на прекрасные сказки мастерицы Шехерезады!

Боккаччо начинает книгу с описания чумы. Он пишет об этом как очевидец, хорошо зная, что среди его читателей могут быть и, наверное, есть те, кто пережил недавно это страшное бедствие. Он говорит о симптомах болезни и ее неумолимом развитии. О том, как на переполненных кладбищах «рыли преогромные ямы и туда спускали целыми сотнями трупы, которые только успевали подносить к храмам. Клали их в ряд, словно тюки с товаром в корабельном трюме, потом посыпали землей. Потом клали в один ряд – и так до тех пор, пока яма не заполнялась доверху». Никто еще не писал подобным образом до Боккаччо… В сторону реверансы и литературный этикет!

Но, пожалуй, самым горестным следствием моровой язвы явился тот нравственный хаос, который воцарился во Флоренции. Врачи и священнослужители бессильны были перед грозной стихией. Чума рвала и извращала естественные человеческие отношения. Одни запирались в своих домах, другие проводили свое время в оргиях. Никто не занимался полезным трудом… «Бедствие вселило в сердца мужчин и женщин столь великий страх, что брат покидал брата, дядя племянника, сестра брата, а бывали случаи, что и жена мужа, и, что может показаться совсем уже невероятным, родители избегали навещать детей своих и ходить за ними, как если бы то не были родные их дети».

Имена своих избранников, молодых людей, спрятавшихся от чумы, Боккаччо заимствует из собственных произведений – Панфило (Памфило), Филострато, Фьяметта. Желая сделать свой загородный досуг (или последние дни жизни?) достойным и разумным, они решают на протяжении десяти дней рассказывать друг другу по одной новелле в день. Для поддержания естественного порядка они избирают ежедневно королеву или короля. Так и возникает книга, состоящая из ста новелл, рассказанных на протяжении десяти дней. Отсюда и название «Декамерон» (греч.), что означает буквально «Десятидневник».

С благочестивой тирады начинается наша книга новелл, что может навести читателя на мысль, что перед ним произведение, тесно связанное с общими традициями средневековья. «Всякое дело, милейшие дамы, – говорит Панфило, – какое только ни замыслит человек, должно совершаться во имя того, кто положил начало всему сущему, имя же его чудотворно и свято. Вот почему и я, раз уж мне выпал жребий открыть наши собеседования, намерен поведать вам одно из его поразительных деяний, дабы мы, услышав о таковом, положились на него, как на нечто незыблемое, и вечно славили его имя».

Вслед за этим Панфило рассказывает о нотариусе Чеппарелло, человеке в высшей степени порочном: лжесвидетеле, убийце, богохульнике, грабителе, распутнике, пьянице, шулере и великом обманщике. Даже на смертном одре он так ловко обманул благочестивого монаха, что тот счел его святым… Намеки?


Иллюстрация к еще одной новелле


За первой, собственно вступительной, новеллой, бросающей более, чем сомнительный свет на средневековых католических чудотворцев, следуют другие новеллы, которые тоже можно назвать антиклерикальными. Это известная новелла о богатом парижском купце Абраме (Аврааме), которого его друг, итальянский купец, настойчиво уговаривал принять христианскую веру. Прежде чем решиться на столь ответственный шаг, Абрам отправляется в Рим, чтобы поглядеть на главу христианской церкви. Проведя некоторое время в Риме, Абрам пришел к заключению, что папа и все его присные, «от мала до велика, открыто распутничают, предаются не только разврату естественному, но и впадают в грех содомский, что ни у кого нет ни стыда, ни совести… И чем пристальнее он в них вглядывался, тем больше убеждался в их алчности и корыстолюбии…».

Почти половина новелл первого дня содержит антиклерикальные мотивы, а ведь в этот день рассказчикам дано право толковать «о том, что каждому по душе». Впрочем, не только в новеллах первого дня появляются колоритные фигуры монахов, а то и монахинь – неоднократно мелькают они и потом, заставляя улыбаться слушателей и читателей: озорная новелла о монахе, учащем простодушную девицу, как загонять дьявола в ад, новелла о сладострастном монахе, в обличье архангела Михаила посещавшего доверчивую венецианку и т.д.

На страницах «Декамерона» мы встретим купцов и ремесленников, мореходов, землепашцев, художников, сеньоров и монахов, словом, представителей все слоев тогдашнего общества, причем, стоит обратить внимание, что Боккаччо, как писателю-гуманисту подчас даже симпатичны человеческие свойства его героев.

Конечно, Боккаччо не был бы Боккаччо, если бы в своем значительном произведении не отвел земной человеческой любви достойного места. Любовь царит в «Декамероне», как царила в ранних его произведениях. У рассказчиков и рассказчиц «Декамерона» репертуар включает и откровенные чувственные анекдоты, и повести о самоотверженной аристократической любви. Здесь нет грубого «низа» и изысканного «верха». Это все неиссякающий поток жизни, сверкающий разными красками.

