Обычно его не видно, если просто стоять или аккуратно сесть боком, но сейчас полинялая ткань отогнулась на колене, являя моему взору вечное напоминание о том, что я никогда не стану такой, как другие адепты.
По счастью, решётка оказалась давно сломанной, и одна её сторона легко отогнулась ровно настолько, чтобы в образовавшийся проём смог протиснуться человек.
И уже никого. И на секунду, несясь стремглав, застыло: вон, во втором этаже, в стеклянной, повисшей на воздухе, клетке — мужчина и женщина — в поцелуе, стоя — она всем телом сломанно отогнулась назад. Это — навеки, последний раз…
Обычно его не видно, если просто стоять или аккуратно сесть боком, но сейчас полинялая ткань отогнулась на колене, являя моему взору вечное напоминание о том, что я никогда не стану такой, как другие адепты.
Её ладони отогнулись назад под прямым углом к предплечьям.
По счастью, решётка оказалась давно сломанной, и одна её сторона легко отогнулась ровно настолько, чтобы в образовавшийся проём смог протиснуться человек.