S-T-I-K-S. Товарищ Резак 2

Герман Горшенев, 2021

Завершающая книга трилогии – «Изолированный стаб», «Товарищ Резак» и «Товарищ Резак 2». Первые две книги можно читать в любой последовательности, и только сейчас судьба сплела пути героев в тугой и хитрый узел, а теперь стоит и смотрит, почёсывая затылок: «И что мне с этим всем делать?». Осталось много не раскрытых линий, неизвестных персонажей, веселья и интересного. Книга призвана заполнить культурные пустоты. Вам предстоит узнать: Зачем профессору, в честь которого давно называют грозные боевые корабли, нужна палка с примотанным гвоздём? Обижаются ли собаки, когда с ними хотят поговорить по-человечески? Как увольняются добрые девочки, когда их ругают злые начальницы? Как резать скальпы на русский манер? За что благодарят объёмные датчики? Надеюсь, на все эти животрепещущие вопросы вы найдёте ответы на страницах этой книги.

Оглавление

© Каменистый Артём (Мир S-T-I-K-S, его устройство и терминология)

© Горшенев Герман

© ИДДК

Пролог

Великий господин, затмевающий солнце, задумчиво заходил в свой кабинет. Он сейчас размышлял о том, какой же он добрый и милостивый: несмотря на всё то, что ему устраивают холопы, он по-прежнему одаривает их своим благословением. Даже эта девчонка — она же его укусила! Могла бы постараться, а не выбрыкиваться. После визита гонца животных всё, что относилось к лучшей части тела, великий господин, затмевающий солнце, воспринимал очень болезненно. Даже после полного восстановления остались болезненные ощущения. Девке-то что? Подумаешь, переломанный нос и пара выбитых зубов. Отрастёт. Холопки — они очень крепкие, да и что тут такого? Можно подумать, каждый день ей выпадает такое счастье: близко познать столь великого человека, как он. Какие же они всё-таки неблагодарные, эти быдляне.

Ещё был испорчен маникюр, а его делали позавчера; а эти синяки на костяшках… В Стиксе они раз в пять быстрее проходят, чем в его мире, но на завтра назначена деловая встреча. И что о нём подумают? Что он опустился до того, что сам холопов бьёт? Какие же они всё-таки…

Какие же эти быдляне неблагодарные! Каждое утро ты к ним выходишь, чтобы они могли полюбоваться, получить эстетическое удовольствие, смотря на тебя, вышедшего на террасу. И это в любую погоду, каждое утро. И никому не интересно, во сколько закончилась вечеринка, а перед этим надо обязательно надеть новый халат, произвести омовение, утренний моцион, а потом макияж. Они думают, что просто всегда выглядеть замечательно, выходя на балкон? А теперь эта девка ещё укусила… Когда у неё ещё будет такая возможность? Странные они, эти влюблённые дуры. Великий господин, затмевающий солнце, подошёл к богатому бару, взял хрустальный бокал и налил в него мадеру сорокалетней выдержки из старинной бутылки. В баре было немало крепкого спиртного, но это не для него, а для мужланов, других хозяев стабов, часто посещавших этот кабинет с деловыми визитами. Великий господин, затмевающий солнце, фыркнул своим мыслям. Гости предпочитали крепкую дрянь насыщенному вкусу выдержанного вина. Дураки и грубияны.

Бокал был прохладен, как и положено по этикету, но на несколько градусов холоднее, чем нужно. Это всё оттого, что железяка имела постоянную температуру, и отрегулировать её не было никакой возможности. Древний артефакт был сделан в форме квадратного куска металла, имеющего высоту всего сантиметра четыре и сторону сантиметров пятьдесят. По его краям размещались дуги из жёлтого, чёрного, розового и абсолютно белого металлов. Он был не радиоактивен. Великий господин, затмевающий солнце, всегда проверял все странные предметы, не смогут ли они повредить его выдающемуся здоровью. Хотя это и Стикс, но ничего из того, что касается его здоровья, на самотёк пускать не следовало. Артефакт был предметом гордости. С одной стороны квадрат был всегда холодным, ровно семь градусов по Цельсию, а с другой был всегда горячим — пятьдесят шесть градусов; две другие стороны оставались комнатной температуры и не имели замечательных дужек, на которые так удобно размещать чашки и бокалы. Пришлось специально подыскивать и перебирать немало наборов посуды.

Великий господин, затмевающий солнце, держал кофейные чашечки на тёплой стороне, потому что эспрессо всегда принято пить из тёплой чашечки; а с другой — специально подобрал бокалы, чтобы они соответствовали тем напиткам, которые предполагалось пить из прохладных бокалов, при этом идеально подходивших под форму дужек. Как-то поменять, раздвинуть или отогнуть дужки было совершенно невозможно. Материал квадрата не был подвержен никаким механическим воздействиям, владелец даже тайно попытался поцарапать алмазом квадрат с нижней, не видимой никому стороны. Алмаз успешно царапался об артефакт, но при этом сам артефакт оставался равнодушен к подобным издевательствам.

В этом мире всё далеко от совершенства, и нагретые артефактом чашечки кофе были теплее, чем это положено, на два градуса, а бокалы — на целых три градуса холоднее, чем принято подавать напитки. Любой специально обученный холоп сделал бы всё идеально, но холоп может быть у каждого хозяина стаба, а вот такой артефакт — один на весь Стикс. Великий господин, затмевающий солнце, мог поступиться несколькими градусами в этикете ради возможности похвастать тем, чего у других нет и никогда не будет.

Специально для квадрата была сделана шикарная подставка, украшенная лучшими ювелирами. Драгоценности в этом мире цены не имеют, зато имеют значение возможности — а у него они были, и это был предмет гордости. Великий не являлся ни коллекционером, ни знатоком, ни тем более человеком, готовым отдаться с головой познанию мира. Единственным его увлечением было взращивание внутреннего достоинства. Уникальные предметы давали ощущение полной власти — пусть не над всем миром, но над тем кусочком, который подвластен движению его ухоженной руки с идеальным маникюром.

Вот с такими мыслями великий властелин опустился в своё любимое кресло; донышко проломилось, хрустнула надрезанная ткань, и зад провалился в дырку, а ноги высоко задрались. Тело согнулось почти пополам, руки остались на массивных подлокотниках, и он даже не успел испугаться, как кто-то очень быстрый залепил рот скотчем и прибил гвоздями руки властелина к подлокотнику, воспользовавшись странным прибором. Это было похоже на строительный пневматический пистолет, только с массивным глушителем. Устройство было почти бесшумным, но массивные гвозди пробивали кости рук и глубоко уходили в дерево, намертво фиксируя согнутую позу.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я