Оживлённое пространство
Елена Шторм, 2015

Необычная, даже мистическая история произошла с героем этой книги. А может быть, наоборот, время от времени такое случается с каждым из нас? Особенно если мы открываем свои сердца целительному потоку любви и начинаем воспринимать мир во всём его чудесном многообразии? После долгого затворничества на Алтае Серёга попадает в сакральный город инков… Что ждёт его там? И выдержит ли он новые испытания? «Когда мы были в Перу, видимо, не только с нами в ту мистическую ночь случилось нечто… когда изменились мы − изменился весь мир?..» Для тех читателей, кто любит и умеет нестандартно мыслить и понимает возможности настоящей любви!

Оглавление

1. Возвращение к людям

Поезд Барнаул − Москва, мерно постукивая колёсами (или чем он там обычно стучит), неотступно − километр за километром оставлял позади себя прекрасные осенние пейзажи нетронутых цивилизацией российских земель, с каждой минутой приближая Серёгу к родным и знакомым с самого детства урбанистическим территориям.

Серёга возвращался в Москву после длительного отсутствия и поэтому с большим волнением предвкушал долгожданную встречу с родным городом. За три года размеренной жизни на природе он уже отвык от бешеных ритмов огромного мегаполиса и теперь с трудом представлял, как будет вписываться в жёсткую и зачастую жестокую столичную жизнь. Поэтому и ехал теперь на поезде, да ещё в плацкартном вагоне, а не летел на самолёте бизнес-классом.

Три года назад, когда ему было 35, он покидал Москву человеком, полным сил и творческих амбиций. Человеком без тормозов, готовым на любые эксперименты, открытым любому опыту. Он ехал совершать творческий прорыв в своей профессии. И очень надеялся через пару лет вернуться назад с большим триумфом, чуть ли не на персональном самолёте… И, конечно, в качестве награды он представлял себе солидный счет в банке… и множество покорённых его талантом красоток, восторженно встречающих своего кумира…

Начальник конторы, занимающейся промышленным дизайном, в которой Серёга к тому времени проработал уже без малого семь лет, предложил ему участие в новой пиар-акции их организации, проходящей на Алтае. Начальник преподнёс Серёге это участие как повышение по должности и как новую возможность для творческого роста. И тот с радостью принял предложение, поскольку был человеком амбициозным, с большим творческим потенциалом и с таким же большим желанием реализации этого потенциала.

А ведь это была очень странная идея.

Серёгин начальник считал себя творческой личностью. И поэтому он старался удивлять своих клиентов необычными условиями, в которых разрабатывались дизайн-проекты его фирмы − то на крыше небоскрёба, то в дремучем лесу, то на борту океанского лайнера.

У него даже была своя теория о том, как влияет то или иное окружающее пространство на творческий потенциал дизайнеров-разработчиков и на конечный продукт в целом. По этой теории однозначно выходило − чем гармоничнее, прекраснее и необычнее окружающее дизайнера пространство, тем совершеннее и революционнее будет готовый проект.

И поэтому в один прекрасный момент Серёгин начальник решил, что у него в организации обязательно должен быть дизайнер, постоянно работающий в красивом, на 100 % экологически чистом месте. И лучше где-нибудь посреди девственной природы.

Этот дизайнер будет вести переговоры с заказчиками лишь по Интернету и при каждом общении с клиентами через экран компьютера наглядно демонстрировать взыскательной публике красоту окружающего пейзажа и собственное гармоничное существование в нём.

Чтобы реализовать эту «гениальную» идею, в живописном месте на Алтае, в верховьях реки Катунь был построен специальный дом. С двумя стеклянными стенами, открытой верандой и несколькими видеокамерами, которые практически в режиме онлайн демонстрировали пользователям Интернета красивый горный пейзаж, энергичное течение небольшой горной реки, впадающей в реку Катунь, и, конечно же, самого дизайнера − радостного и счастливого, вдохновенно работающего над очередным гениальным проектом. Ну, или медитирующего посреди «райских кущ».

