Строитель руин
Владимир Мясоедов, 2013

Инициатива наказуема! Ну не стоит спорить с этой истиной, иначе обязательно огребешь проблем на собственную голову, шкуру и прочие части тела. Так у Проглота, удачей поцелованного землянина-попаданца, ныне главного придворного мага при короле Азалии, и вышло. Видимо, он пропустил момент, когда удаче целоваться надоело, а может, просто боги решили над ним подшутить, но что-то вдруг Проглоту приспичило выдвинуть свою кандидатуру для инспекции графства Принмут, откуда подозрительно давно не присылали налогов. Ну выдвинул, ну поехал, ну и… Ох, как там его встретили! И кто бы мог подумать, что провинция живет столь насыщенной жизнью, только успевай отмахиваться да уворачиваться!

Оглавление

Из серии: Пожиратель чудовищ

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Строитель руин предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава 2

— Ну и как вам у нас? — задал вопрос сухонький старичок, поглаживая куцую бороденку и ехидно щуря маленькие выцветшие от возраста глазки, чей изначальный цвет было определить затруднительно.

— Вполне неплохо, даже здорово, — уверил его я, с удовольствием втягивая воздух, в котором причудливо смешивались ароматы каких-то цветов, и оглядывая помещение, где мы находились. Высокое, просторное, светлое, чистое, практически безлюдное. Таким, по моим представлениям, и должен был быть настоящий храм. Волны непонятной энергии, отчетливо видимой магическим зрением, гуляли по нему, словно рябь в пруду, и каждое их накатывание на кожу и ауру вызывало целую россыпь мурашек, вместе с тем бодря, подобно порыву холодного свежего ветра. Правда, живой артефакт, слившийся с телом, уже в третий раз прислал мыслеобраз, соответствующий опасности в случае, если будет получено достаточно крупное ранение, требующее экстренной регенерации или хотя бы обнажающее его из-под плоти носителя. Здесь использовать свои способности он не только не мог, но и считал достаточно опасным для нас обоих даже попытку просто обнаружить себя. — Пожалуй, не отказался бы бывать здесь почаще. Ну, когда работа позволяет, понятное дело.

Вот только природная лень, уверен, будет мешать. Уж больно далеко это здание от дворца расположено, едва ли не на окраине города. А столица, по местной традиции носящая то же название, что и страна, далеко не маленькая. В карете придворного мага, перед которой расступаются все и сразу, тащился не меньше, чем полчаса. А вообще настроение было прекрасным. В дополнение к трем десяткам солдат графиня, имеющая хорошие отношения со священнослужителями всех здешних официальных религий, договорилась отправить еще и парочку местных паладинов, вернее, их более младших, но и вместе с тем довольно многочисленных собратьев. Для большей представительности во время мирных переговоров, так сказать. И чтобы, если посланников попытаются убить, от праведной мести противникам короля стало отвертеться куда сложнее. При условии, что потерявшие своих коллег жрецы призовут паству отвернуться от кого-то, то словивший анафему тип очень скоро рискует если и не быть поднятым на вилы, то оказаться изгнанным из приличного общества. Вера для обитателей этого мира далеко не пустой звук, а умышленные преступления против нее — крайне тяжелый грех.

— Даже так? — слегка удивился один из высших иерархов культа Ремеса Торговца, пожалуй, самого почитаемого божества Азалии.

— А вы рассчитывали на иной эффект? — поднял одну бровь я, понимая, что где-то в чем-то не прав. Если уж такой матерый зубр не смог сдержать проявления своих эмоций, значит, ляп могущественным чародеем на службе короля был допущен крупный.

— Признаться, да, — старик посмотрел в сторону алтаря, сделанного в виде огромного прилавка с разложенными на нем товарами, где снедь в произвольном порядке чередовалась с тканями, мечами и книгами, перед которым в свободных позах замерло несколько фигур. Вот только все вещи были изготовлены из камня разных цветов. Наверное, чтобы священнослужители их действительно не продали, соединив службу с процессом получения выгоды. — Обычно те, кто отдал за могущество душу демонам, или же потомки порождений Бездны, под сводами, куда только при строительстве трижды спускался во плоти сам Ремес, начинают биться в припадках. И затащить их сюда добровольно почти невозможно. Но вы все-таки пришли и кажетесь всем довольны. Странно. Учитывая обстоятельства нашей первой встречи, я был почти уверен в том, что знакомство с храмовыми воинами придется проводить во дворе. А то и за оградой, перед воротами.

