Игра сознания. Новеллы
Андрей Днепровский-Безбашенный (A.DNEPR)

Новеллы Андрея Д. Б. читать сущее наслаждение, они хороши и прекрасны! Людмила Шершнёва, генеральный директор Смоленского телевидения

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Игра сознания. Новеллы предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

© Андрей Днепровский-Безбашенный (A. DNEPR), 2017

ISBN 978-5-4483-8987-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Достижение фотографии

(в русском языке есть поговорка: мужик сказал — мужик сделал! но в ней почему-то ни слова не говорится, о том, чтобы мужик сначала… — подумал!)

Планета Земля сделала очередной поворот вокруг своей оси, и… ооооу — нет! Она не остановилась, и не замерла в изумлении, а стала вращаться — дальше…

В одной Московской квартире висит портрет на стене, сделанный профессиональным фотографом, где двое влюблённых целуются в нежном прибое южной страны. Красивая девушка радостная и счастливая лежит на спине, на ней молодой человек, их губы ищут друг друга, и вот, наконец-то находят… От их поцелуев по телу идёт щемящая дрожь, которая захватила, закружила и понесла их всё выше и выше, выше самих облаков, на самую околоземную… Вокруг молодых просто светятся брызги океанской волны, их сердца переполнены жизнью, а время просто звенит на дрожащей струне. Да! Звёзды построили им сказочный мост в светлое будущее, где они, обязательно останутся — вместе!

В аэропорту Шереметьево Мария Ивановна, мать Леночки, из свадебного путешествия молодых встречала с цветами, букетом из канн, но, когда женщина увидела Леночку и зятя Татула, её лицо от удивления исказилось в гримасе страшного удивления, которому не было ни конца, ни начала, от чего она стала медленно сползать вдоль стены. Голова Татула была забинтована, а её любимая доченька Леночка как-то сухо так кашляла и всё время держалась руками за грудь, так, словно помогала груди руками дышать… Да! Молодые прилетели из той самой страны, где не всё ещё было вытоптано слонами. От того, что тёща увидела, она сначала громко вздохнула, выронила цветы, тихо осела на пол и потеряла сознание. Последнее, что ей запомнилось, был тот самый огромный портрет, который молодожены так крепко держали, как держат только надежду на светлое… прошлое.

(эх, если бы прошлое было хоть немножечко предсказуемое, мы все были богатые и знаменитые, но, к сожалению это немножко не так)

+ + +

Наверное, мало кому на нашей планете выпало счастье, постигнуть истинную любовь! Такую, чтобы душу всю захватила, чтобы сначала приподняла, а только потом отпустила, а чтобы приподняла и не отпускала, так это вовсе редко бывает, так редко, что совсем не бывает… Или бывает, но не совсем! Ведь любовь — это штука серьёзная и никаких отлагательств не терпящая… Здесь ведь, как говорится: Куй железо, пока горячо! А то железо остынет, и хоть куй, хоть не куй, всё равно ничего не получится… Всё! Больше ни слова о грустном, хотя новелла совсем невесёлая:) Но если читатель хоть раз улыбнётся, ему низкий поклон до самой земли!

Если мы с вами открутим время назад, то вместе увидим и вместе порадуемся, как два молодых сердца стремятся друг к другу! (молодых, это когда до пятидесяти… пяти, а там уже зрелые и жизнью наученные, хотя, и там тоже бывает — любовь).

Эти молодые были совсем молодые, на двоих им даже пятидесяти лет не было… В их возрасте в паспорт было не страшно смотреть, у них не было опыта, зато была — молодость, со всем этим безумием жизни, когда делаешь то, что очень захочется, вовсе не думая, что после — получится!

Когда два молодых сердца москвички красавицы, умницы, великой отличницы Леночки и армянина Татула встретились на этой прекрасной и многострадальной планете, то звёзды на небе от зависти пррррросто — застыли! Нет, они, не просто застыли, а стали в страшном мучении ждать разворота любви, и в этом таинственном ожидании, стали кружиться как мысли в бессонную ночь! О-ууууу… Ведь это так здорово жить в предчувствие ожидания разных событий, что душу пррррросто захватят, закрутят и зацелуют, до самого изнеможения! Это, когда можешь и хочешь! (когда можешь — не хочешь, это маленько не то, а когда хочешь — не можешь, то это уже никуда не годится).

