Несвоевременный человек. Книга вторая. Вера
Игорь Сотников

Бывает так, стоишь и никого не трогаешь, а это, как оказывается, как раз этим своим невмешательством кого-то трогает и волнует. И не успевает наш герой сообразить, что вообще происходит, и в частности с ним, как всё так закрутилось, что у него уже и нет другого выбора, как сделать свой выбор из… А эти «из» одно другого непонятней, как и всё остальное, ожидающее его.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Несвоевременный человек. Книга вторая. Вера предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Дизайнер обложки Дарья Левчук

© Игорь Сотников, 2019

© Дарья Левчук, дизайн обложки, 2019

ISBN 978-5-0050-4695-6 (т. 2)

ISBN 978-5-0050-2313-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Плоды

В помещении красоты неописуемой (во дворцах всегда так, даже если это дворец для бракосочетаний, самая представительная его часть, где заключаются браки, а по заверениям работников этого агентства, то здесь они только юридически закрепляют последствия вашего выбора, ведь браки всё-таки заключаются на небесах), где из мебели был всего лишь один стол в стиле ампир с парой стульев за ним и ещё сбоку от него стоял небольшой журнальный столик, на котором расположились ваза с фруктами, бутылка шампанского и пара бокалов, за имеющим центральное значение столом, на приставленных к нему стульях разместились две молодые особы необычайной привлекательности, отчасти благодаря природе, а отчасти от того, что они знали толк в красоте и умели её в себе концентрированно выделить и на все сто использовать.

И сидят эти две молодые особы необычайной привлекательности не так уж и без дела, а перед одной из них, той, что в белом платье на ней и с ярко рыжими волосами на голове, которую ещё зовут Валерия, стоит блюдце с апельсином на нём, и она под внимательным наблюдением со стороны своей подруги, конечно, не так по праздничному одетой, но всё же не без своих изысков, с именем Марго, своими острыми ноготками разделывает на части этот оранжевый плод. И так это у неё захватывающе дух получается, — она с применением своего ручного, до чего же острого инструмента, ноготков, как скальпелем срезает шкурку апельсина, оголяя тем самым его внутренность, — что Марго и глаз отвести не может от происходящего с апельсином.

И вот когда апельсин освободился от своей одёжки, а сам он как цветок лотоса, раскрылся перед ними всеми своими лепестками в виде долек, Валерия отрывает один лепесток этого цветка и протягивает его Марго.

— Вот попробуй. — Говорит Валерия. Марго смотрит на протянутую ей дольку апельсина, затем на Валерию и, вновь вернувшись к дольке апельсина, берёт её. После чего она эффектно снимает её ртом с руки и начинает её распробовать — как она это делает, то ли раскусывает её, то ли вначале все соки выжимает, а затем всё остальное, доподлинно неизвестно и остаётся только домысливать.

— Ну, что скажешь? — спрашивает Марго Валерия. Марго проглатывает остатки апельсина и говорит. — Вкусно.

— А что это вкусно значит? — спрашивает Валерия.

— То, что природа подсказывает, что плод созрел. — Следует ответ Марго.

— А по сути, это значит, что пришло его время. — Сказала Валерия.

— Пожалуй. — Согласилась Марго.

— И выходит, что вкус, цвет и всё другое соответствие зрелости плода, есть значение времени, в основе которого лежит рациональность природы. — Сказала Валерия.

— Наверное. — Неопределённо согласилась Марго.

— Так и с человеком, — взяв дольку апельсина с блюдца, сказала Валерия, — только его характеристики зрелости определяются несколько иначе. А вот умение их распознавать, открывает широкие возможности для…скажем так, большей конструктивности диалога с ним. — Не трудно было догадаться, в чью сторону был направлен этот посыл Валерии. Ну а Марго не только было не трудно догадаться, а она чуть ли с полуслова понимала Валерию.

Между тем Валерия возвращает на место взятую дольку апельсина и берёт лежащий на другом блюдце ещё неочищенный апельсин, с которым она так же умело разделывается, как и с первым апельсином, после чего из него вынимается одна из долек и протягивается Марго. На этот раз Марго не спешит взять протянутую дольку, а вопросительно смотрит на Валерию.

