Глава 5. Прощание
Дело было закрыто, и Фан Му торопился уехать, но Сяо Вон и все руководство городского департамента полиции Сюйцзиня настаивали, чтобы он задержался. Уж точно, утверждали они, их эксперт заслужил несколько дней отдыха. В конце концов Сяо Вон просто проигнорировал его протесты и затолкал Фан Му к себе в машину.
— У нас за городом есть красивейшие места, даже древняя пещера. Между прочим, довольно знаменитая. У нас принято возить туда всех гостей, — с довольным видом объяснял он по пути.
Пещера в горе Хвост Дракона заслуженно считалась местной достопримечательностью. Она возникла в залежах мягкого известняка четыре или пять миллионов лет назад, и на всем ее протяжении текла подземная река. Примерно два километра этой реки были открыты для посещения, а остальная часть должна была открыться уже скоро. Средняя глубина реки составляла всего полтора метра, но там имелись и провалы глубиной больше пятнадцати. Благодаря притоку воздуха в пещере круглый год сохранялась одна и та же температура — около 10°C.
Несмотря на несезон, здесь было полно посетителей. Пробившись сквозь толпу, Фан Му с Сяо Воном заняли свои места в надувной лодке. Вскоре они уже плыли под землей. Внутри пещеры оказался настоящий лес из живописных сталактитов и сталагмитов. Туристы в восторге запрокидывали головы и щелкали фотоаппаратами. Однако Фан Му практически не замечал красоты вокруг. Единственное, чего он хотел, — скорее вернуться в город и наконец уехать.
Его мысли были сосредоточены на Ми Нан.
Он ожидал, что после операции девушка захочет пару месяцев отдохнуть, но не учел ее энергии и энтузиазма. Словно росток, пробивающийся сквозь асфальт, она стремительно обретала силы. На вопрос Фан Му, когда она хочет вернуться в Харбин, Ми Нан ответила:
— Немедленно.
…Внезапно он вынырнул из раздумий: лодка разворачивалась. Фан Му был рад, что они возвращаются, но не ожидал, что разворот произойдет внутри пещеры. Ему казалось, что их поездка оборвалась на полпути.
— А разве протяженность реки не пять километров? — спросил он, листая брошюру. — Это не может быть конец.
— Вы что, не слушали гида? Вот ведь и правда — вы живете в каком-то своем мире, — с улыбкой ответил Сяо Вон. — Для посещения открыт только первый небольшой отрезок.
— О! — Фан Му нисколько не был разочарован. Он обернулся к дальнему концу подземной реки и вгляделся в угольно-черную воду. Сталактиты и сталагмиты продолжались и дальше, но, уходя в темноту, казались скорее угрожающими, чем красивыми. По сравнению с великолепием и светом в туристической части пещеры другая выглядела страшным подземным царством.
Но и после посещения Хвоста Дракона Сяо Вон не исчерпал своего энтузиазма; щурясь на солнечное небо, он предложил немедленно ехать любоваться кленами. Фан Му отказался наотрез.
— Ну ладно, — сказал Сяо Вон, взвешивая прочие возможности. Потом объявил, взмахнув рукой: — В таком случае займемся организацией прощального ужина в вашу честь.
* * *
Ни один торжественный ужин в полиции не проходил без обильных возлияний. Фан Му плоховато переносил алкоголь и всегда побаивался подобных мероприятий. К несчастью для него, на этот раз выбора не оставалось — на эксперта смотрело столько дружественных ободряющих лиц, что отказаться не позволяли ни совесть, ни манеры. От спиртного и славословий коллег в его честь у Фан Му очень скоро закружилась голова. Подступил приступ тошноты, мочевой пузырь стал подавать тревожные сигналы, и он по-быстрому сбежал в туалет.
Испытывая блаженную опустошенность, Фан Му вышел из туалетной кабинки и решил умыться холодной водой. Только тогда он заметил в зеркале Сяо Вона.
— С вами все в порядке?
— Похоже, в смысле алкоголя вы — крепкий орешек. — Фан Му постарался изобразить улыбку. — В отличие от меня.
Сяо Вон добродушно усмехнулся и, встав над раковиной рядом с ним, тоже начал мыть руки.
— Нам всем в последние дни нелегко пришлось, почему бы немного не расслабиться?
С отсутствующим лицом он вытерся одноразовым полотенцем, а потом достал из кармана конверт и протянул Фан Му.
— Что это? — спросил тот растерянно; в мозгу у него стоял туман.
— Небольшая премия за труды, — улыбнулся Сяо Вон. — Вы так нам помогли, не отпускать же вас без…
— О… послушайте… — Фан Му вскинул руки, отталкивая конверт. — Существуют правила; я не могу принять от вас деньги. Передайте их в Департамент общественной безопасности.
