Время тьмы. Источник скверны
Евгений Клец

Этот мир расколот надвое. Пока светит солнце, он – апокалиптические развалины пережившей катастрофу цивилизации, из последних сил пытающейся заново овладеть остатками утраченных технологий... Но когда опускается ночь, меняется все. Отключается электричество. Перестает действовать огнестрельное оружие. Воцаряется власть магии и волшебства. Но теперь Ночной мир Аридел и Дневной мир Земля все ближе смыкаются друг с другом. Наступает время, когда магии Ночи и технике Дня предстоит соединиться в едином, новом мире. Однако те, кто поддерживает эту идею в Ариделе, приводят в возмущение всемогущий Совет архимагов, грозящий отступникам проклятием. На Земле же даже минимальный контакт с миром магии и волшебства вызывает ужас и ненависть. Значит, слияние невозможно? Носители таинственного дара, позволяющего им с равным успехом действовать и днем, и ночью, так не считают. Они готовы пойти наперекор древним законам и предубеждениям – чего бы это ни стоило...

Оглавление

Из серии: Время тьмы

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Время тьмы. Источник скверны предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава 4

С первыми лучами солнца друзья уже были на ногах. Наскоро позавтракали, собрали вещи. Во дворе лошади призывным ржанием звали в дорогу.

Настроение у Дивса было приподнятое. Несмотря на все те ужасы, что рассказывали о Черных холмах, им пока сопутствовала удача, и в этом он видел хорошее предзнаменование.

Солерайн, хоть и старался казаться бодрым, не смог скрыть обуревающее его душу беспокойство. Честно сказать, такого удара под дых от своих собратьев по ремеслу он не ожидал. Всю дорогу от гор, где состоялся первый разговор с главами магических гильдий, он надеялся, что они пересмотрят свое мнение в их пользу, что возобладает здравый смысл. К сожалению, как выяснилось, надеялся зря. Теперь никаких переговоров. Еще ночью, сразу после разговора с Регширом, он наглухо заблокировал любую возможность связаться с ним ментально. Они сделали свой выбор, а он готов был бросить вызов даже объединенному совету гильдий, лишь бы не предавать друга.

— Ты что, не выспался? — заметил его состояние Дивс. — Может, сон плохой приснился?

Солерайн притянув мешок с поклажей к седлу своего коня, повернулся к другу. Наверное, пришло время рассказать о решении магов, как бы тяжело это ни было сделать. Скрывать происходящее уже не имело смысла, и даже более того, становилось опасно. Предупрежден — значит, вооружен.

— Я должен тебе кое-что рассказать. И новости не самые лучшие. Пойдем присядем.

Они расположились на видавшем виды крылечке, и Солерайн, собравшись с духом, рассказал Дивсу все. И о первом разговоре с магами, когда они ночевали на перевале Деба, и об их предложении относительно его персоны, и о сегодняшнем ультиматуме Регшира.

Молча выслушав друга, Дивс неожиданно улыбнулся.

— Честно говоря, я и раньше не слишком рассчитывал на твоих собратьев, так что их решение меня не удивляет. — Он положил руку на плечо мага. — А тебе спасибо. Спасибо, что ты не побоялся подобной конфронтации и остался на моей стороне. Наверно, это было не легко сделать?

— Шутишь? Я втянул тебя в это дело, и кому, как не мне, идти с тобой до конца?

— Спасибо, Сол, — с чувством произнес воин. — Получится у нас задуманное или нет, хочу, чтоб ты знал. Я благодарен судьбе за то, что она свела нас вместе.

Солерайн смущенно поднялся.

— Чего уж там, — махнул он рукой. — Давай выдвигаться, наш путь еще далек от завершения.

И вновь кони чуть не грудью врубались в густую траву, прокладывая дорогу на восток. Всякое присутствие человека утратилось полностью, уступив место буйству природы. Вольное море степи, ясное небо над головой и ни малейшего намека на опасность. Словно и не топтали они сейчас землю Черных холмов.

Солерайн, подставив лицо свежему ветру, наслаждался свободой. Душевной свободой. Выговорившись и отбросив прочь мучившие его сомнения, он почувствовал себя намного легче. Тем более, когда вокруг царила такая красота.

В душе Дивса же, напротив, зашевелился червячок подозрения. Слишком уж спокойным оказалось их путешествие по этим напитанным злом местам. Все, что радовало с утра, сейчас начало вызывать легкое раздражение. Не то чтобы он желал битвы, но, если верить сведениям, почерпнутым в Самаде, местная стража ни дня не проводила без столкновений с порождениями Мираны, их же, словно завороженных, опасность обходила стороной. Словно кто-то пытался успокоить их чувства, заманивая в неведомую ловушку.