— Вначале попробуй. — Ничего не объясняя, говорит Валерия. И Марго уже с долей опаски, осторожно берёт эту дольку апельсина и теперь не сразу её всю в рот кладёт, а самый краешек откусывает и ждёт, что же дальше будет. И это будет, буквально немедленно происходит, как только вкусовые рецепторы Марго распознали, что это Марго там вкусила. А вкусила она на этот раз такую кислятину, что не покривить лицом в ответ, значит покривить душой. И Марго от этой вкушенной кислоты и сама лицом становится кислой, так что о том, чтобы дальше откусывать от этой дольки апельсина и речи быть не может. Да что там речи быть не может, а Марго эту дольку в руках держать не может, ей кажется, что её пальцы рук начинают пропитываться этой его кислотой и окисляются. И Марго немедленно избавляется от этой надкусанной лишь с краю дольки апельсина, бросив её на блюдце.

— И что это сейчас было? — с недовольной гримасой лица обратилась с вопросом к Валерии.

— Это обратная сторона зрелости, не зрелось. — Хладнокровно ответила Валерия.

— Я это уже поняла. Но зачем нужно было мне давать его пробовать? — со всё тем же недовольством и чуть ли не раздражением вопросила Валерию Марго.

— Чтобы ты прочувствовала контраст и как это кисло. А то ты уже и забыла, что это такое и как это на вкус. — Сказала Валерия. И судя по всему, а именно по успокоившемуся и выгладившемуся лицу Марго, Валерия нашла для неё убедительные слова.

— Ну а для чего мне это сейчас нужно? — спросила Марго.

— Для большей вовлеченности в ожидающее нас действие под названием скрепление уз брака. — Сказала Валерия. После чего она поднимается из-за стола, подходит к столику с фруктами и шампанским, берёт оттуда пустую тарелку и возвращается с ней обратно. Здесь она отламывает от спелого и от недозрелого апельсина по дольке и кладёт их на эту тарелку. После чего смотрит на Марго и говорит:

— С виду и не отличишь.

Марго согласно кивает и ждёт, что дальше будет. А дальше ничего особенного не происходит. Валерия возвращает эту тарелку назад, на столик с шампанским. После чего она возвращается за стол и начинает его приводить в готовность для встречи гостей. Для чего много и не нужно сделать, а нужно лишь убрать блюдца и разделанные апельсины в пакет. Когда же Валерия с этим делом справилась, а затем привела себя в должный порядок, — для этого всего-то нужно, что в телефонное зеркало посмотреться и сдунуть со лба сползшую на него чёлку, а так в ней всё обворожительно и прекрасно, — то она смотрит на свои ручные часы и пока ещё есть несколько минут до начала чьего-то торжества, задаёт Марго вопрос. — Знаешь, почему в этом итоговом для чьей-то судьбы помещении нет зеркала?

Ну а Марго сразу и не заметила, что здесь нет зеркала, и только сейчас, когда к ней с вопросом обратилась Валерия, она окинула взглядом торжественный зал для бракосочетания и, не обнаружив зеркал, дала свой ответ. — И даже не догадываюсь.

— А чтобы у людей брачующихся, у тех из них, кому этот шаг дался с величайшим трудом, при виде своего отражения в зеркало, откуда на него непременно посмотрит полный смятения и сомнений, последние свои секунды свободный человек, который постарается его непременно переубедить в этом его шаге, не смог бы заручиться от него поддержкой и дать заднюю. «Ты ведь ещё так молод, да и сам знаешь, что нагуляться ещё не успел, так что на кой тебе эта спешка, тем более это всё идёт наперекор твоим взглядам на себя. И если ты в чём-то и основателен, так только в своём разгильдяйстве и распутном поведении, ведь сам же глаз своих не сводишь, не как полагается с невесты, а со свидетельницы даже не твоей невесты, а твоего распутства», — с каждым взглядом на себя в зеркало, где рядом нет никого и нельзя просмотреть, несмотря на наличие окружающих, будет убеждать себя жених. Пока так не убедит, что и не заметит, как уже стоит у входа в бар, где его ждёт прежняя, полная одних только прав и никаких обязательств жизнь. — Со знанием дела, с умением расставить свои акценты и художественно подчеркнуть то, что нужно подчеркнуть, — а в этом во всём талантливая Валерия не имела равных, — сказала Валерия, раскладывая на столе всё необходимое для предстоящего события.