М-да, действительно, жрец вполне мог подумать такое. Если он утверждает, будто мы раньше виделись, значит, так оно и было. А встречаться с иерархами местных религий пока пришлось только однажды. В день коронации. Когда влетел в окно дворца, спасаясь от обстрела гвардейских големов, по счастливой случайности нарвался на того, кто ими управлял, и заметил кучку связанных людей в углу. Видок тогда был тот еще. Окровавленный, с торчащими отовсюду короткими стрелами и пожирающий неудачливого заговорщика с бешеной скоростью плотоядными щупальцами. Кстати, хороший вопрос, а почему слуг богов смогли обезвредить с той же легкостью, будто и простых крестьян? И как реагировать теперь? Пугаться вроде бы не с руки, придворный маг — это вам не гадалка с базара, пойманная за руку во время приворота или наведения порчи. Он, если подумать, сам может какой-нибудь монастырь разогнать, воспользовавшись одним только административным ресурсом и близостью к трону. Но и хамить в центре чуждой силы, да еще при изрядном численном перевесе ее адептов, не следует.

— Ну, в этой стране весьма терпимо относятся к темным искусствам, — осторожно заметил я, стараясь казаться безразличным. — Наказания за них предусмотрены, но, как правило, не слишком суровые. А уж те, кто обладает изрядной силой и властью, позволяют себе многое, вообще не опасаясь правосудия. Были случаи убедиться.

— Зависит от тяжести совершенного проступка, — задумчиво протянул жрец, пристально рассматривая меня, превосходящего его в росте едва ли не вдвое, а по объему, возможно, даже вчетверо. — Но тем и хороши заветы, данные богами, что они не зависят от воли сильных мира сего. Хозяин этого места, Ремес Торговец, один из самых терпимых небожителей. Таков его долг, частью которого служат примирение и переговоры с врагами. В храмы покровителя, если получит приглашение, может зайти даже истинный демон и не беспокоиться за собственные здоровье и жизнь. Но чувствовать себя тут комфортно закоренелые грешники и иже с ними просто не могут. И потому мне странно слышать от вас подобные слова.

— Не буду скрывать, мне случалось общаться с обладающими самыми разными силами, зачастую темными, и сотрудничать с ними, — осторожно протянул я, понимая, что образ могущественного колдуна начинает трещать по швам. — И кое-кому из них даже вполне серьезно молились, почитая наравне с богами. Но душу, к счастью, продавать все же не пришлось.

— Вы играете в очень опасную игру, — покачал головой жрец, как показалось, с искренним сочувствием. — Будьте осторожны. Волшебники, что думали, будто сумеют оседлать силы Бездны, встречались всегда. И если не останавливались вовремя, то всегда плохо кончали в погоне за еще большим могуществом. И пусть пока получается таскать золото из драконьей кучи, но однажды гигантский ящер все-таки заметит воришку и щелкнет челюстями.

— С чего такая забота о совершенно постороннем человеке? — неподдельно заинтересовался я. — Мы же практически незнакомы.

— Все просто, — пожал плечами старик. — Чем больше сил у поддавшегося соблазнам будет на момент падения, тем больше могущества будет ему обещано. И, вполне возможно, действительно достанется, если он даст демонам то, чего они так жаждут. А вы и сейчас достаточно опасны, чтобы в случае чего причинить воинам храма проблемы. На службу безопасности ковена магов в этом плане надежды нет.

— Почему? — Действительно интересный вопрос. От покойной Джулии, чьи останки слились со мной, мне было известно, что среди сильнейших магов страны чернокнижники не просто имеются. Они там правят бал. Да и покойный Директор, судя по поведению и репутации, вовсе не был светлым волшебником. — Из-за того, что я расправился с их главой, не рискнут связываться? Но это же глупо! Толпой можно в конечном счете завалить любого. Пусть и с большими потерями.

— Но кто же отважится охотиться на своего потенциального начальника? — усмехнулся жрец. — И вот не надо делать такие удивленные глаза. А то вы не знали, что маг, победивший соперника, при желании почти всегда может занять его место, и регалию власти главного чародея страны за своими плечами вы просто так таскаете. Да подобное во всем мире принято! Не были бы вы чужестранцем, уверен, уже заняли бы свой пост по праву сильного. А так еще придется побороться, но должен сказать, шансы у того, кто уже стал придворным магом, очень даже неплохие. Дерзайте, мэтр! Может, вы и не самый хороший на свете человек… но и не самый плохой точно, иначе в храме бы так легко не дышалось. А о большинстве тех, кто заседает сейчас в ковене, сказать того же не могу.

Упс! То есть вот эта вот помесь дубины с батарейкой, нечто вроде королевского скипетра, только на местной тусовке ведьм и колдунов? Но я ведь без нее как без рук! Не отдам! С тех пор как посох стал моим, щупальца живого артефакта разом прибавили в длине, мощи и управляемости, да к тому же расходуют куда меньше ресурсов, поскольку черпают оттуда нужную им энергию, а не получают ее неким противоестественным образом из расщепления тканей тела! Ну или во всяком случае делают последнее куда в меньшем объеме. Больше не приходится ловить людей или сжирать рассчитанную человек на двадцать трапезу после одного-единственного сотворения чар слившимся с плотью магическим симбионтом! А другую подобную вещь, самостоятельно восполняющую запасы магической энергии, попробуй еще найди! Я, пользуясь статусом придворного мага, искал. Нету в продаже. Только в парочке частных коллекций высших аристократов, надеющихся ими заманить себя на службу настоящих титанов магии или в руках самых могущественных чародеев, да и то у всех по одному экземпляру. Максимум по два.

