Dragon Age. Последний полет
Лиана Мерсиэль, 2014

И вновь Тедас обязан жизнью своим героям, Серым Стражам. Архидемон повержен, закончился Мор, порождения тьмы изгнаны на Глубинные тропы. Эльфийка Валья вместе с другими магами из Хоссберга отправляется в Вейсхаупт, чтобы присоединиться к легендарному ордену. В ожидании церемонии Посвящения маги изучают древние манускрипты, хранящиеся в библиотеке Вейсхаупта. На карте времен Четвертого Мора эльфийка находит таинственную метку, которая приводит ее к дневнику Иссейи – знаменитой воительницы, сражавшейся верхом на грифоне. С каждой прочитанной страницей Валья все глубже погружается в мир давно забытых тайн; она уже сомневается во всем, что ей известно о Стражах. Так ли уж безупречны доблестные спасители Тедаса? Впервые на русском!

Оглавление

Из серии: Dragon Age

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Dragon Age. Последний полет предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава 2

5:12 Священного

Иссейя с трудом вскарабкалась на спину грифона. Всего лишь второй раз в своей жизни. А ей уже предстояло лететь на войну.

Ни Иссейя, ни ее брат Гараэл не были готовы к такому повороту. «Лягушата зеленоротые», — в шутку называл их лейтенант и был прав.

Еще и года не прошло, как оба стали Серыми Стражами, а в Красное Крыло их зачислили всего-то четыре месяца назад. И тренировались-то они до сих пор только на лошадях, сидя в специальных седлах, к которым крепились широкие деревянные доски, имитирующие крылья грифонов, — чтобы наездники привыкали к неудобной позе. Лишь однажды брату и сестре выпала возможность полетать, сидя за спинами опытных Стражей, да и то была обычная проверка — как они переносят высоту. Ведь какой наездник из того, кто ее боится? Будь на дворе другое время, им бы еще год тренироваться, прежде чем отправляться в настоящее сражение.

Однако на дворе стоял Мор, и ждать он никого не собирался.

Четыре месяца назад на северные земли, повинуясь голосу пробудившегося Древнего Бога, хлынул черный поток порождений тьмы. Из самых недр земли, по Глубинным Тропам, построенным в стародавние времена гномами, чудовища вырвались на поверхность, застав ничего не подозревающих и совершенно не готовых к войне людей врасплох.

Антива, на которую обрушился первый удар вражеских сил, не выдержала их натиска. Мелкие военные отряды, разбросанные то тут, то там, были смехотворным препятствием для армии порождений тьмы. Города и деревни они сровняли с землей, жителей убили, а тех, кого пощадили, утащили с собой на Глубинные Тропы, чтобы предать еще более страшной судьбе, чем смерть.

Селени, знаменитый на весь свет своими изящными мостами и статуями, продержался всего четыре дня. После его падения река вздулась от мертвых тел. День за днем наблюдали жители Антивы, как почерневшие трупы, подгоняемые течением, плывут к морю, и ужас овладевал ими все больше.

В столь тяжелое время заниматься тщательной подготовкой новобранцев было попросту некогда. И потому Иссейя летела сейчас в Антиву. Прильнув к сидящему впереди Стражу и жмурясь от хлеставшего в лицо ветра, Иссейя наблюдала за тем, что творилось внизу.

Антива раскинулась на берегу голубого залива. Зеленеющие поля и сады опоясывали город широкой, в десять миль, лентой и тянулись дальше, вдоль реки, несущей свои воды к руинам Селени.

Но за пределами этой разноцветной ленты лютовал Мор и все было отравлено скверной.

Иссейя видела это даже отсюда, с высоты в тысячу футов: вздыбленная, вытоптанная ногами тысяч порождений тьмы земля; облака, свисающие с небес черными клочьями; остовы деревьев, торчащие по берегам почти иссохших речушек, воду из которых, казалось, высасывает сама почва. Там, где раньше колосились хлеба, теперь не было видно ни единой зеленой травинки — сплошь гниющие стебли. Животных почти не было — лишь несколько ворон да стервятников: от плоти порождений перья у них выпали, а тела съежились и покрылись коростой.

