Среди норманнских девиц послышалось недовольное перешёптывание, они так же мало привыкли к тому, чтобы им предпочитали саксонок, как норманнские рыцари не привыкли к поражениям в учреждённых ими же самими рыцарских играх.
Наконец на сорок втором его году, Гименей готовился поднести ему самый роскошнейший цветок, какой родился в садах мира: прелестная саксонка Ейнзидель уже с кольцом обручальным отдала ему свое сердце.
Среди норманнских девиц послышалось недовольное перешёптывание, они так же мало привыкли к тому, чтобы им предпочитали саксонок, как норманнские рыцари не привыкли к поражениям в учреждённых ими же самими рыцарских играх.
– Да разве я позволила? – воскликнула саксонка, быстро и недоброжелательно взглянув на герцогиню.
Опасения русских князей насчёт кровосмешения не могли не возыметь влияния на трезвомыслящую саксонку.