Любовь в книге – это не только буйство плоти, но и большое чувство, способное преобразить человека. Только любовь к прекрасной девушке превратила Чимоне в смелого, сильного, умного юношу… Амур способен не только пробуждать дремлющие умы, но и одерживать победу над роком! «Силы любви безграничны: любовь вдохновляет любящих на смелые подвиги и помогает им выдерживать испытания чрезвычайные и неожиданные…».


Миниатюра-иллюстрация к 5 дню – к той самой новелле о Федериго дельи Альбериги


Достаточно известна новелла о соколе, легшая в основу оперы «Сокол» (1786) русского композитора Д.С.Бортнянского – Федериго дельи Альбериги разоряется ради своей неприступной избранницы, и у него остается только любимый сокол, которого он за неимением чего-либо еще подает на обед пришедшей к нему в гости даме его сердца. Узнав о самоотверженном поступке, дама по-другому начинает смотреть на Альбериги. Вскоре она выходит за него замуж, и он опять становится богатым человеком.

Любовь совершает свои чудеса! Но о несчастной любви повествуют новеллы четвертого дня. Мрачным трагизмом исполнена уже первая новелла этого цикла, повествующая о том, как правитель Салернский убивает любовника своей дочери и посылает ей в золотом кубке его сердце… Смерть от любви завершает новеллу о том, как мессер Гвильельмо Россильоне угощает свою жену сердцем мессера Гвильельмо Гвардастаньо, которого она любила. Узнав об этом, она выбрасывается из окна, разбивается насмерть, и ее хоронят рядом с ее возлюбленным. А новелла о любви Ромео и Джулии?

Но не только любовь в центре новелл «Декамерона» – Боккаччо не упустил возможность сурово обличить могущественных венценосцев за их кровавые затеи. Устами мудрого Натана он утверждает: «Всевластные императоры и могущественные короли почти исключительно ценой убийства… великого множества людей, – ценою выжигания целых стран и разрушения городов добились расширения владений своих, а следственно, и распространения своей славы». В новеллах последнего дня, прославляющих щедрость и великодушие, Пампинея решительно заявляет, что «почти все нынешние государи – жестокие тираны».

Жизнь героев «Декамерона» бьет через край, кипит: любовь и смерть, доброта и злодейство, хитроумие и смекалка… Автор любит истории с приключениями. Их много в новеллах второго дня, повествующих «о том, как для людей, подвергшихся многоразличным испытаниям, в конце концов, сверх всякого ожидания, все хорошо кончалось». Так, много приключений пережила прекрасная дочь султана Вавилонского. Удивительна история флорентийского купца Алессандро, ставшего мужем английской принцессы, а затем занявшего шотландский престол. К числу лучших новелл «Декамерона» принадлежит новелла о похождениях в Неаполе Андреуччо из Перуджи, который, попав в логово злоумышленников, лишается денег, а затем, подвергнувшись новым опасностям, возвращается домой владельцем драгоценного рубина…

В новелле о Джилетте из Нарбоны героиня, дочь врача, добивается того, что король выдает ее замуж за любимого ею графа Бельтрана. И хотя граф не желает быть мужем простолюдинки, умная и находчивая Джилетта умело добивается своей цели. Эта новелла стала основой комедии Шекспира «Конец – делу венец».

В новеллах Боккаччо то и дело возникают переодевания, узнавания и неузнавания, резкие сюжетные повороты и прочие приемы и мотивы, позднее широко использовавшиеся как в итальянской комедии, так и вообще, во всем мировом театре. Можно сказать, что в «Декамероне» закладывались прочные основы всей европейской литературы.

По страницам книги бродят влюбленные и скупцы, прелюбодеи и весельчаки, мошенники и острословы, но это не плоские фигуры вне времени и пространства, которые часто появлялись в занимательной литературе средних веков. Читатели «Декамерона» узнавали в них своих современников или людей, память о которых была жива еще в Италии времен Боккаччо (например, герой рассказа Памфило, великий итальянский художник Джотто).

Добавим, что Боккаччо решительно утверждал: что «любую неприличную вещь можно рассказать в приличных выражениях, и тогда она никого не оскорбит, а уж тут я, по-моему, был безупречен». А «если в какой-либо повести и есть нечто непозволительное, значит, этого требовали ее особенности: ведь если посмотреть на такие повести трезвым взглядом человека понимающего, то нельзя не прийти к заключению, что только так их можно рассказывать, а иначе они утратят свою форму». И далее: «Натуры испорченные в каждом слове ищут грязный смысл, им и приличные слова не идут на пользу, а чистую душу слова не совсем приличные так же не способны отравить, как и грязь – испачкать солнечные лучи…». Это к вопросу о непозволительных темах, об уникальном солнечном эротизме новелл Боккаччо. «Декамерон» нужно читать!

