Глава четвертая
Домой Толян притащился после полуночи. Злой и обиженный. Алкоголь не помог отвлечься и забыть, как с ним обошлись. И кто? Родной отец и неадекватная девица, которую он тупо пожалел. Где благодарность? Толян упал на кровать, не расправляя постель и не раздеваясь, пялился в потолок. В спину что-то кололо. Оказалось, браслет, который Яна вернула по непонятной причине. Лось смеялся, что Яна приревновала к Оксане. Может такое быть?
Толян вскочил и направился в спальню к Яне. Зачем гадать, когда можно спросить. Яна спала в странной позе. На спине, руки вытянуты вдоль тела. Аккуратно свернутое валиком одеяло лежало с краю, как будто Яна боялась упасть. Дышала едва слышно. И у Толяна пропало желание разбудить, потребовать объяснений. Откуда бы не сбежала Яна, ей там приходилось не сладко. А в том, что сбежала, Толян перестал сомневаться.
Шторы на окне Яна не задвинула, полная Луна светила ярко и белые волосы необычно мерцали. Толян мог до них дотронуться, даже руку потянул. Но сам себя остановил. Он дождется, когда Яна разрешит. Помедлив, все-таки завязал на руке Яны браслет. Завязал хитро, так, чтобы снять стало невозможно. Не пытался даже оправдаться, зачем он это делает. Хотелось Толяну, чтобы Яна носила его браслет. Глупость и попахивало идиотизмом, но хотелось.
На сердце сразу полегчало. Как будто совершил правильный поступок. Толян хмыкнул и, посмеиваясь над собой, лег спать. На этот раз по-нормальному. Расправив кровать и раздевшись. Спал крепко, с каким-то особым удовольствием. Отец дал целую неделю отпуска, можно отсыпаться и отдыхать. Никуда не спешить. А днем Толян увезет Яну на озеро. Сам давно собирался позагорать и понырять. Лето не резиновое. Оглянуться не успеешь, как закончится.
Утро началось смешно. Яна тыкала Толяну в нос руку с браслетом и сердито поджимала губы. В своей черной майке и нелепых штанах. С идеальной прической, волосок к волоску. Как у нее получается так причесаться, лениво подумал Толян. У нее и расчески-то нет. Поэтому спит как мумия? Чтобы прическу не испортить? Потянулся с хрустом и широко улыбнулся.
— Доброе утро. Ты чего такая нервная? А, красотка неземная?
— Сними!
— О, ты умеешь говорить. Класс, — Толян сел на постели. — Не сниму! Не махай тут ластами.
— Сними!
— Нет. Будешь носить. Поняла?
— Сними!
— Сказал, что не сниму. Отвали, — Толян шутливо оттолкнул Яну и встал. Глаза у Яны округлились. — Чего уставилась? Стояка утреннего не видела? Не знаешь, что так бывает?
Яна попятилась и выскочила из комнаты. Толян топал в ванную в превосходном настроении. Мурлыкал, когда стоял в душе. Яна, конечно, забавная. И чувства вызывает теплые. Но пока она гостит у Толяна, все будет как Толян решит. Без всяких капризов. А то придумала своевольничать. Боевая подруга называется.
— Яна, иди сюда, — заорал Толян из гардеробной. — Тебе какой цвет нравится?
— Нет, — Яна осторожно заглянула, но входить не стала.
— Чисто красный или пестрый? — Толян вертел в руках двое купальных шорт. — Наденешь с майкой. Мы на озеро поедем. Купаться и загорать.
— Нет.
— Не зли меня. А то отшлепаю, — показал растопыренную пятерню, изобразил, как будет шлепать, и Яна мгновенно скрылась. — Вот, зараза.
Толян метнулся за Яной, напрыгнул со спины, повалил на пол, хватая за запястья и вздергивая руки вверх. Яна не ожидала нападения, но резко сгруппировалась и почти скинула Толяна с себя. Они катались по полу, Яна молча, Толян рычал и все-таки подмял под себя Яну, взял массой. Хоть и с трудом. Яна была верткой и выскальзывала из самых крепких захватов.
— А ну, брейк! — отец стоял на пороге и качал головой. Громко хлопнул в ладоши. — Брейк, сказал.
— Утренняя разминка, — пропыхтел Толян, отпуская Яну. — Думал, навыки армейские потерял. Вспомнил.
— Вояки, — отец довольно улыбался. — Чем думаете заниматься?
— На озеро поедем.
— Хорошее дело.
Отец ушел. Толян поднялся с пола. Поднял Яну, которая притихла и смотрела в пол. Затащил ее в гардеробную и выдал одежду на день.
— Я с тобой крутым стилистом стал, — заржал Толян, когда Яна переоделась в легкие синие брюки и голубую футболку с косым вырезом. — Идеальный прикид. Да? Тебе синий прям в жилу. Чего молчишь? Выдай свое коронное.
— Да.
— Послушай, — Толян притиснул Яну к стене. — Ты напрасно обиделась. Эта Оксана просто так. Приятельница. Я вообще ее бортанул уже. Раз она тебе не понравилась. Мы же друзья. А ты с отцом уехала и мне ничего не сказала. Браслет кинула. Не делай так больше. У нас взаимовыручка с тобой. Поняла меня?
— Да.
