Смуглый спокойно доедал то, что лежало у него на тарелке, покачивая головой в такт восточной музыке, лившейся откуда-то из динамиков, и даже тихонько подпевал себе под нос.
Каждый голос женщин звучал совершенно отдельно, все они казались разноцветными ручьями и, точно скатываясь откуда-то сверху по уступам, прыгая и звеня, вливаясь в густую волну мужских голосов, плавно лившуюся кверху, тонули в ней, вырывались из нее, заглушали ее и снова один за другим взвивались, чистые и сильные, высоко вверх.
Слышались еще шумный шорох от движенья десятков тысяч рук крестившегося народа да звонкая, вольная песня жаворонка, лившаяся на землю из лазурного пространства.
Смуглый спокойно доедал то, что лежало у него на тарелке, покачивая головой в такт восточной музыке, лившейся откуда-то из динамиков, и даже тихонько подпевал себе под нос.
Кто-то из них едва не поскользнулся на крови мертвеца, щедро лившейся из разрубленной груди на скальный выступ и продолжающий его дощатый настил.
Куда шла, не знаю, слёзы, лившиеся градом, не способствовали запоминанию ландшафта.