Наконец не выдержав, он решил поделиться своими сомнениями с другом:

— Сол, тебе не кажется странным, что мы уже несколько дней в пути, а до сих пор ничего не случилось? Где все те твари, о которых я слышал чуть ли не с детства, где проклятье Мираны?

— Соскучился по крови?

— Не в этом дело. Просто мне не нравится, когда что-то идет не так как должно. Когда в логове пауков они отсутствуют, я начинаю нервничать. Во всем должна быть логика.

— Ну, тогда представь, что они просто все сдохли от недоедания, — весело ухмыльнулся Солерайн. — Не дождались твоей жирной тушки на обед.

— Ага, — мрачно поддержал Дивс. — Или их сожрала более гнусная тварь, чем они сами, и теперь, притаившись, следит за новой жертвой.

— Дивс, ты слишком мнительный, — Солерайн оставил шутливый тон. — Я думаю, что, пока нам дают беспрепятственно двигаться к намеченной цели, этим надо пользоваться. Пусть даже сами темные боги способствуют тому, сдерживая своих тварей.

При упоминании темных богов Дивс непроизвольно дотронулся до левой стороны шеи. Там, скрытый жестким воротом доспеха, красовался отпечаток лапы темной птицы, увиденной им во сне, накануне отъезда из Самада. Рана до сих пор слабо кровоточила, не желая заживать. А может, такова была воля его ночного собеседника, оставившего эту память о себе. Желание Аргейза. Темнейшего из темных. Может, это и в самом деле его молитвами им до сих пор сопутствует удача? Думать так было тяжело. Ибо, если принять подобное предположение, тогда придется согласиться с тем, что он и есть тот самый человек, о котором говорится в книге пророчеств Арна. Несущий Пепел, Длань Тьмы. В это верить уже совсем не хотелось. Потому что вместе с такими мыслями приходили сомнения в правильности сделанного выбора. А как опытный воин, Дивс знал: там, где начинаются сомнения, заканчивается победа.

— Возможно, ты прав, — нехотя согласился он с магом. Тем временем кони вынесли их на вершину очередного невысокого холма, и открывшийся вид заставил всадников натянуть поводья.

Вдали у горизонта сверкнула серебряная лента реки, а за ней полоса плотного тумана, плавно переходящего в небо.

— Урза, — тихо произнес Солерайн. — Последний рубеж.

Дивс молчал. Что тут можно было сказать? Столько сил потрачено, столько крови пролито, для того чтобы оказаться на этом месте. Казалось, только ленивый не пытался их остановить. Но они дошли. Хотя и не все.

— Хотел бы я знать, что ждет нас за ней, — всматриваясь вдаль, продолжил маг.

— Скоро у нас появится такая возможность, — заверил его Дивс. — Поедем, надо найти место для лагеря, и дать знать Идлейну, что мы на месте.

Пришпорив коней, друзья продолжили путь.

По мере приближения к водам Урзы, трава становилась все реже, словно сама земля была отравлена туманным дыханием Мираны, и уже не могла поддерживать жизнь. Исчезли вездесущие насекомые. Мелкая живность совсем недавно так и прыскавшая из-под копыт лошадей теперь тоже не показывала носа. Даже само солнце словно потускнело.

Солерайн зябко повел плечами.

— Мрачновато тут.

— Ты ожидал иного?

— Конечно, нет, — ответил маг. — Но все равно неприятно. Словно давит что-то.

Дивс хмыкнул.

— Тогда представь, что ты почувствуешь там.

Он махнул в направлении противоположного берега.

На той стороне сквозь дымку тумана просматривались мощные стволы Мглистого леса. Кора и листва деревьев имела красно-коричневый оттенок запекшейся крови. Вид достаточно неприветливый.

Они некоторое время молча рассматривали открывшуюся картину, стараясь разглядеть что-нибудь еще, кроме тумана и этих, с позволения сказать, деревьев, но безрезультатно. Стена леса оставалась безжизненна, мрачна и недвижима. Лишь легкий плеск волн нарушал тягостную тишину.

— Остановимся здесь? — Солерайн вопросительно посмотрел на друга.

— Можно и здесь, — ответил воин. — Но я бы предпочел найти место поуютней, если, конечно, таковое здесь вообще имеется. К тому же нам понадобится топливо для костра, а здесь я что-то ничего подходящего не вижу.

— Хорошо, — маг согласно кивнул головой. — Проедем немного вдоль берега, может, действительно найдем что-нибудь лучше. В какую сторону?

— Какая разница? — пожал плечами Дивс. — Давай на Север.

Они развернули коней, направляясь против течения реки.