+ + +

После долгого перелёта, шасси самолёта мягко коснулись взлётно-посадочной полосы далёкой тёплой страны, счастливые пассажиры в ладошки громко захлопали, среди которых были Леночка и Татул. Их ждали тёплое море, яркое солнце, горячий песок, красивые пальмы и отсутствие разных проблем. Граница в порту, таможня, автобус, отель, влажный тропический воздух, всё как обычно, новые впечатления, ощущения, что планету раскручивают только быстрее!

Эта пара на пляже не просто прекрасно смотрелась, она смотрелась восхитительно-вызывающе! Леночка нежная, хрупкая, а Татул был такой шерстяной здоровяк, что Лена, когда его обнимала, руки сомкнуть на спине не могла, такой большой был Татул. А чего стоил вечерний закат, где они целовались, под нежный шепот прибоя… Он стоил того, что представить себе — невозможно! Это было так трогательно, тонко и щепетильно, словно ангелы их охраняли, до тех пор, пока на Татула не стали, как манна небесная валиться проклятия.

Этим сказочным утром, когда в небе парили огромные альбатросы, Лена с Татулом отправились вместе с туристами на яхте на остров любви, что украшал собой океан, и не просто так украшал, а был жемчужиной его лазурной воды. Яхта с туристами, обогнула сказочный остров и встала на якорь, на небольшой глубине, над кораллами, скатами, морскими ежами, муренами и черепахами, над всем тем самым подводным миром, который так привлекает туристов, что ныряют в него в масках и аквалангах, в надежде запастись впечатлениями на долгие годы и многае лета.

— Смелые есть нырнуть прямо с борта? — с улыбкой спросил гид-переводчик туристов на яхте. — Глубина здесь достаточная, можно нырять как угодно, лягушкой, солдатиком, или же просто обычно? И так, с борта нырять прошу самых смелых!

Татул был не из трусов, с борта яхты он первый нырнул! Распугав тропических рыб, в воду он погрузился солдатиком… (право не знаю, нужно ли думать в тех случаях, когда ты ныряешь, а если же нужно, то каким именно местом?)

Он вынырнул быстро, но там, куда он нырнул, сначала долго шли большие воздушные пузыри, а только потом с великим трудом всплыл, (именно всплыл, а не вынырнул) — аквалангист… Большие воздушные пузыри шли от того, что Татул под водой своими ногами перебил водолазу воздушную трубку, которому нечем стало дышать.

Аквалангиста подняли на яхту, долго откачивали, а когда он пришел в себя, то оч сильно ругался на русском и слал проклятия тому человеку, который его едва ли не утопил… Он не просто матом ругался, а слал такие проклятия, которые были огромные, словно страшная туча перед грозой! И это в свадебном путешествии..? Оуууу, Боже мой, праведный, это какой заскорузлой душой нужно ведь обладать, чтобы желать молодым столько несчастья, что вскоре и — наступило!

— Да чтобы тебя, на машине с красной полосой, куда-нибудь увезли, да чтобы тебя с пальмы кокосом, по голове твоей бестолковой, да чтоб ты забыл, как тебя звать величать… — ещё долго летели проклятия в сторону Татула от аквалангиста.

Ой, ё ёшеньки, ё ёй… От этого впору только схватиться за голову!

Настоящая щедрость, это семь сантиметров по цене шести, но щедростью здесь и не пахло. В душе Татула стали селиться черные черти, житейская брешь стала сжигать золотые дали, он не знал, для чего он живёт, но жил, этого вовсе не зная. М-да… Когда ветер меняется и дует с другой стороны, в голове чехарда. А ветер и вправду переменился и стал дуть обратно, и не просто задул, а так потянут, порывами даже до сильного…

Судьба подскочила нежданчиком (это, те обстоятельства, которых совершенно не ждёшь, увы, иногда такое случается, особенно в сильный ветер), от чего Татул стал страдать неустойчивой психикой, он стал вдруг достаточно нервным и теперь только и делал, что боязливо оглядывался по сторонам.

Когда на другой день молодые пошли на другой яхте, на другой остров желания в ветреную погоду, их настроение было испорченное, Татул никуда уже не нырял и стал всего как-то бояться. А чтобы поднять настроение, Лена с Татулом выпили алкогольный душевный коктейль, в бокале которого солнце экватора им улыбалось своей игривой улыбкой. Потом они коктейль повторили по русской традиции ещё пару раз. На этой яхте с ними был местный фотограф, что просто грозился им сделать портрет, который можно было бы возвести в ранг фотографического искусства.