Резюме: «Декамерон» – это, несомненно, самая «высокая вершина» на творческом пути Боккаччо. А может, после «Божественной комедии» вершина итальянской литературы? Но то, что книга эта оказала величайшее влияние на развитие мировой новеллистики, к счастью, уже и не оспаривается. Боккаччо – один из первых гуманистов и ученейших людей Италии, мрачный и веселый, шутник и пророк, мудрец и острослов – автор книг, без которых будут пусты полки любого, желающего приобщиться к мировой литературе!

§ 4. Лудовико Ариосто

Одна из улиц Феррары


Феррара… Север Италии… Город, имя которого связано с одним из замечательнейших итальянских поэтов Лудовико (Лодовико) Ариосто (1474-1533). Благородный род, богатый отец… Феррара давно вызывала неприязнь у окружающих ее городов – Милана, Венеции, Флоренции и, конечно, Рима. Уж слишком независимый и, главное, сумевший остаться мирным во время междоусобных войн, рвавших на части Италию в XV-XVI веках.

В возрасте пятнадцати лет Ариосто поступил в Феррарский университет, где изучал право по настоянию отца. Пять лет жизни! Пять лет Лудовико изучает право вопреки склонностям. Затем – обучение латыни под руководством ученого-гуманиста Грегорио да Сполето, возможно, к этому периоду относятся и самые ранние его стихи как на латыни, так и итальянском языках. Ода на латинском языке «К Филирою» была написана, видимо, в 1494, когда король Франции Карл VIII готовился к вторжению в Италию. Здесь, вполне в духе любимого им Горация, Ариосто заявляет о своем презрении к сильным мира сего. В 1500 году умирает его отец, занимавший крупный пост в герцогстве Феррары. Ответственность за семью легла на плечи Ариосто, старшего сына. К этому времени он уже несколько лет служит при дворе герцогов д'Эсте и в 1503 году поступает на службу к молодому влиятельному кардиналу Ипполито д'Эсте, который, кстати, был весьма неравнодушен к изящной словесности.


Лудовико Ариосто


Ариосто рассчитывал на должность придворного поэта, слава его росла, хотя материально он, по-прежнему, оставался зависим от милостей хозяина. Обязанности его достаточно прозаичны. В последующие годы, правда, на него возлагали дипломатические миссии, порой связанные с серьезным риском. Злейшим врагом Феррары в то время был папа Юлий II. Ариосто несколько раз ездил в Рим, разъясняя и, по возможности, защищая политику Феррары при папском дворе. Самой рискованной была поездка в 1510, предпринятая в интересах Ипполито д'Эсте, который навлек на себя особое неудовольствие папы. Юлий приказал бросить Ариосто в Тибр. К счастью, поэту удалось бежать из Рима.

В судьбе поэта были и несколько лет в качестве губернатора гористого Гарфаньяна, местности, просто кишевшей бандитами, борьба с которыми шла с переменным успехом.

Вернувшись в Феррару, Лудовико, до этого, как упоминалось, уже писавший стихи на и на латыни, и на народном итальянском языке, стихи, навеянные поэзией Петрарки, работает над «Неистовым Орландо» (Роланд), поэмой, оказавшей огромное влияние на развитие литератур Европы. Источником поэмы Ариосто было произведение Боярдо «Влюбленный Роланд» (1475). Так что, в некотором смысле, поэму Лудовико Ариосто можно считать своеобразным продолжением и расширением эпизода Боярдо о побеге предназначенной в жены старику Намо прекрасной Анжелики.


Одно из самых старых изданий поэмы Ариосто. Милан, 1526 год


Поэма, законченная в 1515 году и посвященная герцогу Ипполито, была принята им довольно холодно. И в самом деле, даже пересказать-то ее трудно – обилие вставных эпизодов, построенных как вариации известных в литературе тем, затемняют основное содержание поэмы. Доведя одну линию до захватывающего или острого момента, Ариосто бросает ее, чтобы начать новую, которую, в свою очередь, сменяет следующая. Потом следует возвращение к первой линии, развитие ее чуть дальше, и снова ввод новых персонажей, включенных в уже, естественно, в новую ситуацию. Принято считать, что поэму (в ней около 39 000 строк) объединяют три центральные темы: сумасшествие Роланда (героя французского эпоса), война христиан с сарацинами под предводительством Карла Великого, история любви сарацина Руджеро и девы-воительницы Брадаманты, мифических основателей рода д'Эсте. Можно добавить и выделить безумие Орландо (Роланда) как центральную тему, с которой тем или иным образом соотносятся все прочие события поэмы.

Автор выводит на сцену огромное количество героев, персонажей, спешащих через лес, где происходит основная часть действия, в поисках кого-то или чего-то желанного или утраченного. Порой эти поиски странно комичны, порой причудливы, порой разворачиваются точно по законам рыцарского романа…

Темы, затронутые автором, конечно важны и серьезны – сила иллюзии, заставляющая человека без конца и без смысла гоняться за тем, чем он никогда не сможет полностью обладать…

Поэма остроумна, а сложность ее на фоне современной литературы воспринимается совершенно иначе, наших современников научили и Джойс, и Толкин… Сюжет поэмы тщательно выстроен и в то же время уникально разнообразен.