— Ну ладно. — Сяо Вон сунул конверт назад в карман, но практически тут же вытащил другой, гораздо толще. — Но этот вам придется взять.
— А это от кого? — спросил Фан Му, подозрительно уставившись на подношение.
— Льян Жехао вам передал, — объяснил Сяо Вон, понизив голос. — В благодарность.
— Не нужна мне его благодарность, — едва не закричал Фан Му. — Верните его назад.
— Не глупите, — прищурился Сяо Вон, вкладывая конверт ему в руки. — У этого сукина сына денег куры не клюют.
— Но мне все равно ничего от него не надо. Скажите Льян Жехао, что мне и так хорошо платят. — Фан Му распрямил спину. — И я спасал Пей Лан не ради его денег.
Сяо Вон попытался рассмеяться, но смех получился натянутым, а лицо от смущения скривилось. Фан Му стало его немного жаль.
— А как насчет… — Ему не терпелось сменить тему. — Насчет моей просьбы?
— Какой просьбы? — Сяо Вон недоуменно вытаращился на него.
— По поводу той девушки. Дочери моей родственницы…
— О! — Сяо Вон сразу успокоился. — Боюсь, пока новостей нет. Но вы не волнуйтесь. Как только узнаю что-нибудь, сразу вам сообщу.
Фан Му кивнул, с трудом скрыв разочарование. Конечно, если быть честным с собой, он понимал, что шансы отыскать Ляо Яфан в бескрайнем людском океане крайне малы. Однако он постоянно думал о ней и порой искренне стыдился того, что принимает свой стол и кров как должное, когда у нее их может не быть.
* * *
Была без пяти минут полночь, когда Фан Му, пошатываясь, вошел наконец в холл отеля. У себя в номере он сразу бросился в туалет и упал на колени перед унитазом. Только опустошив желудок, сообразил, что сейчас придется как-то вставать. С огромным трудом поднявшись на ноги, доплелся до раковины и до краев наполнил ее холодной водой. Макнув туда голову, почувствовал, что в мозгу немного проясняется. Кожу закололи миллионы крошечных иголок. Фан Му держал лицо под водой, сколько мог задерживать дыхание, а подняв голову, не сразу открыл глаза. Вода текла у него по воротнику рубашки на спину и грудь…
— Что с вами? — раздался за спиной потрясенный голос.
Фан Му заставил себя открыть глаза. В тумане он различил расплывчатую фигуру девушки на пороге ванной.
— Я увидела, что дверь открыта, — объяснила девушка встревоженно. — С вами все в порядке?
Фан Му не ответил и даже не повернул головы, продолжая смотреть на нее в зеркало. Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем он спросил:
— Почему ты сбежала?
— Что? — последовал изумленный отклик.
— Куда ты уехала? — хрипло прошептал Фан Му. — Мы все вместе… мы могли бы заново открыть «Дом ангелов»…
Девушка в зеркале молчала, продолжая глядеть на него.
— Возвращайся. Сестра Чжао тоскует по тебе. И Эльбао тоже… — Фан Му медленно повернул голову. — И я… я очень скучаю.
С этими словами он рухнул на плитчатый пол.
* * *
Фан Му по-прежнему пребывал в полном ступоре, когда на следующее утро Сяо Вон приехал, чтобы отвезти их с Ми Нан на железнодорожный вокзал. Сяо Вон практически игнорировал девушку, но хотя бы помог им с багажом. И только когда они сели в поезд, он повернулся к ней и попросил хорошо заботиться о Фан Му.
Оказавшись в купе, последний немедленно повалился на нижнюю полку и захрапел.
Когда он проснулся, солнце уже садилось. Мгновение Фан Му не мог понять, где находится.
— Воды! — прохрипел он, облизнув пересохшие губы и озираясь по сторонам. Тут же рядом возник силуэт, протянувший ему откупоренную бутылку минералки.
Фан Му присел и опустошил бутылку одним долгим глотком, после чего смачно рыгнул. Потряс головой и впервые как минимум за сутки начал ощущать, что сознание по-настоящему проясняется.
Ми Нан сидела напротив него у окна. Волосы она собрала в узел; одежда на ней была самая простая. Несмотря на непримечательную внешность, девушка лучилась молодостью и энергией.
— Вы проголодались? — ласково спросила она. — Дать вам что-нибудь поесть?
— Не надо, — пробормотал Фан Му, хлопая по карманам в поисках сигарет. Затем поднялся и вышел из купе.
Поезд мчался через пшеничные поля. Ранняя осень окрасила их золотом, и в последних лучах заходящего солнца они источали теплое сияние. Фан Му прислонился лбом к оконному стеклу и медленно курил, наблюдая, как крестьянки возвращаются с полей домой. Какая-то часть его души мечтала о такой жизни: без ожиданий и разочарований.