Часа через два наткнулись на старую, практически полностью разрушенную сторожевую башню. Печальное напоминание о том, где в свое время проходила граница. В сущности, от некогда крепкой каменной постройки осталась лишь одна стена, и та наполовину осыпавшаяся. Деревянные перекрытия сгнили и обрушились вниз, образовав в центре укрепления завал из бревен, камней и остатков черепицы. Все это густо заросло травой, словно жившие здесь люди отдали часть своей жизненной силы этой проклятой земле. Зеленое пятно растительности странно смотрелось на фоне всеобщего запустения, точно бросая вызов скрытой за рекой скверне.

— Как тебе это место? — Дивс вопросительно посмотрел на друга.

— Пойдет, — ответил Солерайн, осматривая руины. — Что-нибудь более подходящее нам вряд ли встретится.

Он спрыгнул на землю, словно вступая во владение разрушенным аванпостом, затем повернулся к воину.

— Теперь, я думаю, пора дать знать Идлейну, что мы на месте.

Дивс молча извлек холщовый мешочек, в котором бережно хранилась капсула, подаренная оборотнем в Салдейском лесу. Серебристый овал не больше бобового зерна. Хрупкая оболочка легко поддалась сильным пальцам воина, освободив облако мелкой светящейся пыли. Она брызнула в разные стороны и уже через секунду растаяла без следа.

— И это все?

— А ты что хотел? Громы небесные? — улыбнулся маг. — Истинная магия не всегда напоминает ярмарочные представления.

Они разбили небольшой лагерь у подножия сохранившейся стены. Обустраивались основательно, так как никто не знал, сколько придется ждать Идлейна. Может, день, а может, и неделю. За заботами не заметили, как пролетел день. Уставшее солнце уже почти закатилось за Черные холмы, когда они наконец позволили себе отдохнуть.

Устроившись у костерка, разведенного из остатков деревянных конструкций башни, друзья поужинали, а затем, заварив душистый травяной чай, молча наблюдали, как ночь вступает в свои права, думая каждый о своем.

Неожиданно Солерайн почувствовал едва заметное прикосновение чужого сознания. Кто-то пытался пробиться сквозь ментальный щит, выставленный им накануне. Не иначе собратья по ремеслу. Но он уже сказал все, что хотел, и больше тратить время на пустые разговоры не собирался. Тем более выслушивать угрозы.

Отставив в сторону чашку с ароматным напитком, он, закрыв глаза, сосредоточился на поддержании защиты. Судя по тому, с каким упорством повторялись попытки выйти с ним на контакт, в этот раз Регшир был явно не один. Солерайн лишь саркастически улыбнулся. Напрасные старания, оградить свое сознание от домогательств извне ему вполне по зубам, пусть даже весь Совет объединит свои усилия. Вскоре, видимо осознав всю тщетность своих действий, маги ослабили ментальный напор. Но из осторожности Солерайн продолжал держать щит, не желая быть застигнутым врасплох. Из этого внутреннего противостояния его вывел голос Дивса:

— Ты видел это, Сол?

— Что? — маг открыл глаза.

— Вот опять. — Дивс завороженно смотрел куда-то в сторону противоположного берега. — Словно гроза начинается.

Солерайн с тревогой проследил за его взглядом и вскоре тоже увидел то, о чем говорил друг. Высоко над Мглистым лесом сверкнул одинокий фиолетовый разряд молнии, через несколько секунд полыхнул второй, на этот раз оранжевого цвета. Вспышки следовали одна за другой, набирая интенсивность. Каждый раз они становились все больше и ветвистей, меняя при этом цвета, не жалея красок и полутонов. И все это в полной тишине, если не считать мерного плеска волн реки и тихого пофыркивания лошадей. Бледное око взошедшей луны удивленно взирало с ясного, усыпанного звездами небосвода на эту феерию.

— Что это, Сол?

— Не знаю, — честно признался маг.

Между тем разряды впивались в едва различимые в темноте кроны Мглистого леса, все ближе и ближе подбираясь к кромке воды. Своим неистовством они подняли пелену тумана, и вскоре уже ничего нельзя было разглядеть, кроме непроницаемой белесой стены на том берегу реки да творящейся над ней вакханалии.

А потом эта дымка, дрогнув, двинулась к их берегу.

— Дождались, — процедил Дивс, поднимаясь с земли и освобождая из ножен Ветер Смерти.

Солерайн тоже вскочив на ноги, метнулся к седельной сумке. Там в одном из карманов лежали дары Лэрата, главы магической гильдии Самада. Торопясь, выбрал несколько свитков, один сразу отложил в сторону, остальные засунул за голенище сапога. Не стоило тратить собственные силы, если можно воспользоваться чужой помощью.

Дивс, отступив к разрушенной стене, напряженно следил за тем, как полоса тумана быстро пересекает реку, неумолимо приближаясь к их лагерю. Присоединившийся к нему маг развернул отложенный пергамент.