— Что ж, позвольте представить вам ваших сопровождающих и, надеюсь, будущих гвардейцев его величества. — Старик подозвал двоих, ранее ошивавшихся у алтаря, малозаметным жестом руки. — Воины храма Локрен и Крен. Кто из них кто, объяснят сами, если не запутаются. Поверьте, они будут очень стараться, чтобы заслужить честь служить при дворе короля.

— Братья, — понял очевидное я, рассматривая две практически одинаковые черноволосые и черноглазые физиономии, отличающиеся по большей части лишь расположением на них родинок. Парни одеты в плащи, скрывающие фигуры, оружия на виду не держат. Очень молодые, к слову, лет по двадцать примерно. Ребята хоть и спортивные, но мускулами не бугрятся, на гордое звание паладина никак не тянут, слишком уж желтороты. Нет в них мощи и фанатичной веры, так необходимой любому избранному воину небес. Интересно, а жрец в курсе планов графини? За какие такие прегрешения он отправил пару молокососов фактически на убой?

— Тройняшки, — заметил кто-то из них. — Но наш младший брат Корен не проявил склонностей к владению оружием или волшебству и потому решил пойти по пути обычного служителя Ремеса Торговца.

Хм. Чую какой-то подвох. Еще на Земле слышал, что близкие родственники, а в особенности близнецы, могут быть связаны между собой какими-то незримыми узами и чувствовать друг друга. А что же следует ожидать от копий друг друга, выросших в мире, где одаренных детей стараются отправить в магические школы? С другой стороны, они хоть и ближайшие родственники, но все же не абсолютно одинаковы, вплоть до последней молекулы ДНК, и, возможно, тут подобное свойство уже работает в куда меньшей мере.

— Благословляю вас, — осенил нас троих каким-то символом старый жрец и вслед за взмахом его руки энергия, наполняющая храм, закрутилась водоворотом, въедаясь в ставшую вдруг ощутимой без всякой концентрации ауру тонкой пленкой. Почему-то появилась твердая уверенность, что сходить она станет явно не один день и в это время от темной магии лучше воздержаться. Но и эффективность ее против меня резко снизится. Живой артефакт прислал мыслеобраз, расшифровать который можно было лишь как призыв к панике, а по телу вместо приятных бодрящих мурашек пошли болезненные судороги. Творение чернокнижницы больше не желало терпеть издевательства над собой и готово было перехватить управление над нашим совместным телом. — Ступайте и делайте то, что должно!

— А вот этого уже не надо, — кое-как прохрипел я, инстинктивно перебарывая действие непонятной магии и избавляясь от полученной структуры, буквально вырывая ее из своего энергетического тела. Сразу же захотелось есть. Местные маги считают, будто запасы маны из обычных продуктов лучше всего восполняет молоко, но, думаю, молочный поросенок с хреном был бы уместнее в этот момент. — Во всяком случае, мне.

Братья, судя по сияющим раскрасневшимся физиономиям, чувствовали себя превосходно и вообще походили на людей, тяпнувших грамм эдак сто пятьдесят водки и подумывающих о продолжении банкета.

— Ну и ладно, — ехидно улыбнулся слуга бога-торговца. — Хоть так, но вас проняло. А то уж боялся, что начинаю впадать в маразм, а храм лишается расположения покровителя. Или что придется иметь дело с закоренелым праведником, каковых среди добившихся могущества магов в обозримый исторический период можно по пальцам пересчитать.

— Да особых злодейств за собой, в общем-то, и не припомню как-то, — пробормотал я, не желая оставлять за стариком последнее слово. — Убийство из самообороны или месть тем, кто пытался отправить тебя на тот свет, ведь не считается?

— Конечно, нет, — фыркнул жрец. — Вы не в церкви Длани Света, чьи последователи считают, будто едва родившийся человек уже кругом грешен и накапливает в себе пороки и тьму с каждым чихом!

И бодрым, хоть и немного кривоватым шагом ухромал куда-то к алтарю, не прощаясь.

— Что ж, давайте познакомимся поближе, — вздохнул, провожая взглядом спину служителя местной религии. Чувство, что где-то он меня нагрел, росло и крепло. — Я придворный маг его величества Дэриела Второго и ваш временный начальник. Впрочем, думаю, всеми нужными сведениями вас уже снабдили.