— Я бы на месте неуверенных женихов, да и их невест, не зеркал бы опасалась, а вот таких как ты регистраторш их отношений. — Заявила Марго. — Я правильно понимаю, — с хитринкой в глазу посмотрев на Марго, спросила её Валерия, — такую, ради которой можно всё бросить и не испытывать угрызений за то, что все свои привязанности оставил в прошлом, и посвятил всё своё будущее моему поклонению.

— Что-то вроде того. — В восхищении перед умением Валерии делать из всего верные выводы и облачать их эпическую обёртку из фраз, сказала Марго, покачав головой.

Ну а у Валерии на этот счёт, то есть на изначальный посыл Марго, в некотором роде другое мнение. — Ничего подобного, а даже всё наоборот. Я можно сказать, последнее препятствие на пути жениха к своему счастью, пройдя которое он может с уверенностью сказать, что этот его последний шаг был всё-таки обдуманным. Где я по-особому укрепляю его уверенность в правильности этого шага. — И только Валерия это сказала, как дверь в зал приоткрывается и в приоткрывшуюся дверь влезает чей-то юркий нос, которой спрашивает Валерию. — Валерия Игоревна, вы готовы? — Что вызывает у Валерии, как оказывается, в этих стенах зовущейся Игоревной, свой ответный иронизм. — Главное, чтобы брачующиеся были готовы и не передумали.

И её ответ понимается, как сигнал к началу церемонии бракосочетания, после чего юркий носик скрывается за дверью, а Марго по рекомендации занявшей своё центральное место за столом Валерии, отходит к боковой стенке, чтобы не мешаться. Далее следует своя минута затишья, во время которой все взгляды находящихся в зале людей направлены на входную дверь. При этом Валерия не удержалась от реплики: «Не знаю почему, но каждый раз волнуюсь, вот так в ожидании стоя». На что со стороны чуть побледневшей Марго, последовал одобрительный кивок — она неожиданно для себя почувствовала, что у неё сердце в своём волнительном сердцебиении слегка начало забегать вперёд.

Но вот двери начали приоткрываться, и в тот же момент зазвучала музыка, которая по версии первых устроителей этих мероприятий, должна настроить брачующихся на нужный лад. И если насчёт того, что сейчас думают и видят перед собой идущие по красной дорожке к своему будущему счастью молодожёны, совсем не трудно догадаться, даже если ты не разу по этой красной дорожке не ходил, но часто о ней, и как и с кем по ней пройти думал, — ни о чём они сейчас не думают и ничего они сейчас перед собой не видят, для них всё как в тумане, — то вот у встречающих их в этом торжественном зале людей, Валерии и Марго, определённо имелись свои мысли на их незнакомый счёт.

И если Валерия, как человек прежде всего облачённый своими служебными обязанностями и полномочиями, а уж затем всё остальное, имеющее не меньшие, чем у всех остальных права пройтись по этой красной дорожке до итогового своего счастья, смотрела на них с позиции профессионала, — она иногда с лёгким сердцем, а нередко с тяжёлым, могла с вероятностью к близкой осуществимости, с прогнозировать будущее той или иной пары, — то Марго в своих взглядах на приближающую пару, не могла отстраниться от своей субъективности взглядов. Где она смотрела на пару в призме своего эгоистического я.

Впрочем, здесь нет ничего удивительного, и вообще, когда люди соединяются в пары, то это всегда вызывает куда как более повышенный интерес у людей, нежели в том случае, если бы их пришлось рассматривать по отдельности. И причиной этому служит не только ваша искренняя любознательность и любопытство, а хотя бы то, что любая пара или союз, как кому больше нравиться и хочется себя называть, есть некое практическое пособие на будущее для людей пока что только представляющих одинокий интерес, но всеми своими сердечными силами так и старающихся вызвать больший интерес у других людей. Где на этом парном примере можно многое для себя подчеркнуть и уверить себя в частности в том, что раз этот урод был кем-то замечен и принят не за урода (а он, тем не менее, да как минимум в ваших глазах, тот ещё урод), то и у тебя есть шанс не остаться в стороне от будущего — любая пара собой олицетворяет будущее, а будущее всегда притягательно и волнует живущих в настоящем людей (кто живёт в будущем, то их плюс ко всему интересует и прошлое, то есть тоже самое настоящее, что волнует и нынешнего современника).

