Кредо дракона, или Академия особого наказания

Ева Финова, 2020

Драконье кредо – заполучить себе невесту до окончания обучения. Глупо? Возможно. А вообще, после пережитого в какие-то пару часов поверю даже в летающих розовых слоников. И нет, дело не в глюках, а в барахле моей двоюродной бабули, Ли Джи из Чайнатауна. Она, чтобы вы понимали масштаб трагедии, повернута на экзорцизме. Так что, мой удел теперь – академия особого наказания. Иначе – работа строгого режима.

Оглавление

Из серии: Мехонария

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Кредо дракона, или Академия особого наказания предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава 1. Хвостовая практика

Так я и стала Эн’Айри Дрейкон, первой драконицей, которая радилась сразу взрослой и в человеческой ипостаси.

Как результат, я была вынуждена семимильными шагами обучаться и постигать примитивные азы драконьей жизни и устоев всего за несколько дней до поступления в академию Ан’Дуар, названную в честь дальнего родственника моего нареченного.

Я же называю это место академией особого наказания и никак иначе.

Сами посудите, где еще будут будить ни свет, ни заря, дабы заставлять нарезать круги по холоду и голоду среди скал ради тренировок полетного мастерства? И это еще не все! Для того, чтобы научиться дышать пламенем, каждого из нас намеренно и прилюдно доводят до яростного состояния, точнее ругают, выводя в центр каменного зала академии.

Вот только мне было всё нипочем. Вернувшаяся память уже через несколько часов спустя позволила мне понять, кто я и что я, и не реагировать на ванильные названия коими нас величали под видом кличек, обзывательств и иже с ними.

Знакомьтесь, в прошлом неудачница Кэрол Ли, уличная хулиганка, влипшая в целую историю из-за лавки двоюродной бабки, Ли Джи. К слову, моя ба наполовину китаянка по отцовской линии, славилась своими экзорцистскими наклонностями.

Когда мне стукнуло восемнадцать, она вдруг объявилась и позвала к себе в лавку, демонстрируя весь её бренчащий хлам, втайне надеясь, что я унаследую как бизнес, так и интерес к этому бесполезному занятию. Правда, как успела прочувствовать на своем собственном опыте, не такого уж бесполезного. А всё её любимый древний чайник с позолотой и парой бутафорских камней виноват. В тот день чудом его не опрокинула, когда пыталась спрятаться от Дэна за кучами хлама в дальней комнатке лавки Ли Джи.

Хорошо спряталась. Аж в другом мире. Тут не поспоришь.

А теперь мне предстояло понять: хочу ли я обратно к Дэну и его загребущим коповским лапам, или же все-таки решу остаться здесь и заняться обучением, точнее, наказанием одного такого напыщенного дракона. А еще точнее, пары-тройки десятков злобных ящериц, всех как один отчего-то скалящихся в мою сторону.

Мысли-мыслями, а мне порядком надоело разглядывать потолок в своей комнатке, которую уже как неделю делила с двумя такими же, как я, новенькими драконицами. Правда, эти девушки были нежными цветками, робеющими под пристальным вниманием мужского пола. А Эн’Сиера так и вовсе расплывалась розовой лужицей при каждом мало-мальски симпатичном парне. Так что, как вы поняли, мы с ними не особо дружим. Держу дистанцию. Боюсь, что это заразно.

— Ты так рано всегда встаешь, — послышалось с легким зевком с кровати Сиеры. — Мне бы твой жизненный настрой.

Хмыкнула в ответ, но промолчала. Ведь, кто его знает, что выдаст мой рот после тотальной цензуры, неожиданно случившейся со мной в этом теле. Как-то раз попыталась ругнуться по-нашему, забористо, многосложно, а произнесла, знаете, что? Никогда не догадаетесь. Глупое, пресное, ничуть неинформативное «ой». Ой!

Слов нет, как я обрадовалась в тот миг. Ха! Да я в жизни никогда столько раз подряд не ойкала! А тут и ругнуться хочется, и не могу.

Вот же подстава.

Медлить и валяться на кровати не стала. Подскочила, обулась и на полном ходу уверенно вырулила из комнаты в одном нижнем сарафане, хоть и довольно плотном, длиной по щиколотку. Закономерно, услышала похабный такой свист на весь этаж за авторством дежурных, дракончиков, мнущихся посменно у летных площадок на нашем этаже, — охранники — тоже мне. Чуть себя ладошкой по лбу не стукнула. Вот чем я всегда думаю, а? Тут же нравы, будь они не ладны, средневековые, этикет. Правда, какой-то странный. Тьфу! Сейчас опять ойкать начну, если не переменю тему.

В итоге пришлось спешно развернуться и отправиться обратно в комнату. А там вторая драконица уже поднялась с кровати. Глазками хлопает и смо-о-отрит на меня с многозначительной улыбочкой на миленьком личике, обрамленном густой темно-бордовой шевелюрой длиной по плечи.

— Да… — согласилась она зачем-то. — Я тоже всё никак не привыкну. Обычно дома по своим двенадцати комнатам могу гулять свободно, как хочу и в чем хочу, да хоть голой. А тут, изволь сначала платье одеть. Брр… Гадость. Несвежее платье да еще второй раз после вчерашней носки?

Рассказала бы я ей про несвежесть и, конкретно, одного потного вонючего мужлана, который меня периодически ловил в Чайнатауне и заставлял подрабатывать информатором. И…

— Ой, — да, я все-таки ругнулась вслух.

— Слушай, а что это у тебя за привычка такая? — моментально заинтересовалась Сиера и даже в кровати приподнялась. — Всю неделю ходишь и ойкаешь. У тебя что-то болит? Тебе что-то нужно? Ты только скажи.