— В общем, да, — кивнул левый близнец. — Но, позвольте заметить, приказывать храмовым воинам может лишь сам Ремес и его верные жрецы. Никому другому, даже его величеству, этого не дано.

— Мне безразлично, но подчиняться вы будете или отправитесь обратно вместе с письмом о некомпетентности, — честно сказал я, думая, как бы половчее обломать зубки стоящей передо мной парочке молодых волчат, думающих, будто они большие и страшные звери, которых положено бояться всем и каждому. А то ведь намучаюсь с ними по самое не могу. Хотя, с другой стороны, учитывая пункт назначения, терпеть подобных попутчиков, вполне возможно, придется только в одну сторону. Уже плюс. — Первое впечатление… хм… не нравитесь вы мне.

Фраза, если не ошибаюсь, украденная из какого-то фильма, местный аналог недоделанных паладинов смутила, и пока мы шли до дверей, они все-таки соизволили выдать о себе краткую информацию. Были подкинуты в приют при храме все втроем, воспитывались там же. Слуги бога-торговца необходимость в защитниках испытывают регулярно, как-никак, им финансовыми операциями заниматься по должности положено и потому ресурс в виде не нужных родителям детей практически поголовно воспитывался умеющими держать оружие в руках. Свои собственные успехи на данном поприще братья оценивали как «выше среднего», честно сознаваясь в том, что даже среди их товарищей по воспитательному учреждению имелись бойцы, способные разделать любого из них на выбор.

— Так, с этим понятно, — сказал я, выходя из здания храма и осматривая округу в попытках найти выделенную мне карету. И три десятка солдат эскорта. Последних, впрочем, отыскать удалось без труда по издаваемому ими шуму. Бойцы, среди которых странным образом чередовались зеленые новобранцы и многоопытные служаки, собрались в кружок и азартно подбадривали кого-то, не видимого за их спинами. Совсем распустились, охламоны! Ну, я их сейчас заставлю родину любить! И охранять меня как положено! Черт с ними, с покушениями, выкручусь, не впервой, но вдруг нам действительно отдадут запрашиваемые налоги, а они их точно так же беречь будут? Да даже с зарплаты придворного мага возмещать убытки, полученные по вине подобных вояк, способных не заметить, как у них уводят золото, казенных лошадей, доспехи и оружие, нужно будет лет десять! — А как у вас со сверхъестественными способностями?

— Простите, с чем? — переспросил Крен. Отличить от брата его можно было по небольшому, но довольно заметному пятну коричневого цвета в самом центре левой щеки.

— Вы же воины храма, так? — уточнил у них я, рассматривая свое сопровождение и убеждаясь, что ему абсолютно безразличен факт существования придворного мага. По сторонам никто не смотрел, часовых не было и в помине. Все были увлечены непонятным процессом. — Чему вас научили, кроме как размахивать мечами? Лечить раны прикосновением? Изгонять нежить? Призывать благословления на союзников? Метать громы и молнии в своих врагов?

— М-м, ну… — смешались братья и растерянно посмотрели друг на друга. — Молиться?

— И все? — верить в такой ответ не хотелось. Но, видимо, приходилось.

— Ну, еще письму, счету, законам, — начал перечислять Локрен. — Для купцов, ремесленников, крестьян, благородных.

— А также морские, иностранные и те, которые применяются представителями иных рас, — подхватил Крен. — Это очень важно для тех, кто пользуется покровительством Ремеса Торговца, ведь нас часто привлекают для консультации.

— Кошмар, — надеюсь, отчаяние было не слишком заметно в моем голосе. — Вместо нормальных паладинов мне достались два боевых юриста!

— Простите, что?

— Неважно! — Гнев кипел в душе, а под кожей ходил волнами живой артефакт, видимо, решивший, будто назревает бой и, следовательно, скоро можно будет кого-нибудь сожрать. Кажется, сейчас воякам, выделенным графиней для путешествия, очень не поздоровится. Распихивая локтями головы собственного сопровождения, смотрящегося на фоне жителей Земли, откровенно говоря, мелковато, я пробился вперед и увидел зрелище, так привлекающее внимание бойцов. Драка. Причем в составе трое на одного. Даже разобрать, кого именно безжалостно запинывают тяжелыми сапогами, было, мягко говоря, затруднительно. А вот взять две ближайшие головы, обращенные ко мне затылками, и слегка столкнуть их друг с другом совсем не сложно. Надеюсь, не перестарался, не хотелось бы случайно проломить кому-нибудь череп. Воспитательный эффект будет совсем не тот. И еще можно получить нож в спину. Правда, оба этих неприятных последствия не слишком меня огорчат. На мнение других плевать, а живой артефакт не может лишь прирастить своему носителю отрубленную голову на место. Да и то, наверное, если быстро ее приставить обратно, то он что-нибудь сообразит, а уж обычные обширные ранения в шею он гарантированно излечивает, проверено на собственном опыте.