И тут все эти люди сторонние и крайне интересующиеся своим будущим, которое на данный момент ещё не устроено и находится в стадии планирования, ради всего этого, сами за собой того не замечая, ведут себя так заинтересованно по отношению ко всем этим парочкам, которые им видятся в качестве рабочей модели (симулятора) для своих будущих отношений. И тут бесспорным лидером среди всех вопросов, возникших при виде той или иной пары, является заданный в порыве недоумения вопрос: «Что она в нём или в ней нашла?». После чего человек, крайне удивлённый всему тому, что послужило возникновению этого вопроса, приступает к более внимательному изучению представшей на его обозрение пары, по его мнению, совсем друг другу не подходящей. И если по внешним признакам этой странной в ваших, да и других глазах пары, вы только одно и можете определить — они друг другу не пара, — то тогда вы на этом не успокаиваетесь и идёте дальше и, заглянув в знающие тайники своей души и памяти, отыскиваете там ответы на эти вопросы, и вам становится всё за неё, такую небесно-прекрасную, и за этого толстобрюхого старикана ясно.

Но такие выверты судеб людей, где обе стороны, несмотря на свою стартовую разницу в этом забеге, сходны в одном, они спешат, и каждый по-своему пытается обмануть время, но в итоге всё равно все приходят к одному результату — потере (времени, себя, совести…), представляют только информативного характера интерес, тогда как более любопытно и познавательно наблюдать за играми природы, со склонениями к чувственности людей по своим природным факторам, а не идущим искусственным, придуманным людьми путём. И иногда только диву даёшься, на что только не умудряется в своей фантазии природа, для того чтобы укрепить родовитость того или иного рода. Отчего даже возникают свои сомнения в разумности самой природы, которая вами всегда считалась до жестокости рациональной.

Но вот когда вы увидели, какой она дала шанс этому от горшка два вершка и прыжка сморчку, — и всё равно он не допрыгнет до плеча своей, а верней его избранницы, — то как-то даже стало завидно по отношению к этому мелкому обормоту, которого при всей его незаметности вдруг заметили, и не какая-нибудь в его уровень пигалица, что было бы объяснимо (они находятся на одном уровне глаз и поэтому замечаемы друг другом), а что ни на есть под ваш высокий уровень качества первостатейность, которая оценила его и в итоге посчитала, что это лучший из всех вариантов вариант для своего будущего. А вы значит, весь такой из себя высокий и под самый верх набитый всевозможными достоинствами, не мешайтесь, и постойте в сторонке и не просто недооцененный, а тьфу на вас, переросток. И что после этого спрашивается, вам делать и как поступать? Неужели поубавить свою высокомерность и посмотреть себе под ноги, откуда на вас не отрываясь взглядом, смотрит с росточком с букашку, пигалица с огромными глазами.

— Право н знаю, что ты оттуда можешь во мне увидеть, кроме моего волевого подбородка. — В задумчивости проговаривает этот высотный человек, глядя сверху на эту внимающую каждому его слову пигалицу.

— Но ты же меня увидел, а это уже что-то да значит. — Из своего далека звучит голос пигалицы, и поднебесный великан начинает там, у себя в небесах, грозиться подумать над её интересными словами.

А ведь сам ваш сделанный выбор, есть по своей сути подытоженный результат общего вашего я, со своим мировоззрением, которому для полной самодостаточности только и не хватает той самой своей половинки, с которой по мифическим соображениям Платона, вас разделили в своё доисторическое время. Вот люди и смотрят на сделанный кем-то выбор и по нему читают, что на самом деле есть ты.