Полились слова силы, освобождая скрытую мощь древних знаков. По мере чтения они вспыхивали и пропадали, плетя вокруг двух друзей полупрозрачный искрящийся щит. Дивс, оценив старания мага, тихо спросил:

— На сколько его хватит?

— Не знаю. Смотря с чем нам придется столкнуться.

Между тем туман пересек реку и, прокатившись по берегу, накрыл с головой стоящих в ожидании людей. Солерайн даже задержал воздух в легких, словно готовясь к долгому нырку.

Атака последовала почти сразу, как только облако тумана сомкнулось вокруг друзей, но не совсем та, что они могли ожидать. Любая самая наимерзейшая тварь не удивила бы Дивса, но то, что произошло, заставило его замереть в полном недоумении.

С тихим шелестом откуда-то из-за пределов видимости на выставленный Солерайном щит обрушился град стрел. Они вязли в этом сверкающем коконе, останавливаясь в воздухе на расстоянии вытянутой руки, висели несколько секунд и, вспыхнув, опадали черным пеплом на землю. Но и этих мгновений оказалось достаточно, чтобы определить, кому принадлежали стрелы, так как не прошло и двух дней с того момента, когда они видели одну из таких. Костяной наконечник и характерные белые полосы на оперении не оставляли сомнений.

— Ороги? — не веря своим глазам, спросил Солерайн.

— Стрелы точно их, — подтвердил Дивс. — Вот только кто стреляет? Ты видишь хоть что-нибудь в этом молоке?

— Нет, — признался Солерайн.

— И я нет. А они видят.

Стрелы продолжали сыпаться нескончаемым потоком, но совладать с защитой Лэрата не получалось.

— Много у нас еще времени? — спросил Дивс мага.

Тот только усмехнулся.

— Если они не придумают ничего более существенного, мы с тобой состариться успеем.

Вскоре скрытые туманом стрелки и сами поняли тщетность попыток пробить щит. Град стрел прекратился. С минуту ничего не происходило, а затем Дивс почувствовал жжение в области шеи. Знак темного бога запульсировал болью, словно предупреждая о чем-то. Стараясь не обращать на него внимания, воин лишь сильнее сжал меч.

Едва он успел это сделать, как откуда-то из-за пределов видимости в искрящуюся сферу щита ударила черная молния. Таинственные агрессоры решили больше не церемониться, но и воин был готов к чему-то подобному. Едва хищные щупальца разрядов коснулись сферы Лэрата, как мир в очередной раз замер.

На этот раз произошедшее не стало для Дивса неожиданностью. Более того, он сам рефлекторно пожелал того, и, как ни странно, все получилось. Пограничное состояние, когда само время превращается в густой кисель, пришло вполне осознанно. Он видел, как протуберанцы тьмы медленно расползаются по поверхности магического щита, чувствовал их мощь и неумолимую ярость. И еще он понял, что защитная сфера не выдержит этого натиска. Чужое колдовство сомнет не только ее, но и их с Солерайном, если не предпринять никаких действий.

Шагнув вперед, Дивс вытянул левую руку и прикоснулся к сияющей стене защиты, по которой темными трещинами расползалась чужая волшба. Ладонь обожгло холодом, словно он дотронулся до огромной глыбы льда. Тотчас разряды потянулись к его кисти, точнее к тому месту на защитном барьере, где она находилась. Казалось, сейчас они обладают собственным сознанием, а не направляются кем-то из-за плотной стены тумана. Но Дивс, находясь во власти своего дара, отчетливо видел темную фигуру, поддерживающую заклинание. Он стиснул зубы, плотнее прижал руку и открыл себя чужой силе.

Поток хлынул через его тело, как вышедшая из берегов река в половодье, норовя сломить волю, опустошить сознание и, наигравшись, вдоволь уничтожить. Окажись кто другой на его месте, так, несомненно бы, и произошло. Но за Дивсом стоял его дар. Или проклятие. Смотря как на это посмотреть.

Он сумел выстоять, выдержать, не поддаться, а потом, когда бушующая сила заполнила его без остатка, взять над ней верх. Все получилось само собой, как будто он ежедневно проделывал подобные трюки. А потом, когда темное волшебство послушно покорилось ему, Дивс тихонько погасил его. Так вода заливает огонь, или ветер задувает свечу. Без особых усилий, легко и естественно. И только сделав это, понял, что натворил.

Увлекшись борьбой с чужим заклятием, он сам не заметил, как вместе с ним рассеял и окружавший их с Солерайном щит. В это время реальность, оправившись от творимого над ней насилия, вернула остановившееся время под свой контроль.

Дивс увидел, как Сол, не ожидавший такого поворота событий, поспешно разворачивает очередной свиток, а из молочной пелены неестественно быстро появляются вооруженные люди. Осознав, что маг не успевает произнести новое заклятие, воин выступил вперед, заслоняя его собой. Шутки с магией кончились. Пришло время «Ветра Смерти». Легендарный клинок Эрхара изголодался по крови.

