Ветра не было, даже самого завалящего, но чёрная берёза сухо, по-змеиному шелестела, нашёптывая что-то тоскливо-извращенное, безнадёжное в своей зависти к зелени, цветению, жизни.
Уссурийская тайга — это девственный и первобытный лес, состоящий из кедра, черной березы, амурской пихты, ильма, тополя, сибирской ели, липы маньчжурской, даурской лиственницы, ясеня, дуба монгольского, пальмового диморфанта, пробкового дерева с листвой, напоминающей ясень, с красивой пробковой корой, бархатистой на ощупь, маньчжурского ореха с крупной листвой, расположенной на концах сучьев пальмообразно, и многих других пород.
Ветра не было, даже самого завалящего, но чёрная берёза сухо, по-змеиному шелестела, нашёптывая что-то тоскливо-извращенное, безнадёжное в своей зависти к зелени, цветению, жизни.
Меж облаками озера плыли целый день, точно гордые лебеди в лазури. Меж чёрными берёзами жила розовая небесная проталина и – дышала.
Того огромного дерева, которое отец почему-то называл чёрной берёзой, уже не было: его, очевидно, срубили или оно рухнуло само.