Армия порождений чернела внизу бесформенным пятном. Самих чудовищ Иссейя рассмотреть не могла, лишь их полуистлевшие знамена, которые зловеще развевались на ветру. Пусть гарлоки и генлоки и не умели летать — в отличие от Архидемона, которого довелось увидеть лишь единицам, — у них были стрелы, а еще заклинания, которые могли поразить цель в воздухе, поэтому наездники заставили грифонов взмыть выше. И когда пелена облаков скрыла порождения, столпившиеся вокруг эмиссаров и огров, Иссейя была ей искренне благодарна.

Воздух на такой высоте был слишком холодным и разреженным, поэтому, дождавшись, когда орда окажется далеко позади, они снова опустились ниже. Теперь Иссейя видела людей: мертвые лежали на земле, живые спасались бегством или пытались спрятаться. У самых ворот города Антивы были разбросаны сотни повозок и жалких лачуг, возведенных наспех из всякого хлама. Вокруг бродили люди, обезумевшие от отчаяния и голода, грязные и оборванные. В лагере стояла такая густая, нестерпимая вонь, что она отчетливо ощущалась даже здесь, наверху. Ни разу с тех пор, как до города дошли вести о разразившемся Море, столица не открыла ворота, чтобы впустить беженцев. Но им попросту было некуда идти.

— Они же не выживут, — прошептала Иссейя.

Она и не думала, что Страж-наездник ее услышит. Однако, несмотря на вой ветра и хлопанье крыльев, он услышал. Его звали Хабл, и Иссея едва его знала. Этот седой старик, истребивший за свою жизнь боги ведают сколько генлоков и гарлоков, патрулировал дальние окрестности Вейсхаупта на своем грифоне по имени Черный Коготь. Он ничего не боялся и был из породы тех, кого ничем не проймешь. И все же, когда он повернулся к Иссейе, на его лице читалась скорбь.

— Не выживут, — подтвердил он и снова отвернулся.

Через несколько минут они уже кружили над Антивой. Иссейя вытянула шею, пытаясь разглядеть за мощными крыльями Черного Когтя красоты Антивы, о которых столько читала.

В книгах говорилось, что город подобен сияющему самоцвету — и это была чистая правда, ведь Мор его еще не коснулся. Бульвар Морей, выложенный белым мрамором и плитками бирюзовых оттенков, был все так же прекрасен. Солнечный свет все так же плясал на статуях Золотой площади — естественно, позолоченных. А величественный королевский дворец, с его стройными башнями и витражами, охваченными закатным пламенем, по-прежнему повергал в восхищенный трепет.

Однако гавань почти пустовала. Иссейя заметила лишь несколько королевских боевых кораблей, какие-то лодчонки с золотым драконом, нарисованным на борту, но торговых судов было раз-два и обчелся. Наверное, догадалась Иссейя, остальные уплыли туда, где спокойнее. И желающих уплыть вместе с ними наверняка нашлось предостаточно, хоть капитаны, надо думать, и запросили заоблачную плату. Даже рыбацких лодок не было видно.

Но и на суше царило запустение. На живописных улицах, даже на рыночных площадях почти никого не было. В ожидании катастрофы, которая была готова вот-вот разразиться, жители прятались в своих домах.

Наконец они начали снижаться, и крепостные стены загородили Иссейе вид на город.

Во дворе творилось нечто невообразимое: один за другим с неба спускались грифоны — всего их было две дюжины. Королевские слуги, ошалевшие от гвалта и хлопанья крыльев, с круглыми от ужаса глазами метались по двору. С грифонами и в спокойной-то обстановке совладать непросто — они высокомерны, вспыльчивы и не терпят чужаков на своей территории. Теперь же, возбужденные длительным полетом, они вели себя и вовсе непредсказуемо. Двое взлетели на стену и пронзительно кричали оттуда на всякого, кто смел подойти слишком близко.