И примерно с подобным интересом, через приму собственнического я, Марго и встретила своим взглядом, размеренным шагом следующую по красной дорожке в зал новоиспечённую пару. Где она перво-наперво оценила невесту, чьё свадебное платье всё за её счёт и неё сказало, — а внешность дело иногда поправимое, а иногда, как например, сейчас, скорей безнадёжное, по мнению Марго. И за такие её невыносимые для слуха жениха, да и самой невесты рассуждения, в которых так и сквозит её субъективизм и отчасти зависть, Марго не нужно слишком осуждать. Ведь всё-таки не она сейчас находится на месте невесты и счастлива, а это не может не задевать и портить так пакостно её настроение, плюс к этому, среди претенденток на счастье всегда такая огромная конкуренция, и в Марго уже от природы заложен взгляд скептицизма на девушек, где каждая в отдельности, для неё в первую очередь соперница и конкурентка.

Так что в том, что Марго так за невестой всё заметила, да и за другими замечает, нет особого зла с её стороны, а это всего лишь констатация ею факта того, что в этом деле она не потерпит конкуренции и если надо будет, то забудет о всякой женской солидарности и всю правду о неподобающем, а подчас развратном поведении невесты в лицо жениху выложит.

Когда же взгляд Марго, всё, всё о невесте понял и с ней разобрался, то он был перенаправлен на жениха. Правда, не вот так сразу, а постепенно, начиная от месторасположения его рук, где одна была прихвачена рукой невесты, — а оттого как этот прихват был сделан, можно было строить свои логические цепочки их взаимоотношений, — а вторая по своей сути была свободна, но с другой стороны она не чувствовала себя свободной и в напряжении двигалась вслед за деревянными передвижениями молодого, как и невеста жениха.

— Рано вылупившийся. — Сделала первый, с долей горчеливости вывод насчёт жениха Марго, о чьём возрасте даже она сама перед собой не спешила распространяться, и вот это-то её больше всего и огорчало. Ведь когда о твоём возрасте не совсем уместно распространяться, то это совсем не тот возраст, который тебе хотелось бы иметь и распространяться. И уж лучше не заикайтесь со своим, прямо намекающим на твой перезрелый возраст замечанием: «Тебе столько лет, насколько ты выглядишь», — Марго не настолько безнадёжно не молода, чтобы себя так по чьему-то слабоумию утешать.

Дальше со стороны Марго следует сравнительный анализ каждой из половинок этой пары, который заканчивается неутешительным выводом для обеих сторон этого, и не пойми вот так с первого взгляда, на чём основанного союза. Ведь сразу же видно, насколько они разные и неподходящие друг другу люди. Невеста вся такая из себя в белом и явно несмышленая, раз пошла за такого мало что из себя представляющего типа. А жених не просто мало что из себя представляет, а такие как он, Марго отлично знает, что из себя представляют. И к тому же он полная противоположность невесте и однозначно сам себе на уме — вон как смотрит на всех исподлобья и определённо ведёт всему счёт.

И не надо больших знаний по психологии, как у Марго, чтобы догадаться, как он себя сегодня вечером после сегодняшнего празднества поведёт, где он и к шампанскому не притронется, а будет лишь вести пристальное наблюдение за гостями — он обстоятельно отодвинет свою невесту в сторону от подарков и главное от конвертов с деньгами, и объяснив ей: «Я дорогая, как и обещал, все заботы о твоём благополучии беру на себя», — начнёт свой подсчёт. Который его естественно не удовлетворит, и он, подведя свой итог сакраментальной фразой: «Я так и знал, одно жлобьё», — задумчиво посмотрит на свою уже жену и придёт для себя к ещё одному неутешительному выводу — он, как оказывается, проявил бескорыстие и женился по любви. И это притом, что его новоиспечённые родственники со стороны супруги, особенно её невыносимый папаша, имели на его счёт совсем другое, особенного мнение.

— Этому прохиндею, и я по его глазам вижу, — никого не стесняясь, в том числе и самого жениха, тут же на кухне у них в доме находящегося, принялся за свои обычные критические замечания будущий тесть жениха, где он на этот раз дошёл до того, что схватил жениха за отворот рубашки и, подтянув его к себе, прямиком заглянул ему в лицо и душу, затем хорошо, что только в сердцах сплюнул и сделал свой вывод, — большому подлецу и негодяю, только одно от тебя нужно!

— Но папа! — зарделась в краске будущая невеста.

