Стать Мику Айдзава

Ишида Рё, 2022

После трагической гибели жены Роберт впал в депрессию. Жизнь потеряла для него смысл. Но время шло, и он начал постепенно приходить в себя. Именно в этот момент он встречает девушку, поразительно похожую на его погибшую жену. Чувство вины, горечь утраты, сожаления и любовь вновь просыпаются в его душе.

Оглавление

  • ***

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Стать Мику Айдзава предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Роберт сидел, напротив полицейского опустив голову. Ему тяжело было видеть сочувствие в глазах этого случайного человека. «Если бы я только приехал раньше!» — думал Роберт. Эта мысль навязчиво крутилась в его голове, постоянно пробивалась сквозь бессвязный навязчивый шум. Он поднял глаза и посмотрел на полицейского. Ещё довольно молодой японец, со вкусом одетый, аккуратно выбритый и подстриженный, от всей его фигуры веяло надёжностью и может быть поэтому, Роберту казалось, фальшивым его показное сочувствие.

— Понимаете, нам не удалось найти её тело. Потом начался шторм. Конечно, есть вероятность, что тело выбросит на берег, но в любом случае найти её живой, теперь нет никакой надежды, — говорил он.

Роберт опустил глаза и уставился на чистый, белый пол. На плитке, на которой стоял стул, в углу притаилась маленькая трещинка.

— Мне нужно задать Вам несколько вопросов? — также мягко продолжал полицейский.

Роберт опять посмотрел на него и вновь уставился в пол.

— Айдзава Мику — ваша жена?

— Да.

— Та самая, Айдзава Мику?

Роберт кивнул.

— Я был на её концерте в Токио! Мы с моей девушкой ходили! Простите! — полицейский смутился.

— Ничего. У вас хороший вкус, — отвечал Роберт, не глядя на него.

— Ещё раз простите! Это очень печально! — полицейский сделал значительную паузу. Роберт подумал, что он ожидает от него каких-то слов, но слова не приходили ему на ум. «Если бы я только приехал раньше!» — крутилось у него в голове.

— Ваша жена хорошо плавала? — спросил полицейский, после затянувшейся паузы.

— Моя жена занималась плаванием в средней и старшей школе. Она плавала на длинные дистанции и даже участвовала в соревнованиях на национальном уровне. Правда не поднималась выше десятого места.

— Попадала в десятку на национальных соревнованиях? — переспросил полицейский.

— Да.

— Это же очень круто!

Роберт снова кивнул.

— То есть она хорошо плавала?

— Гораздо лучше, чем я. Гораздо лучше, чем все кого я знаю. Когда мы ходили на пляж, я всегда волновался, что она заплывает так далеко.

— Она любила далеко заплывать?

— Мику Айдзава не придерживалась общепринятых правил. Именно поэтому она и была Мику Айдзавой! — резко сказал Роберт.

— Понятно, — полицейский помолчал, потом сказал, — то есть она могла заплыть за буйки, там у неё возникла судорога, и это могло стать причиной…

— Совершенно исключено! — резко оборвал его Роберт, — повторяю, она была очень опытным пловцом!

Роберта раздражал этот бессмысленный разговор, больше всего ему хотелось, чтобы его оставили в покое.

— Хорошо! — полицейский покрутил в пальцах карандаш, — Ваша жена употребляла алкоголь?

Роберт невесело усмехнулся.

— Моя жена могла выпить немного красного вина перед обедом, — отвечал он с кривой улыбкой.

— Другими словами она не могла выпить пива и пойти плавать? — уточнил полицейский.

— Моя жена не пила пиво. Вообще. Ни водку, ни саке, — Роберт сидел, ссутулившись и глядя в пол.

— К тому же она была беременна, как только мы узнали об этом, она перестала пить даже вино, — добавил он, подняв голову и посмотрев полицейскому прямо в глаза.

Полицейский покраснел.

— Простите, — пробормотал он, — полагаю вопрос о том, какие были у вас отношения излишний.

— Я устал, — равнодушно сказал ему Роберт, — могу я идти?

— Да, конечно! — поспешно сказал полицейский.

— Только ещё один вопрос! Можно?

