Глава 10
Машина съехала на грунтовую обкатанную дорогую, приближая девушку к огромному дому, одиноко стоящему в стороне.
Лиля прижалась лбом к стеклу и вытаращила глаза. Хихикала, рассматривая территорию. Насколько хватало взора, особняк скрывало высокое ограждение.
Расплатившись с таксистом, она задрала голову, не представляя, что могут скрывать люди за пятиметровыми стенами.
Кованая калитка была приоткрыта, словно приглашая войти внутрь. Где-то вдалеке слышались девичьи визги, смех и музыка.
Лиля неуверенно шагнула на территорию.
— Ого! — выдохнула она.
Не врала людская молва: Рокотовы были непозволительно богаты.
Особняк поражал своими размерами ничем не хуже территории участка. На въезде припаркованы несколько автомобилей, явно хозяйских: студенты не могли позволить себе подобных.
Справа гараж и детская площадка. Слева, практически на территории хвойного леса — парком это сложно назвать, — озеро. И не какое-то там болотце с лягушками, а ухоженный водоем с пляжем, где сейчас и находились одногруппники девушки. Палаточный городок разбили на газоне. У пляжа — многочисленные столики с лавочками и мангал.
Пока Лиля неприлично таращилась, из сторожки вышел охранник.
— Добрый вечер, — молодой мужчина улыбался.
Девушка задрала голову, чтобы посмотреть ему в глаза. «В кого Элька такая мелкая, если здесь даже охрана высотой в половину забора?» — подумала она.
— Добрый, — поздоровалась и растянула губы в улыбке.
— Хозяйка уже идет. Можете пройти сразу к пляжу. С вещами нужна помощь?
— Нет, спасибо. У меня только рюкзак. — Лиля пожала плечами и повернулась к мужчине полубоком.
Со стороны особняка неслась подруга, ее было непривычно видеть в коротеньких шортиках и топе.
— Привет! — пискнула Рокотова, крепко обнимая. — Рада, что у тебя не сложилось с поездкой.
Лиля наградила подругу тяжелым взглядом.
Их отношения практически вернулись в прежнее русло. В жизни Лили было лишь две настоящие подруги. Филимонова Леська, с которой они дружили с садика, но она переехала в другой город учиться, а в прошлом году вернулась и собрала оставшиеся вещи. А второй являлась ее мама. Поэтому Лиля решила, что не стоит разбрасываться возможностью завести еще одного близкого человека.
— Спасибо, ты настоящий друг, — фыркнула она.
— Ну, я не то имела в виду. Не то чтобы я рада, что у твоего парня появились проблемы, и вы не смогли встретиться. — Элька немного помолчала и добавила: — Вру, рада. Идем, наша палатка красная. Спасибо, Виталь.
Охранник так и стоял с улыбкой на губах, слушая их разговор.
— Пожалуйста. — Он вновь продемонстрировал сияющую улыбку и развернулся к ним спиной.
— Жертва дантиста, — хихикнула Лиля на ухо подруге.
— Ты ему понравилась.
Мужчина хлопнул калиткой, намекая, что все слышит, и подруги громко рассмеялись.
— Как же ты была права, я уже устала от них, — Элька махнула головой в сторону пляжа.
Лиля лишь хмыкнула в ответ, заменяя этим фразу: «А я же говорила».
Лилю встретили радостными воплями и объятиями — вот что делает неформальная обстановка и алкоголь. Через минуту в одной руке девушки появился бокал пива, а во второй — тарелка с жареным мясом.
— Давай, Лилька, штрафной! Пей, пей, пей! — Она так и стояла с рюкзаком на спине, когда раздался оклик. Пригубила напиток. — Не-е-ет, так не пойдет. А то что мы все пьяные, а ты нет? — Подхватив стакан, Котофеев поднес его к губам девушки и многозначительно выпучил глаза.
— Пей, Лиль, они не успокоились, пока не влили в меня, — смеялась Элька.