— Какого демона? — рявкнул оставшийся без группы поддержки солдат, разворачиваясь ко мне и занося покрытую чужой кровью руку для удара. Однако же от последнего все же сумел удержаться, оборвав движение на половине и едва не потеряв равновесия. Выглядел он, откровенно говоря, чистым зверем. Плоское лицо нездорово-зеленого оттенка, из которого едва выделялся нос, узенькие щелочки налитых кровью глаз, квадратная нижняя челюсть с хорошо просматриваемыми даже за плотно сжатыми губами клыками… В нем явно текла кровь орков. Правда, не слишком много. Может быть, четверть, а может, и одна восьмая.

— Догадайся! — зло прошипел ему я, едва удерживаясь от того, чтобы просто не вырубить нахала, так и не опустившего поднятый на уровень подбородка кулак. Или не стиснуть его в объятиях щупалец, пусть пока не смертельных, но наверняка пугающих и противных. Вот только если воспользоваться вовсю своими странными и страшными конечностями, то одежда будет непоправимо испорчена, из рук-то отходят очень тонкие и короткие отростки, а их более старшие собратья предпочитают в качестве места базирования торс. Кстати, этот клыкастик вроде бы собравшимся вокруг сбродом и командует. Но, несмотря на численность подчиненных бойцов, носит звание всего лишь десятника. — Что здесь происходит?!

— Работа с личным составом, — удивил меня дальний потомок орков, выдав вполне цензурный и даже грамотный оборот речи. — Поймали крысу, виноват, вора.

Лежащее на земле тело слабо застонало, показывая, что еще живо. По местным меркам рослый такой детинушка, модели кровь с молоком, мне даже до плеч достанет, если выпрямится. Кстати, на бандита совершенно не похож. Скорее на вчерашнего крестьянина. Последнее, видимо, было произнесено вслух, потому как десятник ответил. А умел бы он читать мысли, в столь низком звании бы не ходил.

— Рекрут из последнего набора, бастард какого-то мелкого дворянчика, едва ли не самолично пасущего гусей в своей деревне, руки еще к оружию не привыкли, машет боевым топором как плотницким. Стибрил деньги у одного из солдат, кто позавчера жалованье за два месяца получил, а сегодня этот идиот у лоточницы пирожок купить хотел и приметной монетой с откусанным краем блеснул. Обыскали и остальное нашли. Недоумок деревенский даже кошелек не выбросил!

— Не бууудуу, — провыл с плаксивыми детскими интонациями лежащий на земле парень. — Я больше не буудуууу!

— Конечно, не будешь, — зло посулил ему командир. — Потому что не сможешь! Сейчас так руки вороватые переломаем, нищие на паперти подавать начнут!

— Не надаааа! — Не поверил будущий инвалид в хирургические таланты начальства, способные обеспечить его верным и стабильным заработком. Впрочем, здешние бездомные на редкость черствые и злые люди, как они меня в период бродяжничества шугали, так это вспомнить страшно, а потому четвертьорку, чтобы добиться поставленных результатов, придется очень-очень постараться.

— А ну прекратить! — рявкнул на десятника я во всю мощь легких. Учитывая, что они у меня соответствовали остальному телу, то есть были больше местных стандартов раза в полтора, получилось громко. — Думайте, где и чем занимаетесь! Перед храмом! Посреди улицы! И, полюби вас разом все карманники и палачи столицы, куда делась карета и лошади?!

— Виноват, — буркнул десятник, все-таки опуская занесенную руку. — Забыл, что уже не в приграничном гарнизоне служу. Поднимайся, ты, кусок гнилого помета! Вечером продолжим. А транспорт мы на конюшню при храме отвели.

— Гм, — задумался я. Сказанное звучало в принципе достаточно логично. Да и наведение дисциплины жестокими методами в данном случае смотрелось вполне уместно. — А зачем?

— Мы же гости, так? — Вопросом на вопрос ответил командир. — Значит, покормить должны бесплатно. Не нас, слуги Ремеса изрядной скопидомностью отличаются, так хоть лошадок. С конюхами договориться проще, чем с монахами, да и не придираются они особо, ведь зерно принадлежит не им, а жрецам.

— Надо было так же сделать, — сказал кто-то из братьев за моей спиной. — И как раньше не додумались?

— Ну, думаю, с храмовыми воинами ты сработаешься, — позволил себе улыбнуться я. — Но если еще раз увижу такое позорище, сам будешь виноват.

— Разжалуете? — подозрительно уточнил десятник.

