Старик сбросил ботинки, иногда от напряжения ему приходилось падать, рот забивался песком, но, потом отхаркавшись, снова вставал и шёл, изредка останавливался, чтобы отдышаться и поговорить.
– Так это был танец? – уголок его рта потянулся ещё выше. – Прости, пупсик, мы просто подумали, что ты подавилась слюнкой и теперь пытаешься отхаркаться.
Я говорю о реальной магии белой и чёрной, – отхаркавшись смехом, заметил визави.
Старик сбросил ботинки, иногда от напряжения ему приходилось падать, рот забивался песком, но, потом отхаркавшись, снова вставал и шёл, изредка останавливался, чтобы отдышаться и поговорить.
– Так это был танец? – уголок его рта потянулся ещё выше. – Прости, пупсик, мы просто подумали, что ты подавилась слюнкой и теперь пытаешься отхаркаться.