— Я сама. — Лиля забрала бокал и крупными глотками выпила холодное содержимое. Ее поддержали ободряющим гулом и предложили еще. — Дайте хоть вещи сложить. — Смеясь, оставила тарелку с мясом и алкоголь на столе.
Довольные тем, что в опоздавшую влили штрафную, одногруппники вернулись к жарке мяса.
От души наевшись, Лиля распласталась на песчаном пляже и покачивала ступней в такт музыке.
— О чем думаешь? — Изрядно захмелевшая Элька свалилась кучкой рядом с подругой.
— Рада, что приехала к тебе. Сейчас бы депрессировала и рефлексировала, лежа на диване. А так делаю то же самое, но лежа под открытым небом.
— Романтика, — выдохнула Элька.
— Угу. Я тут. Даня за тысячу километров. Как бы не захлебнуться нахлынувшими розовыми соплями от романтики, — проворчала Лиля с обидой. — Какие могли возникнуть у него дела? А? Два месяца мы не виделись, два! — Подергивать ногой в такт музыке она прекратила и начала отбивать пяткой нервный ритм.
— Да мало ли.
— Надеюсь… что мало ли. А не много ли. — И сделала характерный очерчивающий жест у груди, намекая на какую-нибудь девицу.
— Эй, Лилька, грудь собралась делать? Размерчик подбираешь? Я могу помочь, так сказать, опытным путем! — выкрикнул Трубников и заржал.
— Отвали! — огрызнулась Лиля в ответ.
— Ну, Ли-и-ль, — протянул парень.
Выставив ладони перед собой, растопырил пальцы прикидывая размер.
— Я тебе руки оторву, Трубников! Вот честно, и вставлю вместо хвоста! Будешь бегать и в ладоши ими хлопать!
— О-о-о, да тут ПМС, — фыркнул он.
Эля вложила подруге в руки открытую бутылку пива.
— Пей. Дядька не погладит по голове за расчлененку на участке, — хихикала.
— А за беспорядочные половые связи погладит? — спросила со смехом Лиля.
Недалеко от лагеря за невысоким кустарником уединилась пара. По сплетению торчащих ног из зарослей можно было понять — парочка еще не приступила к самому главному.
Элька заливисто хихикала, глядя на мелькающие пятки.
— Как думаешь, кто там? — спросила она.
— Самохина и… — Лиля приглядывалась к степени волосатости мужских ног, сравнивала с ранее увиденными. — Да Афанасьев это — ноги кривые!
— Точно! — подруга подтвердила догадку. — Смотри.
Парень первый выглянул из кустов, поднялся и с разбега прыгнул в воду.
— М-да, отказала. Пошел остужать пылающие чресла, — хохотала Лиля.
Самохина с видом победительницы поправила купальник, закинула полотенце на плечо и, словно матрос на палубе во время шторма, нетвердой походкой возвращалась в лагерь.
— Что это? — спросила Лиля, отвлекаясь от Самохиной и замечая у кромки леса движение.
На поляну вышла собака. Не обращая внимания на шум и людей, размеренно, даже как-то лениво, она бежала к дому. Огромная псина повернула голову и лишь на мгновение посмотрела девушке в глаза. Поднялась по каменным ступеням, толкнула приоткрытую дверную створку мордой и вошла в особняк.
— Эль, а у вас собаки есть?
— Что? — спросила Рокотова.
А Лиля, приоткрыв рот, рассматривала вторую псину. Эта была еще крупнее. Нервно дергая ушами, она остановилась и, девушка могла поклясться, что осуждающе покачала головой. Псина проследовала тем же путем, что и первая — вошла внутрь особняка.
«Если и дверь за собой закроет, то начну подозревать, что в алкоголь добавили какой-то наркотик, — подумала Лиля. — Точно, что-то подмешали. — Бутылку отставила от себя. — На сегодня хватит!» — Вернулась взглядом к полянке у леса и, не моргая, ждала.
— Лиль, ты что? — Рокотова заглядывала подруге в лицо.
— Эль, а какова вероятность, что у вас все же есть собаки? И они умеют закрывать двери, живут в доме и осуждающе так смотрят, как будто против алкоголя, музыки и веселья?!