Г.Доре. Иллюстрация к «Неистовому Орландо», 1879 год


Весь известный в ту эпоху мир и бесчисленные фигуры мужчин и женщин, встречающиеся на страницах поэмы отличаются живостью и яркостью, они дышат, существуют и действуют, втягиваясь в один большой водоворот запутанных событий. И все это рассказано настолько чудесным, просто волшебным, языком, что читатели уже не одного столетия любят и читают эту книгу:

С каким шумом щетинистое стадо

Разбегается по холму или полю,

Если волк из черной пещеры

Или с гор спустившийся медведь

Схватит зубом малого кабаненка,

А тот с хрюканьем и визгом, —

Так крича, напирали нехристи

На Роланда: «Смерть ему! Смерть!»…

«Роланд» не остался единственным произведением Лудовико Ариосто – пять комедий в стихах и прозе, среди которых напомним о тонком и изящном «Чернокнижнике», волшебном «Сундуке», действие в котором разворачивается во времена далекой античности – это просто театральное чудо, обогатившее сцены всего мира!

Резюме: поэма, созданная в 1515 году, спустя десятилетие обогатилась еще шестью песнями, и, в окончательно сформированном виде, остается датированной 1532 годом. Это гигантское и мастерски построенное многолюдное сооружение научило и вдохновило несколько поколений поэтов, художников и музыкантов. Оно во многом продолжило труды Данте и Петрарки по формированию итальянской литературы и европейского искусства в целом. Говоря об Ариосто «…Он мужественно врет, с Орландо куролеся…», Осип Мандельштам только подчеркивает фантастическое мастерство выдумщика и рассказчика, великого итальянского фантазера, магистра удивительного сплава реальности и невероятного, яви и сна литературы!

§ 5. Торквато Тассо

Торквато Тассо


Одним из крупнейших итальянских поэтов XVI века следует, безусловно, считать Торквато Тассо (1544-1595). Детство и юность его богаты приключениями, путешествиями, переездами… Смотрите – родился в Сорренто, затем живет в Неаполе, Урбино, Риме, Венеции, Падуе, Болонье (в последних двух городах учился на юриста, по настоянию отца, известного поэта Бернардо Тассо, с которым живет с десяти лет). Мать умирает, а возможно была убита братьями мужа…Служба у кардинала д'Эсте, затем у герцога Альфонсо II. Путешествие вместе с ним во Францию и знакомство со знаменитым Пьером Ронсаром5. Однако известно, что уже в 70-х годах окружающим стали заметны явные признаки психической неуравновешенности Тассо – во время аудиенции у принцессы Лукреции ему кажется, что за ним следят…


Тассо в заключении. Э.Делакруа


Тассо бросается на слугу… его заточили в монастырь, из которого он сбегает и начинает бродяжничать… Затем Феррара, ссора с герцогом, бывшим некогда его покровителем, заточение в больницу Святой Анны (Торквато приковывают Цепью к больничной койке) на семь долгих лет… Затем отъезд в Мантую, снова странствия по Италии, назначение пенсии от папы Римского, смерть в монастыре Святого Онуфрия под Римом…

И творчество, бурное, нервное, потрясающее своей эмоциональностью и разнообразием тем.

1570 – жизнь при дворе короля в Париже – сонеты и мадригалы.

1573 – Феррара – постановка чудесной драматической пасторали6 (излюбленный средневековый жанр) в пяти актах. Огромный успех!

Но «Аминта» была лишь мимолетным эпизодом, не прерывавшим работы над поэмой «Иерусалим» (начало этого поэтического труда было заложено еще в 1562 году). Юношеские наброски пересматривались, переделывались, сюжет подвергался изменению. Весною 1575 поэма была закончена. Но Тассо не пожелал сразу ее напечатать. Он был всегда полон нерешительности, болезненной мнительности, а в этот момент, после огромного нервного напряжения, вызванного столь усиленным, мучительным трудом, его пугала уже одна мысль, что в своем новом произведении он нарушил какие-то литературные каноны, переполнил религиозный сюжет чувственными эпизодами и скрытыми цитатами языческой классики. Торквато показал поэму двум-трем людям, суду которых доверял… Их отзывы заставили его решиться на пересмотр текста… Однако он не успел ничего сделать – душевная болезнь уже подкралась к нему…


Обложка первого издания поэмы Тассо


Пока Тассо находился в заключении, предприимчивые издатели начали выпускать в свет его поэму – барыши изрядные, да только не в карман автора. Одно из изданий, напечатанное в Парме, и было озаглавлено «Освобожденный Иерусалим». Все эти пиратские издания были сделаны наспех, полны ошибок и неточностей, поэтому Тассо чуть позднее разрешит одному из друзей приготовить авторское издание – он просмотрел его и оставил заглавие со словом освобожденный. Этот, теперь уже подлинный «Освобожденный Иерусалим» вышел в 1581.

