Факультет уникальной магии

Екатерина Флат, 2017

Мне порой кажется, что вместо другого мира я оказалась в сумасшедшем доме. Я живу в одной комнате с меланхоличной целительницей и взбалмошной некроманткой. За стеной у нас недооборотень, поэт-артефактор и боевой маг, который явно что-то скрывает. По дому бродит занудный дух, а под окнами воет скучающий зомби. Нас презирает руководство университета, другие студенты считают пустым местом, и будущее не сулит нам ничего хорошего. Мы – уникальные маги. Изгои. Но за свое место под солнцем мы еще поборемся.

Оглавление

© Е. Флат, 2017

© ООО «Издательство АСТ», 2017

Пролог

Вообще, до того момента, как за мной погнался шестилапый рогатый динозавр, все у меня в жизни было замечательно. Я досрочно закрыла сессию, собиралась вечером пойти на свидание и заранее планировала, где и с кем буду встречать Новый год. Наивно не подозревая, что всем моим радужным замыслам вот-вот придет конец.

Спустившись с крыльца академии, я убрала зачетку в сумку и умиротворенно улыбнулась. Хлопьями валил снег, намекая, что завтра будут непролазные сугробы. Но домой я не спешила. По пути направилась в кондитерский магазин в паре кварталов отсюда. Там меня ждала заветная коробка конфет, которая стоила чуть ли не как вся моя стипендия. Я заглядывалась на эту маленькую коробочку еще с начала семестра, периодически забегая в магазин за чем-нибудь к чаю. И все меня мучило любопытство, что же там за конфеты такие, если столько стоят. Даже пообещала себе, что если каким-нибудь чудом сдам первую сессию без проблем, то непременно эту коробку куплю.

И вот свершилось, из магазина я вышла с заветной коробочкой в руках. Среди золотистых узоров на крышке красовалось весьма тривиальное: «Сладкая жизнь». Стоя еще под козырьком крыльца, я осторожно, чтобы снег не попал, коробочку открыла. К глубочайшему моему разочарованию, там оказалось всего четыре конфеты размером с грецкий орех каждая. Все в разных обертках. На бордовой красовалось: «В чудесный день», на серой: «В краткий миг уныния», на золотистой: «На вершине счастья», а на черной: «В самый черный день».

Выбирая между бордовой и золотистой, я все-таки остановилась на «В чудесный день». Конфета оказалась с легкой цитрусовой кислинкой, умопомрачительно вкусной. Убрав коробочку в сумку, я поспешила домой.

Путь мой лежал через небольшой парк. Видимо, снегопад разогнал всех прохожих, навстречу мне никто не попался. Белая пелена скрадывала видимость, и казалось, что я вообще чуть ли не одна в целом городе. Но эта иллюзия продлилась недолго.

Сначала из-за пелены снегопада показалась вытянутая шипастая морда и плотоядно продемонстрировала клыкастую пасть, а потом уже и весь динозавроподобный монстр явился перед моим взором.

Правда, какого-либо испуга это не вызвало.

«Глюк», — подумала я.

«Завтрак», — подумал монстр.

Эта мысль так красноречиво читалась в его выпуклых бурых глазах, что до меня наконец-то дошло происходящее.

Задаваться философским вопросом, откуда этот шестилапый доисторический ужас взялся, было некогда. Заорав так, что даже чудище перепугалось, я рванула прочь.

Конечно, состязание в скорости с монстром, у которого и ног больше, и шаги по два метра, было явно бессмысленным. Так что стала бы я легким перекусом, если бы не вмешалось провидение.

Невесть откуда на тропинке в парке взялся канализационный люк. Я могла поклясться, что раньше его тут не водилось. Крышка на нем отсутствовала, так что он зиял черным провалом посреди припорошенной снегом дорожки. У меня и мысли не возникло к нему приближаться. Даже наоборот, специально свернула в сторону. Но то ли у меня оказалось неважно с ориентированием на местности, то ли люк каким-то волшебным образом переполз. Впрочем, после скачущего за мной с жутким ревом монстра ползающими люками меня уже было сложно удивить. Но факт остается фактом, тропинка подло исчезла прямо из-под ног, и я ухнула вниз. Вдогонку мне раздался громогласный и будто бы даже злорадный рык моего преследователя.

Умирать ни разу не хотелось. Да только особого выбора все равно не было. В любом случае, разбиться в лепешку лучше, чем быть съеденной. Ну теоретически. Но чего-то я все не разбивалась и не разбивалась. Озадачившись этим фактом, я даже орать перестала и глаза открыла. Правда, разглядывать вокруг все равно оказалось нечего. Кромешная тьма тщательно прятала все проявления канализационного пейзажа. Но даже по самым оптимистическим подсчетам падающая я уже должна была достигнуть какого-либо дна.

Странно, но любопытство победило смертельный ужас. Успокоившись, смогла толком обо всем поразмыслить. Если отвергнуть абсурдное предположение, что канализационные люки в нашем городе ведут к земному ядру, то происходило нечто явно невероятное. Может, я просто сплю? Тогда всякие мутантообразные чудища и бесконечные канализационные туннели вполне объяснимы.