Девушка громко и заливисто рассмеялись, поднялась на ноги и протянула Лиле руку.
— Идем, я тебя с мамой познакомлю. И не переживай, собак держат в вольерах.
— Но я видела! Они выбежали из леса и вошли в дом, закрыв за собой дверь.
— Ну не сами же. Их дядя выгуливал, ты его просто не заметила. Все же последняя бутылка пива была лишней, — поддела Рокотова подругу.
Лиля рассмеялась, но взгляд так и косила на лесок.
* * *
Эля открыла дверь и пригласила подругу войти. Помещение слепило.
Лиля осмотрелась. Огромные окна в пол, высокие потолки, светлая мебель. От обилия белого девушка прищурила глаза.
— Мама любит этот цвет, — пояснила подруга.
Лиля остановилась перед пушистым белым ковром, отделяющим большую гостиную от кухни. Ступни и пальцы ног сплошь в песке. Под насмешливый взгляд Рокотовой он прошла вдоль стенки, не желая испачкать белоснежный ворс.
— Будешь что-нибудь? — поинтересовалась подруга.
— Чай крепкий, а лучше кофе.
Она настойчиво усадила Лилю за небольшой круглый столик и, поставив чайник на плиту, накрывала на стол. Не просто доставала кружки из шкафа, а соблюдала целый ритуал. Вышитые салфетки, сахарница с серебряной ложечкой, сливочник, поднос с маленькими пирожными.
— Эль, — обратилась Лиля с мольбой в голосе. — Не нужно все это.
— Ничего не могу поделать. Мама старой закалки. А вот и она.
— Добрый вечер, девочки, — молодая женщина вошла в кухню и, приобняв дочь, добавила: — Милая, познакомь, наконец, со своей подругой. Я так много о ней слышала.
— Лилия, это моя мама.
— Валерия, — представилась она и мягко улыбнулась. — Зови меня по имени, хорошо? Очень рада нашему знакомству.
— И я рада, — Лиля с трудом выговорила слова. — Никогда бы не подумала, что у вас может быть взрослая дочь… и сын, — вспомнила про Дмитрия.
Передо ней стояла девушка: невероятно красивая, высокая, с молочной кожей, волной каштановых волос и светлыми, практически прозрачными зелеными глазами. Лиля где-то слышала, что истинный возраст женщины выдают шея и кисти рук: но не могла найти ни единого изъяна у Валерии. И, кажется, в очередной раз за этот день неприлично приоткрыла рот от удивления.
— Обязательно скажу спасибо своему косметологу. Ты же понимаешь, что в моем возрасте без хитростей не обойтись. — Валерия подмигнула, словно открыла страшную тайну, и легко рассмеялась.
«Интересно, а какой это возраст, в котором женщина с двумя взрослыми детьми выглядит им ровесницей?! Если наберусь наглости, обязательно спрошу номер косметолога с золотыми руками. Хотя вряд ли он мне будет по карману» — подумала Лиля.
— Элечка, надеюсь твои гости всем довольны? Мы нечасто устраиваем вечеринки, и я боялась что-то упустить, — Валерия пустилась в объяснения и присела за стол, наполняя фарфоровые чашки кофе. — Эля запретила приглашать музыкантов и заказывать фейерверк. Мои студенческие годы были так давно, что сейчас и не знаю, как отдыхает молодежь.
— Мам, они и так меня считают… — Девушка покрутила рукой в воздухе, так и не смогла подобрать слово.
— Все замечательно, спасибо, — Лиля помогла подруге. От волнения на большее ее словарного запаса не хватило, и она принялась за кофе.
Заметив замешательство, Рокотова поднялась из-за стола, так и не притронувшись к напитку:
— Мам, мы пойдем. Неудобно оставлять гостей одних надолго, вдруг им что-то понадобится.
— Да, конечно. Веселитесь, детки. Я вас провожу. Не волнуйся, только до двери, — Валерия обратилась к дочери.