— Ты согласилась быть настоящей подругой, вот и будь, — назидательно проговорил Толян, а Яна внезапно вскинула голову и впечаталась губами прямо в губы Толяна. Как током ударила.
Это было что-то ванильное из женских романов. Сестры покупали их пачками, уверяя, что изучают таким образом русский язык. Когда хотели достать Толяна, то зачитывали ему вслух интимные сцены. В которых брутальных мачо трясло от поцелуя с юной девственницей. В реальной жизни Толяна от поцелуев током не било никогда. Да и не заводило особо, целовался потому что девчонкам нравилось. А тут шарахнуло так, что отбросило друг от друга.
— Ты это, — Толян не знал, что сказать.
— Толь, — Яна выглядела такой же растерянной. Она не собиралась целоваться, вышло случайно.
— Пошли завтракать.
Лучше сделать вид, что ничего особенного не произошло. Да и что произошло? Они стояли слишком близко, поэтому их губы встретились, когда Яна подняла голову. Идиот, обругал Толян себя. С каких ершей он стал выражаться как барышня прошлого века. Встретились губы, придумал же. Толян преувеличенно весело балагурил за завтраком, отмечая, что Катя подала Яне сырники, а всем остальным традиционную яичницу.
— Хотите сырничков, Анатолий Сергеевич? — Катя заметила взгляды Толяна.
— Не откажусь. И собери нам перекусить, Кать, мы на озеро поедем.
— Я с вами поеду, — Наталья жеманно повела плечом. — А то Сереженька на работе.
— Нет! — Яна насупилась.
— Дай ты им армию повспоминать. Все равно на тебя не будут внимание обращать, — повысил голос отец и Наталья обиженно уткнулась в чашку. — Скоро девчонки приедут, будете компанией веселиться.
Ага, хохотнул про себя Толян. Девчонки прям разбежались брать мачеху в свою компанию. Те еще проныры и язвы. Когда родители развелись, мать умудрилась на каком-то модном курорте подцепить итальянца. К зависти всех подруг вышла за него замуж и укатила в Милан. Родила двойняшек, Мусю и Лялю. У девчонок были нормальные имена, но они сами выбрали себе кошачьи клички и отзывались только на них. Даже этот факт говорил о том, что с Натальей им никогда не найти взаимопонимание.
Толян отогнал мысли о сестрах. Приедут, весь мозг склюют, затаскают по клубам и выставкам. А пока не приехали, он свободен. От всего свободен. От бизнеса, от просьб отца, от будущих заморочек. Отличная погода и они с Яной уедут от всех и откровенно поговорят. Катя подтащила к джипу огромную корзину с продуктами и пледы. Отец принес удочки, лодку, спальники и палатку.
— Вы нас на зимовку отправляете? — Толян закатил глаза. — Пары полотенец выше крыши.
— Вези ее на дальнее озеро. Там красотища. Мало ли, захотите заночевать. И на рыбалочку на зорьке.
— Яна, ты рыбалку любишь? Что молчишь?
— Она в машине уже сидит, — засмеялась Катя. — Испугалась наших сборов.
— Вы кого хочешь испугаете.
— Анатолий Сергеевич, а родители у Яны живы? Где они живут?
— Ты с каких ершей меня по имени-отчеству стала называть?
— Для авторитета. Чтобы подруга уважала.
— Кать, если бы она меня не уважала, она бы ко мне не приехала. Зови как раньше. А то я вздрагиваю.
— Долго гостить будет?
— Надоела, что ли, уже?
— Что ты, она же как солнышко. С ней уютно. Пусть подольше поживет. Как она в армии-то служила? Она же… — Катя замолчала.
— Обыкновенно служила. Как все, как я.
Наконец, двинулись. Толян выдохнул, чуть он не завалился с родителями Яны. Лучше держать ее подальше от сообразительной Кати и отца. По крайней мере, пока они не придумают с Яной правдоподобные объяснения. Яна вертела головой, изумляясь всему, что видела. Домам на улицах, светофорам, автомобилям. Проводила восхищенным взглядом байкера на тяжелом мотоцикле. Если она вела себя так вчера с отцом, вопросов может быть много. Откуда взялась эта дикарка? Главный вопрос.
На лесной дороге Яна угомонилась. Перестала вертеться. Внимательно смотрела, как Толян ведет машину. Кивала каким-то своим мыслям. Наконец, положила свою ладошку на руку Толяна, лежащую на руле.
— Научи.
— Что?
— Научи.
— Водить машину?
— Да.
— Яна, давай сначала искупаемся, а потом как-нибудь покажу. Завтра.
— Завтра я исчезну, — Яна пробормотала еле слышно, но Толян разобрал.
— Я тебе исчезну, — рявкнул Толян. — Друзья так не поступают.
Яна убрала ладонь и отвернулась. Толяну стало стыдно. Чего вызверился. Культурно ведь Яна попросила и по сути она права. Сегодня они оба есть, а завтра солнце погаснет и все потеряет смысл. Вечно так у Толяна. Знает, что жить надо здесь и сейчас, а ведет себя как элементарный ждун. Откладывает на потом, на завтра, на понедельник. Яна вообще может отца попросить или Катю. И что тогда? На стенку лезть от ревности? Сам же втирал Яне про взаимовыручку. Толян резко затормозил.
— Садись за руль.
