Кто-то устремлялся на языческие капища и тонул в тёмной бездне ложных и губительных духовных откровений, мистических переживаний – среди многочисленных адептов вошедших в моду восточных культов.
Предложения из русской классики со словосочетанием «языческое капище»
Также искал он мудрости в тайнодействиях древних языческих верований и потому посещал капища и приносил жертвы: могущественному Ваалу-Либанону, которого чтили под именем Мелькарта, бога созидания и разрушения, покровителя мореплавания, в Тире и Сидоне, называли Аммоном в оазисе Сивах, где идол его кивал головою, указывая пути праздничным шествиям, Бэлом у халдеев, Молохом у хананеев; поклонялся также жене его — грозной и сладострастной Астарте, имевшей в других храмах имена Иштар, Исаар, Ваальтис, Ашера, Истар-Белит и Атаргатис.
Но ничего не находил царь в обрядах языческих, кроме пьянства, ночных оргий, блуда, кровосмешения и противоестественных страстей, и в догматах их видел суесловие и обман. Но никому из подданных не воспрещал приношение жертв любимому богу и даже сам построил на Масличной горе капище Хамосу, мерзости моавитской, по просьбе прекрасной, задумчивой Эллаан — моавитянки, бывшей тогда возлюбленной женою царя. Одного лишь не терпел Соломон и преследовал смертью — жертвоприношение детей.
Человек чрез слово всемогущ: Язык всем знаниям и всей природе ключ. Во слове всех существ содержится картина, Сообществ слово всех и действиев пружина. От бессловесных мы отличны тварей им, А пеньем не равны ль и Ангелам самим? Не даром басненна языческая древность, Вняв гласа лирного могущественну мерность, Мечтала быть по ней и бегу всех миров, Языком нарекла поэзию богов.
Окружавшие судилище люди пришли в возмущение, они стали бросать в судью камни, а затем устремились к языческому капищу, чтобы опрокинуть идолов.
Кто-то устремлялся на языческие капища и тонул в тёмной бездне ложных и губительных духовных откровений, мистических переживаний – среди многочисленных адептов вошедших в моду восточных культов.
Точное время её основания неизвестно, но существует предание, что она была построена на месте прежнего языческого капища.