Шептали что-то непонятно // Уста холодные мои, // И дрожь по телу пробегала, // Мне кто-то говорил укор, // К груди рыданье подступало, // Мешался ум, мутился взор, // И кровь по жилам стыла, стыла…
На рыданье матери вбежали обе княжны, сидевшие в соседней гостиной. Александрита машинально побежала в будуар княгини и принесла одеколон и соли. Общими усилиями три девушки стали приводить в чувство Зою Александровну. Князь Виктор стоял поодаль у окна, и кусая губы, сдерживал невольно набегавшие на глаза слезы пережитого волнения. Княгиня очнулась и увидев наклонившуюся над ней Александру, продолжавшую примачивать ей виски одеколоном, вдруг выпрямилась.