Кроме электричества от собственного генератора и Интернета, что с огромным трудом всего несколько часов в день ловил сигнал от спутника, другие блага цивилизации, как и соседи в радиусе двух километров и с помощью физических преград в виде пары сопок и небольшого перелеска у этого «прекрасного» дома отсутствовали. И всё потому что Серёгин начальник считал, что жизнь, близкая к жизни крестьянина-отшельника с водой из колодца и с туалетом на улице, скорее привлечёт внимание капризных vip-клиентов, мечтающих обо всём экологически чистом, нежели нечто гламурное и суперсовременное.

Экологически продвинутый дизайнер должен был прожить в этом доме два года в полном одиночестве, довольствуясь лишь виртуальным общением со своим начальником и клиентами, всячески демонстрируя при каждом таком общении свой здоровый образ жизни, позитивный настрой и красоту окружающей среды. Задача, надо признаться, не однозначная. И поэтому, когда выбор пал на Серёгу, тот долго не соглашался.

Однако начальник пообещал Серёге за эти два года сделать его имя очень модным и невероятно востребованным. Ещё он посулил приличные накопления на счёте после окончания проекта и всевозможные дополнительные поощрения в виде специальных профессиональных дипломов, продвижения заявок на участие в международных конкурсах, организации персональной выставки. Ну и, конечно, всегда оставалась возможность в свободное от основной работы время в живописном месте заниматься своими личными творческими проектами. И тогда Серёга согласился на эту странную авантюру. Уж очень заманчивыми выглядели перспективы!

Кроме того, у Серёги неожиданно появилась дополнительная и очень весомая причина для полноценного участия в этом странном эксперименте. Рассказывая своим друзьям о предстоящей командировке, он в сильно нетрезвом состоянии поспорил с одним из них, что легко и без особого напряжения сможет прожить два года в полном уединении и аскетизме, занимаясь лишь художественным творчеством да своей непосредственной работой, не общаясь ни с кем, кроме клиентов и своего начальника, и даже через Интернет не получая никакой светской информации извне. И хотя он с трудом вспомнил об этом на утро, но спор − это дело чести!

Серёге, да и всем знающим его людям, подобный образ жизни казался невозможным (уж больно он был темпераментным, коммуникабельным и до мозга костей городским жителем). Но Серёга старался верить в свою победу − а что ещё ему оставалось? К тому же, сам этот спор добавил ему много созидательного упрямства, азарта и дополнительных сил для успешной реализации такой необычной задачи.

В результате, прихватив с собой стопку умных книжек, мольберт с холстами и красками и ноутбук, который должен был стать его запасной рабочей площадкой, Серёга отправился в алтайскую глубинку − на самый край цивилизации − создавать для клиентов студии промышленного дизайна образ модного продвинутого дизайнера, творящего в полном слиянии с природой. Ну и, конечно, он отправился получать новые впечатления от непривычных условий жизни.

Поначалу полное одиночество и лишь краткие ежедневные переговоры с клиентами и со своим начальником посредством скайпа и ещё более редкие разговоры в сельском магазине, куда он ходил за продуктами, казались Серёге приятными. Однако через три месяца замкнутой жизни ему стало не хватать вне рабочего живого общения с людьми, причём с людьми сходного с ним интеллектуального уровня, и вынужденное одиночество уже достигалось с большим трудом.

Но он всё-таки нашёл способ комфортного существования в заданных условиях и в результате, несмотря на то, что пиар-проект студии промышленного дизайна не очень-то удался, он прожил на Алтае не два года, как хотел его начальник, а целых три. И сейчас возвращался в Москву не то чтобы победителем, но человеком, вполне удовлетворённым собой, и от этого чувствующим себя гармонично и даже счастливо в плацкартном вагоне поезда среди множества других, зачастую очень странных людей, лишь чуть-чуть волнуясь в ожидании встречи со своей новой старой жизнью.

Вместе с ним в купе плацкартного вагона ехала влюблённая парочка молодых и очень симпатичных людей − мужественный малоразговорчивый блондин, старающийся в любой момент всем своим видом и каждым пророненным словом явить себя опорой и защитой для своей девушки, и миловидная обаятельная брюнетка, которая приятно щебетала и улыбалась всю дорогу.