Не удержалась и посмотрела в её такие наивные голубые глазоньки, прям сама искренность. В последний момент отдернула себя и не стала спрашивать про ключи от квартиры на Манхеттене, или просить «спорткар». Но, думаю, соседки шутку не оценят, предложат прогуляться в психлечебницу в лучшем случае.

— Заколдовали меня, — оправдалась так, пока, того и гляди, реально в лазарет не отправили обследоваться на предмет недугов. Но нет, парочка моих сожительниц теперь смотрела на меня пристальнее и с плохо скрываемым скепсисом.

— Заколдовали? Дочку семьи Дрейкон? — изумилась Эн’Раула. — Ни для кого не секрет, что все драконы обладают исключительным иммунитетом к магии. И любой смельчак, который только осмелится поколдовать на наш народ, будет мгновенно уничтожен своими же чарами или, если всё-таки выживет, Советом наших семей!

Слушая её пламенную речь, я стояла и молча внимала новой информации. Да, такой ликбез точно не повредит.

Как назло, Раула замолчала. И обе мои соседки-красотки вновь уставились на меня в ожидании ответа, внимательно так, не отрываясь от моего лица своими изумленными глазками.

Невольно вздохнула и решила оправдываться:

— Этот недуг со мной с самого рождения, о, пылающие. Увы, мне неведомо, что же тогда произошло.

Да, вежливость — теперь мое второе «я». Маман, настоящая, земная, была бы в восторге. Папахен, тем более. Помнится, он даже порывался пару раз помыть мне рот с мылом, буквально! Подумаешь, принял услышанную пословицу, как рецепт от «недуга».

— Ой, — снова выразилась я, когда невольно вспомнила об отце и неласковых с ним отношениях.

— Слушай, ведь это точно ненормально. Может быть, ты у матушки своей спросишь. А если не хочешь к ней, загляни к Ан'Куэну, нашему костоправу. Хотя лучше к нему, чем к главной Дрейкон. — С этими словами Сиера поднялась с кровати. Щеки соседки покраснели, когда она еле слышно добавила: — Ты только, если пойдешь к нему, возьми меня с собой, ладно?

— Увы, — произнес мой рот, вместо категорического отказа, — я не планирую посещать сегодня ни матушку, ни этого прекрасного дракона.

И вот сейчас я еле сдержалась от того, чтобы снова не ойкнуть. Промолчала. Молодец. Определенно, надо выдать себе медаль.

— Хорошо, — грустно бросила Сиера. Секунда на разглядывание моей невозмутимой мины на лице, и она развернулась к Рауле. Видимо, поверила. — А насчет несвежего платья есть одно действенное заклинание очищения одежды, хочешь научу?

— О, конечно! — воскликнула вторая драконица.

И эта парочка принялась самозабвенно выбирать развешанные на трех стульях несвежие платья Эн’Раулы Хоркин.

Я тем временем подошла к своему шкафу и стала разглядывать мрачные наряды, столь любезно предоставленные моей новой матерью. В первую очередь взгляд зацепился за черное бархатное платье, лоснящееся под лучами солнышка, заглянувшего к нам в комнату сквозь высокие сводчатые окна.

Эх, воспоминания нахлынули волной…

Когда в детстве я выбиралась из Бруклина, в котором, собственно, и родилась, всегда первым делом посещала улицу газетчиков — Таймс-сквер, а следующим пунктом был он и только он — Центральный парк и высотки его окружающие.

Могла подолгу любоваться с крыш мансардными этажами и растительностью, раскинувшейся внизу безвкусным прямоугольником. Но вот теперь в первые полеты над тренировочными долинами академии я испытывала ни с чем несравнимый восторг и пару раз даже кидала восхищенный клич на всю округу.

Свежий ветер, бескрайние леса, высокие-высокие горные цепи кругом! И всё такое настоящее! Словами не передать!

Сопровождающий меня преподаватель тактично молчал, за что ему отдельная благодарность. Однако по его встревоженному и настороженному виду поняла, что эти снобы так себя не ведут.

Эх…

И вот теперь, после недели чудных тренировочных полетов, начался новый этап. Хвостовая практика. М-да. Не совсем, конечно, это я её так называю. В расписании же стоит: «Овладение ипостасью». А вообще, у нашего и еще трех следующих курсов слово «ипостась» встречается просто с завидной регулярностью. «Охрана ипостаси», «Тренировка терпения в ипостаси», «Развитие ипостаси», и тому подобное, прочее, далее. Короче.

Пока я размышляла, успела кое-как натянуть через верх черное платье, и с удивлением обнаружила на себе скептические взгляды своих соседок по комнате.

— Слушай, ты никак планируешь завоевать Ан’Шуата, раз уже целую неделю подряд носишь одни лишь черные наряды, — пришла к такому выводу Раула. К тому моменту она уже покончила колдовать над платьем темно-зеленого цвета вновь свеженьким, чистеньким и даже, как будто отутюженным отпаривателем.

— Почему это? — естественно, уточнила я, или моя цензура.

— Он любит черный цвет.

«И что? Мне теперь нельзя носить ничего черного? Я как-никак просто без ума от этого цвета, а еще от своих дред до пояса и татуировок в полспины. Но я же об этом никому не говорю, свои вкусы не навязываю, и уж тем более никому ничего не запрещаю». — Вот только всю мою мысль сжало до одного наипростейшего вопроса:

— Почему?

— Да потому, что он антрацитовый дракон. Неужели ты не знаешь? Цвет наших волос в человеческой форме напрямую связан с окрасом ипостаси.