Фотограф на белом, да нет, не коне, а белом песочном пляже снимал Лену с Татулом с разными ракурсами, приговаривая с глубоким акцентом: — Девушк делат брызги руками, теперь обнимает за шею русский хороший парень… — щёлкал он затвором своего дорогого фотоаппарата. — Улыбаемся, всё время ми улыбаемся, играем в воде, теперь страстно целуемся, девушк лежит на русский здоровяк прямо в прибое и целует, всё, хорошо, сняли, теперь парень ложится сверху на девушк, и тоже целует… — продолжал давать указания старый фотограф, щелкая затвором фотоаппарата.

Но тут, эх, опять эти — нежданчики… Только Татул всем своим весом взгромоздился на Леночку, только стал её целовать, только, как пулемётная очередь защёлкал затвор аппарата, только улыбнулся фотограф, как девушка под Татулом страшно так вскрикнула, вздрогнула, побелела и закатила глаза… Татул с Леночки соскочил!

— Что с тобой, милая, что с тобой, дорогая..? — стал трясти за плечи Лену Татул.

— Ты, когда на меня навалился, у меня в груди что-то треснуло и хрустнуло, ты, наверное, меня так придавил, что во мне что-то сломал, ведь под нами песок, а не диван, песок-то не прогибается… Мне очень больно дышать, так больно, что я наверное, скоро умру… Это наверное, любовная травма… Татульчик, мой миленький, ты веришь, я так хочу жить… и просто дышать, вольно, легко и свободно, как и до этого…

Дальше Лена просто закрыла глаза.

Пока яхта на полной скорости шла до ближнего берега, Татул делал Леночке искусственное дыхание, потом была скорая и амбуланс.

Когда Лену грузили в скорую помощь, она на минуту открыла глаза и сказала: — Татул, я так хочу, чтобы мы были вместе…

— Милая, мы обязательно будем вместе… — на ухо прошептал ей Татул, печальным взглядом провожая скорую помощь с подругой за поворот.

А вечером к Татулу подошел гид, и печальным голосом произнёс: — Дорогой мой Татул, я искренне сожалею, что всё именно так получилось, прошу вас взять себя в руки и выслушать самое страшное! Дело в том, что вы пили алкогольный коктейль, в крови вашей невесты врачи обнаружили алкоголь, поэтому медицинская страховка у вас не работает, так что всё лечение будет за ваш счёт, а оно в нашей стране дорогое, так что, примите мои соболезнования в трёхкратном размере, от чего Татул поник ещё больше.

— А Лена-то как, как она себя чувствует? — душою рванулся Татул.

— Лежит на аппарате искусственного дыхания, а это, такие страшные деньги — схватился гид руками за голову.

После всех этих слов, Татул только и делал, что под пальмой сидел одиноко на пляже и смотрел в одну точку, размышляя о жизни и том самом времени, когда хотел заплести вечность в волосы Леночки, по ночам разглаживая морщины вчерашнего дня.

А ветер, бродяга, сказочный ветер, уже нёс свои воздушные массы с Тихого океана, с одной единственной целью, расшевелить черные волосы на голове рыдающего Татула, над тем самым местом, где зарождаются мысли, те самые мысли, что дают дело действиям, ибо мысли без действия, в душе так бездейственными и останутся…

Но ветер расшевелил не только мысли Татула, он своим ласковым дуновением расшевелил ещё пальму, под которой сидел в кручине Татул… и покачнул тот кокос, который давно уже вызрел, и этого, лёгкого такого покачивания, кокосу давно уже не хватало, чтобы с пальмы сорваться, и…

Хороший кокос ударил Татула не прямо по темени, а пришелся скользящим ударом, видать, ветром кокос при падении немножечко сдуло…, иначе бы, в аэропорту Мария Ивановна встречала одну только Леночку, совсем без Татула.

Была скорая помощь, и амбуланс. Увы, страховка снова не действовала, так как Татул снимал свою грусть крепким виски, которого в этот раз печальный налил себе на два пальца выше обычного.

Вот так, страховка — имеет значение!

+ + +

Они и сейчас, над дальней страной парят огромные альбатросы, так же, как и сейчас в Московской квартире висит над диваном портрет, где двое влюблённые нежно целуются в волнах прибоя далёкой страны…

А собственно, что такое, фотопортрет? Хороший фотопортрет, это — прежде всего достижение фотографии! Он до сих пор молодым радует душу, на котором они здоровые, счастливые и безмятежные, вместе так и остались..!

Андрей Днепровский — Безбашенный.(A. Dnepr) 14 августа 2015г

Живите сейчас, настоящее — стоит того!

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Игра сознания. Новеллы предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я