Маршал Берия. Штрихи к биографии
Андрей Гусаров, 2015

Лаврентий Павлович Берия – глава НКВД в 1938–1943 гг. и глава объединенного Министерства внутренних дел и государственной безопасности. В 1945–1953 гг. зампредседателя Совета министров СССР, в годы войны член ГКО, представитель Ставки во время обороны Кавказа, маршал СССР. После войны куратор создания атомного и ракетного оружия. Через четыре месяца после смерти И. В. Сталина смещен со всех постов, объявлен английским шпионом, мусаватистом, заговорщиком и расстрелян… В то же время есть и другие версии: убит во время ареста, скрывается за рубежом и т. п. Л. П. Берия – один из немногих деятелей КПСС, кто до сих пор не реабилитирован, хотя его заслуги и вклад в оборону страны мало у кого сегодня вызывают сомнение. Несмотря на то что за последние шестьдесят лет вышли десятки фильмов и книг о Берии, его личность и его история продолжают вызывать интерес. В предлагаемой читателю книге сделана попытка (со ссылками на всю имеющуюся к настоящему времени в открытом доступе информацию) дать объективную характеристику этому незаурядному деятелю Советского Союза. Издание снабжено архивными документами и фотографиями.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Маршал Берия. Штрихи к биографии предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

© Гусаров А. Ю., 2015

© ООО «Рт-СПб», 2015

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

* * *

Посвящается моему деду А. М. Круглову

Я поместил тебя на горе святой Божьей, там был ты, средь камней огненных расхаживал. Ты совершенен был на путях своих со дня сотворения твоего до тех пор, как обнаружилось беззаконие твое. При обширной торговле твоей наполнилось нутро твое злодейством, и согрешил ты; и Я низверг тебя с горы Божьей и погубил тебя, херувим осеняющий, из среды камней огненных. Возгордилось сердце твое от красоты твоей; великолепием твоим погубил ты мудрость твою (по тщеславию) — Я на землю поверг тебя, пред царями предал тебя позору.

Книга пророка Иезешиля

Тогда Петр приступил к Иисусу и сказал: Господи! сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня? до семи ли раз? Иисус говорит ему: не говорю тебе: до семи, но до седмижды семидесяти раз.

Евангелие от Матфея, 18:21 — 22

Пролог

Впервые фамилию «Берия» я услышал в начале 1980-х годов в школе, когда обсуждал со своей учительницей истории Татьяной Анатольевной Колосовой политические репрессии 1930-х годов, накрывшие нашу страну, как цунами. Тема эта при позднем Брежневе открыто не обсуждалась, а образ Сталина в массовом сознании закрепляли военные фильмы, где вождь представлялся мудрым стратегом в окружении боевых генералов.

В нашей семье была богатая библиотека, где время от времени я находил небольшие книжки в мягких обложках с биографиями советских военачальников и партийных руководителей, изданные в конце 1950-х годов. Из этих книг я узнал о судьбе Тухачевского, Якира, Уборевича и многих других репрессированных командиров Советской армии, прочитал о Ленинградском деле и врачах-убийцах. Культ личности Сталина, XX съезд КПСС и многое другое, связанное с трагическим прошлым нашей страны, все сильнее интересовало меня. Вдруг я обнаружил, что окружавшие меня взрослые редко могли внятно ответить на те или иные вопросы этой сложной темы. Из бесед со своей учительницей истории, из разговоров с отцом выяснилось, что главным виновником и культа личности, и политических репрессий, да и вообще всех бед, обрушившихся на СССР, являлся некий Лаврентий Павлович Берия, английский шпион и любитель сладкой жизни. Фигура Сталина при этом как-то сама собой ушла в тень, а зловещий Берия вышел в истории на первый план, полностью заслонив самого вождя.

Мой интерес и к Сталину и событиям тех лет постоянно рос, и судьба Лаврентия Павловича все больше и больше захватывала меня. Стоит отметить, что информации о самом Берии найти тогда удалось немного — книг о нем не писали, в исторических работах не упоминали, в библиотеках сведения не хранили.