Но ему уготована другая судьба. Впереди, как всегда, неизвестность, а позади — боль, о которой страшно вспоминать. Поездка закончится в Харбине, но кое-что продолжится вечно. В том числе его поиски.
…Когда он вернулся в купе, Ми Нан уже заварила для него миску готовой лапши. Рядом с миской стояла открытая упаковка овощей по-сычуаньски и лежали два крутых яйца. Ощущение, что он не голоден, тут же испарилось, а рот наполнился слюной.
Фан Му негромко пробормотал «спасибо», а потом уселся и набросился на еду. Как только он закончил, Ми Нан отложила книгу и прибрала на столе. Все еще с пластмассовой вилкой в руке, Фан Му глядел на нее, не зная, как реагировать. Когда она угадала его следующее желание и протянула бутылку воды, он непроизвольно подумал: «А у богачей, наверное, каждый день так».
Всю поездку в коридоре за дверями купе стоял шум, но внутри, между Фан Му и Ми Нан, царило молчание. Кажется, им не о чем было говорить, поэтому она читала книгу, а он смотрел в окно.
Наступила ночь, закрасив мир за окном черной тушью. Фан Му развернулся, Ми Нан подняла голову от книги, и их взгляды встретились. Оба сразу же отвели глаза.
После долгой паузы Ми Нан встала и потянулась.
— Остается еще десять часов.
— Угу, — пробормотал Фан Му и добавил: — Поезд идет медленно, но в Сюйцзине нет аэропорта. Иначе полетели бы на самолете.
— Мне и так нравится. — Она смущенно улыбнулась. — Я впервые еду в мягком вагоне.
— Ты никогда не путешествовала?
— Ну, иногда мы ездили куда-нибудь с семьей, но только на сидячих местах. Своего купе у нас ни разу не было. — Ми Нан поглядела в пол. — Денег, которые дает мне мама, едва хватает на жизнь.
— В последний раз, когда мы разговаривали, — начал он, осторожно подбирая слова, — мне показалось, что у тебя с матерью есть какие-то разногласия.
Она поиграла пачкой сигарет на столе и печально улыбнулась.
— Да. — Голос девушки был совсем тихим, одна бровь едва заметно дернулась. Казалось, Ми Нан разговаривает сама с собой.
— Семья у меня довольно своеобразная, — продолжила она после задумчивой паузы. — Думаю, дело в том, что родители совсем не подходили друг другу. Отец работал учителем в школе, а мама… она продавщица. Я еще в детстве узнала, что мама крутит романы с другими мужчинами. Отец тоже это знал, но ничего не мог поделать, просто терпел. Для него это было очень унизительно.
Фан Му заметил, что с каждым словом руки девушки постепенно сжимаются в кулаки.
— Отец ужасно страдал. Потом он умер, и мы остались с мамой вдвоем, — продолжила Ми Нан. — Тут она совсем лишилась стыда. Бывало, я возвращалась из школы и не могла попасть домой, потому что она запиралась там с мужчиной. Я сидела на крыльце, рассматривала его ботинки, стоявшие у порога, и представляла себе, как этот человек может выглядеть… — Внезапно Ми Нан рассмеялась. — Похоже, у меня с тех пор развился особый навык — я угадывала практически точно.
Фан Му тоже начал смеяться, хотя в душе чувствовал горечь и пустоту.
— После института можешь устроиться в полицию, — с вымученной улыбкой сказал он. — Будешь заниматься следами от обуви.
Идея казалась настолько абсурдной, что оба они захохотали в голос, но тревожного напряжения это не сняло. За долгим захлебывающимся смехом у них стояли слезы.
— А как насчет вас? — сказала Ми Нан, с трудом успокоившись. — Я же ничего про вас не знаю.
— Да нечего знать, — коротко ответил Фан Му без всякого выражения. — Меня зовут Фан Му, и я полицейский. Вот и все.
— Ладно. А можно тогда задать вам вопрос?
— Ради бога. — Он тоже больше не смеялся.
— Кто такая Ляо Яфан?
— Что? — воскликнул Фан Му, вытаращившись на Ми Нан широко распахнутыми глазами. Слова не шли ему на язык. — Но как… Почему ты спрашиваешь?
— Прошлой ночью, когда вы были пьяны, назвали меня ее именем. — Ми Нан внимательно наблюдала за его реакцией. — Она важный человек для вас?
Фан Му отвел глаза, пытаясь взять себя в руки. Спустя несколько секунд ответил просто:
— Да.
Больше ничего выдавить из себя он не сумел.
— И она пропала? — Ми Нан ненадолго погрузилась в раздумья. — Из какого-то места под названием… — Она снова поколебалась, а потом добавила: — «Дом ангелов»?
— Да, — снова пробормотал Фан Му.