Это действительно были ороги. «Люди прилива», переставшие быть людьми. Дивсу не понадобилось много времени, чтобы определить данный факт.

Воины двигались с нечеловеческой быстротой и проворством, действуя синхронно и слаженно, чего никогда не замечалось за этими парнями. Для разномастной разбойничьей братии с далекого побережья моря Ветров, они оказались слишком умелыми. Но не это было главное. В конце концов, при должном старании и из полных обалдуев можно сделать хороших солдат. В глаза бросалось другое. Их лица. Ничего не выражающие, абсолютно отрешенные, с пустыми потухшими глазами. И еще: все происходило при полной тишине. Ни криков, ни ругани, ничего. Так люди себя не ведут. Окончательно все сомнения развеял Солерайн, наконец осиливший свиток.

Ураган острых стальных осколков со злобным свистом пронесся мимо Дивса, врубившись в первые ряды атакующих. Метал рвал тела, насквозь прошивал доспехи, валил на землю, но, несмотря на все свои усилия так и не остановил нападающих. Они, казалось, даже не заметили обрушившееся на них заклинание. Все с теми же каменными выражениями на лицах, ороги продолжали движение. Лишь несколько существ, назвать их людьми язык не поворачивался, остались лежать на земле. Да и то только потому, что лишились ног. Вместо крови из ран сочилось что-то похожее на густое желе. Разглядеть что-то более основательно времени не осталось, так как пришлось вступить в бой.

Дивс опустил клинок на голову первому приблизившемуся воину, но тот, ловко уйдя в сторону, сумел избежать удара. Впрочем, это ненадолго продлило ему жизнь. Солерайн наконец решил воспользоваться собственными силами, и у самого плеча Дивса пронеся огненный шар, превратив чрезмерно ловкого орога в пылающий факел.

А дальше завертелось. Солерайн бросал сгустки пламени, а Дивс едва успевал парировать сыпавшиеся со всех сторон удары. Несмотря на яростное сопротивление, их вскоре взяли в плотное полукольцо и постепенно оттеснили к стене башни. На удивление никто из друзей пока не получил ни царапины, хотя возможность у нападающих, несомненно, была это сделать, но по какой-то причине они не спешили ею воспользоваться.

Ветер Смерти пел свою зловещую песню, отсекая конечности, вспарывая податливые тела. Жижа, что вместо крови наполняла тела орогов, брызгала в разные стороны, и вскоре Дивс с ног до головы оказался уделанный этой гадостью. Солерайн, скрытый широкой спиной воина, тоже не терял времени даром, о чем свидетельствовали многочисленные дымящиеся останки, опаленные магическим огнем. Но силы были явно не равны. Впрочем, сдаваться никто не собирался.

Когда напор нелюдей достиг, казалось, своего апогея, яростная рубка внезапно прекратилась. Как по команде. На несколько секунд. Ороги опустили оружие, и не успели Дивс с Солерайном сообразить, что, собственно, происходит, как те, разинув в едином порыве рты, исторгли из себя зловонный выдох.

Зеленоватое облако окутало друзей, и Дивс, вдохнув этой гадости, почувствовал, как земля уходит из-под ног. В глазах поплыли разноцветные круги, а тело словно налилось свинцовой тяжестью. Крепче сжав меч, воин рухнул на колени, чувствуя, как силы покидают его. Сквозь звон в ушах доносился голос Солерайна, на пределе сил выкрикивающего слова силы, и еще чей-то смех. Издевательский смех уверенного в окончательной победе человека. Дивс разлепил отяжелевшие веки и с неимоверным усилием поднял голову. Напряг ускользающее сознание и, на секунду справившись с мутью, плавающей перед глазами, увидел идущего к ним смеющегося человека. Его лицо было смутно знакомо, словно они где-то уже встречались. Но где?

Воин, опершись о меч, попытался приподняться. Желание вбить этот неуместный смех обратно в глотку противнику переполнило Дивса. Но тело, несмотря на все усилия, отказывалось повиноваться. Между тем человек подошел почти вплотную.

— Не надо сопротивляться, — мягко произнес он. — А то будет еще хуже.

Голос тоже был знакомый. Где он мог его слышать? Где?

И тут память наконец сдалась. Дивс вспомнил дом судьи Дорегана и двоих странных близнецов. Сейчас один из них стоял перед ним.

— Достали все-таки, — выдавил он, а потом, не в силах больше противостоять навалившейся слабости, рухнул на землю.

Последнее, что Дивс услышал, теряя сознание, был надрывный голос Солерайна. Маг все еще продолжал бороться.