Пришедшие на смену тихому брежневскому застою бурная перестройка и гласность мало что изменили в отношении к Л. П. Берии и истории его жизни. И хотя Сталина назвали главным организатором и вдохновителем массовых репрессий, Берия оставался при нем первым кровожадным палачом.

Все это произошло неспроста, и за всем этим четко прослеживалась чья-то планомерная и последовательная работа.

После осуждения и расстрела Л. П. Берии Хрущев и его окружение озаботились уничтожением памяти об этом человеке. Целенаправленная работа шла в нескольких направлениях, но главное, на чем тогда сконцентрировалось внимание, — создание образа главного организатора репрессий, распущенного и алчного человека.

Начали с официальных документов. Само уголовное дело протии Берии построили на обвинениях в двух «смертных» для советского человека грехах — шпионаже и продажности иностранным разведкам, а также в сексуальной распущенности — изнасилованиях женщин разного возраста, в том числе и несовершеннолетних.

Звание главного организатора и исполнителя политических репрессий в СССР Л. П. Берия получил довольно быстро — советская историография альтернативных вариантов просто не предполагала. Особенно этот процесс усилился во второй половине 1980-х годов. У некоторых авторов исследований или воспоминаний Берия даже затмевал фигуру Сталина, да так, что складывалось впечатление, будто и установление культа личности Иосифа Виссарионовича, и устранение не угодных ему групп людей Лаврентий Павлович совершал для собственного удовольствия. Тема Берии-садиста прочно сосуществовала с темой Сталина — организатора нашей победы в Великой Отечественной войне.

Причем смещение временных рамок мало кого смущало — Берия стал виноват и в коллективизации, и в процессах 1930-х годов, и в 1937 годе, и в Ленинградском деле, и в Деле врачей. Почему — не объяснялось никак. Виноват — и все!

Сразу после расстрела Л. П. Берии все топонимы, связанные с его именем, были изменены, как улицы в Харькове, Озерске (Челябинск-40), Хабаровске, Сарове (Арзамас-75), Северске (Почтовый) и Уфе. Поменяли названия и площади, получившие имя Берии в Тбилиси и Владикавказе. Утратил свое историческое название тбилисский стадион имени товарища Берии. Как в Древнем Египте, где информацию, а с ней и память о предыдущем правителе сбивали с камней, так и в СССР провинившихся вождей было строго приказано забыть. Потренировавшись на Берии, Хрущев то же самое проделал и со Сталиным, избавившись от многочисленных памятников тирану, названий улиц и площадей.

В конце июля 1953 года областные МВД получили разъяснение Главного Управления МВД СССР следующего содержания: «В связи с запросами с мест сообщается, что указание о повсеместном изъятии портретов Берия распространяется как на индивидуальные портреты, так и на групповые портреты, картины, репродукции, диапозитивы, диафильмы, на которых имеется изображение Берия. Картины на холсте, исполненные маслом, а также диафильмы запрещается демонстрировать до их исправления».

Одна из односельчан Л. П. Берии, жительница его родного села Мерхеули, рассказывала, что после осуждения маршала ученики школы две недели зачеркивали черной тушью фамилию «Берия» в школьных учебниках и вырывали листы из книг с его фотографиями. И так вся необъятная страна зачеркивала и вырывала, вырывала и зачеркивала. На групповых портретах, если невозможно было удалить, изображение Берии тщательно заштриховывали.

Издательство «Большой советской энциклопедии» обратилось к подписчиками с таким необычным указанием: «Государственное научное издательство „Большая Советская Энциклопедия“ рекомендует изъять из 5 тома БСЭ (вышел в 1952 г. — А. Г.) 21, 22, 23 и 24 страницы, а также портрет, вклеенный между 21 и 23 страницами, взамен которых Вам высылаются страницы с новым текстом. Ножницами или бритвенным лезвием следует отрезать указанные страницы, сохранив близ корешка поля, к которым приклеить новые страницы». Как известно, на указанных к изъятию страницах книги находилась большая статья о маршале Берии.

