Поддерживая обвинения в адрес этих лиц, великий князь тем самым как бы указывал обществу и армии «истинных» виновников того, что русские войска под его началом проигрывают войну.
По мнению автора, человек, продавший душу дьяволу, может попытаться обмануть князя тьмы и использовать своё временное могущество для добрых дел, и поначалу дьявол даже сделает вид, что обманут, но в конце вывернет всё так, что любое доброе дело обратится в ещё более ужасную катастрофу, чем та, которая могла бы случиться без вмешательства грешника.
–…Но мы, может быть, будем не бедны, а очень богаты, Настасья Филипповна, — продолжал князь тем же робким голосом. — Я, впрочем, не знаю наверно, и жаль, что до сих пор еще узнать ничего не мог в целый день, но я получил в Швейцарии письмо из Москвы, от одного господина Салазкина, и он меня уведомляет, что я будто бы могу получить очень большое наследство. Вот это письмо…
Избавь, ученостью меня не обморочишь, Скликай других, а если хочешь, Я князь-Григорию и вам Фельдфебеля в Волтеры дам. Он в три шеренги вас построит, А пикните, так мигом успокоит…
Не бойтесь никаких соблазнов, никаких искушений, никакой свободы, не только внешней, общественной, но и внутренней, личной, потому что без второй невозможна и первая. Однако бойтесь — рабства и худшего из всех рабств — мещанства и худшего из всех мещанств — хамства, ибо воцарившийся раб и есть хам, а воцарившийся хам и есть черт — уже не старый фантастический, а новый, реальный черт, действительно страшный, страшнее, чем его малюют, — грядущий князь мира сего, Грядущий Хам.
Князь тем временем нервно расхаживал по тронному залу. Рядом смирно стоял советник. Скрипнула дверь, и в зал вошла красивая молодая девушка.
Поддерживая обвинения в адрес этих лиц, великий князь тем самым как бы указывал обществу и армии «истинных» виновников того, что русские войска под его началом проигрывают войну.
По мнению автора, человек, продавший душу дьяволу, может попытаться обмануть князя тьмы и использовать своё временное могущество для добрых дел, и поначалу дьявол даже сделает вид, что обманут, но в конце вывернет всё так, что любое доброе дело обратится в ещё более ужасную катастрофу, чем та, которая могла бы случиться без вмешательства грешника.