— Нет, я спрашивала о том, почему он обожает черный цвет. А не почему он черный дракон.

Бинго. Кажется, я научилась обходить мозговой фаервол и говорить то, о чем думаю. Главное, излагать правильно свою мысль и не перегибать с просторечными или ругательными словечками.

Раула призадумалась. Основательно так. Сомкнула губы и уткнулась взглядом в одну точку. А я, наоборот улыбнулась повеселела и намылилась выходить из комнаты.

И даже почти это сделала!

Но нет. В этот раз меня остановили слова Сиеры:

— Эн’Айри, не знаю, сказали ли тебе. Но Ан’Шуат отказался от договоренности о вашем брачном союзе. И… — я застыла на месте. — В общем, твой внешний вид, эм, цвет платья, намекает… будто ты сожалеешь о размолвке и хочешь вернуть его интерес, скажем так. Нет, я, конечно, предполагала, что он тебе небезразличен, и всё такое. Однако за всю ту неделю, которую мы тебя знаем. Мы с Раулой не увидели и намека на твой интерес к третьему отпрыску главы семейства Райхон.

Все время, пока соседка пыталась мне что-то доказать, я костерила последними словами мою новую Дракомутер. А знаете почему? Эта хитрая ящерица снабдила меня сплошь черными платьями. Только черными, но разных фасонов, длины и, собственно, вида ткани.

Потому, недолго думая, я вернулась к своему гардеробу, стремительно открыла его со скрипом и хрустом и… перестаралась. Одна дверца жалобно повисла на верхней петле. Подошедшие со спины соседки сначала молча взирали несколько секунд, а потом, когда до них дошло, начали тихонько посмеиваться.

— Маман услужила? — первой озвучила общую догадку Раула.

Я не растерялась и попыталась тут же найти вариант решения:

— Не хотите поменяться платьями, о, пламенные?

Девушки аж слюной поперхнулись из-за моего предложения, чем вновь меня удивили.

— Извини, — отказалась Сиера, — но твои платья стоят баснословных денег, мне и за одно такое придется отдать тебе все свои десять.

— А если я, допустим, подарю его в обмен на одно-два платья других цветов?

— Э-э-э, — и снова этой парочке пришлось придумывать оправдания.

Но в этот раз высказалась уже Раула:

— Видишь ли… Мы тоже не рассчитываем на пристальное внимание Ан’Шуата. Ведь его семье почти невозможно отказать, если вдруг этот сноб вздумает сделать брачное предложение.

— Хм, — я чудом не ойкнула.

Хотя с другой стороны, какое мне дело до вкусов Шуата? Ведь он от меня отказался? Подумаешь, поиграю на его чувствах. А если сыночек ректора вздумает воспылать ко мне романтическими чувствами, то в этот раз откажу ему я. Определенно, так и поступлю!

Видимо, лицо моё меня выдало. Потому как соседки уставились на меня во все глаза.

— Уж не думаешь ли ты… — начала было Сиера, рыженькая с красным отливом волос, заплетенных в длинную косу.

— Раздразнить Ан’Шуата из мести? — довила Раула. — Ты хоть представляешь, что случится, если ему откажешь?

Все, на этом мое терпение закончилось, и я попросту вылетела из комнаты. Жаль, не в буквальном смысле этого слова.

А в уме продолжила ворчать: Шуат то, Шуат се. Вот раздразню! Вот отвергну! А потом и посмотрим, что же случится дальше! Не то эти нежные цветочки совсем не умеют отстаивать свою точку зрения. Стоит лишь преподавателю повысить на них голосок, как они теряются, жмурятся, хныкают.

Жаль, меня цензура сдерживает, не дает красиво развернуть мысль пятиэтажным, отборным слогом. Уж я бы тогда ответила всем, каждому встречному-поперечному и не только Ан'Шуату. А еще это их гендерное разделение имен тоже невероятно злит. Представьте себе, имя девочки, девушки, женщины да хоть старухи, всегда начинается с приставки «Эн». А мужское, как вы, наверное, уже догадались, с «Ан».

Н-да.

— Эн’Айри! — окликнул меня брат, когда я, кипящая и негодующая, спустилась до первого этажа. В общем, заметить не успела, как очутилась в общем зале с расписанием.

— Я тебя слушаю, — бросила ему без особого энтузиазма, но вежливо.

— Мне велено передать тебе от матушки, чтобы ты не менялась ни с кем платьями, — прошептал братец, стреляя по сторонам глазками.

И на том спасибо.

Не понимаю только, почему брательник всю неделю ждал с этими новостями.

Что же до платьев, то тут еще проще. Даже если и захочу, то вряд ли кто-то сам согласится поменяться.

Видимо, придется брать ситуацию в свои руки.

Точно! Есть у меня одна идейка, которая потребует всю мою концентрацию, выдержку и не только. Но не суть.

В предвкушении будущего веселья я чуть было ладони не потерла в присутствии брата. А этот шпион, наверняка, тут же доложит моей Дракомутер о странном поведении странной Эн'Айри.

— Не смею более задерживать, — исключительно вежливо послала Райана, и даже самой понравилось. Надо бы запомнить.

— Э, да… Хорошо, — согласился он, развернулся и утопал к своему мужскому кружку по интересам. Это я так назвала всю его блондинистую братию в количестве пяти довольно взрослых парней.

Вот, кстати, еще что заметила. Самки, то есть женские особи, у драконов рождались преимущественно красноволосые, но разных оттенков. Разнообразие же окрасов мужчин представляло из себя все цвета радуги, кроме красного, что всегда вызывало негласную зависть у слабого пола. И это я тоже, кстати, успела заметить.

Так вот.