— Сделаю постоянным партнером в тренировках, — посулил ему я и, видя, что жертва собственных преступных наклонностей вставать с земли по-прежнему не собирается, взял ее на руки и подбросил в воздух как котенка. Понятное дело, живому артефакту пришлось немного усилить работу мускулов и позднее придется за его работу расплатиться, скажем, жареной курицей, но думаю, небольшая демонстрация того стоит. Да и поесть лишний раз будет не сказать чтобы очень в тягость. Якобы тяжело раненный воришка, почувствовав радость полета, завопил и принялся перебирать ногами и руками с такой скоростью, что едва действительно не преодолел силу притяжения. Увы, чуда конкретно сейчас не случилось, и он плюхнулся обратно вниз, причем, судя по сдавленному воплю и странно вывернутой ноге, умудрился еще и перелом получить.

— Отряди двух бойцов доставить его в казармы, для получения наказания за воровство и последующего лечения, и пусть они нас догоняют. — Приказ, кажется, командиру сопровождения не понравился, но возражать он не стал. — Ненадежные люди мне не нужны. И пусть благодарит богов, что мы не успели покинуть столицу раньше, чем он совершил свой проступок. В последнем случае ему понадобился бы уже не суд, а могильщик.

— Выполняю, — неохотно проскрипел десятник, уперев глаза в землю. — Эй вы, остолопы, чего встали? Бегом! И приведите уже, наконец, коней! Мы отправляемся!

Карету действительно довольно скоро подали, была она не быстроходной магической, а самой обычной, и потому в пути, затрудненном весенней распутицей, предстояло провести чуть меньше двух недель. Увы, достаточно элитного транспорта, чтобы на нем можно было возить простых солдат, не имелось даже у самого короля. Придется трястись на ухабах, впрочем, возможно, это и к лучшему. Узнаю как следует своих спутников, продумаю манеру поведения…

Жалко, что замаскироваться не получится. С моими габаритами удастся сойти только за боевого голема, даже в арсенале дворца доспехи нужного размера не подобрали. Больших было несколько штук, трофейных, снятых со знатных огров и великанов. Меньших целое море, выбирай не хочу. Пришлось опять надевать железную шкурку с магической машины для убийства. Разница только в том, что старый комплект лат, потерянный почти целиком незадолго до попадания в разборки между принцами, был зачарован двумя могущественными чернокнижницами на скорую руку за неделю, а новый изготавливался с полным соблюдением положенной в таких случаях технологии каким-то служащим при дворе артефактором, главным по ремонту механической гвардии. Интересно, какая железная скорлупка в итоге получилась прочнее? А то, чувствую, придется скоро на собственной шкуре ощутить разницу.

Занятый своими мыслями, я и сам не заметил, как задремал, а проснулся от того, что кто-то самым наглым образом лизнул меня в лицо. Открывшиеся глаза увидели перед собой темноту и высовывающуюся из нее жуткую рогатую морду с мерзким липким языком, предвкушающе ощупывающим свою добычу и высунувшимся из отвратительной широкой пасти, отдаленно схожей с крокодильей, на добрых полметра. Первым и инстинктивным порывом было убраться подальше от монстра, и, кажется, живой артефакт оказался солидарен в этом со своим носителем. Распрямившиеся ноги, в сторону от которых взвились фонтаны щепок, выбитых из днища экипажа, послали тело назад и вверх, а крыша кареты была пробита спиной, будто бумажная. Увы, но свое черное дело она сделала, и далеко улететь не получилось. Я упал на землю, чудом найдя промежуток между темными горбатыми спинами каких-то чудовищ, видимо, аналогичных пытавшемуся сожрать задремавшего путника, и тут же вскочил на ноги, выпуская щупальца, скидывая из-за плеч по-прежнему висящий за спиной посох и готовясь продать жизнь подороже.

— Мму? — Вопросительно сказало ближайшее ко мне существо, качнув рогатой головой и шлепнув хвостом по боку, чтобы отогнать какое-то кусачее насекомое, не оставившее его в покое даже с наступлением темноты.

— Атаковать? — прислал неуверенный мыслеобраз мой симбионт-паразит. — Пищи много, польза будет велика.

— Цыц! — одернул кровожадное, вернее, мясопожирающее порождение темной магии я, спасая тем стадо коров от тотального геноцида. Вряд ли рядовые буренки, невесть как окружившие карету и даже заславшие своего лазутчика внутрь, смогли бы противостоять мощи боевых заклинаний или умудряющихся обглодать человека до костей за несколько секунд плотоядных щупалец.

Кое-как протолкавшись через крупный рогатый скот обратно к карете, не знаю, правда, зачем, увидел, что в ее открытую дверь мордами залезли уже две ходячие фабрики по производству молока. И жуют мою сшитую на заказ парадную мантию придворного мага, неосмотрительно оставленную на свободном сиденье, чтобы одежда не помялась в сундуке!