По всей стране из библиотек изымается литература даже с мимолетным упоминанием о Берии или о ком-то из осужденных вместе с ним. Для этих людей, а некоторые из них имели весьма косвенное отношение к Лаврентию Павловичу, придумали название: «банда Берии». Любая информация о членах «банды» объявляется вне закона. То же самое происходит и с немногими кинофильмами, где один из героев — Берия. Например, кинокартина «Огни Баку», вышедшая на экраны в СССР в 1950 году, дважды подвергалась тщательной цензуре. В 1954 году из фильма вырезали упоминания о Берии — разговор с ним по телефону руководителя республики и его приезд в Баку со Сталиным (сцена на вокзале). А после XX съезда КПСС из «Огней Баку» убрали все сцены со Сталиным (которого играл актер Михаил Геловани).

Та же участь постигла картины «Сталинградская битва», «Падение Берлина» и «Донецкие шахтеры». Пересмотрели репертуар театров.

Вытравливание имени маршала происходило с патологической навязчивостью. Министерство государственной безопасности, плоть от плоти которого был Лаврентий Павлович, вбросило в общество частушки против опального маршала. «Берия, Берия, потерял доверие, а пришел Маленков, надавал ему пинков». Эта частушка благополучно дожила до нашего времени. Не знаю, как молодежь, но люди старшего поколения ее помнят хорошо. Со временем частушки видоизменялись, а их текст дополнялся новыми определениями маршала, в том числе и нецензурными. Как показали исследования, подобные стихотворные формы были распространены в основном в городах — в местах быстрого распространения вербальной информации. К народному творчеству относились и анекдоты про Берию, в которых он выступал подлецом и тираном в самых обыденных ситуациях. К городскому фольклору относятся «страшные» рассказы о подвале дома, где жила семья маршала. Там Берия обесчестил не одну сотню женщин и, как всякий маньяк, убивал их там же и то ли закапывал, то ли перемалывал в большой мясорубке еще свеженькие женские тела. Подобные городские легенды кочевали из города в город и довольно долго жили в советском обществе, выполняя важнейшую функцию — полную дискредитацию Лаврентия Павловича.

Значительную роль в создании негативного образа Берии сыграли авторы многочисленных мемуаров, в большом количестве издававшихся в СССР. Те же Н. С. Хрущев или С. И. Аллилуева пишут о Берии с патологической ненавистью. Так, Хрущев описывает никогда не происходивший эпизод: «Как только Сталин свалился, Берия в открытую стал пылать злобой против него. И ругал его, и издевался над ним. Просто невозможно было его слушать! Интересно, впрочем, что как только Сталин пришел в чувство и дал понять, что может выздороветь, Берия бросился к нему, встал на колени, схватил его руку и начал ее целовать. Когда же Сталин опять потерял сознание и закрыл глаза, Берия поднялся на ноги и плюнул на пол. Вот истинный Берия!». Зачем Никита Сергеевич придумал все это? Чтобы лишний раз оговорить своего бывшего соратника и тем самым отвести от себя ненужные вопросы. Врал спустя много лет для того только, чтобы потешить собственное самолюбие, показать миру: «Посмотрите, какое чудовище я устранил».

А вот воспоминания Аллилуевой, причем слова ее идеально подходят и к самому Сталину: «Только один человек вел себя почти неприлично — это был Берия. Он был возбужден до крайности, лицо его, и без того отвратительное, то и дело искажалось от распиравших его страстей. А страсти его — честолюбие, жестокость, хитрость, власть, власть… <…> Это был великолепный современный тип лукавого царедворца, воплощение восточного коварства, лести, лицемерия, опутавшего даже отца — которого вообще-то трудно было обмануть. <…> Сейчас все его гадкое нутро перло из него наружу…». Чем же так опутал Сталина один из его царедворцев? Аллилуева в своих воспоминаниях нам не сообщает, но легко расклеивает ярлыки, особенно на тех, кто не мог ей ответить.