Антиванцы, принесшие Стражам хлеб и вино, старались даже не смотреть на гигантских птиц, и Иссейя прекрасно понимала бедняг. Она сама провела с грифонами несколько месяцев — ухаживала за ними, кормила, изучала их переменчивый характер, но эти крылатые хищники пугали ее до сих пор.

Взрослый грифон достигал в длину — от клюва до кончика хвоста — двенадцати футов, а размах его крыльев был и того внушительнее. При этом самцы весили более тысячи фунтов, а самки немногим меньше. Их мощные клювы могли без труда перекусить бедренную кость оленя, а стальные когти — в клочья разодрать лучшую броню, словно бумагу. Хотя в наездники выбирали Стражей более хрупкого телосложения, чтобы сэкономить силы грифона, здоровая птица была вполне способна сражаться, даже неся на своей спине двоих Стражей, вооруженных и закованных в доспехи. Неистовые, восхитительные создания, не ведающие ни жалости, ни страха и неудержимые в своей ярости.

Иссейя любила грифонов — за их мощь и грациозность, за исходивший от них теплый сладковатый запах; за то, как они прикрывали свои золотистые глаза и мурлыкали — да-да, мурлыкали, пусть это «мурлыканье» и смахивало скорее на грохот камнепада в горах, — когда она чистила им перья. А еще она любила их за ту свободу, с которой их крылья рассекали воздух и которой они щедро делились со своими наездниками — если на то была их, грифонов, воля.

Потому что у грифонов была собственная воля. И ничто не могло заставить их поднять в воздух человека против их желания. Грифон бы скорее погиб, бросившись на острые скалы, чем стал служить тому, кто ему не по нраву. Грифоны никогда не были ни слугами, ни рабами — только боевыми товарищами, во всем равными человеку. Либо врагами.

Потому-то обучение наездников и занимало столько времени. И по этой же причине Иссейя не винила антиванцев за их настороженное отношение к грифонам. Грифон — это вам не собака, не лошадь и даже не пятнистая охотничья кошка, которых, по слухам, орлесианская знать держит как домашних питомцев. Грифоны горды, ревнивы и непокорны, и мудрый человек будет всегда об этом помнить.

Стражи помнили. Они помогли слугам установить ванны для купания птиц, поручили одному из Стражей присматривать за процессом, а сами отправились в замок. Кормить грифонов будут позже, каждого по отдельности, иначе драки не избежать.

Иссейя боялась, что кому-нибудь из слуг придет в голову подразнить зверей, но тут уж ничего не попишешь: это уже забота дежурного Стража. Она поспешила с остальными.

У ворот к ней присоединился брат. Гараэл шагал, отряхивая брызги с золотистых волос. Уже и умыться успел, надо же, — наверняка черпнул тайком воды из поилки какого-нибудь грифона. Иссейя едва сдержала улыбку. Иногда тщеславие ее брата переходило все границы, но, если честно, у него на то были все основания. Считается, что эльфы намного привлекательнее людей, но красота Гараэла, даже по эльфийским меркам, была совершенно поразительной: высокие скулы, ярко-зеленые глаза и умопомрачительная улыбка, от которой дамы — и не только они — начинали чувствовать слабость в ногах. Иссейя на фоне брата выглядела серой мышкой, но ее это вполне устраивало. В Тедасе красота для эльфийки — скорее проклятье, чем дар.

Сейчас, однако, Гараэл не улыбался. Иссейе вообще не попалось по пути ни одного улыбающегося лица. Но если настроение в городе было мрачным, то на территории дворца и вовсе витал дух безысходности и скорби.

Во главе с Хаблом они шагали во дворец. Слуги при виде их вжимались в стены и провожали воинов долгим взглядом, в котором читалась робкая надежда. Стражники у входа во дворец, облаченные в церемониальные доспехи и плащи с вышитым на них золотым драконом, почтительно расступились, пропуская Стражей.

Иссейя еле поспевала за быстрой поступью Хабла, и все же ей казалось, что они идут уже целую вечность. Похоже, она ошибалась, считая Вейсхаупт самым громадным зданием в мире — королевский дворец Антивы вполне мог побороться с ним за это звание.