— Какой кошмар, — буквально простонал я, выдирая украшенную серебряным шитьем ткань из слюнявой пасти обнаглевшего жвачного животного. Материал, по уверениям дворцового портного, кстати, чародея-артефактора с очень узкой специализацией, способный остановить удар меча и слабенькое боевое заклинание, затрещал и оставил в пальцах оторванный кусок. — Того, кого аристократы столицы за глаза заслуженно обзывают чудовищем и людоедом, перепугали до смерти давно не знавшие хозяйской хворостины ходячие котлеты. А ну пшли отсюда!

Животные маневр отступления предприняли так, будто давно тренировались. Одно шагнуло назад и влево, второе назад и вправо. Несчастная мантия окончательно пришла в негодность, эти злосчастные коровы ограбили меня на целых пять десятков золотых, выложенных за обновку! Хотя… может, удастся стрясти неустойку, потому как продали откровенный неликвид? С немалым трудом, но изуродованные остатки парадного одеяния все-таки удалось отбить и, закинув в карету, захлопнуть открытую дверцу. Надеюсь, через дыру, сделанную мной в стенке, внутрь рогатые любительницы жвачки не пролезут. Хотя уже ничему не удивлюсь. И, кстати, а где мое сопровождение в виде трех десятков человек? Если дрыхнут и не смогут привести убедительных, очень убедительных, причин для оставления кареты посреди стада — живой артефакт таки сегодня получит свою полуночную трапезу, крайне вредную для фигуры по уверениям лучших диетологов давно покинутой Земли. Причем любимым блюдом. Волосами, которые я вырву с мясом у этих ротозеев!

Короткий обзор территории, располагающейся за пределами недовольно мычащего стада, рассерженного тем, как грубо через него продирается посторонний человек, показал, что наш отряд находится посреди какой-то крохотной деревеньки на десяток дворов, причем половина строений выглядели изрядно покосившимися и нежилыми. Солдаты спали компактным пятном прямо на земле, подстелив свои плащи и похрапывая в меру сил, практически неразличимые в ночной темноте. Лишь одинокий часовой, сидящий спиной к едва тлеющему костерку, выделялся из общей массы. Не только позой. Он еще и шевелился, а если быть точным, то время от времени прикладывал какую-то флягу ко рту. И, если не ошибаюсь, был им тот самый десятник.

— Твоя работа? — хмуро спросил у командира сопровождения я, подходя к нему и как бы невзначай вырывая емкость щупальцем. Внутри оказалась чудовищно ароматная спиртовая настойка на травах, от которой во рту появилось ощущение исчезнувших в неизвестном направлении слизистых. Если бы не живой артефакт, уверен, в следующее мгновение я просто начал бы выплевывать на землю язык и полурастворившиеся зубы.

— О чем вы? — делано изумился воин, делая абсолютно невинное лицо. — Мессир, а зачем было ломать карету? Запасной у нас нет, да и мастера, чтобы смог хорошо ее залатать, найти удастся не сразу.

Затем его лицо мигом стало серьезным. И, пожалуй, даже грозным. Кожа на скулах натянулась, делая очень заметными прячущиеся за губами клыки.

— Слушай сюда, маг, — коротко бросил он, едва уловимым движением извлекая из-за пояса нож и начиная его подбрасывать. Лезвие неярко мерцало в ночи зелеными рунами. Артефакт, однако. Неужели нечто вроде того антимагического кинжала, которым Мальграм завалил Директора? Впрочем, даже если и так, есть идейка, как провернуть один фокус, отрепетированный еще на реквизите чародея-мошенника. Последний, наверное, является одним из лучших специалистов всего мира по зрелищам и сразу же, как у нас появилось свободное время, надавал своему вынужденному коллеге, занимающему пост, для которого он совершенно не предназначен, кучу советов. Не из альтруизма, как бы ни уверял в обратном, вовсе нет. Просто чем страшнее и ужаснее в глазах окружающих будет выглядеть придворный маг, тем меньше работы и внимания достанется скромному главе королевских телохранителей, желающему вкусно есть, много спать, пользоваться вниманием благородных дам и при этом не рисковать собственной шеей. — Эти солдаты мои! И только мои! С вором я могу поступить, как хочу. Избить, убить, наградить, в конце-то концов! Но только я! Запомни это.

— Ну-ну, юморист, — сделав еще один глоток, крякнул от непередаваемых ощущений льющейся по пищеводу жидкости, не иначе как являющейся смесью десятка парфюмов, и вернул емкость владельцу. А затем вылезшее из ладони щупальце тонкой нитью метнулось вперед и перехватило клинок, в очередной раз взмывший в воздух, за рукоять. — Знаешь, наверное, следовало бы тебя убить. И съесть. Но, думаю, тупое уничтожение собственной охраны плохо скажется на моем имидже. В отличие от принятых к ней мер дисциплинарного характера. Очень жестких мер!