Увы, мне и тут удалось отличиться, потому как родилась я самой натуральной блондинкой. И в первую неделю после рождения моя драконья маман отчаянно старалась это исправить. С завидным упорством она красила мои волосы по пять раз на дню. Но эффект был нулевой. После слов моих соседок я наконец поняла, почему. Магический иммунитет. Но сейчас я не об этом.

Моя Дракомутер, все еще искренне надеясь, что я сама воспылаю любовью к красному цвету и захочу покрасить волосы, снабдила меня целым чемоданчиком реагентов. И я нашла им достойное применение!

Вдруг ход моих мыслей был прерван очередным вмешательством. Только на этот раз в меня чуть не впилился на полном ходу, кто бы вы думали? А я так и застыла на проходе, созидая планы мести Шуату. Правда, он меня опередил.

— Эн’Айри! — вознегодовал черный дракоша, буквально, споткнувшись об меня. — Неужели ты настолько жаждешь моего общества?

Да щас! Размечтался. Но вместо этого мой рот выдал:

— Я просто мечтаю об этом, о, пылающий… — а еще добавил закономерное и тройное: — Ой!

По глазам поняла, что Шуат не поверил ни единому моему слову. Вот и замечательно. Потому ехидно улыбнулась и отошла в сторону, освобождая проход парням и девушкам, столпившимся за нашими спинами.

— И зачем только рискуешь? — С этими словами Раула приблизилась ко мне вместе со смущенной Сиерой.

Я же лишь закатила глаза к сводчатому потолку и произнесла что-то вроде:

— Посмотрим, о, пылающие. Посмотрим.

И как раз в этот момент огромные кованые двери столовой комнаты протяжно проскрипели и распахнулись, приглашая голодных ящериц, то есть драконов, к столам, накрытым для утренней трапезы.

Естественно, галантная мужская половина нашего сборища пропустила вперед студенток, которых было, как бы это выразиться, гораздо меньше чем студентов. Вот еще одна странность, которую умудрилась заметить. Даже преподаватели — теоретики и практики, костоправы — они же врачи и медбратья, стражи, повара — здесь были преимущественно мужчины. Прислуги почти не было. Убираться и следить за своими вещами заставляли всех обучающихся самостоятельно. Что просто не могло огорчить. Меня уж точно.

Хотела я того или нет, Сиера подхватила меня под локоть и повела в столовую, усиленно разглядывая собственную обувь. Оно и понятно, такой поголовный интерес мужского пола к нам даже меня заставил немного смутиться. Ведь мы все, имею в виду девушек, шли сквозь живой коридор из мужчин, молчаливо оценивающих наши достоинства, если судить по их взглядам, красноречиво гуляющих по нашим фигурам сверху вниз и обратно.

Раула шла рядом с рыженькой. А я в который раз позавидовала второкурсникам и старшему потоку. Ведь нам, новичкам, по какому-то глупому правилу положено употреблять в пищу мясо, мясо, мясо и немного каши. Как я успела узнать, считалось, что на начальном курсе тренировки и физическая нагрузка самые интенсивные, отсюда и такой рацион.

Вот только эти куропатки да окороки и бараньи ребрышки я уже видеть не могла. И заочно воротила нос, пока мы шли мимо столов.

— Смотри, — Сиера решила обратить мое внимание. Она указала пальцем перед собой.

Действительно, впереди, сбоку от наших столов первокурсников, уже сидело трое мужчин.

— Вон тот темненький, с зеленым отливом — это Ан’Куэн, — моя соседка с примечательной фамилией Зальц представила того самого костоправа.

— Э, да, хорошо, — зачем-то ответила я, прежде чем сесть на свой стул. Естественно, Сиера устроилась справа от меня и продолжила щебетать:

— Ты знаешь, он вчера настойчиво расспрашивал меня о тебе и твоей лодыжке, — выдала рыженькая еле слышно и принялась накладывать еду себе в тарелку.

— Правда? — удивилась я. И, как назло, наши взгляды встретились раньше, чем я успела его рассмотреть. Вот уж никогда бы не подумала, будто зальюсь стыдливым румянцем.

Но нет, все-таки собралась, приосанилась и вновь посмотрела в его сторону. Да, так и есть, темненький чем-то даже напоминал Ан’Шуата. Только этот волосы собирал в низкий хвост и повязал его черной атласной лентой. А еще черты лица костоправа были, как бы это выразиться, тоньше, что ли?

Наши взгляды вновь встретились, и в этот раз Ан’Куэн мне даже улыбнулся. Но в следующий миг кто-то проскрежетал стулом сбоку от меня, отвлекая внимание. И — о, чудо! Этим кем-то оказался мой нареченный, который тут же устроился по левую сторону.

— Чем обязана своим вниманием? — уточнила у него цензурно вместо: «Че приперся?».

Но, увы, Шуат не ответил. Он лишь поджал губы, иронично изогнув брови, и принялся накладывать еду себе в тарелку. А я решила совсем обнаглеть.

Приподнялась со стула и быстро подошла к Ан’Куэну. И пока не передумала, уточнила у мужчины, который обернулся в мою сторону:

— Здесь свободно?

Кажется, из-за моей выходки у кого-то упали столовые приборы на тарелку в количестве десяти штук. Или же я преувеличила. Не суть.

В ответ на мое явно бесцеремонное поведение, костоправ решил поухаживать. Галантно отодвинул стул и знаком руки предложил присесть рядом.

— Прошу, — вымолвил Куэн с улыбкой, еле слышно добавив: — Чем обязан таким вниманием?

Чуть не прыснула со смеху. Н-да. Как же скуден ваш цензурный язык. Чудом удержалась от комментария и сказала лишь:

— Благодарю.