— Валяйте.

— Вы очень хорошо говорите по-японски! Ваша фамилия Айдзава? Вы не похожи на японца!

— Я не японец. Я взял фамилию жены! — устало сказал Роберт.

— Простите! От имени нашего острова приношу Вам свои извинения! Мне очень жаль, что это случилась в нашем городке! — полицейский встал и низко поклонился Роберту.

Роберт вышел из ярко освещённого полицейского участка на улицу. Наступила ночь, прямо перед ним была длинная, широкая улица, которая шла далеко в обе стороны вдоль всего пляжа, ярко освещённая, обсаженная с двух сторон деревьями похожими на пальмы. Свет фонарей выхватывал небольшую часть пляжа, за этим пятном начиналась тьма, в этой темноте шумел океан, с глухим рокотом накатывая волны на песок. Было тепло, ветер, бушевавший весь день стих, вокруг царило умиротворение, парочки прогуливались вдоль бетонного заграждения отделявшего набережную от пляжа, бегали дети весело смеясь. Роберт сел на скамейку и стал смотреть во тьму, в голове его шумело. Он был одет как обычный отдыхающий, в бермуды и футболку, на ногах шлёпанцы, даже выбритые виски и собранные в небольшой хвост волосы не привлекали к нему сейчас никакого особенного внимания. Роберт сглотнул. «Нет даже тела. Нет даже её тела, которое можно было похоронить!» — думал он. Хотя, скорее всего ему бы не стало легче, если бы они нашли её тело. Сейчас, по крайней мере, оставалась ещё какая-то надежда. Не отдавая себе отчёта в своих действиях, он спустился по лестнице с набережной на пустой тёмный пляж и пошёл к грозно шумевшей воде. Несколько прогуливаюшихся воззрились на него с удивлением, но похоже сразу же забыли о нём, едва он скрылся в темноте. Роберт вошёл в воду, его сразу окатило с ног до головы. Вода была довольно холодной, но он не чувствовал этого. Поверхность воды блестела, на концах волн пенились маленькие барашки.

— Мику! — закричал он хрипло. Его голос эхом разнёсся по всему пляжу. Он прислушался, волны всё также равнодушно катились, его снова окатило. Роберт вышел на пляж, и тут понял, что потерял сланцы. Он сел на песок, песчинки сразу же прилипли к шортам, ему стало зябко, но он всё также сидел и глядел на океан. Особо сильные волны докатывались почти до его ног. Послышались приближающиеся шаги. Это был уборщик, мужчина в годах.

— С вами всё в порядке? — спросил он участливо.

— Спасибо. Всё хорошо, — отвечал Роберт, стуча зубами.

Старик покосился на него и медленно пошёл дальше, нанизывая острой палкой мусор и отправляя его в пакет, висевший на поясе. Роберт поднялся и пошёл к свету, к людям. «Будем надеяться, что меня пустят в гостиницу! Чтобы сказала Мику, увидев меня в таком состоянии?» — подумал он, шлёпая босыми ногами облепленными холодным песком. Уже поднявшись по лестнице он обернулся и ему на секунду показалось, что из воды появился силуэт женщины.

— Мику! — прошептал Роберт. Он хотел броситься назад, но почти сразу же осознал, что это ему показалось, пляж был совершенно пустым. Тяжело ступая, он вышел на набережную и пошел, ища свой отель. Его знобило, зубы стучали, сердце, словно сдавил стальной обруч. Утром у него поднялась температура, начался жар и бред. Он проболел больше месяца и ещё неделю пролежал в больнице, хотя мог уже выписаться. Домой ему не хотелось. Но всё же этот момент настал. Он отпер дверь своим ключом, бросил сумку на пол в коридоре. Слова «я дома!» застряли у него в горле. Роберт снял кроссовки и прошёл в комнату. В их с Мику апартаментах была одна большая комната, совмещённая с кухней. Окна в пол по двум стенам открывали прекрасный вид на Осаку с высоты двадцать четвёртого этажа их многоквартирного дома. Узнав о беременности жены, Роберт выставил квартиру на продажу. Он хотел купить отдельный дом где-нибудь в пригороде, где будут хорошие соседи, будет тихо и безопасно. Ему казалось, что он всё хорошо распланировал, но теперь это потеряло смысл. Теперь эта квартира-студия, это всё что у него осталось, всё, что осталось у него на память о Мику. Ну и ещё фамилия Айдзава и незаконченный третий альбом. Альбом, на который оба они возлагали такие надежды. Альбом, который должен быть открыть им американский рынок, значительно расширить их аудиторию.