Четвёртой в купе ехала «трогательная бабуленция», которой Серёга по доброте душевной (или просто потому, что не смог отказать) уступил своё место на нижней полке. Старушка ехала в Москву в гости к внукам и везла им множество деревенских гостинцев. Поэтому за Серёгину доброту и ему перепало кое-что из бабкиных закромов.

Влюблённая парочка возвращалась в Питер через Москву из двухнедельного похода по Алтайским горам. Аня, так звали девушку двадцати пяти лет, и её парень Петя того же возраста были переполнены впечатлениями от необычного путешествия и непрерывно делились ими со своими соседями по вагону.

Серёга очень эмоционально реагировал на рассказы своих попутчиков об алтайских чудесах, чем вызывал у рассказчиков немало удовольствия. Но при этом время от времени он делал весьма циничные замечания, выказывая тем самым полное недоверие очевидным, с точки зрения рассказчиков, фактам, чем вызывал волну возмущения у своих собеседников и ещё больше провоцировал их на живое эмоциональное общение.

Однако когда в подтверждение очередного своего рассказа о мистических событиях путешествия Аня достала из рюкзака книгу автора Ника под названием «Юго-восток. Параллельные реальности Алтая», Серёга чуть не подпрыгнул от удивления.

Дело в том, что Ник − это был его собственный псевдоним. А «Юго-восток. Параллельные реальности Алтая» − это был написанный им два года назад роман!..

Это произошло совершенно случайно. Три года назад Серёга покидал Москву лишь с одной целью − по-честному прожить в полном уединении два года и вернуться в Москву с победой в споре, с солидным количеством денег на счёте и с известным именем в дизайнерских кругах. И первые три месяца он честно пытался не отступать от заданных условий, чтобы обязательно достичь успеха.

Серёга старался вести здоровый образ жизни и поддерживать позитивный настрой в душе. Он даже написал пару неплохих картин в свободное от основной работы время, реализуя свои давнишние мечты. Однако вместо того, чтобы почувствовать прилив новых творческих сил, через четыре месяца он неожиданно начал терять интерес к такой жизни, к своей работе и даже к своей любимой живописи.

Всё чаще он переживал эмоционально нестабильные состояния и натурально впадал то в истерику, то в депрессию. А ещё через месяц он уже твёрдо решил признать полное своё поражение и вернуться назад в Москву− несмотря ни на что.

Но однажды вместо разработки очередного проекта для очередных заказчиков, которых оказалось не так много, как предполагал его начальник, Серёга открыл ноутбук и принялся сочинять совершенно не относящуюся к его теперешней жизни историю. Видимо, чтобы таким образом выразить протест против созданных им самим же для себя слишком жёстких рамок существования.

На удивление процесс изложения собственных фантазий в литературном виде увлёк Серёгу очень сильно. Он наполнил его жизнь другого рода впечатлениями − не менее интересными и насыщенными, чем те, к которым он привык, полностью заполнив зияющую дыру безысходности и отчаяния в его душе. Поэтому в 36, неожиданно для себя, Серёга написал свою первую книгу. И тогда появился Ник.

Псевдоним был ему нужен потому, что писателем, ничего не зная об этом ремесле, Серёга называть себя не решался. Он страшно боялся нелестной профессиональной и любой другой оценки своего творчества и поэтому, только спрятавшись за псевдонимом, решился отправить свою рукопись по Интернету в первое попавшееся издательство.

А когда, к собственному удивлению, он получил от издателя согласие на публикацию и даже небольшой гонорар в качестве поощрения, то сильно обрадовался, но запретил себе при этом интересоваться дальнейшей судьбой своей книги из конспиративных соображений. Чтобы его начальник или приятель, с которым он поспорил, ничего не узнали о его новом увлечении и небольшом нарушении условий спора.

К тому же он немного стеснялся того, о чём писал. Ему очень нравился сам процесс создания «волшебного тела текста», но он чётко разделял физическую реальность и миры своих фантазий. Хотя, конечно, во время творческого процесса эти фантастические миры порою полностью захватывали его. И тогда ему начинало казаться, что его роль в этом творческом процессе ничтожно мала − ему просто удаётся подглядеть момент творения мира кем-то более могущественным, чем он, вот и всё.