А после решила все-таки пояснить.

— У вас на столе есть и фрукты, и салаты с овощами. А нас потчуют одними мясными деликатесами, — удивительно, но смысл сказанного в этот раз вроде бы не сильно пострадал.

— В таком случае, позвольте за вами поухаживать, — предложил Куэн, отчаянно стараясь не выдать своего веселья.

Вдруг мне отчего-то захотелось посмотреть на Шуата и его реакцию. Не знаю даже почему, злорадства ради, что ли? И ничуть не удивилась, встретив его пристальный взгляд в ответ. Потому, недолго думая, взяла в руки вилку и взмахнула ей в воздухе, отсалютовав с полукивком своему бывшему жениху.

Но его реакцию, я, увы, увидеть не успела. Меня тот же миг отвлекли. Сосед костоправа решил втянуть в разговор:

— Так вы любите овощи и фрукты?

— Да, — призналась честно и без задней мысли. И, кстати, даже без цензуры.

— Удивительно просто, — не удержался от комментария другой сидящий напротив меня. А заметив мой вопросительный взгляд, пояснил:

— Мы, костоправы, едим это исключительно ради пользы для тела, — при этом дракон кивнул в сторону тарелок с салатами.

Вот как? Собственно, логично. Где бы вы встречали драконов-веганов?

Все-таки я прыснула со смеху, вспомнив про диплодоков и трицератопсов. Интересно, а динозавры и драконы, случаем, не родственники какие-нибудь дальние-дальние.

Но, увы, мой собеседник, похоже, оскорбился моей реакцией, потому как его следующие слова звучали куда-как более сдержанно:

— Я сказал что-то смешное?

— Ох, простите, я смеялась над своими воспоминаниями.

Теперь настало время удивляться знакомому костоправу. Но мучить вопросами он не стал, а вместо этого поставил напротив меня тарелку с разными салатами, обложенные по краям кусочками фруктов.

— Вы действительно не хотите поесть мяса? — удивленно уточнил Куэн, глядя с каким энтузиазмом я принялась за поглощение мелко нашинкованной капусты с огурцом.

Ха! Хотела ответить с набитым ртом. Но цензура мне это не позволила. Пришлось прожевать и проглотить, прежде чем выдать неопределенно:

— Э, как-нибудь потом.

И все. На этом разговоры за нашим столом прекратились. Мы принялись за еду. Под конец я с удовольствием смаковала очищенные от косточек сливы да накалывала на вилку кусочки грейпфрута, в общем, ела с удовольствием и даже не морщилась.

— Простите мне моё вмешательство, — еще один сидящий напротив меня дракон с темно-лиловыми волосами решил втянуть в разговор:

— Но как вы едите этот горький фрукт?

— О, мне и лимон нравится, особенно, если добавить его в чай.

В этот раз вилка упала у Куэна:

— Удивительно, если бы не знал, что вы Дрейкон, подумал бы о зверолюдах.

— Что-что, простите? — удивилась я, услышав новое словечко. Но меня, видимо, поняли превратно.

— Ах. Севернее Дрейконвиля есть диаспоры разных тварей. Не обращайте на мои слова никакого внимания.

— Хорошо, — пришлось вынужденно согласиться. Однако моя голодная любознательность непременно поставила себе в планы, разузнать о них побольше, в идеале увидеть воочию. И причем решила начать с наводящих вопросов прямо сейчас:

— А расскажите мне, пожалуйста, о Дрейконвиле?

— Это название древнего чертога, принадлежащего вашей семье, — раздалось за моей спиной знакомым мужским голосом и почему-то довольно злым. С чего бы это, спрашивается?

Слегка улыбнувшись полученному эффекту из-за собственной выходки, еле удержалась от злорадства. И даже оборачиваться не стала, кивнув Куэну и остальным на прощание со словами:

— Благодарю за компанию, о, пылающие. Ясной вам погоды и попутного ветра в крылья…

Да уж, что бы я делала без цензуры.

Затем преисполненная достоинства я поднялась из-за стола, дабы удалиться, так и не ответив Шуату на его наглое вмешательство. Пусть позлится еще немного. Как вдруг костоправ ловко подскочил со своего места и буквально преградил мне дорогу. А поймав мою левую руку в свою ладонь, он извернулся, задвинул обратно мешающий нам стул и притянул к себе ближе, поднеся мои пальцы к губам.

Вот только его следующие слова реально подкачали:

— Смею надеяться, увидеть вас и вашу ноющую лодыжку у меня после занятий.

Хм, это он так нам свидание назначил, да? Хитер-хитер, ничего не скажешь. Сама же я ожидала, как минимум, комплимент там, или что еще положено говорить в таких случаях? Ведь точно же не о лодыжке, которая у меня почти не ныла. Подумаешь, оступилась один раз на летной тренировке, тоже мне трагедия.

— Хорошо, — согласилась, втайне надеясь побесить кое-кого сзади стоящего.

— Вы закончили обмен любезностями? — уточнил мой экс-жених, открыто негодуя. — У меня распоряжение от ректора сопроводить эту леди к нему.

— Правда? — удивился Куэн, озвучив мои мысли.

— Именно, — невозмутимо согласился Ан’Шуат.

— Что ж, не смею вас задерживать, — костоправ быстренько сдался и отпустил мою руку. А жаль… Ведь Шуат меня тут же подхватил под локоть и потащил из столовой в коридор.