Содержанием поэмы являются события последнего года первого крестового похода: осада и взятие Иерусалима крестоносцами. В ней фигурируют реальные участники похода: глава христианского войска Готфрид Бульонский, Раймонд Тулузский, Танкред Норманский, исторически известные вожди мусульман. Но Танкред подвергся романтической стилизации, а рядом с лицами историческими появились вымышленные: Ринальдо, один из ранних героев дома д’Эсте, Клоринда, Эрминия, волшебница Армида и множество фантастических персонажей – великаны, чудовища, сверхъестественные силы, небесные и адские…


Герои поэмы Тассо Танкред и Эрминия на картине Н.Пуссена. 1649 год


Герои сражаются – битвы идут с переменным успехом… Танкред влюбляется в прекрасную мусульманскую воительницу Клоринду, Ринальдо похищен прекрасной волшебницей Армидой и живет среди океана наслаждений в ее садах, гибнут христиане, мусульмане, пока, наконец, сопротивление «неверных» не оказывается сломленным и Готфрид Бульонский вступает в Иерусалим…

Резюме: «Освобожденный Иерусалим» был третьей великой рыцарской поэмою Италии после «Влюбленного Роланда» Боярдо (1494) и «Неистового Роланда» Ариосто (1516-1532)… Однако религиозность поэмы перебивается чувственным лиризмом, свойственным более язычеству древних римлян, а эпический пафос обращался в неискреннюю напыщенность. К сожалению, Тассо не смог органически слить воедино две непримиримо враждебные струи в родниках вдохновения. Гениальная поэма оказалась внутренне расколотою, как и психика ее творца. Но ее несравненная поэтическая сделала ее одним из популярнейших произведений не только итальянской, но и мировой литературы.

§ 6. Имена, известные не всем… Пьетро Аретино

Пьетро Аретино


Апрель… Месяц, столь щедрый на даты рождения людей талантливых, особых, что в этом уже замечается что-то мистическое… Пьетро Аретино (1492-1556). Тоскана, семья башмачника. Никакого образования, так, осколки, затем, с 14 лет – бродяжничество: был уличным певцом, погонщиком мулов, подручным палача, по некоторым данным – галерным рабом. В Венеции в 1512 году Аретино публикует свой первый сборник. Затем – Перуджа, где он изучает искусства, но изгнание неизбежно – после того, как изобразил Деву Марию с лютней в руках.

В 1516 году, как известно исследователям итальянской литературы, Аретино перебрался в Рим. Там он написал остроумнейшую и столь же непристойнейшую сатиру «Завещание слона», мгновенно привлекшую внимание папы Льва X, против которого, собственно, она и была направлена. Лев X нашел пристроил Аретино при своем дворе: и под наблюдением, да и поэт талантливый – прославит! После его смерти в 1521 Аретино направил свое саркастическое перо против кардинала Джулио Медичи, впоследствии папы Климента VII, написав несколько язвительных поэм, прозванных пасквинадами (их тексты вывешивались на статуе Пасквино в Риме, близ площади Навона).

Уехав вскоре из Рима, Аретино вернулся туда после избрания папой Климента. Однако вскоре он был вынужден бежать из города: его крайне непристойные сонеты вызвали значительные нападки недоброжелателей. В 1527 Аретино обрел пристанище в Венеции, где написал и опубликовал большую часть своих произведений: комедии в прозе «О придворных нравах» (1526), «Кузнец» (1533), «Философ» (1546), эпическую поэму «Марфиза» (оставшуюся незаконченной), «Рассуждения» чей живой, но не совсем пристойный язык сразу обратил на себя внимание недоброжелателей, трактаты «Диалог о дворе», «Диалог об игре» и шесть томов писем! А трагедия «Горация» (1546)? Впервые в драматургии итальянского Возрождения хор заменяется народом, который определяет исход драматического конфликта. Отсутствие жестоких сцен, прямое развитие сюжета, ясность и однозначность характеров, великолепный язык. Аретино заменяет монологи рассказом о событиях путем непосредственного сценического действия, хотя, правда, не всегда успешно.


Разворот книги Аретино «О человечности Христа» с портретом автора


Комедия «Философ», названная нами выше – произведение истинно новаторское, как по форме, так и по содержанию, несмотря на явное заимствование из новеллы Боккаччо о простаке, ставшем жертвой авантюристки. Но, самое любопытное, что в комедии появляется и вторая сюжетная линия – философ-метафизик с говорящим именем Платаристотель (соединение имен Платона и Аристотеля), столкнувшийся с миром воров и проституток оказывается жестоко наказанным за пренебрежение к женщинам…Комедия чрезвычайно весела, озорна, а ловкое манипулирование сюжетом и легкая театральная условность делает ее поистине одним из шедевров мирового театрального искусства.