— Она… — Ми Нан сделала паузу, вглядываясь в него и не решаясь спросить. — Ваша девушка?
Не успела она закончить фразу, как купе внезапно погрузилось в темноту. Основное освещение погасили на ночь.
Они двое сидели напротив друг друга, радуясь тому, что сумрак скрывает их лица. Ее вопрос так и повис в воздухе. Единственным звуком был мерный стук вагонных колес по рельсам.
Прошло несколько минут, прежде чем Фан Му тихонько сказал:
— Давай-ка лучше спать.
Не издав больше ни звука, он лег на свою полку.
* * *
В пять часов утра Фан Му и Ми Нан вышли из поезда на железнодорожном вокзале Харбина. Еще даже не начало светать. Первым делом они отправились в маленький ресторанчик на завтрак.
Ели в молчании; Ми Нан, казалось, не обращала внимания на еду и несколько раз замирала с ложкой в руке, улетая мыслями куда-то. Фан Му видел, что девушка чем-то обеспокоена. В ее глазах стояли слезы и явно читался страх.
— В чем дело? — спросил он наконец.
— Нет-нет, ни в чем. — Ми Нан вернулась к еде, начав быстро заталкивать в рот кашу. Однако очень скоро ее загадочное выражение снова вернулось.
— Ну же, что такое? — опять спросил Фан Му, нахмурив брови. — Расскажи мне!
— Я подумала… — начала она, опуская голову, — а стоит ли мне вообще возвращаться?
— Что? — Рот у Фан Му непроизвольно дернулся.
— Хотя вся эта ситуация с ребенком… — ее взгляд был устремлен куда-то вдаль, — хотя с ним все решилось, я все равно… — Она нервно покрутила в руках чашку с кофе. — Я пропустила слишком много занятий. Даже не знаю, что сделают со мной в колледже.
Фан Му облегченно рассмеялся.
— Так вот что тебя беспокоит… — Он вытащил из портфеля лист бумаги и протянул его Ми Нан.
Растерянная, она взяла бумагу у него из рук. Это была форма о прохождении стажировки с печатью Департамента общественной безопасности города Сюйцзинь.
— Ты все лето проходила стажировку в ДОБ Сюйцзиня, — сказал ей Фан Му. — Следственная группа, к которой тебя подключили, раскрыла очень сложное дело. И оно было настолько серьезным, что его полностью засекретили. Иными словами, если кто-то будет расспрашивать тебя о стажировке, просто отказывайся отвечать. На бланке есть номер телефона — это отдел персонала департамента. Если в колледже тебе не поверят, предложи позвонить туда. — Он улыбнулся в ответ на ее изумление: — Не волнуйся, с ними я договорился. Они все подтвердят. И… — Он достал из кармана конверт. — Здесь три тысячи юаней. Если будешь расходовать аккуратно, хватит на полгода.
Губы у Ми Нан дрогнули, когда она взяла конверт. Девушка не знала, что отвечать.
— Вы… — начала она наконец.
Фан Му только отмахнулся, давая понять, что благодарить его не стоит.
— Ну вот, мы со всем разобрались.
Он встал из-за стола, взял портфель и уже собирался выйти, когда Ми Нан схватила его за запястье.
— Я… — По ее лицу текли слезы. — Когда мы увидимся с вами снова?
— О, боюсь, что никогда. — Фан Му осторожно отцепил ее пальцы. — Встреча со мной только напомнит тебе об этом ужасном лете. Просто забудь меня. И это лето тоже, — добавил он с улыбкой. — Будь счастлива. Желаю тебе удачи.
Ми Нан проводила его глазами до дверей.
Он ни разу не оглянулся.
* * *
Быстрым шагом Фан Му вышел на площадь перед вокзалом. Только через два квартала он немного притормозил. Дело было сделано. На него нахлынуло облегчение — и одновременно неприятное чувство опустошенности. Он постоял на краю тротуара, наблюдая за прохожими и окружающим его городом.
Фан Му еще не решил, остаться ему на денек или сразу ехать в Чанхон, когда раздался звонок мобильного телефона. Это был Бьян Пинь.
Фан Му скорчил гримасу и чертыхнулся себе под нос. Как он объяснит начальнику задержку? Взвесив несколько вариантов, он нажал на кнопку приема вызова.
— Куда ты запропастился? — В голосе Бьян Пиня звенел металл. — Почему тебя до сих пор нет?
— Ну, — заговорил Фан Му, запинаясь, — тут возникло одно дело…
— Немедленно возвращайся! Кое-что случилось со Старым Сином.
— Что? — Фан Му вскинул голову. — В чем дело?
— Долго объяснять. Просто сейчас же прилетай. — Бьян Пинь мгновение поколебался, а потом с нажимом добавил: — Старый Син особо просит о встрече с тобой.