— Неужели нужно так спешить? — уточнила я цензурно о причинах столь странного поведения одного не менее странного черного дракона. Сама при этом еле-еле переставляла ноги в неудобных туфлях. Раньше-то никогда в жизни каблуки не носила. Не поверите. Ботинки, бутсы, кеды, кроссовки — вот моя обувь парадно-повседневная на все случаи жизни. А тут, как первый раз увидела масштаб своих мучений, помимо узких и тесных платьев, чуть на луну не взвыла, если она здесь так называется, конечно.

— Именно, — сказал он, словно отмахнулся, не сбавляя темпа. Ведь точно издевается! Так. Ладно. Значит, еще один претендент на порчу имущества найден.

Придумывая месть послаще, я рассмеялась в голос, предвкушая предстоящее веселье. И — о, чудо! Шуат остановился, завернув за угол какого-то темного коридора.

«Что, неужели решил ударить без свидетелей?», — подумала непроизвольно, запоздало оценив ситуацию.

И оказалась права. Он действительно ударил. Но только не меня, а стену рядом, организуя в зеленом камне, а-ля мрамор цвета малахита, приличную такую выемку. Даже присвистнуть захотелось. И невольно порадоваться тому, что промазал мимо моей головы.

А дракон негодовал. Грудь его вздымалась, глаза сверкали в темноте, а из ноздрей чуть ли не пар валил. Эм… И чем же я это его так довела?

— Я… же великодушно предоставил тебе право выбора! — вознегодовал он громко, а я не сразу поняла его…

Кхм, о каком таком праве выбора?

— О чем это… — я, естественно, попыталась уточнить.

— Об отказе от нашей помолвки, — из-за слов Шуата чуть в голос не прыснула.

Подождите, это он сейчас строит из себя благородного и оправдывает свой поступок? Ха! Да мне-то какое до этого дело! Была помолвка, не была… Я бы всё равно вела себя так, как хотела и делала то, что хотела. Подумаешь, условности. А потом отказала бы ему перед алтарем, и дело с концом.

— Но…

— Но если ты продолжишь в том же духе, — он меня перебил, устроив свое лицо напротив моего. Укусить бы его за нос, так, чисто из вредности.

Но, думаю, этот не поймет да еще и ударит в ответ.

Поэтому решала не нарываться, а он продолжил угрожать:

— Я откажусь от своих слов.

Тут я даже не выдержала:

— Ха! И снова откажетесь от своих обязательств? Туше! Мои поздравления вашей дырявой памяти. Вы лишь сделаете из себя шута, о, пылающий Ан'Шуат. И вам не кажется, что эти слова созвучны?

Ну, вообще-то я не совсем это хотела сказать. Но за неимением альтернативы, думаю, и так сойдет.

— Вот как? — дракоша посмотрел на меня сощуренно с плохо скрываемой злобой. — И что же мне и дальше наблюдать весь этот показной флирт с моим братом?

Э, если бы у меня отстегивалась челюсть, она бы, наверняка, сейчас упала на пол. Поэтому, естественно, я не промолчала в ответ:

— Да как такое возможно? С каких это пор отпрыск столь влиятельной семьи работает обычным костоправом?

А судя по поведению этой напыщенной ящерицы напротив, его драконий род был не только влиятельным, но еще и мстительным. И подтверждение тому не заставило себя ждать, ровно как и ответ:

— С тех самых пор, как ему отказала Эн’Лаури Дрейкон.

После своих слов он буквально пригвоздил меня к стене своим телом, выдыхая прямо в губы:

— Кто угодно подойдет, но только не он.

Ох, я бы ему ответила!

Нет!

Лучше в лицо плюнула, если бы он меня не опередил. Грызанул за губу! Или же это несостоявшийся поцелуй? Ой, не знаю, не знаю. Хотела было рявкнуть на него. Вот только в следующий миг прозвенел звонок, сообщающий об окончании утренней трапезы.

Еще секунда, и Шуат от меня отстранился. Вторая секунда, и он поспешил скрыться дальше по коридору, пока я изумленно взирала ему вслед.

Что это только что было? Приступ ревности? Да ни в жизнь! Собственнические чувства? Сдается мне, это уже ближе к правде.

— Эн’Айри? — окликнул меня, как ни странно, брат. — Что ты здесь делаешь? Хм, и что с твоей губой?

— Ах, это? Прикусила. Нечаянно вышло… — поспешила оправдаться, пока брательник не надумал себе чего-нибудь своим воспаленным фантазией мозгом и не доложил об этом Дракомутер.

Пришлось спешно миновать Райана, глядящего на меня во все глаза. Поспешила обратно к залу с расписаниями и входу к столовой, чтобы затем уже повернуть в нужном направлении.

— Тебя проводить? — бросил родственник мне вслед.

Отвечать ему на это глупое предложение не стала, ускорилась. Ведь если бы действительно хотел проводить, то не стоял бы на месте истуканом.

Вдохнула, выдохнула от облегчения.

Видимо, легко отделалась от такого грозного Шуата, припирающего меня к стене. А заодно наконец ощутила всю гамму эмоций от нашей миленькой стычки. Чувство страха, пришедшее на смену адреналиновой храбрости, запоздало догнало и заставило вздрогнуть и поёжиться при ходьбе.

Может быть, действительно не стоило так перегибать и салютовать ему вилкой при всех? Да еще же и в платье черное нарядилась. Ох, и подсобила мне Дракомутер!

Ну, ничего…

Вот доберусь до чемоданчика с реагентами, и проблема, считай, решена. И даже не одна.

На этой позитивной ноте я умудрилась отправиться в учебный корпус. Далее поднялась на третий этаж, слегка запыхавшись. Затем прошла в правый коридор и уже на подходе к аудитории столкнулась с Раулой. Соседка, глядя на мою губу, подсобила. Она полезла в карман платья и протянула мне свой кипенно-белый платочек, расшитый вензелями и красными цветочками.