Очередной современник представляет Лаврентия Павловича в следующем виде: «Глядя на Берию, я задавался мыслью, как может быть хорошим человек с такой наружностью? Он без всяких границ растолстел, при среднем росте, судя по фигуре, весил явно за сто килограммов. Отекшая физиономия, шея многочисленными бесформенными складками вываливалась из-под воротника рубахи, всегда мокрые жирные губы. И глаза — зеленые, навыкате, рачьи глаза, которые сверлили вас через толстые стекла пенсне. При всем желании в его больших зрачках невозможно было уловить что-либо человеческое». Эта характеристика взята из воспоминаний Николая Петровича Старостина, знаменитого футболиста и хоккеиста, особо отметившего Берию в числе главных своих врагов. А о врагах хорошо и правдиво не пишут, даже прославленные спортсмены.

Особенно непримиримым в отношении Л. П. Берии остался сын репрессированного при Ежове большевика В. А. Антонова-Овсеенко. Пытаясь создать объективную биографию маршала, Антон Владимирович так и не расстался с общеизвестными мифами о нем, написав обличительную и местами несправедливую для Берии книгу. Попутно напомним читателям, что папа Антонова-Овсеенко стал палачом несчастных тамбовских крестьян и на пару с Тухачевским убивал их боевыми отравляющими веществами (хлор Е56), крестьянские семьи с грудными детьми и стариками брались регулярной Красной армией в заложники. Общее число репрессированных крестьян Тамбовщины достигало 50 тысяч. Так что, прежде чем писать о кровожадном Берии, стоило бы написать о папе, лично участвовавшем в истреблении цвета крестьянства в Тамбовской губернии.

Тем не менее приведенные примеры из воспоминаний о Берии рисуют нам монстра, вурдалака, нечто, даже на физическом уровне лишенное человеческих черт.

Но навязчивое выпячивание кровожадности Лаврентия Павловича настораживает — уж слишком он плохой на фоне всех остальных соучастников властной системы, выстроенной товарищем Сталиным. И почему-то судят за грехи сталинского тоталитарного государства одного Берию. И кто судит? Дочь Сталина, считавшая папу не таким уж и плохим человеком бездарный мечтатель Хрущев, утопивший в крови репрессий Украину…

В последнее время в России вышло в печати некоторое количество книг, в коих жизнь и деятельность Лаврентия Павловича Берии рассматриваются более или менее объективно и взвешенно. Занимаясь прошлым, нужно помнить, что задача любого исторического исследования состоит в том, чтобы постараться дать наиболее объективное, а следовательно, лишенное эмоций представление о том или ином событии или человеке. Но это еще не все. Оценку прошлому должно дать прежде всего само общество. Задача же литераторов и ученых состоит в том, чтобы подвигнуть общество к осмыслению своего прошлого, привести его к моральной и этической оценке прошедших событий ушедшей эпохи.

Данная книга является скромной попыткой дополнить важными, на взгляд автора, деталями в общем-то известную биографию маршала Л. П. Берии, использовав существующие публикации, огромное число которых появилось в нашей стране за последние тридцать лет. Конечно, многое до сих пор скрыто от нас в глубине российских архивов, а что-то и навсегда потерялось за время бурной истории России. Но и того, что есть, вполне достаточно для непредвзятого анализа жизни одной из самых заметных фигур сталинского СССР.

Некоторые предположения, высказанные как в чужих публикациях, так и на страницах этой книги, пока не нашли документального подтверждения и являются результатом логических рассуждений. Будем надеяться, что историки будущего подтвердят догадки, высказанные современными исследователями, помогут найти правду там, где, казалось, ее уже невозможно обнаружить.

В наши дни трудно писать биографии бывших советских вождей — слишком мало времени прошло для непредвзятого научного взгляда на их деятельность, слишком много мифов и выдумок витает вокруг их имен. Безумно трудно без каких-либо эмоций давать оценку тем или иным поступкам этих людей, еще труднее быть объективным, четко понимая, что за безжалостными цифрами статистики политических репрессий стоят сотни тысяч человеческих трагедий.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Маршал Берия. Штрихи к биографии предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я