В такие моменты Серёга был практически уверен в том, что это не он придумывает своих героев, обстоятельства их взаимодействий, фабулу и сюжет, а кто-то более могущественный и мудрый подсказывает ему необходимую информацию. И лишь изредка ему удаётся подарить собственные впечатления героям своих рассказов или наделить их своими качествами…

Но такие моменты длились недолго, поскольку реалистичный, прагматичный и несколько циничный взгляд на жизнь в Серёге неизменно побеждал. И поэтому он чётко разделял свою собственную жизнь и полную мистических событий жизнь героев своих книг. И поддерживать это разделение в неизменном состоянии ему помогал псевдоним, а также упорное конспиративное сокрытие своей настоящей истории и своего настоящего имени в редком письменном общении с издателем по Интернету.

После первой книги родилась вторая, затем третья его книга. И так восемь раз. Он словно нашёл золотоносную жилу и никак не мог остановиться, не выбрав её до конца. Даже переехать не мог, опасаясь потерять вдохновение, взращенное в жёстких условиях одиночества и в благодатных условиях красоты и чистоты окружающей среды.

Начав писать, ему обязательно надо было создать именно восемь книг! Ведь восьмёрка, равно как и знак бесконечности, всегда казалась ему самым важным знаком среди всех существующих цифр и знаков. Кроме того, обозначив первые свои книги по сторонам света − как северную, юго-восточную и западную, он уже не мог не создать истории и относительно других пяти направлений света − юга, востока, юго-запада, северо-запада и северо-востока.

Но при этом на протяжении всех двух с половиной лет своей писательской деятельности Серёга сильно жалел, что не уделял в школе достаточного внимания таким предметам как литература и русский язык. Да и книг за свою жизнь он прочитал не так много − несколько детективов, чуть больше фантастики и совсем мало по-настоящему хорошей литературы. А иначе и с построением предложений, и с формой диалогов у него было бы меньше проблем, и душеизлияние, возможно, не затянулось бы на два с половиной года его жизни…

Возможно, ещё и поэтому он скрывался под псевдонимом.

Зато он с радостью пересчитывал поступавшие небольшие гонорары, на которые он мог спокойно продолжать скромное существование на краю цивилизации даже при условии своего увольнения с основного места работы. А почему бы не иметь запасной аэродром?..

Серёга никогда раньше не видел собственных книг в изданном виде, поэтому, когда в руках у его попутчицы оказалась книга со знакомым, даже практически родным ему названием, его сразу же охватил благоговейный трепет.

− Извини, пожалуйста, не могла бы ты дать мне полистать эту книгу… − заискивающе попросил он.

Аня с удивлением посмотрела на Серёгу и охотно протянула ему «драгоценное» издание. Тот взял книгу и принялся внимательно рассматривать обложку. Книга была издана довольно большим тиражом и цена на ней стояла приличная. Похоже, зря он радовался скудным своим гонорарам.

− Ты что, не читал книг Ника? − с усмешкой спросила Аня.

− Да не то чтобы не читал… − туманно ответил Серёга, не решаясь признаться в своём авторстве. − Просто я ещё не видел этого издания.

− Так значит, ты читал. И после этого продолжаешь сомневаться в существовании параллельных реальностей? − недоумевала Аня. − А ты знаешь, что Ник сейчас считается самым продвинутым автором из всех пишущих о мистике?

− Нет, я об этом не слышал… − искренне удивился Серёга.

− А то, что в Москве существуют две школы, возглавляемые его учениками, где обучают техникам путешествия в параллельные миры, ты тоже не знаешь?

У Серёги появилось ощущение, что на этот раз он сам каким-то образом прямо вместе с поездом попал в параллельную реальность. Иначе как ещё можно объяснить происходящее?! Ведь эту книгу, которую так бережно хранила Аня, действительно написал он. Только всё, о чём он писал, не имело под собой реальной почвы. Это были лишь его фантазии, порождённые одиночеством…

Серёгу всегда интересовали возможности человеческого сознания. Но в реальности он никогда не пробовал с ним экспериментировать. Другое дело − предположить невозможное и задать необходимые обстоятельства для достижения желаемого на бумаге, точнее − в компьютере…

Лишь в своём воображении он путешествовал сам и предлагал разделить с собой именно эти − воображаемые − путешествия своим читателям. Но откуда взялись Его ученики, обучающие Его методикам?! Ведь в реальности Серёга ни разу сам ни с чем подобным не сталкивался!