Наконец они пересекли благоухающий сад с беседками, увитыми красными и желтыми розами, и вошли в небольшую залу, где восседали король с королевой. Их окружали двадцать антиванских Стражей, возглавляемых Стражем-Командором Турабом — крепким рыжебородым гномом, и горстка мужчин и женщин в богатых одеяниях — по-видимому, благородные особы, приближенные к трону.

— Хабл. — Тураб кивнул в знак приветствия. — Надеюсь, добрались без проблем?

— Почти, — сказал Хабл и поклонился королю и королеве.

Те едва заметно кивнули в ответ. Королю Элаудио на вид было лет сорок пять. Иссейе он показался человеком добродушным, но в каждом его движении сквозила нерешительность и растерянность. Королева Дживена выглядела чуть старше супруга. В ее роскошных каштановых волосах широкими прядями белела седина; улыбка, игравшая на губах, смягчала жесткие черты лица.

Иссейя многое слышала об этой чете: их союз был основан на любви, в отличие от множества других монарших браков. Королева происходила из уважаемой купеческой семьи, что в глазах антиванцев делало ее чуть ли не простолюдинкой. Но вопреки недовольству двора король Элаудио избрал в жены именно Дживену, и вот уже несколько десятилетий они правили вместе. Их союз в итоге заслужил одобрение народа, и не последнюю роль в этом сыграла страсть Дживены к искусству. Королева не жалела ни денег, ни сил на убранство столицы, и вскоре, благодаря ее заботе, Антива превратилась в культурный центр Тедаса, затмив даже величайшие города Орлея и увядающей империи Тевинтер.

— Вы прибыли, чтобы помочь нам спасти наш город? — негромко спросила Дживена, но в мертвой тишине ее голос раскатился под сводами залы звучным эхом. — Уберечь Антиву от надвигающейся беды?

Слова прозвучали твердо, но в них угадывалась надежда, мольба о помощи. И все же, как бы ни было тяжело разочаровывать королеву, именно это и предстояло сделать Серым Стражам. Хабл с Турабом переглянулись, и первый покачал головой:

— Нет, ваше величество.

Царственное чело омрачила тень.

— Нет? Но если город падет, его сокровища исчезнут навсегда. Архитектура, музыка, искусство. Наши библиотеки. Наша мозаика. Я говорю не только о предметах — я говорю о тех знаниях, что позволили их создать. Вы не можете заставить нас отказаться от наследия столь многих веков.

— Столицу не удержать, — произнес Хабл, глядя на обоих супругов. — В случае осады мы протянем несколько дней. Несколько недель, если удача будет на нашей стороне, но это все. Порождения тьмы не оставили вам времени на подготовку: ваши кладовые почти пусты, солдаты плохо обучены, а оружия и доспехов на всех не хватит. Может статься, нас поддержат с моря, но к тому моменту порождения уже вовсю будут хозяйничать в городе.

— У нас крепкие высокие стены, — робко вставил король Элаудио.

— Безусловно, ваше величество, — произнес Тураб, смягчая свои слова в той мере, на какую только был способен гном-вояка. Иссейя видела, как привязан он к этим людям и как не хочется ему лишать их последней надежды. — Поэтому-то я и говорю о нескольких неделях.

— И что же, вы даже ничего не предпримете? — дрожащим голосом спросила королева. Казалось, она не верит своим ушам. — С каких это пор Серые Стражи так легко признают поражение? Вы, о чьей доблести ходят легенды и слагаются песни, хотите уступить врагу наш город — целую страну! — без единого боя?

— Город, окруженный с одной стороны водой, а с другой — землями, зараженными порождениями тьмы, — возразил Хабл. Он уже начинал злиться, но лицо его оставалось по-прежнему отстраненно-учтивым. — Вам доводилось когда-нибудь видеть карту города Антивы? Откуда вы планируете получать подкрепление и припасы? К тому времени, как враг окажется у ваших ворот, под его гнетом будет уже вся страна. Да, у порождений тьмы нет метательных орудий — но у них есть огры, которые с легкостью зашвырнут генлоков за крепостную стену, прямо на головы ваших людей. И неважно, выживут при этом генлоки или нет: стоит проникнуть сюда хоть одной из этих заразных тварей — и город Антива обречен. И я сейчас говорю о варианте событий, который ожидает нас в случае, если Архидемон предпочтет остаться в стороне. Но если нет — нам не простоять и дня.

