Лицо орка испещряли шрамы и, по их обычаю, рисованные белые узоры, но черты его при этом были правильными и… благородными, хоть и свирепыми, надо признать.
– На грозном лице орка появилась непередаваемая гамма чувств, начиная от шока, заканчивая испугом, после чего он высоко подпрыгнул, на мгновение скрывшись в тумане.
Нет ничего отвратительнее и нет ничего прекраснее старческих лиц. И нет их правдивее. На старческом же лице жизнь души вырезывается всем видною, нестираемою печатью.
На лицах орков читался активный мыслительный процесс, пытавшийся обработать столько информации сразу.
Лицо орка испещряли шрамы и, по их обычаю, рисованные белые узоры, но черты его при этом были правильными и… благородными, хоть и свирепыми, надо признать.
– На грозном лице орка появилась непередаваемая гамма чувств, начиная от шока, заканчивая испугом, после чего он высоко подпрыгнул, на мгновение скрывшись в тумане.