Когда она уже была привязана к столбу на костре и пламя костра длинными красными языками стало лизать края её одежды, истёк последний миг заветных семи лет.
С бешеным лаем мчался он за попадавшимися ему дроздами, перепрыгивал рытвины, пни, корчаги, бросался с размаху в воду и торопливо лакал ее, отряхался, взвизгивал — и снова летел стрелою, закинув красный язык на самое плечо!
Труд — это написано на красном знамени революции. Труд — священный труд, дающий людям жить, воспитывающий ум и волю и сердце. Откуда же в нем еще проклятие? А оно есть.
Но есть и горбатые слова, у которых перебит позвоночник. Они тоже имеют потуги, дюжатся снести такое яйцо, какое несет «Кува красный ворон», но достижения их ограничиваются скорлупой.
Густые столбы чёрного дыма, прорезанные красными языками пламени, поднимались в неподвижном воздухе, отбрасывая чёрные тени на зелёные вершины деревьев.
Когда она уже была привязана к столбу на костре и пламя костра длинными красными языками стало лизать края её одежды, истёк последний миг заветных семи лет.
Он видел, как шпицбергенский пёс высунул красный язык, – это он так смеялся.