И начал демонстративно медленно вводить клинок в свое горло. А живой артефакт, за мгновение до этого, просто раздвигал ткани так, что лезвие оказывалось в импровизированных ножнах, ничего не раня. Лезвие не резало плоть и потому не взаимодействовало с аурой, какими бы ужасными свойствами оно ни обладало. А иначе и быть не могло. Артефакторы всего мира, да и, наверное, не его одного, вынуждены закладывать в свои творения такие ограничения, если не хотят, чтобы вышедшие из их рук шедевры калечили хозяев или слуг, протирающих свою собственность от пыли тряпочкой или просто давших их подержать посторонним людям. С оружием Мальграма такой фокус получался. С этим тоже все прошло как надо, если судить по расширившимся глазам десятника. Надеюсь, вторая фаза демонстрации тоже пройдет как надо.

— Ножичка я, пожалуй, тебя лишу. — Тембр голоса серьезно изменился, но оно и понятно, все-таки связки сейчас были натянуты под совершенно ненормальным углом. И если бы не воздействие от магического паразита-симбионта, сильно болели. Мускулы шеи заходили ходуном, безжалостно эксплуатируемые живым артефактом, и давили на лезвие с разных точек, постепенно наращивая свою мощь. Интересно, хватит или не хватит их, чтобы добиться результата? Примерно через десять секунд испытаний зачарованного клинка на прочность утвердительный ответ был получен, в виде легко хруста. Неведомый создатель не наделил свое творение особой прочностью, впрочем, скорее всего, он сознательно оставил низкое качество использованного металла неизменным, чтобы придать ему больше поражающих свойств. И сделать быстро изнашивающимся, ведь за заменой-то обратятся не к кому-нибудь, а к артефактору, возможно тому же самому. — В качестве компенсации за испорченный сон и сжеванную коровой, которой кто-то открыл дверь кареты, мантию.

Я слегка наклонился, и осколки артефактного кинжала высыпались из мгновенно затянувшегося кармашка на шее. Там, где они ударились о землю, в стороны разбежались фиолетовые молнии, заставившие десятника с руганью и вставшими дыбом волосами отскочить назад. Значит, четвертьорк переносной вариант электрического стула с собой таскал? Интересно, а где он вообще раздобыл подобное недешевое снаряжение? Оно же стоит куда больше его годовой зарплаты!

— Запомни, — я наставительно ткнул в командира собственного эскорта пальцем. Жалко, что не могу демонстративно вырастить на нем какой-нибудь коготь. — Ты лишь тупой служака. Мясо для войны и кровавой грязи. Ничто на фоне по-настоящему могущественного чародея. И права командовать не имеешь, пока не поднимешься выше. Рекомендую, в качестве тренировки, бить ногами драконов по яйцам и захватывать какие-нибудь небольшие страны. Осилишь, вот тогда можешь выдвигать претензии и надеяться, что они будут приняты к рассмотрению. А до того будешь просто делать свою работу. Будешь справляться плохо — тебя накажут. Хорошо — наградят. А если в результате полного отсутствия мозгов все же попробуешь отколоть что-нибудь подобное сегодняшней выходке еще хотя бы раз, то после этого в самом дешевом борделе работать будешь. Эльфийской девственницей. И весь твой отряд станет у нее первыми клиентами. С завтрашнего дня жду образцовой службы, а иначе можешь готовить кружева и ждать месячных. Все понял, вояка?

И, не давая ошарашенному такой жуткой, с точки зрения любого мужчины, угрозой десятнику сказать хотя бы слово, развернулся и отправился обратно к карете. Разумеется, подобная трансформация была мне не по силам, да и живому артефакту вроде бы тоже, но откуда простому солдату об этом знать? Пусть боится и делает свою работу, а то ведь действительно придется принять меры, скорее всего, демонстративно прибить и надеяться, что заместитель командира окажется более вменяемым. Спать не хотелось совершенно, может, почитать чего-нибудь? В дорогу мной было взято несколько фолиантов, нагло свистнутых из королевской библиотеки, и волшебный аналог лампы, рассчитанный на полмесяца работы без подзарядки. Впрочем, если бы книги увидели храмовые воины, то не сочли бы имуществом придворного мага, так как никаких запретных знаний в увесистых томах и в помине не было. Только история и география. Надо же знать страну, в которой ты живешь и работаешь. Нет, все-таки придется что-то делать со своей охраной, потому как текущее ее состояние меня не устраивает. Черт с ним, с хамством и глупыми розыгрышами, но излишняя и ничем не обоснованная самоуверенность десятника уменьшает мои шансы на выживание в мятежной провинции! А потому, если понадобится, я просто разгоню отряд и наберу его заново, со сменой личного состава, равной ста процентам!

Оглавление

Из серии: Пожиратель чудовищ

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Строитель руин предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я