— Понимаешь, — говорил он Мику, — там даже у такой радикальной музыки, как наша есть рынок сбыта. Проводятся фестивали, много клубов, альбомы продаются неплохими тиражами.

В Японии, если бы Мику не была моделью, они не смогли бы позволить себе не только эту квартиру, но даже и вообще нормальную жизнь. Он знал, что она тяготится своими съёмками в рекламе, знал, что она хочет быть певицей, знал и страдал от этого. Но этот альбом должен был всё изменить. Роберт сел в кресло. На журнальном столе стояла их фотография. Они в повседневной одежде улыбаются, демонстрируя какую-то бумажку. Это была их свадебная фотография. Роберт вспомнил, как неожиданно предложил ей зарегистрировать брак, и она также неожиданно согласилась. Когда он сказал, что хочет, чтобы у них была общая фамилия и так как она, понятное дело, не может поменять свою, он возьмёт фамилию Айдзава. Она так странно посмотрела на него, так серьёзно и сказала:

— Ты уверен?

— Мику, я люблю тебя! — сказал он, и она покраснела, как старшеклассница, впрочем, она и была тогда очень молода, ей не было двадцати. С тех пор прошло три года. Нельзя сказать, что все они были безмятежны, но их споры происходили только по поводу работы. Мику бывала, непримирима, в таких вещах. Хотя именно он был продюсером и звукорежиссёром её альбомов, именно она заставляла переписывать одну и ту же партию по двадцать раз. В обычной жизни они всегда ладили. Роберт посмотрел на пустую кровать. Мику никогда не отказывалась от секса и часто сама проявляла инициативу. Со временем он научился понимать её настроение, понимать, когда лучше повременить, хотя и знал, что она не будет против. Теперь в этой квартире он остался один. Гитары, стоявшие на подставках вдоль стен и аппаратура с кучей проводов, теперь смотрелись здесь неуместно. Роберт перелёг на диван, почему-то он не мог заставить себя лечь на кровать, на которой спал вместе с Мику. Он лежал, заложив руки под голову и глядя в потолок. Мысль о том, что теперь всё потеряло смысл, неотступно крутилась в его голове. «Может было бы лучше, если бы я тоже умер?» — думал он. Прошло больше месяца с момента исчезновения его жены. Когда она не вернулась вечером в отель, в котором ждала его приезда, ему пришлось задержаться по делам в Осаке, её начали искать. На пляже нашли её одежду, нашлись свидетели, которые видели, как Мику Айдзава вошла в воду и никого, кто видел бы, как она выходила из океана. В её вещах остались кошелёк, телефон, кредитка и водительские права. На следующий день начался шторм, и спасателям пришлось прекратить поиски. Прошло больше месяца, и Роберт осознал, что Мику погибла и больше не вернётся. Взгляд его упал на металлический сейф, рядом с кухней. В этом сейфе хранилось ружьё. Роберт увлекался стрельбой ещё когда жил в Москве и перебравшись в Японию, решил не оставлять своё хобби. Не малых усилий стоило ему получить охотничий билет. На охоту он никогда не ходил, но стрелковый тир регулярно посещал и любил стрелять по мишеням. Роберт поднялся, подошёл к сейфу отпер его и достал ружьё. Это была обычная вертикалка, довольно неплохая, но не шикарная. Роберт собрал ружье, пристегнул приклад, вытащил из коробки два патрона и зарядил ружьё крупной дробью. Оглядел комнату, подошёл, сел в кресло, снял носок с правой ноги, неприятно резануло по глазам грязь под ногтями, упёр приклад в пол и большим пальцем ноги нащупал гладкий металл курка. Два ствола заглянули ему душу длинным чёрным тоннелем. Роберт подумал, потом неловко разомкнул губы и сунул оба ствола себе в рот. Рот широко раскрылся, зубы неприятно стукнули по металлу, от ружья пахло маслом и порохом, через уголки рта слюна побежала вниз по стволу. Роберт всё медлил, на глазах его выступили слёзы. В сумке зазвонил телефон, и он отодвинул в сторону стволы и заплакал. Слёзы и слюна капали на пол, он сидел, обнимая ружьё, и думал о том, что Кобейна или Бенингтона из него не вышло. Он разобрал ружьё, вытащил патроны и убрал всё обратно в сейф. «Значит, придётся как-то жить!» — подумал он. Нашёл в сумке телефон, зарядка мигала красным.

