Если вычислят меня, а я такого не исключал, выкрасть документы из сейфа для меня плёвая задача, помнил я этот железный ящик на ножках в углу рабочего кабинета герцога.
— Продать я не хочу, это будет не по-приятельски. Я не стану снимать плевы с черт знает чего. В банчик — другое дело. Прокинем хоть талию! [Талия — карточная игра.]
«Оживлены убийством», — вспомнил он слова Митрофанова — человека «здравого смысла», — слова, сказанные сыщиком по поводу радости, с которой Москва встретила смерть министра Плеве. И снова задумался о Лидии.
– Хорош гусь, – сказал он ему с досадой. – Али тебе смерть человека плёвое дело? Али жалости вовсе не ведаешь?
– Я что, по-твоему, должен всю ночь ждать, пока ты кончишь плёвую работу?
Если вычислят меня, а я такого не исключал, выкрасть документы из сейфа для меня плёвая задача, помнил я этот железный ящик на ножках в углу рабочего кабинета герцога.