И это было так мило с её стороны. Милее даже котиков на аватарках. Наверное.

В общем, взяла у неё платок и благодарно кивнула в ответ. После вошла в огромное помещение со множеством сводчатых высоких окон от пола до потолка. Размером же эта комната для «Хвостовой Практики» достигала половину футбольного поля и никак не меньше. Оно и понятно, обучаться будем принимая драконью ипостась. Странно только то, что внутри, а не снаружи.

— Так он тебя укусил или ударил? — еле слышно уточнила Сиера. Оказывается, она успела приблизиться ко мне сзади. А когда поравнялась и встала рядом, то протянула какую-то хрустальную колбочку с круглой крышкой.

— Заживляющая губная помада, — добавила она, опережая мой вопрос.

Рыженькая приоткрыла флакончик и выжидающе на меня уставилась. А я наконец поняла, чего же она хочет. Отняла платочек ото рта и позволила соседке нанести на саднящую ранку какой-то сухой крем абсолютно без запаха.

— Готово, — отчиталась Сиера по завершению действа. — Даже припухлость спала.

После она вопросительно на меня уставилась. Похоже, ожидала ответа на свой вопрос.

— Я сама прикусила, — оправдалась вроде бы негромко. Решила не ябедничать.

Однако в этот же момент в аудитории наступила гробовая тишина, и меня услышали остальные драконы. Ведь даже стоящие в стороне мужские кружки по интересам перестали о чем-то перешёптываться и уставились на наше трио.

— Вот как? — по сощуренному взгляду Сиеры было видно, что она не поверила моим словам и даже слегка обиделась.

Интересно, неужели Зальц ожидала, будто я расскажу ей обо всем прилюдно, или тут же брошусь рыдать в её дружеские объятья? Хотя грубо, конечно, получилось, это да…

— После занятий, — бросила я негромко и перевела взгляд на Раулу.

И… соседки всё поняли, молча кивнули.

— Ты только учти, если будешь выгораживать каждый подобный поступок, к тебе очередь выстроится из желающих, так скажем, укусить, — тихонечко предупредила рыженькая. По завершению фразы её лицо слегка порозовело.

А я не поняла её мотивов. Это она мне так сочувствовала или завидовала?

Пара минут бесхитростных наблюдений за поведением Эн’Си, как я укоротила её имя, все-таки позволили прийти к выводу, что и первое, и второе, причем в равных пропорциях.

Невольно подметила, как цвет щек смущенной соседки неплохо так сочетался с бордового цвета платьем с высоким вырезом и золотым кулончиком, инкрустированным огромным рубином. Нет, правильнее сказать, рубинищем.

Кстати, да, еще одна странность, которую успела подметить. Всегда думала, что драконы из всякого там фэнтези обожают золото, по крайней мере, все фильмы, которые пересмотрела еще в детстве, об этом буквально кричали.

Но нет.

Судя по увиденному, драконы и драконицы обожали не сколько золото, столько драгоценные камни, но не увешивались всякими дорогими побрякушками с головы до пят. Нет. Им достаточно было одного-двух ювелирных изделий. У мужчин — это, как правило, печатки под цвет волос со знаком рода, выгравированном на камне. У девушек же это кулончики с «маленьким» таким «аккуратненьким» камешком размером в грецкий орех. Реже — серьги, думаю, понятно почему.

Я же это правило напрочь нарушала и все свои драгоценности еще в самый первый день спрятала в угол бельевого шкафа из комнаты общежития. Схоронила на черный день, так сказать. Вдруг найду наконец-таки нужный позолоченный чайник, похожий на бабкин, и смогу переместиться обратно в Чайнатаун, или хотя бы куда-нибудь на Землю?

Кстати, именно для этих целей в своем шкафу держала пару нижних полок пустыми, складируя туда все найденные чайнички. Правда, успехи в этом деле почти нулевые. За всё время встретила только три похожих — и всё три мимо. Сколько бы ни пробовала открывать их и так, и этак, и за бока терла, как Алладин свою лампу. Увы. Как видите, я все еще тут.

Что же насчет этого «здесь», то я как раз вовремя вновь вернулась из мира грез и нехороших мыслей, чтобы обнаружить пришедшего на урок преподавателя.

Ох, что это был за индивид, вы бы знали. Точная копия маминого кумира из 80-х с одной единственной разницей, этот был более мускулист и полноват, что ли. А так, и челочка длинненькая в наличии, и пушистые каштановые волосы, шапкой облепляющие обаятельное личико с притягательными ямочками на щеках. Мамуля, моя родная с Земли, меня бы убила исключительно из зависти. Потом воскресила бы и ела поедом всю оставшуюся жизнь.

— Вы все, — начал преподаватель без предисловий, или я их просто пропустила, — отпрыски богатеньких семей, которым посчастливилось обучаться в самой лучшей академии всего Дрейконвиля.

«А как же… — в моей голове начал созревать новый вопрос». Но ровно до следующих слов препода:

— Королевства, названного в честь одного древнего чертога на севере наших территорий. — Взяв паузу, этот мамин кумир многозначительно оглядел собравшихся.

А я невольно залюбовалась игрой солнечных зайчиков в его волосах. Ведь вся стена за спиной препода сплошь состояла из фресочных полупрозрачных огромных окон, сквозь которые помимо проникающего солнышка виднелись белоснежные облака. Огромные белый шарики сладкой ваты проплывали куда-то вдаль мимо горных хребтов, усеивающих эту местность своими длинными цепями, тем самым отделяя множество зеленых долин друг от друга.