— Твои глаза затмевает твоё влюблённое легкомыслие, и ты слишком оптимистично смотришь на него. — Ничего не может поделать тесть со своей такой наивной дочерью, и он вынужден отпустить, начавшего было задыхаться жениха, что было принято невестой за его любовную лихорадку, а его покраснение за стыдливость. Правда не до конца, а тесть держа жениха на коротком поводке, на его галстуке, объясняет ему его будущие жизненные перспективы. — Ты рано не радуйся. Думаешь, сумел охмурить мою дочь, то твоё будущее обеспечено. Ничего подобного. И в этом ты скоро убедишься.

— Вот и убедился. — Заскрипел зубами жених, крайне удивлённый происходящему с ним — он вроде бы логическим путём пришёл к выводу, что женился по любви, но при этом он что-то ничего в себе такого не чувствует, а в душе стоит одна только досада. — Прямо когнитивный диссонанс какой-то. — Восклицает жених. Ну а невеста, прижавшись к его плечу, ещё больше счастлива — ведь её жених такой умный, вон какие заумные слова знает.

Между тем в торжественном зале всё идёт своим чередом, и как только все гости заняли полагающиеся им места, то за своё дело взялась Валерия и начала зачитывать приветственное для новобрачных предваряющее главное событие слово. — В этом деле главное не слова, а сделанные мною акценты и расстановка интонационных запятых. — Объясняла хитрости своей профессии Марго Валерия. — А уж если для новобрачных это обдуманный шаг (это не самая обычная обдуманность, а в ней присутствует доля чувственного разумения), то они уж разберутся и как надо поймут обращённые к ним слова.

— Дорогие жених и невеста! — обратилась к новобрачным Валерия. — А в этой вроде как самой обычной фразе, уже столько вопросов изначально заключено. — Марго вспомнился разбор этой приветственной речи Валерией. — В чём заключается их ценность, почему жених упоминается первым, а не невеста, и не является ли это скрытым указанием на то, кто будет на первых ролях в этой новой ячейке общества.

— Ну, ты уж и придумаешь. — Усмехнулась тогда Марго. А вот Валерии и тогда и сейчас было не до смеха, и она во все свои большие глаза смотрит на новобрачных и всё, всё, за ними замечает. — Что-то слишком мало в ваших глазах пелены затуманенности, свойственный людям взволнованным, и уж больно ясен ваш взор на меня. — С претензией смотрит на новобрачных Валерия, с одного взгляда на них поняв, чем они руководствовались, придя сюда, — их шаг был слишком обдуманным, а я этого не люблю, как и они друг друга.

Между тем дело дошло до подписания своих клятвенных заверений брачующимися, а затем до поздравлений друг друга, где вдруг появилась носительница своего юркого носика, в чьих руках оказался разнос с бокалами наполненными шампанским, а когда бокалы переместились в руки гостей, то этот юркий носик, который к тому же обладает завидным умением проникать в самые недоступные места, оказывается в ближайшей близости от новоиспечённых супругов, а не как ещё пять минут назад претендентов на это звание, и протягивает им под глоток шампанского блюдце с голубой каёмочкой с дольками апельсина на нём. А с этого момента Марго очень внимательна к ним, как и Валерия, с кем она быстро перекинулась красноречивым взглядом.

Там же, на том месте, где друг за друга радуются супруги, пока ещё образно невеста, когда перед ней оказалось это блюдце с дольками апельсина на нём, сделала ещё один глоток из бокала и, без лишних вопросов: «Почему не шоколадка?», — не глядя прихватив с блюдца дольку апельсина, закинула её в рот и пошла дальше поздравляться. Ну а её новоиспечённый супруг повёл себя не так безрассудно, и он при виде протянутого к нему блюдца, вначале выразил на своём лице сомнение насчёт такого скромного и несколько странного предложения, но решив, что отказываться не в его характере, взял дольку апельсина и так сказать, вкусил свой плод от древа познания (так охарактеризовала увиденное Марго, к тому же в первоисточнике не указано какими плодами плодоносило это древо).