* * *

Вереса угрюмо взирала на проклятый кинжал Векса. То, что рассказала Элайна, с трудом укладывалось в голове. Конечно, она и до этого знала о Миране, видела изменения, происходящие в мире, чувствовала, что друзья Годжерта что-то не договаривают о своей миссии. Это было. Но, как оказалось, она и представления не имела насколько все серьезно.

Когда утром Рейза сказала, что с ней хочет поговорить ее бывшая наставница, девушка даже обрадовалась. Одна целительница хорошо, а две гораздо лучше. Если бы она знала, во что выльется эта беседа.

Проводив Вересу в свои покои и представив ее Элайне, Рейза поспешно покинула их, сославшись на неотложные дела. На самом деле ей просто не хотелось присутствовать при этом разговоре, хотя она и приняла решение помочь наставнице. Тяжелое для себя решение.

Элайна понимая чувства ученицы, не стала настаивать на ее присутствии. Так уж повелось, что всю тяжелую работу ей приходилось делать самой. Она приветливо улыбнулась воительнице и приглашающе указала на кресло напротив себя.

— Присаживайся, девочка, — произнесла Элайна, но тут же, заметив, как нахмурила брови Вереса, поправила себя. — Извини меня, Вереса, я не хотела тебя обидеть. Конечно, ты давно выросла из детского возраста, но для меня все равно слишком молода. Так что не сердись на старую женщину.

— Я и не сержусь, — примирительно ответила девушка, с интересом рассматривая наставницу Рейзы.

То, что перед ней не простая целительница, не вызывало сомнений. Властная осанка и взгляд привыкшего повелевать человека, робость Рейзы и, наконец, мастер клинков в качестве телохранителя. Она была явно больше того, чем хотела казаться.

Между тем, не обращая внимания на изучающий взгляд девушки, Элайна продолжила:

— Я бы хотела поговорить с тобой о твоем раненом друге.

— О Годжерте? — заинтересовалась Вереса. — Вы можете ему помочь?

— Могу, — подтвердила она. — Но сначала я бы хотела, чтобы он помог мне… нам.

— Вы смеетесь надо мной? О какой помощи с его стороны может идти речь?

— Вот об этом и пойдет разговор.

Около часа ушло у Элайны на то, чтобы рассказать девушке все. Ну или почти все. О проклятии Мираны, умирающем мире, даре, несущем надежду, и многом другом. Вереса внимательно слушала, иногда задавала короткие вопросы, и по мере того как продвигалось повествования старой женщины, лицо девушки мрачнело все больше. Когда же речь пошла о проклятом клинке Векса и она осознала, какая роль во всем этом уготована Годжерту, не выдержав, спросила.

— Но ведь то, что вы предлагаете, может убить его. У него вообще есть шансы?

— Конечно, есть, иначе зачем бы я все это тебе рассказывала?

— Почему именно Годж? Он ведь не единственный, кто может попасть в мир Теней. В Самад чуть не ежедневно привозят раненых, и есть куда как более безнадежные.

Элайна вздохнула.

— Понимаешь, Вереса, тут в первую очередь важна мотивация. Надо, чтобы он сам захотел нам помочь, ибо заставить его это сделать никто не в силах.

— И какова его мотивация?

— Спасая того человека, из другого мира, он тем самым поможет своим друзьям, — просто ответила она.

Вереса замолчала что-то обдумывая. Элайна не торопила ее.

— Но если второй носитель дара принадлежит другой реальности, как он может оказаться в мире Теней? — наконец озвучила свои сомнения воительница.

— Очень просто. — Она явно ждала этого вопроса. — Мир Теней един для всех. Никто не живет вечно, даже боги, поэтому рано или поздно все оказываются там, к какой бы реальности они до этого не принадлежали. Но это не посмертный мир. Это только порог. Владения смерти лежат гораздо дальше, если можно так выразиться, и туда уже нет дороги живым. Хотя находились смельчаки, которые пытались оспаривать и этот постулат.

— А я могу заменить Годжерта? — Вереса посмотрела в глаза собеседнице. — Думаю, это не сложно — поставить человека на грань жизни и смерти. Если Рейза так хорошо разбирается в противоядиях, то наверняка знает и яды.

— Я отвечу тебе — «нет». И тому есть несколько причин.

— Например? — не сдавалась воительница.

Элайна положила на стол перед девушкой проклятый клинок.

— Например, этот нож. Чары на него наложил мужчина, отдав часть своей темной энергии. Женщине она попросту не доступна. Годжерт сможет использовать его в мире Теней как путеводную нить, так как сокрытое в нем проклятие и человек, пораженный им, теперь связаны. Ты не сможешь.

После такого ответа девушке только и осталось, что со злостью уставиться на нож. Кажется, ее вновь хотели оставить вне игры. Хотя последнее никак не входило в планы Вересы. После секундного раздумья она попыталась зайти с другой стороны.