— Так вот, — продолжил душечка преподаватель, слегка улыбнувшись. Правда, ехидно так, что немного портило эффект. — Именно поэтому вас, цвет нашего общества, принято беречь от всяких бедствий, чтобы, ни дай Огненный, с вами что-нибудь случилось. Например, неожиданная гроза, ураган или еще какая-нибудь напасть.

И после его слов погода за окнами действительно стала портиться. Облака за считанные мгновения будто налились свинцом, превращаясь в огромные тучи, затягивающие собой небосвод плотным покрывалом. Следом поднялся ураганный ветер, заставляя стекла вздрагивать и дребезжать в деревянных ставнях.

А я действительно перепугалась не на шутку.

«Ох, только бы не гроза, только бы не гроза, только бы не гроза! — повторяла в уме, как мантру. — Только бы не она!».

Внутренне взмолилась я и стала оглядываться по сторонам в надежде найти, куда бы спрятаться, чтобы мое позорное поведение никто не увидел. Еще с самого детства я не боялась ни насекомых, ни змей, ни даже крокодилов с их безобразными зубастыми пастями. Но стоило услышать звук грома, как слезы непроизвольно наворачивались на глаза, и начиналась такая противная дрожь по всему телу…

Слабость и паника случались уже после.

А тут еще и преподаватель решил начать с моей персоны для прилюдного бичевания:

— Итак, наш первый альбинос в истории из уважаемой семьи Дрейкон, — он указал пальцем в мою сторону, подзывая тем самым к себе. — Начнем, пожалуй, с вас.

В этот самый миг за его спиной сверкнула наистрашнейшая молния, означая начало настоящего ливня. Раскаты грома были уже на подходе. А я не нашла ничего лучше, чем жутко разозлиться и прореветь на всю аудиторию:

— Я не альбинос! Я Эн’Айри! Эн’Айри Дрейкон! — смена человеческой формы на драконью ипостась не заставила себя ждать.

И — о, чудо! Теперь как бы сильно не грохотало за окном, мне почему-то было не страшно. Ничуточки. Лишь злость застилала глаза, но, увы, это мелочи.

— Посмотрите на себя в зеркало. Вы белая драконица, первая в истории, а все еще утверждаете, будто не альбинос? — откровенно потешался преподаватель, продолжая легонько отступать назад, к середине зала и подзывать меня к себе.

Естественно, я затопала к нему, заставляя пол под ногами студентов содрогаться. Привычные к такому исходу одноклассники стояли спокойно, даже не шелохнувшись.

Еще через несколько крупных шагов я отошла от остальных на достаточное расстояние, и случилось то, ради чего меня и позвали. Я попала в магическую ловушку, начерченную на полу. Сдерживающее заклинание сковало драконье тело и даже крылья, позволяя двигать только хвостом.

Далее началась сама суть занятия. Преподаватель стал атаковать, заставляя каменные штыки буквально вырастать из пола. И что, естественно, мне пришлось отбиваться единственным доступным оружием.

— Неужели даже альбинос семьи Дрейкон, семьи фельдмаршала нашей армии, столь слаба, чтобы выпутаться из подобной ситуации? — подначил меня совсем не душечка кумир, кажется, его звали Ан’Урдо.

Да, я бы непременно буковки в его имени переставила и произнесла это вслух. Вот только цензура вряд ли позволит. Но, увы, сколько бы я ни махала хвостом, каменных штыков, к тому же невольно царапающих кожу, становилось всё больше и больше. И в какой-то момент попросту не выдержала и дыхнула на пол своим столь же белым пламенем, как и я сама, правда, с синими языками на концах.

Магия мигом растаяла, и я освободилась, чтобы броситься на удивленного препода. Обдав его своим пепельным дыханием, в последний миг отдёрнула ипостась, чтобы его не укусить.

И вновь вмешался этот Шуат. Он попытался цапнуть меня за загривок и прижать к полу. Вот только в этот раз я оказалась проворнее, раскрыв крылья, буквально метнулась в сторону за секунду до того.

— Достаточно! — наверняка, раз в пятый крикнул преподаватель. Но меня было уже не остановить. Я буквально взбунтовалась и потребовала к себе уважения:

— Я не альбинос! — взревела своей драконьей глоткой на всю залу и клацнула челюстью в сторону Шуата. — А ты, если еще раз будешь мне угрожать, то получишь в ответ!

Все. На этом терпение преподавателя, видимо, кончилось. И он, применив магию отмены, заставил нас обоих сменить ипостась на человеческую.

— К ректору! Оба! — взревел Ан'Урдо, перекрикивая гул за окном и дребезжание стёкол в окнах за нашими спинами.

Мне вновь стало страшно до чертиков из-за непогоды и, в частности, грозы. Вот только мой всхлип и плач были восприняты не как страх, а как обида, поэтому препод все-таки смягчился:

— Ладно, на этот раз прощаю. Но чтобы больше никакой агрессии на преподавателей и студентов, и никакого непослушания. Иначе мне придется записать вас еще и на курсы Психического контроля в ипостаси.

Но меня это ничуть не успокаивало, увы. А тут и еще одна вспышка молнии подоспела. Я взвизгнула и сама непроизвольно бросилась в объятья к своему врагу номер один. Запрыгнула на ручки к третьему отпрыску семейки Райхон, все-таки заявившемуся на занятие.

К чести Шу сказать, он меня поймал и слова не сказал.

— Ан’Шуат, — недовольно проворчал этот Урдо, — проводите аль… Эн’Айри в её комнату.

— Будет сделано, — согласился этот гад, стискивая меня сильнее, ревущую и трясущуюся от страха.

Какой позор! Надо же было так подставиться?

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Кредо дракона, или Академия особого наказания предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я