Написанные по заказу труды на религиозные темы – романизированные жития – «Вочеловечнный Христос» (1535), «Житие Святой Екатерины» (1540), «Житие Святой Девы» (1540), «Житие Святого Фомы Аквинского» (1543)…

Многочисленные поэтические произведения – канцоны и сонеты… Часто откровенно порнографические…


А.Фейербах.Кончина Пьетро Аретино. 1854 год


Велико значение Аретино, в своих письмах предвосхитившего практически все жанры современной журналистики. Описание гибели военачальника Джованни делла Банде Нере – яркий образчик военной корреспонденции. Нападки на Франциска I по поводу союза с турками – просто готовая передовица на политическую тему. Советы Микеланджело относительно «Страшного суда» – художественная критика. А советы начинающему автору избегать излишней аффектации, описание венецианского заката для Тициана, восхваление олив, грибов, вина и жареного фазана…?

Умер он от сердечного приступа, в собственном доме на Рива дель Карбон в солнечном октябре…

Вероятно, Пьетро Аретино был первым из европейских писателей, который создал себе положение исключительно благодаря литературному таланту и ловкости. Богатство его, и довольно значительное, создавалось, в основном, из литературных гонораров.

§ 7. Младшая муза Микеланджело

Один из самых вдохновенных художников в истории искусства, один из титанов итальянского Возрождения, выдающийся скульптор и художник, Микеланджело Буонарроти (1475-1564), был еще и одним из тончайших лириков своей эпохи.


Фрагмент автопортрета Микеланджело


Конечно, поэзия была самой младшей из его муз, и совершенно верно утверждение исследователей, что, если потомки знают о стихах великого Мастера очень немного, то современники об этом практически ничего не знали…

Друзья пытались заставить Микеланджело подготовить к публикации его стихи, однако сборник так и остался неизданным. Несколько стихотворных посланий и философических сонетов были известны только по письмам и даже вызвали отклик, одно ответное четверостишие получило широкую огласку. Вот, собственно, и все, что просочилось наружу, в свет… Когда внучатый племянник Микеланджело, Буонарроти-младший – решился опубликовать его стихи, уже после смерти деда, он стал их переделывать! В подлинном, природном своем виде они, по его разумению, не могли бы быть приняты читателями!

Механик и зодчий, скульптор и живописец – вот его основные ипостаси, гордыня не позволяла считать себя поэтом, достойным соперником великим Петрарке и Данте…

Он был поэтом, но не состоял в цехе придворных литераторов, не был светским дилетантом, пишущим на заказ, как многие лучшие художники, его товарищи по гениальности и славе: на песенные мотивы своего сочинения и под аккомпанемент лютни блестящим импровизатором стихов был Леонардо да Винчи, кстати, не пожелавший записать ни одной своей строчки (о его поэтическом таланте мы знаем из упоминаний современников), писал стихи и Рафаэль, сочинявший риторические и галантные строфы… (нам кое-что известно о его стихах по случайно уцелевшим черновикам на рисунках)… Писал и выдающийся мастер скульптуры, ювелир Бенвенуто Челлини…

Для Микеланджело поэзия была делом сердца и, прежде всего, совести, а не забавой и ключом в высший свет, к дворам правителей и пап. Он примеривал к себе судьбу флорентийского изгнанника Данте, судьбу поэта-гражданина, борца, философа, судьи…

Говорят, «Божественную комедию» он знал наизусть. Великая поэма была его Книгой книг. По свидетельству современников, однажды Леонардо, заспоривший на улице с друзьями о Данте, предложил обратиться за разрешением вопроса к шедшему навстречу Микеланджело.

И все же, пожалуй, именно гибкость и утонченность поэзии Петрарки оставило наибольший след, оказало сильнейшее влияние на поэзию Микеланджело – обороты речи, аллюзии, парафразы – мы видим их в строках Микеланджело, забывавшего творивших рядом с ним и погружавшимся в поэзию двухсотлетней давности.


Микеланджело. Ночь


Однако и он соблюдал приличия, что вынуждало его отвечать рифмованным комплиментом на комплимент и бранью на брань, благодарил стихами за подарки, но, к счастью, подобных стихов у него немного (или не сохранились). Нам известны сонеты к Вазари в ответ на подношения книг и яств, сонет к Гандольфо Поррино, восхваляющий небесную красоту его возлюбленной Манчины (видимо, чтобы найти предлог уклониться от воспроизведения в мраморе ее земного облика…), язвительное послание к неким жителям Пистойи, создавшим стихотворный памфлет против Микеланджело, так складывались мадригалы и сонеты, восхваляющие неких донн, и прочее, прочее, забытое или не дошедшее до нас.