— Привет! Говори быстрее! Завтра приду. Пока.

Роберт положил телефон на стол и снова лёг на диван. Телефон несколько раз жалобно пропищал и затих. Роберт лежал и слушал тишину, он думал о том, почему это случилось именно с ним и о том, как всё могло бы быть прекрасно. И тогда он впервые после гибели жены заплакал, он плакал от жалости к самому себе и от этого был себе противен.

На следующее утро он поднялся как обычно, так как он делал это каждое утро, когда была жива Мику, и поехал на работу в звукозаписывающую студию, где работал звукорежиссёром. Студия была маленькой и еле сводила концы с концами, в основном там записывали рекламные ролики и джинглы. Так что работа была несложной. Народу было мало. Первые дни эти сочувственные взгляды доставляли Роберту неудобство, но постепенно всё стало на круги своя. Всё стало как обычно, почти как раньше. Правда, теперь никто не ждал его дома. Мику любила готовить, он привык, есть её еду и каждый вечер спешил домой, но теперь по вечерам он не знал чем себя занять. Он радовался, если приходила срочная работа, и с удовольствием задерживался на работе до глубокой ночи, пару раз даже ночевал на диване в коридоре. Владелец она же директор студии, приятная женщина средних лет, пыталась познакомить Роберта с подругами своей дочери, но видя его равнодушную реакцию и даже раздражение, оставила его в покое. Если срочной работы не было, он садился на поезд и ехал, куда нибудь далеко от Осаки, выбирая направление произвольно. Ему нравилось, оказавшись в каком-нибудь небольшом городе, ходить по улицам, зная, что никто здесь его не знает. Несмотря на не японскую внешность, он заметил, что на него не слишком обращают внимание, видимо за три года жизни в Осаке, он научился не выделяться. Сегодня ночной поезд занёс его в новый город. Он ехал почти три часа, было уже довольно поздно. В поезде он подремал и теперь, прежде всего, хотел есть. Роберт посмотрел на часы, был уже почти час ночи. Когда он ступил на платформу, ему показалось, что с противоположенной стороны от освящённого города высятся чёрные рваные громады гор. Впрочем, рассмотреть их сейчас было невозможно. Взгляд его упёрся в надпись означавшую название станции. Хотя понимал и говорил он неплохо, чтение иероглифов по-прежнему представляла для него проблему. К счастью внизу название было продублировано на английском.

— Хидака, — вслух прочитал Роберт. Он вспомнил, что года два назад он был в этом городе вместе с Мику. Когда он вспомнил об этом, ему захотелось сразу сесть в поезд и вернуться в Осаку. Но он смог переселить себя и сделав несколько шагов, вышел в город. На улице было довольно холодно, изо рта редких прохожих вырывался пар. Яркий свет из кафе рядом со станцией обещал горячий кофе и уютное тепло. Роберт толкнул дверь и вошёл. В кафе никого не было, только за столиком в углу сидел пожилой мужчина, скорее старик в старомодной кепке и торопливо как будто боялся, что отнимут, ел свой омурайс. На столе пред ним стояла большая кружка пива. Роберт снял плащ и сел, к нему подошла официантка, молодая девушка в тёмном красном форменном платье, с крашенными в синий цвет волосами, в губе и носу у неё был пирсинг.

— Что желаете? — спросила она, дежурно улыбаясь.

— Кофе и чего-нибудь поесть.

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

  • ***

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Стать Мику Айдзава предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я