Пока он безуспешно пытался разложить по полочкам своего сознания полученную информацию, Аня продолжала информационную атаку:

− Мы с Петей, кстати, ходили к горе Белуха с группой практикующих учение Ника. У нас в Питере тоже есть школа Ника. И многое, кстати, о чём писал Ник, в этом волшебном путешествии нам удалось испытать самим!..

Чтобы как-то уравновесить захлестнувшие его эмоции, Серёга принялся внимательно рассматривать страницы книги, не видя при этом текста. Аня же, решив, что ей пока ещё не удалось приобщить Серёгу к Великому учению Ника, продолжила приводить аргументы в защиту мистики:

− А ты знаешь, что в своей книге «Запад. Москва в трансформации» Ник за год до событий предсказал практически все ужасные происшествия, случившиеся потом в Москве? Если бы власти читали его книги и вовремя реагировали на предсказания, многих проблем можно было бы избежать! Говорят, вот-вот должна выйти в свет его очередная книга, которая объединит в себе все его предыдущие предсказания и укажет нам чёткое направление, куда следует идти дальше. Мы все с нетерпением ждём.

Серёга сидел словно раздавленный. Теперь он начал понимать, почему издатель так просил его написать ещё одну книгу и обобщить в ней всё самое важное из предыдущих книг. Он так и сказал: «Должна быть ещё одна книга. Самая главная. Та, что будет в центре всех направлений». Но Серёге нравилось писать лишь о том, о чём ему хотелось писать самому. Да и за те деньги, что платил ему издатель, не хотелось Серёге работать на заказ. А те якобы предсказанные события, о которых говорила Аня, просто удачно вписывались в развитие сюжета его книги «Запад. Москва в трансформации» и не более того. Это просто случайное совпадение.

И тут в его сознание закралась предательская мысль: «А может, мне действительно удалось заглянуть в будущее?» Но поразмыслив хорошенько и не найдя ни одного яркого подтверждения подобной догадки в своём прошлом, он облегчённо вздохнул. Однако его душевное спокойствие оказалось недолгим, поскольку следующая предательская мысль буквально пробуравила его сознание: «А может быть, это я своим богатым воображением создал физическую реальность с разрушительными событиями?» Испугавшись такого иррационального поворота своих мыслей, Серёга взволнованно спросил:

− И что, в Москве действительно были проблемы в тот год?

− Да, были. Разве ты не знаешь?

− Да я три года в Москве не был… − печально ответил Серёга. − Жил всё это время в алтайском захолустье на краю цивилизации.

− А-а-а! Теперь понятно, почему ты Ника не знаешь, − с облегчением заметила Аня. − Он ведь появился лишь два года назад. И, кстати, сразу же привлёк внимание всех продвинутых людей нашего времени. В Интернете теперь даже несколько сайтов, ему посвященных, есть. А в твоём захолустье Интернет был?

− Нет, − зачем-то соврал Серёга и, чтобы Аня не заметила его странного поведения, озабоченно поинтересовался: − А где этот ваш Ник живёт, ты не знаешь?

− О! − гордо воскликнула Аня. − Об этом целые легенды складывают! Никто точно не знает, где он создаёт свои труды, но говорят, что он долго жил в Тибете. В одном из монастырей Лхасы. Поэтому у него такие глубокие познания тонких миров. А сейчас он где-то бесконечно далеко или очень-очень близко − никто точно не знает. Но эта тайна делает его образ ещё более загадочным и привлекательным. Я бы всё на свете отдала за мимолётную встречу с ним…

Серёге было приятно услышать столь лестные отзывы о своём творчестве и о себе тоже. Он даже захотел тут же признаться Ане и Пете в своём авторстве, но неожиданно для себя засмущался и решил пока не разрушать созданной издателем интриги. И поэтому оставшиеся двое суток совместного пути он лишь аккуратно выспрашивал у Ани всевозможные подробности о Нике, его книгах и учении, стараясь увидеть Аниными глазами все грани своего писательского успеха. И всё.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я