— Хорошо, — кивнула воительница. — Я не смогу заменить Годжерта. Но сопровождать его мне вполне по силам.

— Ты сама не знаешь, о чем просишь… — начала было Элайна.

— Знаю, — прервала ее девушка. — Более того, знаю, что сделать так будет не очень сложно. Для вас. — И как бы оправдывая свое упрямство, добавила: — Я не собираюсь оставаться в стороне.

— А если я откажусь?

— Тогда к Годжерту вы подойдете, только минуя мой труп, — тихо, но твердо произнесла воительница.

Элайна хотела что-то возразить, но, посмотрев в лицо Вересы, неожиданно подумала, что, быть может, она и права. Поддержка Годжерту не повредит, тем более для этого совершенно не обязательно умирать.

— Раз вопрос стоит так, я пойду тебе на встречу, — произнесла Избранная и, видя, как блеснули глаза девушки, поспешила ее немного успокоить. — Но погружать тебя полностью в этот пограничный мир не буду, и Рейзе запрещу.

— Тогда какой во всем этом прок? — нотки обиды зазвучали в голосе девушки.

— Сначала выслушай до конца, — одернула ее Элайна. — У тебя еще будет время высказать возражения.

Вереса упрямо поджала губы, всем своим видом показывая, что не пойдет ни на какие компромиссы.

— Видишь ли, Вереса, мир Теней един, но не однороден, — попыталась объяснить Элайна. — Те, кто попадает на край смерти не по своей воле, а в результате ранения или тяжелой болезни, оказывается совсем не в том же самом месте, куда попадают стремящиеся добровольно покинуть жизнь. У самоубийц свой путь, и лучше тебе никогда не знать его.

— При чем здесь это?

— При том, что ты предлагаешь поставить тебя на грань жизни, используя наши с Рейзой умения. Это суть самоубийство, хотя и не своими руками. Согласись мы на это, ты все равно не попадешь к своему другу.

— А если я отправлюсь в патруль со стражей Самада и получу ранение в бою? — ради интереса спросила Вереса.

— Это ничего не изменит. Годжерт получил стрелу в схватке, это так, но умирать не собирался, и поэтому его путь в мир Теней был один, — терпеливо объясняла старая женщина. — Ты тоже можешь нарваться на стрелу, но так как желание получить ее у тебя будет преднамеренное, то и попадешь ты в соответствующее место. И поверь, ничего хорошего тебя там не ждет.

— Ладно, — сдалась девушка. — И что в таком случае вы можете мне предложить?

— Миссию посредника.

— Это как?

— Введенная в особое состояние, ты сможешь общаться со своим другом, доносить его голос до нашего мира, давать советы…

— И все? — казалось, воительница несколько разочарованна.

— Иногда добрый совет лучше десятка мечей, — улыбнулась Элайна. — Тем более что в том мире и от сотни клинков не будет никакого проку. Ну, убедила я тебя?

— Да, — кивнула Вереса. — Только как вы все это собираетесь довести до Годжерта? По большей части он находится в забытьи, а если и приходит ненадолго в сознание, то не думаю, что сможет понять, чего от него хотят.

— Мы не будем ждать, когда он очнется. Спустя час они были у постели Годжерта.

Он лежал, откинув одеяло. Могучая грудь вздымалась и опадала в такт неровному дыханию. Кожа была бледна и покрыта капельками пота. Всклокоченная черная борода оттеняла посеревшее лицо. Правое плечо туго облегала свежая повязка, сквозь которую уже начало пробиваться пятно крови. Такой большой и беспомощный, что у Вересы от жалости сжалось сердце, и на секунду она засомневалась в правильности сделанного выбора. Но только на секунду.

Рейза аккуратно расставляла на столе какие-то пузырьки с отварами, Элайна, завладев вниманием девушки, вполголоса давала последние инструкции, временами бросая короткие взгляды на раненого. Предстоял еще один разговор. Необычный разговор в необычном месте.

Наконец Рейза закончила приготовления и вопросительно посмотрела на свою наставницу. Та повернулась к своему стражу и тихо попросила:

— Эган, будь добр, помоги с креслами.

Боец, все это время отрешенно подпиравший стену, на минуту ожил и придвинул к кровати два массивных кресла.

Элайна, присев в одно из них, в другое жестом пригласила Вересу. Рейза осталась на ногах.

— Начинать? — спросила она Избранную, словно надеясь, что та в последний момент передумает.

— Да.

Рейза взяла глубокую керамическую пиалу и, что-то тихо нашептывая, протерла ее пучком сухой травы. Затем, откупорив несколько сосудов с зельями, слила их содержимое в чашу, тщательно перемешала и склонилась над Годжертом. Разжав губы, заставила его выпить полученную смесь, следя за тем, чтобы он не поперхнулся.