Да только на границе сознания все равно маячила мрачная уверенность, что сном тут и не пахнет. Кстати, окружающий воздух вообще ничем не пах. Ни сыростью, ни затхлостью, ни прочими положенными для такого места благоуханиями. Порывшись в сумке, я нащупала мобильник. Выудила и озадачилась: кому звонить-то? Вроде как за падения в открытые канализационные люки ни пожарные, ни полиция не отвечают. «Скорую помощь» вызывать уж точно бессмысленно. Учитывая, сколько времени я уже падаю, выжить при неизбежном приземлении мне явно не грозит. Резко мобилизовавший свои думательные способности мозг выдал идею звонить в службу МЧС. Пусть прилетят на своем вертолете бравые спасатели и вытащат меня отсюда, пока я не разбилась. Не знаю откуда, но меня не покидала уверенность, что падать мне еще долго. Правда, позвонить куда-либо мне не грозило. Дисплей мобильника равнодушно высветил отсутствие какой-либо сети.

Телефон был отправлен обратно в сумку, и заодно я достала заветную коробочку конфет. Взяла «В самый черный день», который, видимо, вот так внезапно и настал. Но даже обертку развернуть не успела. Мое падение закончилось.

Убрав конфету и коробочку обратно в сумку, я на всякий случай себя ущипнула. Но ожидаемого пробуждения не последовало. То ли я спала слишком крепко, то ли, презрев законы классической физики, под землей действительно царила невесомость.

Попыталась переместиться в пространстве наподобие космонавтов, но мое махание конечностями ни на миллиметр не сдвинуло меня. Зато обнаружился крайне пугающий факт: воздух вокруг постепенно густел. Казалось, я могу его смять пальцами, как клок ваты. На дыхании, правда, такие изменения никак не сказались, но все равно происходящее меня совсем не вдохновляло.

Собравшись вокруг меня наподобие кокона, плотный воздух вдруг тихонько завибрировал, и буквально через секунду мою и без того шокированную персону резко потянуло куда-то вправо.

Вот теперь я не падала, а уже летела. Причем ногами вперед. Даже уши закладывало. Правда, не знаю, от скорости или все-таки от собственного перепуганного крика. Складывалось такое впечатление, что меня стремительно несло по какому-то боковому туннелю. И если еще невесомости под землей мое богатое воображение могло придумать оправдание, то с подобной воздушной транспортировкой дело обстояло сложнее. Оставалось лишь наивно уповать на чудесное пробуждение дома, в своей родной кровати.

Скорость полета начала постепенно замедляться, пока вдруг не исчезла совсем. Как и невесомость. Я медленно опустилась на холодную поверхность, нащупала руками стенки наклонной каменной трубы, и тут вдруг меня что-то легонько подтолкнуло в спину, и я съехала вниз.

Распластавшись на чем-то мягком, я, наверное, с полминуты не решалась открыть глаза. Уж очень мне хотелось, чтобы неведомым местом приземления оказалась моя кровать, но что-то я не помнила, чтобы на моем матрасе рос мох. Набравшись смелости, я все-таки вознамерилась оглядеться.

— С ума сойти… — само собой вырвалось у меня, и еще несколько раз проквакало эхо.

Подземный зал был настолько огромен, что я мгновенно почувствовала себя маленькой и ничтожной. Полукруглый свод прятался в темноте, и лишь стены более-менее освещались. И вот тут я вспомнила всевозможные фантастические байки о подземных цивилизациях. Мол, живут под городами всякие мутанты, боятся солнечного света и питаются светящимися грибами. После всего произошедшего я была готова поверить и в такой бред. Так отчетливо себе представила подобных индивидов, что теперь уже с ужасом озиралась по сторонам, ожидая, что вот-вот из какого-нибудь хода выползут эти отклонения от человеческой расы и схрумкают меня безо всяких приветствий.

Вообще выходов из зала наблюдалось четыре. Правда, я догадывалась, что изначально их было больше, судя по расположению. Тот, из которого вывалилась я, и еще два были круглыми, около метра в диаметре. Четвертый же представлял собой высокий арочный проход с витыми колоннами по бокам.

Еще немного посмотрев на творение неизвестного архитектора, я направилась к арочному проходу со слабой надеждой выбраться на поверхность. Но не успела я пересечь зал, как раздались невнятные песнопения с неким оттенком торжественности. Сначала чуть слышные, они набирали обороты — источник завываний приближался. Наверное, я должна была испугаться, но вместо этого меня пробило на истеричное хихиканье.

Буквально через минуту из арочного прохода вырулила небольшая завывающая процессия. Пятеро пожилых мужчин в балахонистых фиолетовых одеждах шли рядком друг за другом. Возглавлял их белобородый старец, на голове которого вдобавок красовалось подобие украшенного лентами колпака. У меня вырвался еще один нервный смешок.

Едва заметив меня, старец резко затормозил, отчего следующие за ним чуть не поврезались друг в друга.

Решив, что молчать вроде как невежливо, я пробормотала:

— Здравствуйте, — и даже попыталась улыбнуться. — Вы случайно не знаете, как отсюда наверх выбраться?

Носитель колпака наконец снова обрел дар речи и ошарашенно выдал:

— Так, а ты откуда тут взялась?

— Упала в канализационный люк. А потом меня по боковому туннелю сюда как-то занесло, — ответила я.

Старец от моих слов оторопел еще больше.

— То есть, — растерянно пробормотал он, — ты вон оттуда, — указал на круглый проход за моей спиной, — появилась?

— Ну да, — кивнула я и повторила: — Подскажите, пожалуйста, как отсюда выбраться.

Но мою просьбу снова проигнорировали. Старец снял с головы колпак, почесал седую шевелюру, переглянулся с не менее растерянной свитой и пробормотал им:

— Уважаемые, сожалею, но наше сегодняшнее собрание, видимо, отменяется, — перевел взгляд на меня и вздохнул: — Пойдем, я отведу тебя, куда надо.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я