Ну а дальнейшие действия новоиспечённого супруга прямо-таки указывают на верность догадок Марго на его счёт — он точно вкусил от древа познания, так искривилось его выражение лица, с которым он, покосившись в прищуре, посмотрел в сторону своей супруги. — Я мол, только теперь всё явственно вижу, обладателем какого счастья я стал. Вот спасибо, тесть, что не сразу мне глаза на него открыл. — Вглядываясь в свою такую всю развесёлую и счастливую супругу, рассудил бывший жених, а сейчас супруг, вдруг за собой заметив, что он стал замечать за своей супругой все до единой мелочи, например то, как она не аккуратно откусила шоколадку и испачкала губы. И при этом это так раздражает его, что он не смотреть на это никак не может (и, кстати, где она взяла шоколадку?). И ему хочется немедленно исправить эту не простительную в его глазах оплошность. И не как-нибудь по-тихому, подойдя к ней в плотную, и платком вытерев, а заорав на весь зал на неё: «Ты чё дура, меня позоришь, посмотри на себя, вся измазалась в шоколаде!».

Что, естественно, не понравится тестю, — хотя с этого момент жених уже в своём праве, он теперь её супруг, — и он даже не учтёт правоту слов своего зятя, а резко сократив между собой и им расстояние, можно сказать, исподтишка, — а как ещё назвать это его нападение без предупреждения, — с одного удара в нос подкосит жизненную позицию своего зятя. Ну а дальше всё до боли в чьих-то зубах предсказуемо. И если у кого-то не изменяет память, то никто не давал права тестю, несмотря на его существенный вклад в застолье, влезать со своим мнением в разрешение чужих семейных споров и портить всем настроение. И если супруг счёл нужным сделать своей супруге вслух замечание, — а она, между прочим, представительное лицо их семьи, — то это его несомненное право. И вмешательство в их суверенные дела недопустимы кем бы ты ни был.

Ну а так как тесть всего этого не понимает, то до его сведения это начинают доводить кулаками и всем чем под руки попадётся — а так как в этом зале предусмотрительно нет мебели, то под руки, как правило, попадаются другие физические лица и чьи-то голосистые в истерике причёски, за которые в этом беспорядочном водовороте мыслей и тел, хватаются люди облечённые сознанием своей правоты, которую они хотят втемяшить людям не правым, которых тоже немало и оттого противостояние начинает затягиваться. И так до прибытия соответствующих органов, которые и выводят эту рано обрадовавшуюся компанию дальше праздновать.

Когда же новобрачные и их сопровождающие лица покинули зал, и при этом не так, как за них мысленно надумала Марго, послав этой процессии многозначительную фразу на дорожку: «И даром не надо!», — то Марго выходит из состояния вовлечённой задумчивости, и, наконец, замечает внимающую ей Валерию. — О чём задумалась, а может и замечталась? — улыбнувшись, спрашивает Марго Валерия.

Марго же не сразу ей отвечает, а она окидывает зал взглядом, после чего возвращается к Валерии и говорит. — Мне нужен апельсин. — Валерия, в ответ покосившись на неё, пока только смотрит, после чего сообразив для себя что-то, выдвигает ящик стола и вынимает оттуда спрятанный пакет. Откуда в свою очередь вынимаются два апельсина. — Тебе какой? — спрашивает Валерия.

— А разве не ясно? — переспрашивает Марго.

— Я же не знаю, что ты задумала. Так что не ясно. — Сказала Валерия.

— Мне нужен горький. — Сказала Марго.

— Кто бы сомневался. — Пробубнила себе в нос Валерия, кладя один из апельсинов на стол, а другой убирая обратно в пакет. Марго же подходит к столу, изучающе смотрит на апельсин, как будто в нём можно что-то особенное высмотреть, и только после этого берёт его.

— Только будь внимательней, и не забудь, что в твоём случае природа поступила пристрастно. А это ведёт не к полной искренности по отношению к тебе. — Сказала Валерию на дорожку Марго.

— Учту. — Крепко держа в руке апельсин, сказала Марго. — Да, кстати, вопрос. Если смерть для тебя сладка, то не значит ли это, что пришёл твой час?

— Это не ко мне вопрос. — Ответила сбитая с толку Валерия.

— Я знаю. — Сказала Марго, направляясь на выход и, бубня себе под нос: «Даром мне такого не надо».

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Несвоевременный человек. Книга вторая. Вера предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я