Когда пиала опустела, целительница вытерла раненому губы, коротко благословила, а затем обратила свой взор к Вересе.

— Теперь твоя очередь. Ты готова?

— Готова, — девушка отбросила последние сомнения.

Она смотрела на Годжерта, пока Рейза смешивала новый коктейль из различных настоев и отваров.

После выпитого зелья лицо воина разгладилось. Боль покинула его, а дыхание стало более ровным. Казалось, он спит глубоким, спокойным сном. Жаль только, что, может статься, этот сон продлится гораздо дольше, чем они предполагают. Если, конечно, он согласится участвовать в этой затее. Впрочем, зная Годжерта, Вереса была уверена, что тот не откажется. Как бы ни хотелось ей обратного.

Она, конечно, не желала зла тому неизвестному парню, пораженному проклятием, и уж тем более Дивсу с Солерайном. Только они все были далеко, а Годжерт здесь. И даже то, что от его действия или бездействия в какой-то мере зависело само будущее их мира тоже отходило на второй план. Ибо хотя она и поверила Элайне, окончательно осознать всю глобальность этого откровения еще не смогла. Да и сможет ли когда-нибудь?

Между тем Рейза закончила со всеми приготовлениями. Она протянула Вересе чашу.

— Пей.

Девушка еще раз взглянула на Годжерта, а потом в два глотка осушила пиалу до дна. Зелье начало действовать практически мгновенно, и Рейза едва успела подхватить падающую чашу из рук девушки. В то время как она сама, закрыв глаза, откинулась на спинку кресла. Ее путь начался.

Целительница, поставив чашу на стол, вопросительно повернулась к Элайне. Та, поймав ее взгляд, покачала головой.

— Благодарю тебя, Рейза, но мне твоя помощь не понадобиться. — Она крепче сжала свой резной посох. — Приготовь пока чаю. Думаю, нам не повредит что-нибудь тонизирующее после возвращения.

— Уже заваривается, — показала она на накрытый плотным полотенцем столик в углу.

— Извини, — улыбнулась Элайна. — Мы так давно не виделись. Никак не привыкну, что ты уже взрослая женщина, а я давно не твоя наставница.

— Учиться никогда не поздно, тем более у такой как ты, Элайна. Так что не переживай насчет этого. — Рейза легко прикоснулась к ее руке. — Тебе пора.

— Да, ты права. — Элайна обеими руками обхватила посох, готовясь прочесть заклинание. Но перед тем как зазвучали слова силы, она вновь обратила свой взор на бывшую ученицу и тихо промолвила: — Как тяжело нести все на своих плечах, как нелегко быть тем, кто я есть. Я устала Рейза.

Пораженная этим откровением, целительница не нашлась что ответить. Лишь молча комкала подол платья, низко опустив голову. Боги несправедливы. У всех был выбор, кем стать в этой жизни. Праведниками, негодяями, борцами за справедливость или грязными убийцами, жить по законам совести или законам сильнейшего. Жить так, как хочется, ибо выбор был у всех. Кроме нее. За Элайну решили другие.

И Рейза почему-то почувствовала легкий укол вины, словно и она внесла свой вклад в это решение. А может, так оно и было. Удел Избранной нести свой крест, отдавая всю себя служению многочисленным обитателям их огромного мира. Служению и поддержанию равновесия. Простые люди, маги, Истинные — носители древней крови, в любом их обличье, живущие за счет магии разумные сущности и многие другие обращались к ней за помощью и советом. А она никому не отказывала. Не имела права отказать… такова была цена…

Тем временем ее наставница уже успела подавить секундную слабость и вновь обрела вид уверенной и властной женщины. Она гордо выпрямилась в кресле, опустила посох и нараспев начала читать заклинание.

Особых визуальных эффектов Рейза не заметила, лишь почувствовала, как слегка дрогнул воздух, точно по комнате потянул небольшой сквозняк. Зато мощь силы, что сейчас пропускала через себя Элайна, она ощутила сразу. Да и немудрено. В отличие от Годжерта и Вересы, погруженных в мир Теней с помощью отваров и не способных вернуться оттуда самостоятельно, Элайна полностью владела ситуацией. Она уходила все глубже и глубже, но, насколько Рейза понимала происходящее, в любую секунду могла вернуться обратно. Правда, вскоре способностей целительницы стало недоставать, чтобы полностью отследить творимое ее наставницей, и Рейзе не оставалось ничего иного, как сосредоточить внимание на воине с девушкой. Элайна с любой ситуацией сможет справиться сама, а им, возможно, понадобится помощь.

Оглавление

Из серии: Время тьмы

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Время тьмы. Источник скверны предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я