Лица короля и королевы покрыла мертвенная бледность. Иссейя глянула украдкой на приближенных — все они были перепуганы не на шутку, и Иссейя разделяла их страх больше, чем ей того хотелось. Со времен последнего Мора минуло уже две сотни лет — достаточно для того, чтобы истории о Тоте и Охотнике превратились в страшилки для детей.

Но теперь чудовища, что до этого обитали лишь под детскими кроватками, вылезали на свет, и от скрежета их когтей кровь стыла в жилах взрослых.

— Я позвал Хабла для того, чтобы он и его Стражи помогли нам эвакуировать город, — терпеливо объяснял Тураб. — В вашем распоряжении по-прежнему достаточно кораблей, чтобы увезти всех на острова в заливе Риалто. Порождения тьмы не умеют плавать, и кораблей у них нет, так что вы с вашими людьми будете там в безопасности.

Король Элаудио прикрыл на минуту глаза, что-то подсчитывая в уме.

— Хорошо, если мы сможем вывезти хотя бы треть из них.

— А если останетесь и примете бой — вывозить будет некого, — возразил Тураб. — Ваше величество, эти Стражи готовы отдать свои жизни, чтобы спасти ваших людей. Но будут ли они спасены — зависит от вас.

— Мне нужно подумать, — тихо ответил король.

Он поднял руки и сложил ладони, давая понять этим беззвучным хлопком, что аудиенция окончена.

Тураб и Хабл поклонились. Остальные Стражи, Иссейя в их числе, сделали то же самое и, вслед за своими предводителями, вышли из залы.

— Они что, и вправду на нас надеялись? — пробормотал Гараэл, когда они вновь оказались в саду. — Что мы будем защищать город ради каких-то картин и фонтанов?

Иссейя, шагающая рядом, не чувствовала ни одурманивающего аромата цветов, ни жара от ярких солнечных лучей. Она думала о людях по ту сторону городских ворот — несчастных, из последних сил цепляющихся за жизнь. Неужели их не спасти? Но и жителей столицы ждала участь не лучше: если король и королева будут и дальше упорствовать, они обрекут свой народ на верную смерть.

— Конечно надеялись, — прошептала она. — Они ведь люди. Людям нужна надежда.

— И мы дали им надежду, — заявил Гараэл. — Надежду, которую никто не мог бы им предложить. Но они отказываются от нее, потому что желают большего!

Иссейя лишь печально покачала головой, не в силах найти подходящих слов. Когда они вновь оказались в помещениях замка, ее охватил озноб. Если солнце ее ничуть не согревало, то сейчас она просто стучала зубами от холода.

Тураб отвел их в казармы для Стражей, подготовленные к их приезду. Даже призрак Мора, витавший в замке, не мог изменить заведенных здесь порядков: слуги застелили койки чистыми одеялами, а на стенах развесили пучки сушеной лаванды.

Нос Иссейи защекотал горьковато-сладкий аромат, и ей стало нестерпимо грустно: порождениям тьмы чужда красота, они ненавидят то, что делает мир более приятным для глаз. Они лишь убивают, калечат, отравляют все, до чего могут дотянуться. На земле, по которой они пройдут, лаванда уже никогда не расцветет.

Иссейя тяжело опустилась на койку и стала рассеянно теребить шерстяное одеяло, выстиранное и бережно сложенное кем-то из слуг. Наверное, одеяла Стражам выделили самые лучшие — такой вот робкий способ выразить благодарность спасителям Антивы.

— Мы должны их спасти, — пробормотала Иссейя.

Навряд ли кто-то расслышал ее слова. Но даже если и расслышал, то предпочел промолчать.

Оглавление

Из серии: Dragon Age

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Dragon Age. Последний полет предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я