Но и здесь – знаменитый ответ на стихи в честь его статуи «Ночь» с гробницы Джулиано Медичи: на приветственное четверостишие Джовании Строцци Микеланджело отозвался великолепными строчками поэта-мыслителя, поэта-гражданина, звучащими так почти по-дантовски:

Мне сладко спать, а пуще камнем быть,

Когда кругом позор и преступленье…

А в составлении эпитафии на гроб совсем юного Чеккино Браччи, которую он стал сочинять по просьбе своего почитателя и покровителя Луиджи дель Риччо – Микеланджело упорно, отринув пятьдесят вариантов, ищет важную мысль, чтобы выразить ее значительными словами…

По словам М.Эфроса, исследователя творчества Микеланджело, «…он обращался со словом с той же непреклонностью, как с мрамором, с красками, со строительным камнем, и ощущал свой стих так же весомо и плотно… В микеланджеловском слове есть дикая свежесть – не просто тяжесть, но даже стихийность…».

Это и было причиной того, почему внучатый племянник не посмел пустить его стихи в свет такими, каковы они были. Сам Буонарроти-младший был неплохим, хотя и рядовым, поэтом. Его коробила тяжеловесность микеланджеловской поэзии – он от чистого сердца хотел помочь поэту-деду приобрести внимание еще и за стихи, приобрести одобрение потомства. Строчку за строчкой он переделывал их.

В 1623 году появляется переделанное первое издание книги Микеланджело «Рифмы» (Rime). Читая их, потомки могли утверждать, что поэт в Микеланджело был не вровень с мастером изобразительных искусств, не гений, а средний талант… В конце XIX века, в 1863 году, и затем в 1897 году появились на свет подлинные строки Микеланджело, вызвав, кстати, волну недоумения. Теперь некоторые и считают, что Микеланджело писать стихи совсем не умел… А может, он был слишком мудр для нас, мудр, как изваянный им Моисей? Вслушайтесь, вчитайтесь в его строки:

Лишь я один, горя, лежу во мгле,

Когда лучи от мира солнце прячет;

Для всех есть отдых, я ж томлюсь, – и плачет

Моя душа, простерта на земле.

Резюме: особенности микеланджеловской речи, собственные законы его поэзии остались непонятыми и неоцененными. Для историков искусства – это лишь словесные комментарии к статуям, фрескам, зодчеству. А для историков литературы – побочное явление в итальянской поэзии…

Но приходит новое время, человечество прочло достаточно, чтобы суметь оценить и постичь стихи гения, понять, что анализировать их следует так же, как его статуи и картины, что внешнее выражение и внутренний мир его поэзии неразрывны и следует учиться понимать их взаимообусловленность – ведь мы видим ее в Микеланджело-художнике.

Есть истины в реченьях старины,

И вот одна: кто может, тот не хочет;

Ты внял. Синьор, тому, что ложь стрекочет,

И болтуны тобой награждены;

Я ж – твой слуга: мои труды даны

Тебе, как солнцу луч, – хоть и порочит

Твой гнев все то, что пыл мой сделать прочит,

И все мои страданья не нужны.

Я думал, что возьмет твое величье

Меня к себе не эхом для палат,

А лезвием суда и гирей гнева;

Но есть к земным заслугам безразличье

На небесах, и ждать от них наград -

Что ожидать плодов с сухого древа.

§ 8. Николо Макиавелли: политология и литература

Писатель и дипломат, воин и родоначальник политологии, Николо Макиавелли (1469–1527) родился во Флоренции, семье нотариуса. Родители его принадлежали к древнему тосканскому роду, были людьми небогатыми, но цену образованию знали. Времена были замечательные для того, кто хотел сделать карьеру – правление Лоренцо Медичи, Лоренцо Великолепного, называли «золотым веком» Флоренции. О детстве Макиавелли известно совсем мало: сам он назвал себя «наблюдателем» политических событий своего времени – вторжения в Италию в 1494 короля Франции Карла VIII, изгнания семейства Медичи из Флоренции, установление республики, вначале под управлением великого неистового монаха Савонаролы.


Николо Макиавелли


В 1498 Макиавелли был принят на службу секретарем во вторую канцелярию, Коллегию Десяти и магистратуру Синьории – посты, на которые он с неизменным успехом избирался затем еще неоднократно вплоть до 1512 года. К сожалению, с оплатой на этой службе дело обстояло совсем неважно…

В 1506 он занимается работой по организации флорентийской милиции (Ordinanza) и контролирует ее деятельность. Макиавелли считал, что следует создать гражданскую армию, способную заменить наемников, ведь они так часто показывали свою слабость в боях.

Макиавелли выполняет ряд дипломатических и военных поручений на флорентийских землях и во время зарубежных поездок: это было время постоянных кризисов. Италия раздиралась внутренними распрями и страдала от иностранных вторжений.

Макиавелли был близок к главе республики, великому гонфалоньеру Флоренции Пьеро Содерини, и, хотя не имел полномочий вести переговоры и принимать решения, миссии, которые ему поручались, часто носили деликатный характер и были весьма важными. В 1502 году он дважды находился при дворе Чезаре Борджа в Урбино и Имоле. В Риме в 1503 году наблюдал за выборами нового папы (Юлия II), находясь при дворе императора Священной Римской империи Максимилиана I в 1507 году, обсуждал размеры флорентийской дани… Это только немногое из того, свидетелем и участником коего был Николо Макиавелли.

