– Это объявление войны? – всё так же сахарно поинтересовалась я у пустоты, – не вопрос, дорогие дамы, но, насколько я могу предположить, хозяин замка не в курсе вашего присутствия и вряд ли будет доволен, узнав, что ему никто не удосужился сообщить о вашем… наличии, так сказать.
Дивится честной купец такому богатству несказанному, а вдвое того, что хозяина нет; не токмо хозяина, и прислуги нет; а музыка играет не смолкаючи; и подумал он в те поры про себя: «Все хорошо, да есть нечего», — и вырос перед ним стол, убранный, разубранный: в посуде золотой да серебряной яства стоят сахарные и вина заморские и питья медвяные.
Я тоже ангел, я был им — // сахарным барашком выглядывал в глаз, // но больше не хочу дарить кобылам // из севрской му́ки изваянных ваз. // Всемогущий, ты выдумал пару рук, // сделал, // что у каждого есть голова, — // отчего ты не выдумал, // чтоб было без мук // целовать, целовать, целовать?!
– В этом ему поможет летний лагерь при школе, – сахарно пропела завуч. – Создадим все условия.
– Благодарю, – сахарно улыбнулась в ответ и поспешила обратно за стойку.
– Это объявление войны? – всё так же сахарно поинтересовалась я у пустоты, – не вопрос, дорогие дамы, но, насколько я могу предположить, хозяин замка не в курсе вашего присутствия и вряд ли будет доволен, узнав, что ему никто не удосужился сообщить о вашем… наличии, так сказать.