В его докладах и письмах можно обнаружить большинство идей, которые он впоследствии развил и придал им практически совершенную форму.

Карьера его пошла на спад после нанесенного Священной лигой, образованной Юлием II против французов в союзе с Испанией, поражения Флоренции. Медичи вернулись к власти, и Макиавелли был вынужден покинуть государственную службу. За ним следили, он был заключен в тюрьму по обвинению в заговоре против Медичи в 1513 году, его пытали веревкой. После освобождения Макиавелли поселился в поместье Альбергаччо, скромном местечке, доставшемся ему от отца.


Титульный лист знаменитой книги Макиавелли издания 1550 года


Спустя некоторое время, когда Юлий II умер и его место занял Лев X, гнев Медичи смягчился. Макиавелли стал ездить в город, посещать друзей, он даже принимает активное участие в литературных собраниях и надеется вернуться на службу (действительно, в 1520 году он назначается государственным историографом).

Надо сказать, что, в какой-то мере, именно увольнение и крушение республики, которой он верно служил, побудило его взяться за перо. Лишенный возможности заниматься любимым делом – политикой, Макиавелли пишет в 1513 году «Государь» (Il Principe), блестящий и широко известный трактат, написанный в основном в 1513 (издан посмертно в 1532). Первоначально автор озаглавил книгу «О княжествах» (De Principatibus) и посвятил ее Джулиано Медичи, брату Льва X, однако в 1516 году тот умер, и посвящение было обращено к Лоренцо Медичи.

В 1513-1517 годах Макиавелли обращается к истории и создает «Рассуждения о первой декаде Тита Ливия». В 1521 году – «Искусство войны», в 1520-1525 – «Историю Флоренции».

Вероятно, к 1518 году относится написание пьесы «Мандрагора», вслед за ней появляется «Клиция» (1525), затем новелла «Бельфагор» (в рукописи была до 1520 года). Его перу также принадлежат стихотворные произведения. Хотя споры о личности Макиавелли и его мотивах продолжаются по сей день, он, безусловно, является одним из величайших итальянских писателей.

Обратимся к знаменитой комедии «Мандрагора». История вполне анекдотическая, на первый взгляд, напоминающая новеллу из великого «Декамерона» Боккаччо: главный герой, Каллимако, любит жену старика-богача, глуповатого Ничи.


«Мандрагора» на современной российской сцене


Все просто – создается хитроумный план, помощниками влюбленного становится некий плут и бездельник Лигурио – и Лукреция уже в объятиях Каллимако, который становится не только ее любовником, но и защитником, покровителем, господином…

Герои пьесы ищут выгоду везде, где только можно: забота о кошельке, о собственных интересах (что, собственно, и заставило Ничо уложить в постель к жене любовника) – вот основные цели их жизни. Горьки афоризмы Макиавелли, вложенные в уста Каллимако, героя, в сущности, мелкого и ничтожного… Однако он умен и расчетлив, а своего добивается не хуже, чем идеальный принц, монарх из «Государя», столь любимого многими диктаторами вот уже более четырехсот с лишним лет. Читателям нашего времени любопытно наблюдать столь бурное кипение обыденной флорентийской жизни, где страсть и любовь переплетаются с политикой, повседневность врывается в управление городом, а герои переходят из собственного дома во дворец правителя, практически, не меняя ни одежд, ни обличия…

Резюме: к сожалению, имя Макиавелли, интеллектуально чрезвычайно высоко одаренного человека, замечательного писателя, необычайно проницательного наблюдателя, обладавшего редкой интуицией и способного к глубокому чувству и преданности, исключительно честного и трудолюбивого, часто употребляется как синоним предательства, коварства и политического аморализма. Отчасти такие оценки вызваны были сначала религиозными причинами, осуждением его трудов как протестантами, так и католиками. Поводом послужила, конечно же, критика христианства в целом и папства в частности. А взгляды его, как политика, родоначальника политологии, часто извращались комментаторами, его фразы об установлении и защите государственности вырывались из контекста и цитировались с целью закрепить расхожий образ автора как злонамеренного советника государей. А главное, на наш взгляд, то, что «Государь» считался его наиболее характерным, едва ли не единственным сочинением, а отобрать из этой книги отрывки, явственно доказывающие одобрительное отношение автора к деспотизму и находящиеся в разительном противоречии с традиционными моральными нормами, очень просто любому внимательному читателю. Но ведь Макиавелли действительно считал политику искусством, не зависящим от морали и религии, по крайней мере, когда речь идет о средствах, а не о целях – вот и сделал он сам себя столь легко уязвимым для обвинений в цинизме именно в тот момент, когда пытался найти универсальные правила политического действия, основанные на наблюдении за поведением людей, а не на рассуждениях о том, каким оно должно быть.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Всемирная литература. Искусство слова в Средневековье и эпохи Возрождения. Начало Нового времени (Б. Р. Мандель) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я